А Зайчик ли?..

Утро наступило непозволительно быстро. На удивление первым проснулся Рома, звон будильника приводил к головной боли, он потянул руку к тумбочке и на ощупь отключил механизм дьявола. Петров во сне не особо ворочался, но под утро перекатился от стены лицом к Пятифану. Брюнет застонал от безысходности, желания переться в школу не было от слова совсем. Антон на его плече был не ощутим, спал сладко будто не услышал громкого звона. Гопник решил ещё на пять минуточек прикрыть глаза, пока не почувствовал возню под боком. Проснулся всё-таки. Блондин недовольно что-то промычал, пытаясь аккуратно перелезть через Рому, ему это успешно удалось. Тоша глянул на свою руку где ещё вчера розовели следы зубов оставленные лесными друзьями, чистая бархатная, белоснежная кожа. Настроение сразу поднялось и он бодрым шагом направился в ванную подхватывая школьную форму, чтобы там же переодеться. Пятифан поднялся с кровати как только дверь за одноклассником закрылась. Он размял затекшие плечи и начал переодеваться в излюбленные спортивки. Когда ещё пиздюком был, то так же одевался. Годы идут, стиль не меняется. Роме критические сильно хотелось перекурить. Но если он выйдет из комнаты то привлечёт слишком много внимания, потому решение пришло само собой. Парень открыл окно поджёг сигарету и сделал кайфовую затяжку. Голова что ещё мгновение назад раскалывалась прекратила болеть. Пятифан курил со вкусом, не жалея тяги, он почти закончил как дверь тихо приоткрылась. Брюнет быстренько выкинул окурок и повернулся к вошедшему. На него смотрела сонная сестра Антона. Девочка прижимала к себе мягкую игрушку медвежонка левой рукой, а правой тёрла заспанные зелёные глаза. У Пятифана радужка была темнее с примесью карего, а у Оли глаза были подобны сияющим изумрудам, свежим весенним травам, такие большие и невинные. — Ой, а ты у нас ночевал? — Осипшим голоском удивленно спросила Петрова. Её яркие глазки округлились, растрепанные хвостики после сна с выбивающимися прядками качнулись, когда девочка сделала шаг к рыцарю, что спас Тошеньку. Антон же полностью привёл себя в порядок, нацепил на нос очки, он довольно улыбнулся и пошёл будить Рому. Парень ввалился в комнату на ходу прося Пятифана просыпаться иначе они опоздают. Но не успел блондин продолжить свою тираду как его крепко обняли маленькие ручки. Оля плакала от счастья, она не знала, что старший брат уже дома. Петров поднял небольшое чудо на руки и стал вытирать дорожки слёз с пухлых детских щёк. Он нежно поцеловал сестрёнку в лоб и прижал к себе мягко поглаживая вздрагивающие плечи. Оленька крепко обняла самого родного человека в этом доме за шею. Хорошо знакомое тепло и запах понемногу успокоили её. — Ну, Оля ты чего? Я же вернулся, зачем плакать? — Блондин невинно улыбнулся покачивая младшую на руках. Рома стоял и наблюдал за этой идиллией. Антон открылся перед ним ещё с одной стороны, стороны прекрасного старшего брата, что одним своим присутствием мог успокоить. Хулиган залюбовался, но свирепый взгляд синих глаз не позволил оставаться стоять. Пятифан покорно прошествовал в ванную. Пока брюнет отсутствовал брат с сестрой тихо перешептывались на кровати. Оля рассказала всё что случилось во время отсутствия Тошеньки. Как родители ссорились, как сова прилетела и девочка ночевала в его комнате, как её оставили одну дома даже не заперев дверь, а бравый рыцарь пришёл и они вместе ждали родителей. Младшая никак не хотела отпускать брата, но Антон пообещал, что больше её не оставит и не заболеет. Он уложил малышку ещё поспать у себя в комнате, поцеловал в щеку и спустился на кухню. Парень был очень зол, настолько что глаза начинали алеть, а когти прорыватся наружу. Карина хлопотала на кухне и положила на стол только одну тарелку. Блондин уже собираясь подняться из-за стола, чтобы основательно поговорить с матерью которую похоже не принял за свою. Рома появился внезапно как манна небесная. Он то и разрешил ситуацию. Петров уселся на место. — Доброе утро тётя Карина. Что на завтрак? — Пятифан уселся рядом с Тохой. На лице женщины мелькнуло удивление, а потом она вспомнила вчерашнюю ночь. Кажется сын попросил, чтобы гость остался переночевать. — Доброе, манная каша. — Мать Антона положила на стол ещё горячий завтрак с комочками. Блондин ковырялся в тарелке, он был не голоден, а вот брюнет напротив, поблагодарил и стал поглощать еду. Тоша осилил только половину сквозь тошноту, мама никогда не умела готовить. В городе у них была кухарка, пожилая женщина, соседка напротив. Старушка не была против заработка и готовила отменно. Только сейчас Петров осознал всю глубину ситуации в которой оказался. Мрачнее тучи Антон покинул стол вместе с Ромой. Хулиган косился на него пока надевал верхнюю одежду и обувался. Как только парни отошли от дома, Рома подал голос. — Ты чего такой кислый? — Гопник ухмыльнулся, но небольшое беспокойство не удалось удержать в себе. Блондин идущий рядом смотрел под ноги, плечи были опущены низко, а взгляд остекленело смотрел в одну точку. Петров шёл чуть впереди и мысленно вёл дискуссию с собой, пока грубая мозолистая ладонь не опустилась ему на плечо. — Тошка, ты чего? — Уже серьёзно заволновался брюнет, он понятия не имел, что могло случиться с другом за такой короткий отрезок времени. — Думаю о том, как мы жили в городе. Не было страха за свою жизнь, чудовищ бродячих в тайге, маньяков и обязательств. Ром, мне с-страшно... А если я не... — Голос предательски дрожал, как и всё тело. Антон сжался, желая исчезнуть за сказанную глупость, он понимал, что его сила это ещё и огромный долг перед самим собой и людьми, жизнь которых так нелепо оказалась в его руках. Петров задумался, ему бы наверное подходила роль трусливого зайца, он не достоин быть охотником, он хотел уйти от этого, спрятаться. Он жить хотел! А тут куда не глянь, везде пропасть мрачная и беспросветная. Парень долго время накапливал в себе страх, гнев, чистый ужас перед открывающимися ему перспективами. Слёзы сами хлынули покатившись по бледным щекам, он остановился и начал тереть глаза, воздуха в груди не хватало. Он задыхался от тяжести своих мыслей, от переполняющего душу отчаянья. — Я-я не..не... справлюсь. — Антон рыдал впервые за долгое время, он никогда не мог позволить себе такую слабость, он был защитой и опорой для сестры, а теперь уже и для других совершенно незнакомых и знакомых людей, что жили в этом посёлке. Антон всегда пытался хоть как-то примириться родителей. Порой в порыве их ссор, отец или мать могли влепить ему пощёчину такой силы что в глазах тёмнело. Он всё терпел, стоял на своих принципах и убеждениях. Но о каких сейчас принципах речь?! Петров не мог успокоиться, трясся как осиновый лист и думал о том дерьме в котором оказался. Может права была его мама когда отказала бабушке? Но почему это настигло его, за какие прегрешения? Он в прошлой жизни маньяком был? Это способ откупа? Губы посинели, слёзы прекратили скатываться горячими солёными дорожками. Воздуха не осталось, парень не мог вздохнуть, паника наполнила широко открытые глаза. Рома не умел успокаивать людей, он подошёл к однокласснику надеясь, что тот сам успокоится и они нормально поговорят. Что же, Тоха умеет разрушать чужие мечты. Пятифан обнял побледневшего парня и чётко заговорил: — Антон мы с Бяшей тебя не кинем. Я тебя не оставлю, давай дыши, вместе со мной. — Блондин всегда походил на льдышку. Особенно первое время, держался особняком, не умел заводить друзей. Полина наверное из жалости с этим очкариком общалась, над парнем издевались, не только его собственные одноклассники, но и другие ребята. А вот тому всё было не почём и морда кирпичом. Сначала Пятифан приревновал Морозову к Петрову, Сёма ещё к Тохе тогда прицепился. Рома наблюдал за всем со стороны не помогая, а рассматривая хилого зубрилу. Тот конечно удивил весьма приятным способом, дал им достойный отпор, даже помог к Полине подкатить. Но потом гопнику пришлось признать, что девушка все же не обратит на него внимание. После театральной сценки с маньяком, парни извинились перед ней, но она так и не приняла букет подснежников. Просто выкинула, а Антон подобрал и забрал себе, жаль было старания друга, как он потом выразился. Брюнет махнул на это дело рукой и услышал искреннюю благодарность, от которой сердце кольнуло не больно, а очень даже приятно. Тошка был пареньком славным, слишком хорошим для их компании, но в итоге как-то прижился, они ещё не успели сильно сблизиться ведь блондин только недавно появился в посёлке. Но тем не менее Пятифан сейчас действительно беспокоится за него и хотел правильно поддержать, пусть даже не умел этого делать. С Бяшей было проще, они всегда вместе были, мать у того отбитая сука. Пыталась от бурята избавиться всеми доступными ёй способами. Ещё маленького утопить хотела, да только деревенские не дали. В милиции выписали штраф и предупреждение, в их посёлке детдома не было, да и забирать к себе ребёнка никто не хотел. Малый всегда сам шастал, наткнулся по глупости на гараж, любопытство пересилило опасения. Бяха ничего не помнил, но по сей день боялся одного упоминания о чёрном гараже. И теперь Рома прекрасно понимал почему, он не знал, как выжил его приятель, но несказанно благодарил судьбу за милость. Пятифан всегда помогал лучшему другу, отдавал свои вещи, мог приютить когда у того мамка буйствовала, драться научил. Но эта стерва судьба видимо решила с ними ещё поиграть уже принявшись портить жизнь Антону. — Давай, вдооох, выдооох. — Хулиган одной рукой придерживал блондина, чтобы тот не упал, а другой приподнял его лицо за подбородок, чтобы смотреть в замутненные глаза. Петров старательно вдыхал и выдыхал, постепенно успокаиваясь в крепких, надёжных руках. — П-прости. — Блондин попытался отстраниться, но его только прижали крепче. — Слышишь, мы тебя не кинем, ты не умрёшь и сам с этими уебками бороться не будешь. — Тёмные брови хмурились, парень сжал губы в тонкую линию и только тогда отпустил Антона, когда тот перестал дрожать. — Ладно, спасибо Ром, твои слова многое значат. Нам надо поторопится и да, ты всё рассказал Бяше? — Теперь уже хмурился Петров. — Да, сразу после того дня, мы напились и я всё вывалил. Но он пацан чёткий, да и зубов у него лишних нет. Он приболел в тот день, так бы мы вдвоём вляпались. Ты уж извиняй, что я твою тайну раскрыл, но Бяша мне как брат, ему можно доверить всё. — Пятифан говорил вполне уверенно, и Антону ничего не остаётся как молча кивнуть. После чего парни спешно двигаются по направлению к школе. Рома прокручивал в голове произошедшее, он обнимал и успокаивал парня, как девченку. Априори эти должно было вызвать у него отторжение, неприязнь, но подобного он не испытал. Скорее ему наоборот захотелось не выпускать одноклассника из своих объятий, тот был так уязвим и хрупок. Парню хотелось укрыть Тошу от всех бед внешнего мира, защитить, спрятать и никому не показывать. Вот же блядство, не уж то он в педики набивается? Гопник скривил нос, его Тошик не обычный парень, не стоит его вообще с кем-то сравнивать. Ромка пообещал себе ещё об этом подумать и, возможно, обсудить с Бяхой, у бурята были отношения с девченкой из параллели, они расстались, потому что парню наскучили вечные причитания и недовольство партнерши. Пятифан и сам уже успел повстречаться, но влечение к женскому полу у него было чисто физическое, от того долго он за ручки с любовницами не бегал. Девочки, конечно, злились, слухи пускали, но брюнет быстро всё решал, стоило ему только посмотреть своим убийственным взглядом в сторону сплетников, как те умолкали и больше ни-че-го, ни-ког-да, не говорили о нём.