Кто же он?

Признаться честно, было довольно занимательно командовать детишками без каких-либо последствий и сопротивления со стороны подопечных. Иногда дети имели честь видеть редкие, еле видные улыбки на лице учителя, что будоражило даже его братьев. А особенно часто приходившего к нему Юэ Цинъюаня. Глава секты чуть ли не начинал тихо плакать, стоило только проскочить случайной улыбке. Заходил к нему и Лю Цинге, но лишь за тем, что бы в сотый раз удостовериться что Господин Шень не нечисть и не демон, и что он действительно «потерял память». В такие моменты Ксения не выдерживала и стукала его по голове веером. Тот конечно начинал злиться. И сейчас было так же. — Шиди Лю, если ты и дальше будешь пробовать на мне нечто подобное этому, я потребую от Директора поставить запрет, персонально для тебя, на посещение моего пика. - Выкинув в окно странного цвета шар, сказал Шень Цинцю. Сене очень нравился Лю Цинге, но порой он преувеличивал и слишком переигрывал, словно ребёнок. В который раз Горный Лорд взялся за голову и залпом залил в себя сливочное вино. — Шень Цинцю, это… - Лю Цингэ уставился на выпивающего прямо в его присутствии мужчину. — Это? Это [пиздец], шиди Лю… Это [пиздец]… — Что? Ты совсем, что ли, умом тронулся? Я не понимаю, что ты говоришь. - теперь Горный Лорд Байжань злился, так как понятия не имел, что несёт его шисюн. — Говорю, что ты мне нравишься, дорогой шиди, но ты слишком сильно стараешься изгнать из меня придуманного тобой демона. - Уши младшего брата Шень Цинцю покраснели и тот, прикрыв лицо ладонью и хмурясь, он отвёл взгляд в попытке избежать наблюдающих за ним глаз Меча Сюя. — Неужто это я схожу с ума? - потирая рукой глаза, сказал растеряно Лю Цинге. Что-то ещё буркнув под нос, он подорвался с места, быстрым шагом направляясь к выходу. - Хмф! Ты мне не указ. Не понятно к чему это было, но уже сейчас можно было видеть изящно улетающего на мече Лю Цинге, и Ло Бинхэ, стоящего у дверей, смотря вслед ретирующемуся Богу Войны с подносом, на котором было две пиццы размером с лепёшку и две кружки чая. Пиццу Ло Бинхэ научился готовить лишь по прихоти Ксении, потому что ей очень хотелось. Тяжело было есть китайскую народную кухню, и единственное, что она могла употреблять, это здешние пельмени, маньтоу и лапша. — Шидзунь, этого ученика интересует, какова причина, по которой прилетал шишу Лю? — Демонов тут искал. - Скучающим голосом ответил Глава Пика Цинцзин, но всё же украдкой наблюдал за реакцией своего ученика. Естественно, малыш неосознанно встрепенулся. Такими же робкими шагами, как и раньше, он прошёл к столу, где сидел Лорд Шень, и накрыл на стол. — Шидзунь, а что мне делать с чаем и со вторым... умм… Диковинным блюдом? — Садись и ешь. - Теперь уже приказным тоном, тяжко вздыхая, сказал Шень. Ло Бинхэ застыл, но, взглянув в глаза учителя, убедился, что тот не потерпит отказа. Мальчишка сел напротив и стал наблюдать за тем, каким образом будет есть это незнакомое и странное блюдо его Учитель. *** Ло Бинхэ было 13 лет, и, основываясь на этой информации, можно было сделать вывод, что времени до основного сюжета у Винокуровой не было, но на самом деле на это всё ей было глубоко плевать. Последние дни она только и делала, что пила и от бутылки не отлипала, в основном проводя время в бамбуковой роще. Это поведение беспокоило всех учеников, ведь только они могли наблюдать эти посиделки в обнимку с алкоголем, гуцинем и стенами из бамбука. Никто, даже активная и наивная Иньин, не смели произнести ни звука во время его игры на струнном инструменте. Порой мелодия была ласковой, тихой и спокойной, иногда тревожной и предостерегающей. По приходу же его дорогих братьев он приводил себя в порядок и вновь появлялся в своей хижине. Таким вот образом начали ходить слухи о сумасшедшем Главе Пика Искусств. И об этом судачили даже за пределами школы Двенадцати пиков. Это беспокоило Юэ Цинъюаня, что было вовсе не удивительно, но вот самого Шень это вообще не волновало. Он лишь проводил время за алкоголем всматриваясь куда-то в глубь бамбука. Если вас интересует, когда придёт Шан Цинхуа, то спешу вас обрадовать, он здесь. — Выходи, шиди Шан. - Не отрываясь от увлекательного рассматривания растительности, произнёс Глава Пика Цанцюн. - И присаживайся. — Ааа, д-да, шисюн Шень. По виду уставший, маленький мужчина вышел из кустов позади Великого заклинателя и аккуратными шагами подошёл и присел рядом. — Что же нужно от меня моему прекрасному и изящному шисюну Ше...? — Самолёт. - Шан Цинхуа вздрогнул и широко раскрыл глаза до размера блюдца. - Тебе это о чём-то говорит, дорогой шиди Шан? — Погоди, ты тоже…? - получив незаметный кивок, господин Шан, плача от радости, с глупым смехом бросился обнимать собрата, или сестру, по несчастью. - Наконец-то я не один! Ура! Ты, значит, читал мою новеллу? Какой у тебя ник? Ты переместился после искажения Ци на собрании? Да? Да?! О, небеса! Я не один! — Закрой рот. - Закрытым веером Лорд Шень прикрыл Шан Цинхуа рот, а сам отпил из кувшина ещё немного вина. - Я тебе расскажу, только потихоньку, но нет, я не читал твою новеллу. И с этого момента начинаются объяснения для одного «Божества». Ксения рассказывала о том, что она жила в России, что почти ничего о своей жизни не помнит, кроме некоторых отрывков, которые она вспомнила только недавно, что умерла и по дороге в загробную жизнь ее душу затащили сюда. Потом рассказала, как проводит здесь дни. — Ух… Как сложно всё, брате- или сестрица? —Можешь звать меня просто братец Сеня. — Значит, ты теперь прям принял себя как мужчину? — Ну, это довольно интересно, когда бы я ещё стал мужчиной без вмешательства всяких гормонов и хирургии? — Хах, интересные у тебя взгляды на жизнь, Братец Сенья*. А с главным героем что? — Еду мне готовит, отчёты носит сюда, чтобы я их заполнял. — Эх, братец, чего ж ты курицу варишь в котле, предназначенном для быка*? - взявшись за голову и с неким раздражение поглядывая на эксплуататора его дорогого ребёнка, он сдерживался, так как понимал, что Сеня ничего не знает об этой новелле. — Но готовит он отменно. Я когда попробовал обычную еду здесь, мне аж поплохело. - Вспомнив о тех страшных временах, Шень Цинцю поёжился. - Но я иногда даю ему уроки фехтования. Ещё кое-что странное, кстати… У него пособие какое-то странное. Шан Цинхуа вздрогнул и неожиданно для себя начал обливаться потом. Это не могло укрыться от глаз Горного Лорда. Такой реакции он ожидал от своего Шиди. — В любом случае, ты говорил, что по сюжету ты предатель. Что тебе мешает не быть крысой? - Лорд Цанцюн раскрыл веер, прикрыв лицо. — Всмысле? У тебя нет системы? - со страдающим лицом спросил Самолёт. — Хмм, нет. Ну и каково быть крысой?- с усмешкой спросил Лорд Шень. От такого очевидного издевательства у Шан Цинхуа чуть вена от злости не вздулась. — Да это ужасно! Мой Король… Он прекрасен, но он так часто меня бьет! Даже когда я не провинился! Вот так и провели эти двое целый день, лишь когда стемнело, они разошлись. Шень Цинцю, немного пошатываясь, шёл к хижине. На пороге стоял Ло Бинхэ и ожидал своего учителя. Его преданные глаза запали прямо в сердце переселенца, что отразилось на его лице в виде очень ласковой улыбки. Ксения, будучи в стельку пьяной, имела привычку проявлять чрезмерную любовь посредством прикосновений. Обычно такая честь выпадала лишь её коту, Локи, о котором она недавно вспомнила с грустным вздохом и мыслями о том, кто же будет за ним ухаживать после её смерти. Теперь у неё не было кота, но был уж больно милый ученик. Господин Шень протянул руку к голове мальчика и нежно провёл по кудрявым, мягким волосам и тихо сказал: —А-Ло… Пойдём спать, уже поздно.