Кристаллы
19 июня 2023 г., 08:44
@Stolas: И какая будет плата за кристаллы?
@Ozzie: Мы обсудим этот вопрос на месте ;)
Совершенно не похожий на кокетливый смайлик в конце, Асмодей нервно наматывал круги по гостиной. Он то резко останавливался, вновь и вновь перечитывая свое последнее сообщение, то клал телефон в карман халата, расхаживая взад-вперед. Оззи впервые столкнулся с тем, чтобы высокопоставленный демон просил его изготовить кристаллы под заказ. К нему никогда не обращались из высшего света за тем, чтобы их купить. Обычно украшения с камнями вручались в качестве подарка фавориткам и фаворитам. Они никогда не делались с целью продажи, поэтому Асмодей не знал какую можно дать цену в денежном эквиваленте кристаллам. Он настолько был погружен в попытки придумать ценообразование, что даже не заметил как задел концом хвоста вазу антуриумов, стоящую на журнальном столике. – Эй, что с тобой происходит? – вытаскивая мокрый букет из упавшего стеклянного члена, озадаченно спросил Физзаролли. Асмодей редко нервничал, Физз чаще мог наблюдать его разозленным, чем растерянным и не находящим себе места. – После того как тебе стало написывать «ваще височестьво»... – бес намеренно исковеркал обращение к принцу и помахал руками изображая птицу, – я тебя перестал узнавать. – Я не знаю что мне просить в замен на кристаллы, но просто безвозмездно их отдать – это неправильно, скажи, детка? Оззи попал в тупиковую ситуациию. Просить деньги? Бессмысленно – у него и так их дохуя. А исполнять роль злодея, отбирающего магию, голос или глаза взамен на оказанную услугу – не в его стиле. Просить у Столаса действительно было нечего, кроме одного: – Почему ты решил что-то выдумывать? Не проще пойти по протоптанной дорожке и трахнуть его? – показывая жестами половое сношение, растянулся в ехидной улыбке Физзаролли, – к тому же он сова, ты наполовину петух. А у демонов-птиц же есть свои брачные привычки, всякие эти гнезда, танцевальные батлы, конкурсы кто принесет самого вкусного червячка. – Святой Сатана, я у тебя когда-нибудь отключу подписку на инфернальные подкасты! – закатив глаза Асмодей плюхнулся на диван рядом с Физзом и тот плавно, как кошечка переполз к нему на колени, – Мне кажется ты хочешь больше меня, чтобы я выебал принца Столаса. – Так ты хочешь! А-а-а! – запищал бес, похлопывая себя по щекам и дрыгая ногами, как это делают маленькие девчонки на ночевке при обсуждении какого-нибудь парня. У них были свободные полиаморные отношения и Физзаролли в них все устраивало. Он иногда даже сам подначивал Оззи с кем-то замутить или трахнуть, как это происходило сейчас. Асмодея всегда было слишком много, он имел черту, как газ заполнять собой все пространство, что это даже заебывало. Вокруг него никто не оставался без внимания. Оззи хватало на всех. Физз часто отшучивался, что когда Асмодей устраивает оргии и ходит на свидания с второстепенными партнерами и друзьями по сексу – он от него отдыхает. Конечно же Физзаролли говорил об этом любя, ведь сам был не прочь увидеть юную секретаршу бойфренда между своих ног. – Было бы странно, если бы не хотелось. Он миленький, у него определенно есть вкус. Он разведенец, дорвавшийся до секса, а это один из моих любимых типажей, – мечтательно протянул Асмодей, вырисовывая в голове образ, – и расклады ему уже точно пояснили насколько велика вероятность потрахаться со мной. Изменить будущее возможно, но детали предсказаний все равно будут обрамлять его. Из руки Столаса в очередной раз падают туз жезлов и дьявол какую бы колоду он не брал. Столас знает почему Асмодей молчит об оплате – все дело ее в способе. Это неправильно, он как всегда не хочет верить и принимать факты. В голове опять та ночь, то отвратительное свидание, те ужасные насмешливые слова, которые вогнали в стыд и заставили прятаться за меню. Потом слезы на лестнице, алкоголь и единственная положительная подвижка в виде отпора своей бывшей жене, которая, потом все равно наверстала упущенное со своим ручным киллером. Ощущение ничтожности и слабости снова настигло Столаса. Он не понимал зачем Асмодею устраивать такую расплату за кристаллы. Чтобы что? Чтобы еще раз поглумиться? Чтобы еще сильнее унизить? Чтобы окончательно размазать его, после развода, покушения, одинокой больничной койки и разрушительного внимания со стороны желтушников? Телефон разрывался от звонков с неизвестных номеров, среди них лишь мелькали завершенные видеозвонки и сообщения от Вии. Столас читал и отвечал, а видео сбрасывал, ему не хотелось, чтобы дочь видела его в таком плачевном состоянии. Переломы заживали быстрее, чем затягивались раны от ангельского оружия. Он выписался за довольно короткий срок. Первыми кадрами и заголовками СМИ превратили выписку в какой-то клип Леди Гаги, напыляя на попытку убийства гламура и роскоши, мол, вот как случается, когда ты богат – просто так не отделаешься. Столас вытянул ногу с длинной полосой от шрама и поднявшись с кровати магией распахнул настежь шкаф, что даже задрожали дверцы. Весь в сомнениях, он принялся подбирать лучший наряд по такому***
– Что значат эти цветы на языке мастурбирующих на растения ботаников? – спросил Физз, оторвав лепесток от астры и засунув себе в рот. – Я не вдавался в подробности, но про них есть красивая легенда, что это упавшие звезды, – подтягивая чулки под ботфортами, пояснил Оззи. Это было его любимое сочетание одежды; чулки, длинные сапоги на безумном каблуке, латексные мини-шорты или вообще отсутствие всего, включая нижнее белье, а поверх какой-нибудь цветастый удлиненный пиджак, чтобы все прелести были видны не постоянно(так не интересно), а только когда наклоняешься или перекидываешь ногу на ногу, как в «Основном инстинкте». – Лучше бы взял розы. Розы это база и их можно потом съесть. А эти не вкусные, – Скривился Физзаролли высовывая язык. – Детка, я тебе потом куплю столько роз сколько пожелаешь, но сегодня другая ситуация, – не отрываясь от зеркала произнес Оззи, придавая объем перьям на груди. Прихорашиваясь, со стороны он напоминал попугая вертящегося у зеркальца с колокольчиком, – ты хотел понаблюдать за ухаживаниями птиц-демонов, а я прикладываю все усилия для того чтобы кое-кто не слился. Асмодей не знал, почему так старается. Может, он сам изголодался по возможности проявить глубинные привычки? К тому же он даже не помнил когда в последний раз трахал кого-то из Гоэтий. А если он не помнил такого раритетного секса в своей коллекции сношений, то это означало, что подобное было больше нескольких тысячелетий назад. Со звуком наигранного стона на туалетном столике завибрировал телефон:@Stolas: Я буду через 5 минут.
Увидев сообщение, Асмодей поднялся с пуфа, поправляя мех на гриве. Он высматривал, куда можно бы было припрятать Физзаролли, и чтобы был хороший обзор, и чтобы это было максимально незаметно. Выбор пал на гардеробную, которая ломилась от его нарядов и коробок из под сапог на любой случай. В озарении Оззи схватил своего чертенка как мелкую собачонку, которых носят подмышкой, и закинул в гардеробную, ужасно гордый своей идеей. В его руках мелькнул всплеск зеленого пламени, материализуясь в бордовый ювелирный кейс. – Так сиди, дрочи, смотри, но веди себя тихо иначе все будет испорчено. Потому что подсматривают либо в полной тайне, либо этот нюанс обговаривается со всеми сторонами задолго до секса, – погладив бархатистую ткань на коробочке, строго произнес Асмодей. – Вас понял, властелин птичьих кисок, я могила, – шутливо отдал честь бес. Прикрыв дверь гардеробной до малюсенькой щелочки, Физзаролли погрузился во тьму, на ощупь раскладывая перед собой лубрикант и салфетки. В ту же секунду послышался звук открывающегося портала из которого оценивая обстановку вышел принц. Плащ скрывал под собой свободную, как облачко, прозрачную исшитую созвездиями рубашку. Она выбивалась из-под темно-синих вельветовых брюк с высокой посадкой имитирующей корсет. В специально небрежно уложенных перьях поблескивали крохотные частички сияющей пудры. «Оззи прав, что он все знал, даже оделся как заебанная сучка, словно чувствует, каких любят трахать» – поджав губы, подумал Физзаролли. – О, ты как раз вовремя! Я доставал кристаллы из кладовки, – странно протянув последнее слово и оборачиваясь на щель, произнес Асмодей. Он открыл кейс, демонстрируя кристаллы... они были прекрасны, воспринимались совсем иначе, чем на картинках или в украшениях на суккубах без детального рассмотрения. Столас знал многое про драгоценные камни, но этим явно не было никакой цены. Он с ювелирной осторожностью взял тот, что был посередине, и камень окрасился иссиня-алым отливом. – Они подстраиваются под предпочтения носителя, поэтому каждая моя малышка от них в восторге, – подмигнув, сказал Оззи. – Такая искусная огранка, полностью раскрывающая все достоинства камня, – заворожено проговорил Столас, в его глазах отразилось таинственное мерцание кристалла. Король похоти растянулся в улыбке, его перья на груди распушившись, вылезая из под пиджака. Обычно суккубы и инкубы, кому он дарил их, ограничивались либо неловким смущением и комментарием насколько кристалл красив, либо громким восторгом и вешаньем на шею в стиле «Масик подарил брюлики!». И никто никогда не отмечал его тонкой профессиональной работы. Оззи не был из тех, кто отказывается от комплиментов или пытается скрыть реакцию на них. Некоторые называли это наглостью и самовлюбленностью, а он просто обожал восхищение в свой адрес. И от настолько особенного, простого честного мнения и похвалы его конкретно забрало. – Я даже не представляю чем можно заплатить за них, – со всей осторожностью возвратив кристалл на место и покачав головой, произнес Столас. Как только камень оказался вновь на подушке, яркие переливы как уголек угасли, и сменились на прозрачный радужный бензиновый блеск. Со стороны Столаса началась сцена; он знал, но прикидывался, что не понимает. Всем троим в спальне – это было очевидно. Асмодей резко захлопнул футляр и отложил на тахту у изножья кровати. От неожиданности Столас даже чуть дрогнул плечами, вопросительно посмотрев на греха. Тот, подыгрывая, поманил жестом ближе к себе: – Понимаешь ли, принси, я не из тех, кто будет выдумывать странные сложные сделки. Скажу так, я долго тянул, потому что не знал, что просить за кристаллы. Поэтому я отдам их взамен на вечер с интересным продолжением. Он два раза хлопнул в ладоши и огромную кинг-сайз кровать обсыпало лепестками, а на прикроватных тумбочках рядом с астрами загорелись свечи. Затем осмотрев свое сексуальное ложе, Оззи хмыкнул, словно чего-то не хватало, и хлопнул еще раз. На шелковые покрывала упала пачка презервативов и смазка. – На всякий случай, – прокомментировал он. Столас в недоумении посмотрел по сторонам, думая, что оказался в каком-то порнофильме категории «Б» где за пиццу с доставщиком расплачиваются натурой. Асмодею надо было действовать сразу – открыл футляр, а там не кристаллы а его член. Асмодей. Предложил заняться сексом. Потому что больше ничего не придумал. Столас рассчитывал, что перетерпит все; готовился к сальным комментариям или шлепаньям по заднице, насмешкам над его телом или реакциями во время секса, неприятным ему практикам – и все ради того чтобы разорвать сделку и отпустить Блица. Но когда настал момент расплаты, когда он уже стоял в шаге от того чтобы ему разодрали ебучие вельветовые брюки и засадили под хвост, его не шуточно прорвало: – Серьезно? Ты, блять, издеваешься?! Обмен кристаллов на секс с грехом похоти? Я не знаю что может быть еще более клишированным чем это! Хм, дай подумать, наверное, только пафосная вестрен-эстетика моего, сука, киллера, – на одном дыхании выпалил он, в конце машинально касаясь плеча с недавно зажившей раной. Шрам будет уходить еще очень долго, у него вошло в привычку прятать его под перья, чуть приглаживая их. «Вот так все не просто, расположение нужно еще и завоевать» – подумалось Физзу. В своей засаде из обувных коробок, чулок и всякого блестящего барахла он выглядел как орнитолог на сафари, сидящий в зарослях с биноклем и наблюдающий за птичьим сезоном спаривания. – Блять да, я в курсе, что это слишком банально! Я действительно не смог придумать ничего лучше, не осуждай. У меня было не так много времени, – почему-то начал оправдываться Оззи. Скорее перед самим собой, потому что ощущение что он наворачивает не секса, а кринжа сжирало, и только Физзаролли до конца верил в эту идею, – К тому же, вечер с продолжением подразумевает под собой очень милые романтичные несколько часов, которые только добавят перчинки в дикое животное сношение. На контрасте. – Ты сейчас придумываешь на ходу! Какая тебе выгода столько времени проводить с таким занудой как я? Не легче просто прямо сейчас нагнуть, трахнуть и все закончить? – резко указав на кровать, выкрикнул Столас, и в ту же секунду из распахнутого балкона дунул порыв ветра, задирая занавески и заставляя лепестки разлететься по комнате. Лицо Асмодея вытянулось, словно он что-то понял, выслушивая, как горит жопа у принца со сделки. Головы в гриве Оззи непослушно засуетились, чувствуя приближение разговорчиков об отношениях: – Теперь я понимаю зачем тебе нужны кристаллы. Чтобы порвать с ним и не иметь ничего общего? Столас молчаливо подошел к балкону, поправляя тюль, и опустил взгляд на улицы кольца похоти, неоновые вывески переливались огнями, мимо по улицам проносились такси и тачки без крыш – они были популярны именно на этом кругу, потому что ассоциировались с текилой и бикини. Он знал, что все закончится так, но не хотел верить раскладам. Ему нечего было даже ответь. Оззи следом направился на балкон: – Я прав, – коротко сказал он, окидывая победным взглядом Столаса, но заметив, что принц совсем расстроен попытался подбодрить. Грустный секс на который ведут как на каторгу – самое отстойное из всего. Когда нет похоти и желания, а есть терпение и превозмогание себя. Чем это отличимо от великомучеников, попадающих в рай? – Кто придумал, что ты зануда? – Кажется, что все вокруг общаются со мной через силу и не хотят иметь ничего общего, как не старайся им угодить, – Столас вытянул магией самокрутку из портсигара под плащом. Она зажглась, как только фильтр коснулся клюва демона, – А в свете последних событий, я просто хочу исчезнуть из жизни всех с кем у меня когда-либо была связь. Уйти в затворничество, полностью погрузиться в работу с пророчествами и заниматься дочкой. Столас выдохнул звездный дым в лиловое небо похоти. Звезды плыли по нему растворялись и рассыпались на маленькие кусочки блестящие, как жидкий глиттер. Это не было похоже на звездопад, они не падали, они разрушались застыв на месте. Они плакали. От этого отдавало жуткой безнадегой. Легенда про астры, которые были расставлены по спальне, придавала еще более удручающий оттенок происходящему. Ведь астры это слезы из звездной пыли, попавшей на землю. Даже баранья и бычья головы в гриве Асмодея погрустнели, всматриваясь в небо. Нет, так не подходит, теперь это будет не принудительный, а уже утешительный секс. Опять не то эмоциональное состояние. – Выкинь бредовые идеи из головы. «Кажется» это ключевое слово в том, что ты сейчас говорил. Ты был единственным в обществе элитарных душнил с кем мне было весело на светских вечеринках. Помнишь, как мы баловались над прислугой магией раздевания? – рассмеялся Оззи, – оп! Он щелкнул пальцами и идущая под окнами апартаментов суккуб взвизгнула, роняя пакеты из супермаркета. Она оказалась полностью голой. Оззи услышал тихий смешок со стороны Столаса; он с интересом наблюдал за происходящим внизу. На паникующую даму стала наезжать другая, проходившая мимо. Она тыкала в жертву шутки пальцем и отчитывала: – Дейзи, какого хуя происходит? Ты опять пошла в магазин под солями!? – Я клянусь, на мне просто в момент исчезла одежда! – оправдывалась в ответ та, стоящая на полусогнутых ногах, не знавшая что делать первым; хвататься за пакеты, пока из них не вывалились продукты, или искать чем прикрыться. Раздался второй щелчок, и одежда исчезла уже на ругающейся девушке. – Чего блять?! – закричала она. – Вот видишь, я не врала! – пряча грудь одной рукой и пытаясь второй собрать сумки, говорила суккубочка. – Фу, что здесь делают две солевые? – закрывая рукой глаза своему маленькому ребенку, скривился инкуб, идущий по противоположной улице, – как мне потом объяснять дочери, что голой нужно быть только в клубе, в порно и борделе?! Асмодей разразился громким хохотом, перевешиваясь через периллу балкона и смахивая слезы: – Классно выждал момент, принси! На что Столас хихикнул, прикрыв клюв рукой. Внезапно одна из суккубов озадаченно задрала голову на шум сверху. Недовольное выражение лица резко сменилось на благоговение и трепет. То что было нельзя никому – дозволительно только греху. На жесткие пранки и чрезмерно пошлые подшучивания, все жители кольца похоти лишь пожимали плечами и говорили что-то из серии «ну это же Оззи!». И данная ситуация не была исключением. – Асмодей, так это вы опять прикалываетесь! – выкрикнула суккуб, кокетливо поправляя выпавшие пряди волос за рожки, пока вторая, замерев, сидела на корточках с пакетами и глазела на балкон с открытым ртом. – Да! увидел какие красотки идут, и захотелось посмотреть поближе, – продолжая хохотать, выкрикнул он, помахав ей рукой. В ответ суккуб вильнув хвостом, демонстративно покрутилась на месте для лучшего обзора со всех сторон: – Ну вот! Нравится? Только одежду обратно верните! – Вы мне все нравитесь, – напеваючи сказал Оззи, посылая воздушный поцелуй, и снова щелкнул пальцами. Одежда вернулась на тела суккубов, и они спокойно разбрелись по своим делам. – Я уже совсем забыл, как это было весело. Щелчок и они все визжат, как поросята, ругаются и уличают друг друга в бессовестности, не разобравшись в ситуации, – выдохнув дым, произнес Столас, смотря в след уходящим дамам. Звезды снова искрились и танцевали в космической дымке. – И раз ты у нас эксперт по клише, то как тебе такой клишированный жест? – сказал грех и Столас почувствовал как его приобняли за талию, и понял, что исполнение сделки началось. Их лица стали слишком близко друг к другу. Он заметил, что бычья голова была более активной, она мимикой намекала поцеловать первым, в то время как вторая – баранья, уже зажмурилась в ожидании. Асмодей терпеливо всматривался. Ему настолько было важно активное согласие? Туз жезлов, дьявол... что-то не сходится. Столас забыл про звезду. Про звезду, мелькающую на дне колоды из расклада в расклад. Он провел рукой по щеке греха, и, выдохнув звездный дым ему в рот, впился в губы. Их языки переплелись, Оззи вдохнул этот табачный космос без остатка, ощущая на секунду озарение как от аяваски. После дыма во рту осталось травяное послевкусие. Принц явно что-то подмешивает себе в самокрутки, причем очень качественное. Асмодей плавно перехватил инициативу, и они выгнулись в еще одном поцелуе, чуть ли не свешиваясь с балкона. Это напомнило невообразимые позы южных птиц во время брачных танцев, красивых до умопомрачения и совершенно бессмысленных. – Клише из романа в мягкой обложке мне ближе, чем вестрен или сюжет третьесортного порно, – разорвав поцелуй, прошептал Столас и кинул недогоревшую сигарету с балкона, она разорвалась ивой из падающих огней. Из окон апартаментов напротив, прячась за жалюзи и думая что их никто не заметит начали как по команде появляться папарации, фотографируя и снимая их на телефоны. Завлекая в еще один поцелуй Асмодей повел принца подальше от балкона, чтобы их встреча не привлекала излишнего внимания. Столас отстранился от него, как только они оказались у кровати, секунду назад распушившееся оперение снова прижалось к телу. Он смотрел на кристаллы. – Что-то не так? – спросил Оззи, на всякий случай успокаивающе поглаживая по спине. – Меня не покидает ощущение, что за нами могут следить, – Столас водил взглядом по комнате, выискивая что ему может казаться подозрительным. Глаза голов в гриве нервно забегали, в то время как сам Асмодей все еще держал лицо. Как он не рассчитал, что принц может хорошо чувствовать такое после покушения? Неужели Физз так сильно палится в ебучей грдеробной? Небось, шуршит там салфетками, пока наяривает, или уронил какой из его костюмов. Наверное, он там уже ахерел от диалогов из романтических сериалов, где свидание растягивают на десять серий. – Святой Сатана, что я несу? Ничего не говори, прости меня, – схватившись за лоб затараторил Столас, – после покушения мне часто кажется что... – Нет-нет, не извиняйся за то, что чувствуешь, тебе это не к лицу. Ты прекрасно выглядишь, поэтому лучше будь язвительной сучкой как в начале нашей встречи, – взяв принца за руки, перебил Асмодей. – мне так никто никогда не говорил, – удивленно раскрыв глаза и покраснев, пробормотал Столас. –Даже твой чертенок? Никаких комплиментов? Столас отрицательно замотал головой. – Значит, я просто обязан показать как должен себя вести настоящий джентльмен и в сердце, и в киске, – растянувшись в улыбке подытожил Оз. – Только, можно мы лучше все сделаем у меня дома. Не подумай, что мне не нравится тут, и эти астры действительно прекрасны, – Столас не знал угадал ли Асмодей или знал их значение, но теперь все стало складываться в единую картинку, он мог не заморачиваться и расставить розы, мог не подбадривать его, а без труда взять свое взамен на кристаллы, – просто мне действительно будет так спокойнее. – Все что пожелаешь, ваше высочество, – игриво склонив голову, сказал Оззи, он уже начинал входить в свой излюбленный образ, – мы просто хорошо проводим вечер с продолжением.***
Сжимая в зубах гримуар, с громким кряхтением Блиц заполз на балкон, привычно минуя дворцовую охрану. Это последняя ночь, когда он появляется в покоях Столаса. Он должен покончить со сделкой раз и навсегда, вернуть книгу и искать новые способы для попадания в мир смертных – до этого же как-то справлялись, криво-косо, но что-то да получалось. Ему больше не хотелось видеть Столаса, смотреть в глаза, разговаривать с ним, ощущать разъедающее изнутри чувство вины, за то что вовремя не спас, за то что не навестил, за то что не дописал сообщение, за то что все время избегал и боялся. Он обошел кровать, стараясь не вспоминать, как они вместе засыпали, после связываний, игр с воском и плетками. Блиц зажмурил глаза, не желая смотреть на себя в зеркало. Тяжело вздохнув, он начал медленно опускать гримуар на стол, словно тот был сделан из тончайшего фарфора, который треснет от любого неаккуратного движения. Складывалось ощущение, будто бы сделка автоматически завершится, как только обложка древней книги коснется деревянной поверхности. Момент мог бы растянуться на долго, учитывая сколько нужно было отрефлексировать, но внезапно сзади послышался привычный звук открывающегося портала. – Блять нет, нет, нет, почему эта ебучая сова все делает так не вовремя?! – закричал Блиц, срываясь с места. Прижав к себе книгу он забегал по комнате не зная куда деться. Увидев открытую дверь шкафа, рванул туда. Дверцы захлопнулись, и его завалило слетевшими с вешалок королевскими нарядами. Блиц надеялся, что Столас зайдет, чуть-чуть посидит в спальне и уйдет куда-нибудь дальше по своим важным демоническим делам. Пока не услышал еще один до дрожи знакомый голос, который насмешливо звучал в голове с их первого и последнего ужасного свидания. – Вау, это кедровые благовония? – Да, мои любимые, я зажигал их перед уходом и они только догорели. Блиц затаил дыхание, широко раскрыв глаза. Грех похоти, сутенер всея суккубата и инкубата – король Асмодей, сейчас находится в спальне Столаса вместе с ним, и судя по милому воркованию, он совершенно не против. – А я все думал, чем так приятно пахнет от твоих перышек, – припадая к шее, и заставляя принца откинуть голову, полушепотом сказал Асмодей. Столас рассмеялся, прикрывая глаза и чувствуя дыхание греха на шее, совсем не зная, что это все искусный отвлекающий маневр. Он не видел, как разгневанная бычья голова в гриве Оззи разрывается в немом крике на Физзаролли вцепившегося мертвой хваткой в несчастное перо, изламывая и сминая его бородки с крючочками. Физз был упрямым и не был готов мириться концом своего «сафари» без самой интересной части про спаривание. Он вылетел из гардеробной ровно тогда, когда из портала уже торчал только петушиный хвост. Он оказался с ними только благодаря тому, что вовремя уцепился за перо. Поняв, что голова кивает на шкаф за ним, Физзаролли за миллисекунду метнулся туда, забиваясь как можно глубже. Дверь скрипнула, и Столас дернув головой, выглянул на звук из-за плеча Оззи. – Ой извини, я наверное случайно задел хвостом, – растянулся в неловкой улыбке Оз. Головы тут же активно закивали, чтобы Столас даже не надумывал «лишнего». То что он реагировал на каждый странный звук рядом с собой лишь усиливало риски быть раскрытыми. – Ты ничего не забыл? – прищурившись, спросил Столас, полностью облокачиваясь на придерживающие его руки. – Не держи меня за идиота, принси, – с магическим треском на прикроватной тумбочке материализовался велюровый кейс, – Я помню все, когда мне это нужно. И то, что пишут подконтрольные Маммону СМИ – хуйня, он просто обижен, что я отточил навык пропускать все его изречения заканчивающиеся на «пизда» мимо ушей. – Тебе пизда? – переспросил Столас, подняв бровь. – Да, что-то такое припоминаю, дорогуша, – манерно поправив гриву и глянув на коготочки, ответил Оззи. Они оба рассмеялись по-птичьи стрекоча и чирикая. Физз нервно выдохнул, сползая по внутренней стене шкафа. Добавила же ему оплата кристаллов адреналинчика. Но что делать, птичьи инстинкты неисповедимы; если подкатил первым, то будь добр, уважай выбор места гнездования партнера. Физзаролли уже думал расслабиться, снова приспуская штаны, пока не понял, что в груде вещей рядом с ним кто-то есть…
