А Зайчик ли?..

Антон решил разыграть настоящую сценку, чтобы их отпустили без вопросов. Пятифану приходилось придерживать друга за талию и вести так словно тот вот вот грохнется в обморок. Петров всегда был бледным, а ещё он сегодня удачно заплакал, что придало глазам красного оттенка. Медсестра поджав губы смотрела на десятикласников, но отпускную им двоим на сегодня написала. Хорошо, что Тоша был отличником и никогда без причины не прогуливал. Его репутация идеального мальчика очень сыграла им на руку. Парни поблагодарили медицинскую сестру и блондин сам отправился к классной, что бы отдать бумажки. Павловна махнула на это рукой и отпустила. Очкарик поблагодарил и поковылял к курящему за школой Роме. — Ну чё, надул её? — Брюнет рассмеялся видя как недовольно на него зыркнул парень. — Если бы не обстоятельства, то так бы делать не пришлось. Идём быстрее, надо успеть пока отец не решил ехать за мной в школу. — Петров двинулся к школьным воротам, чтобы покинуть территорию учебного заведения. Парни шли почти бегом, перекидывались незначительными фразами. Оказалось Тоха беспокоился ещё и об Оле, он не желал своей сестре подобной судьбы, что настигла его самого. Но благо, тот успевал сам себя успокаивать ища везде плюсы, проявись у неё подобная сила, или нет. Рома только потдакивал не нарушая идилию в раздумьях блондина. Они дошли до леса после чего пошли по привычной дорожке к дому Петровых. Разговоры утихли, Антон вслушивался в каждый шорох. — Мне надо глубже в лес, здесь ничего нет. — Негодовал бывший зайчик. Пятифан скрипя сердцем согласился, хотя морально готовился чуть ли не ко второй схватке со всем зоопарком. Если подобное произойдёт, Антона он не оставит как в первые раз, парень не позволит себе прятатся как последнему трусу, пока друг будет бится в неравной схватке. Рома оказывался в подобных ситуациях сам, знал насколько подло могут поступить, но в себе никогда не сомневался. Петров наоборот, был на грани отречения от всего, или ещё хуже на грани безумия. Драки между парнями, обычными людьми, это одно дело, драки с.. А с кем? Кто те туши зверей? Монстры, демоны. Они настоящее ищадье Ада. Брюнет закурил глядя на осмотривающегося по сторонам одноклассника. На этом моменте Антон резко снял очки и начал стягивать куртку, новая чёрная, её тоже пришлось купить. Прошлая уже никогда от крови не отмоется да и зашить те крохи что останились нереально. Блондин отдал самое ценное в руки спутника и без слов побежал дальше скрываясь за деревями, Ромка только и успел глазами несколько раз хлопнуть. Хулиган нашёл пристанище у большой сосны её ветки росли достаточно высоко оставляя ствол дерева практически голым и весьма удобным, чтобы на него оперется спиной. Тоха исчез из виду на минут сорок, парень решил следовать инстинктам зову сердца так сказать. Он позволил тяготящему душу желанию всплыть на поверхность, желанию поохотится ощутить страх жертвы, который для охотника был слаще мёда. Вернулся блондин в одной руке неся тройку белых мёртвых зайчиков шерсть которых была вся залита алым, другой рукой парень тянул за собой ещё кричащего на последнем издыхании дикого кабана, а в зубах у него была рыжая лиса. Багровая дорожка тянулась с глубин чащи, красные глаза парня сияли удовольствием, длинные когти впивались в тушки пойманых животных. Петров кинул зайцев на землю перед охуевшим от такой картины Пятифаном. Охотник небрежно добил свинью рассекая горло и выпуская лужу свежей тёплой крови, лисицу он откинул в сторону выплевывая со рта шерсть животного. Никакой гигиены, фи. Будь Тоха в здравом уме вряд-ли такое бы учудил. Антон умыл окровавленое лицо и руки снегом, рубашку оттереть не удалось, да и речь сейчас не о ней. — Присмотри за добычей, надо ещё что-то для костёр найти. — Голос Тоши отбивался эхом в голове Ромы, что на подобные слова сумел только кивнул. Зелёные глаза прошлись по убитым зверям, парень решил всё туши собрать в одну кучу. Действовать пришлось ювелирно, что бы самому не испачкаться в крови. Наверное к подобной картине он готов не был, делал всё как втумане, шорохи и голос Петрова доносится до него будто из-под толщи воды. Блондин как-то нарыл хворост, весь мокрый, развести из таких крох костёр не представлялось возможности и в работу включился Пятифан. Брюнет достал нож-бабочку и начал отсекать некоторые ветки прямо с деревьев, вдвоём они управлялись быстрее. Антон отсекал ветки ногтями, все же те были остры не только на вид. Заключил мысленно хулиган. Рома услужливо одолжил другу пачку спичек и они начали поджигать импровизированый костёр, Антон что-то безустали бормотал себе под нос, гопник как не пытался вслушатся всё никак ничего понять не мог, хоть об стенку убейся. Пламя разгорелось не на шутку, оно радостно танцевало ожидая подношений. Первыми отправились зайки, блондин меланхолично запел, пусть ночь наступит позже он надеялся, что луна услышит его слова. Голос его был хриплым, отрывистым, но достаточно мелодичным и приятным по звучанию. Ну, по скромному мнению Пятифана, что наблюдал за всем со стороны. Он мог поклясться, что огонь такой силы они развести самостоятельно не могли, это Тоха как-то подшаманил, пел парень на непонятном для гопника языке, старословянском. Следующая в костёр полетела рыжая лиса, языки пламени прожорливо поглощали все дары, кабанчика оставили на десерт его Рома сам свалил в костёр не позволяя другу прерыватся. Антон был очень благодарен за содействие и как только затянул последние ноты всё исчезло, не осталось даже пепла, разве только грязное пятно на месте которого секунду назад горел огонь. Петров очеловечился, он вздохнул с таким облегчением будто с его плеч свалилась непомерная ноша и парень только сейчас мог вдохнуть полной грудью. — Ебать, это как? — Брюнет не воздержался от комментариев он посмотрел на улыбающегося Антона, а тот только пожал плечами молв «сам не знаю». Наверное за последнее время подобные фразы станут самыми любимыми у хулигана, ему ещё многое предстоит увидеть и пережить, впрочем как и самому виновнику этих дивных вопросов. Мальчишки быстро вышли назад на тропинку, Петрова гложили противные ощущение будто он о чём-то забыл, а ведь и правда! Он же после школы должен был с отцом в милицию поехать, чтобы дело закрыли. Родители гопнику не сразу поверили от того и обратились к Тихонову, вот тот и вёл расследование, допросил Рому, теперь уже очередь Тошки отдуватся. У блондина от одной мысли о разговоре в участке голова кругом шла. Парни распрощались у дома Петровых. Пятифан поковылял к Бяше поговорить, а Антон вошёл в старое, ряхлое здание. Карина восседала в прихожей, она спокойно смотрела сериал, но завидев сына поднялась с дивана и пошла на кухню накрывать на стол. Парень перед обедом ушёл в комнату переодется, рубашку жалко, но отмыть самостоятельно кровь он не сможет, а если попросит мать то проблем не оберется. Как только Тоша вернулся на кухню ему под нос сунули вкусно пахнущий суп. С матерью блондин перекинулся парой слов, сказал что ушёл пораньше из-за повышенной тревожности. На это заявление женщина спокойно кивнула и потянулась к верхнему шкафчику, там стоял запас таблеток которые до этого момента принимал её сын. Антон поблагодарил мать за еду, взял таблетку и спрятал под язык показательно запивая водой. Блондин поинтересовался когда придёт отец, после чего пошёл на второй этаж к Оле. Сестра была очень рада видеть брата, они вместе продолжи смотреть мультик «Русалочка». Старший выплюнул изо рта пилюлю и закинул её в карман домашних штанов. Не хотелось из-за препарата входить в овощеподобное состояние и опять иметь проблемы с собственным Я. Таблетки конечно помогали, притупляли эмоции и чувства, так они приносили подобие спокойствия, но продолжатся подобному было нельзя. Петров задумался, а что именно за препараты в него пичкают? Какой у них побочных эффект если они так сильно влияют на его восприятие мира? До этого парень подобным не заботился, вечно сидел на таблетках напоминая тень, а не живого человека. Ему казалось правильным то что он всегда их принимает, сейчас сидя и думая об этом становилось как-то не по себе. Раньше он интересовался у матери почему ему надо так часто их пить, она просто улыбалась, гладила по голове и говорила, что это помагает ему быть спокойнее и уравновешенее. Женщина не солгала, они подавляли его, успокаивали скребущегося изнутри сущность охотника, что под давлением не могла открытся полностью. Карина знала, она знала всё и молчала не желая принимать правду, тот бред о котором говорила когда-то покойная бабушка. Возможно она надеялась таким способом сделать сына «нормальным». Как жаль, что это ёй не удалось. Препарат усугубил ситуацию сделав старшего ребёнка запуганым зверьком которому мерещилось разное, галлюцинации штука такая, неприятная.