А Зайчик ли?..

Бяша встретил парней у школы. Его глаза округлились до размеров двух блюдц когда он увидел Антона. Бурят просиял на глазах, он подошёл к блонлину и приветственно хлопнул того по плечу. — Давно не виделись, на. Ты какого хуя так быстро припёрся в эти ебеня? — Беззубая улыбка заставила Петрова немного расслабиться и он в обычной манере начал отвечать, пока Рома с Бяхой обменивались рукопожатиями. — Чудо исцеление. — Поправляя очки сказал блондин. — Ты сам как? Рома сказал, что ты простудился. — Нормально, на. Ромка мне лекарства притащил, я как огуречек. — Бяша задумчиво гланул на друзей. — Первый урок физ-ра, на. Можем прогулять, мне ахуеешь как интересно, что за чудо исцеление, на. Рома сказал, что тебя чуть ли трупом не тащил. Пятифан кивнул без особых прелюдий. Петров же думал, настроения идти на уроки у него совершенно не было, особенно после того как он позорно разревелся по дороге в школу. — Ну, так? Тошка, давай быстрее, а то щас преподы заметят, и будем хуи сосать, а не пиздеть. — Зеленоглазый неоднозначно кивнул в сторону школьных ворот. Антон вздохнул и дал молчаливое согласие на разговор вместо утомительного урока. Что вообще за бред, ставить первым уроком физкультуру? Чтобы потом весь класс вонял потом и жаждал смерти? А ведь им ещё потом пять уроков такими потными сидеть. Наверное все учителя садисты, либо тираны которые наслаждаюся чужими страданиями. Вампиры хреновы, вот они кто. Троица быстро заныкалась за школой, где их никто не потревожит. Рома молчал, позволяя Антону самому всё расказать. Бяша в отличии от лучшего друга задавал уйму уточняющих вопросов, очкарик терпеливо отвечал на каждый разжовывая информацию как маленькому ребёнку. Под конец разговора все умолкли, бурят с Пятифановым закурили каждый свою сигарету, а Петров просто стоял и глядел куда-то вдаль. — Нихера себе, на. Ну ты Тох даёшь. Мы тя не кинем, но у меня мамка щас больна пиздец, на. Не хочу чтобы она копыта откинула раньше чем мне 18 стукнет. — Бурят опустил плечи. Женщину он не жалел, просто не хотел последние два года перед свободой провести в каком-то интернате, вот и приходилось ему за ней ухаживать. — Бяш всё нормально, что планируешь делать? — Антон ободрябще улыбнулся, у каждого свои жизненные сложности. — Пришёл отгул взять на недели две, на. Курс лечения с ней проходить, хуйня-муйня, на. Работу уже подыскал на время, буду тянуть помаленьку. — Беззубый мучительно вздохнул. Он весь движ так пропустит. — Если что понадобится говори сразу, понял? — Пятифан никогда не раскидывался словами и названому брату всегда помогал по мере возможности. Бурят кивнул и поблагодарил дружбанов за поддержку. Он докурил сигарету после чего ушёл искать Лилию Павловну чтобы свершить задуманное. Парни тоже потом потянулись в класс, уроки никто не отменял. К большому счастью для Ромы, Морозова в этот день в школу не пришла, Катька поведала однокласникам, что Полинка простудилась пока деду по дому помогала. Антон пытался сосредоточиться на уроке, честно при честно, но нифига у него не вышло. Вместо того чтобы писать конспекты, он рисовал, много рисовал. Кровавые картины приносили ему неумолимое удовольстве. Он рисовал Алису, содраная маска лисы лежала рядом с худым девичим телом. У девушки не было лица на его месте только черная дыра с распахнутыми широко глазами, все тело увязло в чёрной жиже. Оно будто утопало в болоте из собственной крови, одна её рука тянулась вверх пытаясь за что-то ухватится. Оскал Петрова после нарисованого шедевра так и застрял на бледном лице. Блондин любовался своим творением желая воплотить задуманное, кровь в венах бурлила, парень чуть ли не пританцовывал на месте. Как только прозвенел звонок с урока, он поднял из-за парты и прошёл в коридор бормоча знакомую считалочку. Раз-два Прилети Сова! Три, четыре, пять Время поиграть. Шесть да шесть Дыбом волчья шерсть. Семь да семь Съем тебя, съем! Восемь, восемь Бьём копытом озем! Для Медведя, для Лисы Зайчик, кушать принеси! О, Антон точно принесёт, это будет последний в их жизни обед. Парень не мог прекратить улыбатся, резко кто-то пробежал рядом и хлопнул его по спине. Петров уже знал что обнаружит сзади на рубашке, радужка налилась кровавым цветом. Блондин сорвался на бег, ему хватило пары секунд чтобы догнать вредителя, паренька он не узнал. Тот самоуверенно возвышался над очкариком. — Что такое, Петров? Что-то случилось? — Наигранно обеспокоенно протянул школьник. — Конфетку кто-то отобрал? Что с глазами, уродец? — Смех ехом прошелся по школьному коридору. Антон придерживал себя из последних сил, ему хотелось ощутить вкус свежей ещё тёплой крови, услышать крик и мольбы. Ногти непроизвольно начали отрастать, блонлин уже занёс руку для удара, целился он в плечо, хотел подольше поиграть с жертвой. Оклик Ромы отрезвил, парень поджал губы опуская руку с длинными острыми на вид ногтями. — Блять, Тох тебя училка для сценки по всей школе ищет, а ты тут прохлаждаешься. — Пятифан моментально подстроился под ситуацию. — Ещё этими накладными ноготкам себе морду покалечишь. Так, блять, а это ещё что? — Брюнет содрал со спины друга бумажку с надписью 《Ударь меня》. Тёмные зелёные глаза метнулись в сторону ещё недавно ухмыляющегося парня. Рома оскалился, повезло этому школьнику, если бы он не вмешался то валялся бы хладным трупом на этом грязном мокром полу. Дети с школы выходили часто, заносили со двора на обуви снег вперемешку с грязью. Что же, Пятифана не зря боялись и уважали, рука у него тяжёлая тут не поспоришь. Оставить произошедшее просто так, он не мог, Антон с катушек слетит и шкуру с бедолаги снимет, медленно и со вкусом. Проводя этими длинными ногтами по коже, он будет её рассекать на кусочки отдирать и откладывать в сторонку, чтобы потом поиграть в пазлы, например? Сейчас от белобрысого можна было ожидать многое. А Рома по Божески изобьет задиру, ну лишится тот пары зубов. Не помрёт же. — Ты. — Брюнет тычёт пальцем в уже не такого смелого школьника. — Пойдём выйдем. — Пятифан рывком снимает с Тошиной спины ненависную бумажку. — Тоха ты тоже с нами. Ждём за школой. На этих словах брюнет покидает сцену под тихие перешоптывания других учащихся. Антон следует за ним потихоньку успокаиваясь. Обидчик Петрова нервно переминаясь с ноги на ногу покусывает губы ища глазами поддержку со стороны, но все молчат. Смотрят как голодные гиены. Парень сплевывает себе под ноги и пытаясь не терять достоинства чешет следом за Пятифаном. Олег, а именно так звали неудачливого парня, был на год старше, выпускник, одинадцетикласник. Наверное он нервничал бы меньше если бы ему пришлось махатся с кем-то другим, но не с Ромой. Дурная слава об этом гопнике ещё с пятого класса ходила, слухов было немерено. Драки чуть ли не с поножевщиной и несколькими закопаными в лесу трупами. Олежа поёжился, вот он конечно влип, это же было ещё надо до такого додуматся, что бы гроза всех хулиганов принял под свое крыло очкастого ботана. Выпускник жалел о содеяной глупости, но извинятся перед Петровым не собирался, лучше драка, а то дружки засмеют. Парни просто начистят друг дружке морды и разойдутся как в море корабли. Гнев Антона сменился на милость, он ужаснулся собственной кровожадности стало тошно от себя самого. Парень опустил плечи, что он творит? Голова раскалывалась от переполняющих её мыслей. Пятифан чуть замедлился идя уже в ногу з другом. — Ничего Тоша, я ему щас рыльце подправлю. Ты уже с катушек слетаешь, может ну нахер эту школу? Пойдём в лес, ты там по быстрому словиш кого-то и принесёшь типа это. благодарство своё. Я тебя уже в третий раз ловлю, но так продолжатся не может. Ты, блять убьёшь кого-то такими темпами. — Рома опустил руку на узкие плечи блондина. Петров от неожиданности вздрогнул, а затем кивнул. Действительно, не дело это, он сам уже помалу с ума сходил от собственной импулиствности, так недолго и полностью одичавеет. А это только первый день как он дома. — Скажем Лилие Павловной, что мне плохо, а ты меня проводишь домой. — Антон был подавлен, даже говорил тише обычного. Будто сил не осталось даже на слова. Он всё ещё не мог управлятся со своим даром, не знал как самостоятельно вывести себя в состояние охоты и как успокоится без чужой помощи. — Лады, но сначала. — Рома остановился, они дошли до обозначеного места. — По старинке постой на шухере, Тошик. — Ага, давай только быстрее. — Блондин сложил руки на груди и отошёл к стене облоктившись на неё, он застыл в ожидании. Олег от них значительно отстал, желания идти драться становилось всё меньше и меньше, парень даже смирился с тем, что прийдется приносить извинения. Но стоило ему только выйти к Роме, как тот без промедления зарядил ему кулаком прямо в нос. Одинадцетикласник пошатнулся стирая кровь, этого стоило ожидать. Старший не отстал, попал прямо в скулу, вызывая шипение со стороны тени, что притаилась у стены. Антон негодовал, хотел впится в чужую глотку, выгрызть гортань и гланды чужака, что посягнул на его близкого человека. Пятифан, одними глазами попросил блондина не вмешиватся, Тоха повёл плечами, но согласился не вмешиватся ещё в самом начале, когда шёл сюда. Брюнет пнул парня в колени ногой, тот упал, Рома не медлил нанося удары по животу и спине. Почки отбить шалопаю не собирался, но наказать было надо. Он поднял парнишку за волосы и зарядил тому в левый глаз, а потом чуть наклонился к его уху чтобы разъяснить ситуацию. — Ещё хоть раз, хоть кто-то посягнет на моего кореша, прирежу. Ясно, пидрила? А теперь проси прощения если жизнь дорога. — Гопник жестом подозвал к себе спокойного как удава Антона. Блонлин поправил длинные волосы за ухо и присел на корточки перед Олегом. Тоха решил не ловить волосы в хвост, одноклассники даже не заметили отросшую шевелюру, так что проблем и расспросов быть не должно. Выпускник озлоблено глянул на чуть улыбающегося парня и плюнул тому в лицо. Петров снял испачканые очки и схватил того за шею перекрывая доступ кислорода. — Если продолжишь в том же духе, твоё тело и по весне не найдут. — Антон увлекся и жертва начала синеть, школьник схватил блондина за кисть и парню пришлось ослабить хватку. — Кха. Х-хорошо, прости. — Выплюнул слова избитый выпускник. — Молодец, так бы сразу. — Бледные пальцы легонько огладили чужую щеку и Антон поднялся. С кармана он достал носовой платок и вытер очки надевая их опять на нос. Было противно, но снегом умывать линзы Петров не хотел. Платок парень всегда таскал, ведь каждый раз когда входил с улицы в тёплые помещение, стекла запотевали. Рома отпустил чужие волосы и брезгливо вытер руки о свои спортивки, с такой грязью пришлось контактировать. Пятифан любовался своим другом, изменения пошли ему на пользу. Хулиган ловил себя на мыслей, что не может оторвать глаз от блондина тот был подобен падшему ангелу. Такому невинному, хрупкому, но в тоже время жестокому и кровожадному. Две тонкие грани одного целого. Брюнет просто утопал в глазах подобных небу и алых реках, он бы отдал душу, чтобы эти глаза смотрели только на него и ни на кого больше. Первый шаг уже достигнут. Антон принимает его как своего, равного, не отталкивает и даже желает защитить. Подобное было бальзамом на душу, Рома решил не спешить и разобратся с этими ощущениями, сегодня вечером полюбому к Бяше сходит, чтобы посоветоваться.