А Зайчик ли?..

Антон мог бы ещё долго медетировать под шум собственных мыслей, но его прервали. Отец вернулся с работы пораньше, чтобы поехать вместе со своим отпрыском на небольшой допрос в участке их деревушки. Они ехали молча, Петров старший изредка спрашивал у парня как его самочувтвие и почему тот пришёл домой так рано. Первенец ответил то же что сказал матери, Борис (да так зовут батю) на его слова только удрученно вздохнул даже с машины выходить вместе с сыном не хотел. Блондину пришлось идти самому и разбираться с милицией. Тихонов утомительно долго распрашивал парня о произошедшем «несчастном случае». Антон старался отвечать максимально честно, так как ему расказал Ромка. Мысли о Пятифанове слегка приподняли убитое в конец настроение. Тошика отпустили задокументировав все слова и сверив их с расказом подозреваемого гопника. Очкарика даже смешила тенденция все несчастья свешивать на Рому, на того всё как на гуся вода. До сих пор на учёте стоял, хоть и перестал фигнёй страдать. Иногда драки устраивал и то провокаторов Пятифан зачастую и не был, просто принимал вызовы. Кулаки хотелось об чьё-то лицо почесать, всего-то, большое дело. Кажется подобное удовольствие начал разделять и Антон. Ощущение превосходства над кем-то пянило, доставляло невидамое ранее удовольствие. Петров спокойно вернулся в машину к горе папаше, что даже нос на улицу не высунул. Наверное блондин должен быть зол, но сейчас на душе было так хорошо, спокойной, даже не хотелось никого убивать. Благодарность была принята и парня перестали мучить приступы агрессии. Хорошо, что они быстро с этим разобрались иначе бы не избежали лишних жертв. — Что-то хорошее произошло? — Грубый баритон неприятно резал слух. Они медленно ехали домой. Тоха мимолетно глянул на отца. — Да. — Ответ был весьма лаконичен, но почему-то распросы не прекратились. — Какая причина радости? — Не отводя глаз с дороги поинтересовался Петров старший. — Просто спокойно на душе. — Безмятежно кинул его сын устраиваясь на сидении поудобнее. — Таблетки сегодня пил? — Напряжение в автомобиле повисло незримымой дымкой, хотелось проветрить салон, но вместо этого Тоша молча кивнул. Дорога не занимала много времени, Антон витал в своих мыслях пока не заметил того кто в его представлении был «маньяком обыкновенным». Он этого человека узнал сразу, как не узнать, если именно его лицо он рисовал для Тихонова. Знакомый Бориса, который как-то выследил их и теперь просто наслаждался безнаказанной жизнь, прикрывая свои убийства, исчезнованиями детей в лесу. Мужчина прятался за зданием всматриваясь куда-то, блондин смог проследить куда, так как ехали они с отцом очень медленно. Маньяк наблюдал за домом Полины. Морозова закутаная по уши в куртку и шарф с раскрасневшимся лицом шла в сторону аптеки, единственной в их посёлке. Кошки скреблись на душе. Антон забарабанил по тонированному стеклу автомобиля. — Останови машину! — Крикнул парень с ужасом смотря на своего родителя, что кажется тоже разглядел знакомое лицо. Но машина не остановиласбь, наоборот набрала скорости вызывая в глазах Антона злость выливающуюся за края чаши безграничного терпения. Младший Петров на полном ходу открыл дверь железки, вынуждая отца остановится. Пока они ездили в отделение милиции, на улице уже стояла ночь, фонари тускло освещали центральную дорогу глухой деревушки. — Там моя одноклассница, мы должны отвезти её домой, она болеет! — Тохе пришлось выжать из себя все свои актерские способности. Интересно как у Ромы получалось так легко подстраиваться под любые ситуации? Наверное нажитый годами опыт. Глава семьи Петровых поджал губы, но коротко кивнул разворачивая свою ласточку в сторону удаляющейся девичей фигуры, за который по пятам на расстоянии в пары метров следовал хорошо ему знакомый человек. Как только машина остановилась перегораживая дорогу Морозой, Антон выскочил из тёплого салона. Парень сгреб в охапку подругу, обнимая её покрепче. — Полин, ты куда так поздно? — Блондин старался не смотреть девушке за спину. Заячья губа замер, но потом продолжил свой путь, мужчина прошёл мимо подростков, будто и не замечая их. — В аптеку, у дедушки не вышло купить лекарства сегодня да и гололед, а у него сам понимаешь. у меня температура поднялась и горло болит. — Щеки первой скрипки загорелись сильнее, она смущенно отвёла взгляд в сторону. Ёй нравилось, что Антон заметил её и кажется беспокоился о ней. — Поехали с нами, я с папой, мы тебя подвезём. Пожалуйста больше не ходи никуда так поздно, комендантский час, не забыла? В школе пропало ещё двое детей из младших классов. — Петров говорил строго и однокласснице пришлось согласится с его словами. Девушку они отвезли в аптеку, а потом доставили в целости и сохранности домой. Хорошо, что она ничего странного не заметила и не поняла. Рома же в это время восседал за столом на кухне у своего брата, хоть и не по крови. Бяша был немного занят, контролировал мать как мог, пусть та и пыталась буйствовать, но сыну в силе она явно проигрывала. Бурят на женщину руку не поднимал, терпеливо выдерживал её слабые припирания и следовал курсу лечения. В конце пришлось немного успокоительного подмещать, чтобы мать не мешалась под рукой пока они с Пятифаном базарят. Парень по привычке провёл языком по тому месту где должны были быть передние зубы. Эх, рано или поздно он накопит деньжат и поедет в город к стоматологу. Хулиганы распивали холодное пиво и молчали. Ромка никак не мог подобрать слов по какой причине припёрся, а Бяша не давил на друга наслаждаясь мгновения тишины и спокойствия. — Бях, а почему ты вообще встречался со своей бывшей? Ну, Машкой. — Брюнет почесал затылок опустив глаза на пустую жестяную банку. — Ну, ты и вопросы задаёшь, на. — Бурят вскинул брови. — Та, красивая просто, фигура ахуенная, на. Но характер хуйня. Ты чего пришёл, на? Опять Полинка? — Нет, она мне нравилась, тоже типа фигура да и лицо ничё. Но кажется, что на Полинку я болт забил, сейчас беспокоюсь больше о совершенно другом человеке. Блять, постоянно думаю, беспокоюсь пиздец. Такая хуйня вокруг происходит. — Пятифан неуверенно поднял свой взгляд на друга. Бяша молчал и пристально рассматривал пришедшего к нему за советом братана. Бурят прикрыл глаза и нервно усмехнулся, он не мог пока даже предполагать, что за деваха так зацепила лучшего друга. Кто она если переплюнула Первую скрипку? — Ясно, а фигурка у неё лучше чем у Полинки? Хочешь её, на? — Рома к подобным словам видимо не был готов, его скулы порозовели, он резко поднялся вызывая у хозяина дома ещё больше подозрений и вопросов. — Мне домой надо, я матери пообещал кое в чём помочь, совсем заебался со всей хуйней. Ну, а… девушку эта, не знаю. Не думал об этом. — Пятифан мучительно прикусил нижнюю губу. — Я ещё приду. Удачи там, на роботе, если что надо то говори сразу. Парни обменялись рукопожатиями и разошлись по своим делам. Рома нёсся домой обдумывая слова Бяхи. Хочет ли он Антона? Целовать, обнимать, заниматся секс...неа, если это Тошка то заниматся любовью. Гопник и сам не заметил как дал ответы на все свои вопросы, одним исправлением мысли. Пятифан решил потратить время с пользой, наколол ещё дров, покормил скудную мини-ферму матери, и вновь занялся планировкой нового крыльца для своего дома. Ещё прошлым летом занялся ремонтом, внутри дома уже всё выглядело поприличнее. Мать после смерти отца могла сутками пропадать на работе либо отвлекала себя поиском нового мужика. Сын никогда её не осуждал, видел как тяжело ёй приходится, до тринадцати лет был полным раздолбаем, а потом его будто переклинило. Что-то щёлкнуло в голове и парень пытался братья за голову как мог. Брюнет свалился на кровать без сил. Парень ощутил тяжесть на своих бёдрах, он приоткрыл глаза, его руки легли на длиннын стройные ноги. Лица девушки он не видел, её светлые волосы спадали на голые бледные плечи. Пришедшая богиня была только в одной олимпийке принадлежащей хозяину комнаты, да и та сползала вниз по гибкой спине ангелочка. Пятифан потянулся за поцелуем, но ему помешали очки, неизвестной до сего момента особы. Голубые глаза Антона искрились, в глубине зрачков танцевали бесы, он кокетливо улыбался уворачиваясь от губ гопника. Рома будто в бреду, обнимал белобрысого, целовал, кусал всё к чему мог дотянуться. Ему было плевать на все свои пацанские принципы, Петров стоил того, чтобы нарушить каждое правило только бы он не отвернулся от Пятифана, только бы улыбался. Только бы он был рядом и не смотрел на других, чтобы мог доверится полностью Роме. Брюнет скинул Антона с себя заставляя того лечь рядом, он хотел поцеловать негодника понастоящему, но тот только улыбался отворачиваясь от ненасытного парня. У Пятифана ехала крыша, он подтянул блондина за бёдра к себе. Член стоял колом, зелёные глаза изучали тонкую длинную шею, ключицы, мальчишискую грудь, плоский живот, а ниже как-то не мог разглядеть. Блондин не дал ему и шанса, прохладные пальцы прошлись по кубикам пресса, которым по праву гордился гопник. Не зря он на турниках каждый день летом и осенью зависал. Рома выдохнул сквозь сжатые зубы, он не выдерживал таких издевательств, терся своим стволом о чужое бедро и выстанывал имья Антона как мантру, до тех пор пока со стоном не кончил. И не проснулся от раздражающего слух очередного телефонного звонка.