Обречённо-обручённые

На соревнование в клубе слетелись все Трутни. Победителю полагалась бутылка односолодового купажированного виски из одной единственной бочки, спертой откуда-то из катакомб Ватикана, ну, это по словам Бинго. На деле всех интересовала игра ради проверки крепкости своего ума, спины и всего, что было пониже, способных выдержать несколько часов абсолютного безделья. Старина Бинго вызвался судить собравшихся, и с часами наготове он возбуждённо вскинул руку, и крикнул громко: "На старт!", каждый Трутень заметался по залу клуба, в поисках хорошенького местечка. "Внимание!" Мне удалось урвать удобное сиденье на честерфилде у камина. Я плюхнулся в уголок дивана и вытянул ноги к огню. Многим повезло меньше. Встревоженный Таппи смог найти прибежище только на подлокотнике рядом со мной. Кто-то из ребят лег сразу на пол. И с оглушительным криком "Марш!", все тут же расслабились и умолкли. Только Бинго беззвучно смеялся, глядя на сонное царство. Он расхаживал по комнате, и неустанно следил, чтобы никто не посмел дергать пальцем, напевать мелодию под нос, крутить головой, улыбаться или переговариваться. Таппи рядом со мной напряжённый и сконцентрированный чуть кивал головой, могу поспорить, в мыслях он как мантру повторял "не думать, не двигаться". - Не разглядывать газету, - воскликнул весело Бинго, он щёлкнул по носу хитреца, усевшегося перед столом, заваленным бумагами. Я решил, что честно будет также не рассматривать Таппи и закрыл глаза. Перед соревнованиями я предусмотрительно сделал изнуряющую пробежку и плотно поел. Я надеялся проспать большую часть состязания. Но дневной сон оставил меня через час сладкой дрёмы. И как бы сильно я не хотел снова провалиться в сновидения, мне не удавалось. - Ужин… - администратор клуба вошёл, готовый к любым бесчинствам, что мы обыкновенно творим, его голос был достаточно громок и звучен, чтобы перекрыть любые наши крики, но сегодня, похоже, мы смогли поистине удивить старика. Он лишь на мгновение замер, разглядывая развалившихся по полу молодых людей, вздохнул тяжело, так и не получив ответа, и просто вышел. - М-м… - Таппи, не трясись, это против правил, - объявил из конца комнаты Бинго. Я открыл глаза, чтобы взглянуть на друга. Тот покраснел, нахмурился. Не нужно быть Дживсом, чтобы понять - Таппи хотел есть. - Держись, дружище, - сказал я шепотом. - Не могу, Берти, оно того не стоит, - также тихо ответил Таппи. - Ну все, это третье предупреждение, - Бинго всплеснул руками, выгоняя голодного обжору. Но тот, похоже, ничуть не расстроился, и понёсся в столовую, сверкая сардонической улыбкой. Бросил меня на поле боя, Иуда. Я стал вспоминать все хорошее, что водится в вустервской черепушке, чтобы унять скуку. Вот, к примеру, ноты и такты заводных песен. Собачий вальс, Лентяйка Минни, Одеваться в Рице. Па-ра-па-па, сидит прекрасно! Пум! По моде Риц! Ох, я заметил как пальцы сами собой стали выстукивать нужные клавиши воображаемого пианино. Следовало взять себя в руки и отвлечься на что-нибудь более бесполезное. Я окунулся в учебные годы, припоминая латынь. Принялся проговаривать про себя каждое латинское слово, что умудрился выучить за несколько лет в Итоне. Мементо мори. Карпе дием. Вене, види, вичи. Сициум, альтиус, фортиус. Фух. Я выдохся на самом банальном. Не стоило и стараться. Математику я забросил на второй забытой теореме Пифагора. И с чувством выполненного долга позволил себе снова думать о Дживсе. Порой мне казалось, что я слишком много времени посвящаю его дживсовой персоне. Но стоит ли об этом беспокоиться, особенно после стольких написанных мною книг, воспевающих его гениальность. И если так подумать, Дживс также был вынужден тратить половину своего времени на меня, если не всё время. Ха, квиты. Мы были как какая-нибудь женатая пара. Только без детей и венчания в соборе. Так подумать - отбросили все самое худшее. Мы все равно что тетушка Дэлия с мистером Трэверсом. Тоже живём в одном доме, с одним бытом, иногда спорим. Я, конечно, в нашем браке муж. У меня деньги и доброе имя Вустеров. В таком случае Дживс милая жёнушка, что драит дом до чистоты, готовит любимому на ужин супчик и встречает в кружевном переднике. Я улыбнулся собственным мыслям и тут же одумался. Улыбаться категорически воспрещалось. Я решил не думать вовсе. Стал считать про себя. Счёт - это хорошо. Цифр всего десять. Зато чисел бесконечное множество. На третьей сотне я стал замечать как же сильно у меня затекла шея и онемела спина. На пятой сотне я понял, что сбился. Хотя, если быть до конца честным, сбился в первый раз я уже на семидесяти, но попросту этого не заметил. Веселее было вернутся к Дживсу. Правда, пока что только в мечтах. Мне стало интересно, от чего этот малый не найдет себе жену? Опуская все шуточки, что он сам себе жена, а в качестве ребенка у него - я. Неужели Дживс настолько преисполнился в своей божественности, что уже не нуждается в женской любви и ласке? Следом я подумал, что не хотел бы, чтобы Дживс уходил от меня в большой дом, где мог бы жить семьёй-прислугой. Тогда логично было бы взять на службу и очаровательную миссис Дживс. Подумать только два Дживса в моём доме. А потом бы у них пошли бы маленькие Дживсята. На секунду я замечтался и расплылся в улыбке, представляя маленькую копию Дживса в помпезном рабочем костюме. Но тут же взял себя в руки. Странно было бы предполагать, что у Дживса может быть жена, а уж тем более дети. Чудовищно только подумать, что Дживс может предаваться чему-то столь низкому и человеческому, как оплодотворение или просто занятие любовью. Пока я оставался в плену собственных фантазий, то, признаюсь, позволил себе на мгновение вообразить Дживса, передающегося коитусу, но быстро отмёл эту идею. Мне никак не удавалось представить Дживса голым. Да ещё и в постели. Если бы Дживс и лежал в кровати, то полностью облаченный в парадную одежду, и лёжа на спине, как Носферату в гробу. Мне отчаянно захотелось поделиться этими мыслями хоть с одной живой душой. Особенно сильно я хотел поразмышлять вслух обо всех этих глупостях с Дживсом, но вежливость не позволила бы, поэтому я оглядел комнату вокруг. Никого, кто мог бы поддержать меня в бездумных беседах или… Таппи! Я вскочил на ноги, направляясь в столовую - подумать только, я даже успел проголодаться. - Вустер! - обиделся на меня Бинго, но я уже не обращал на игру внимания. - Таппи! Как твои дела? - А, Берти, тоже проиграл? Ну, ничего, я уже выкрал это несчастное виски, - Таппи отсалютовал мне бутылкой без этикетки. - Не ты первый, Клод и Юстас ещё вчера вынесли такой же пузырь, - я устало плюхнулся за стол, и мое отчаяние передалось и другу, он сник, скуксив растерянное лицо. Нужно было отвлечь его беседой, - Как ты думаешь, Таппи, Дживс может влюбиться или жениться, или что-нибудь в этом роде? - Почему ты спрашиваешь? - Я получил пачку писем от читательниц, и там они в таких изящных красках описывают мою с ним любовь. Вот мне и стало интересно… - Тебе стало любопытно может ли между вами быть любовь? - Что за глупости, Таппи? Нет. Меня в теории мучает вопрос, а способен ли Дживс на любовь. - Думаю, что так. Если бы он тебя не любил, вряд ли бы проработал рядом столько лет. Поверь мне, тебя тяжело вынести… Я деланно оскорбленно поджал губы, но долго не смог кривляться и снова повернулся к Таппи: - Это, конечно, очень лестно. Но я имел в виду романтическую любовь. Когда целуются, ходят на свидания. Таппи скорчил удивленную физиономию. - Хочешь пригласить его на свидание? - Я начинаю понимать, почему Анджела разорвала помолвку… - я был возмущен непониманием Таппи. Но стоит признать, он всегда прагматичен и прост. Пустые размышления и теоретизирования никогда не увлекали ум Таппи, и потому он не мог понять мой праздный интерес. Я вернулся домой в расстроенных чувствах, будто сам я и все мои думы абсолютно непонятны. Осознание, что я проиграл в судьбоносном турнире также отягощали душу. И даже дружелюбный Дживс, забравший шляпу и трость у входа, меня не преободрили. - Налей, пожалуйста, выпить, Дживс, - попросил я, и стек на банкетку. Сейчас мне не хотелось ничего, только выть, вторя клавишам фортепиано, будто бы я был одиноким горным козлом, застывшим на склоне без возможности спасения. Не прошло и секунды, как Дживс вплыл в мое поле зрения с подносом наперевес. Я принял стакан и тут же поморщился от вкуса содержимого. - Что это? - Газированная вода, сэр. Или просто содовая. - Я думал ты плеснёшь мне виски с содовой, - я сдулся праздничным шариком. - Верно, сэр, но вы не выиграли виски, - Дживс ухмыльнулся и как можно быстрее ретировался на кухню, чтобы я не успел ничего возразить в ответ. Да, у Дживса сегодня просто отменное настроение. - Ты светишься от счастья, дружище, - сказал я, тыкая наобум ноту "до". - Неужели, сэр? - Есть особая причина? - Думаю, я влюбился, сэр. Я встрепенулся. - Вот как? Это очередной томик стихов или всё же живой человек? - На сей раз человек, сэр. - Очень интересно, - я, дорогие читатели, просто расцвел в этот момент. Силы вернулись ко мне, словно по щелчку, и я уже был готов наброситься с расспросами, но Дживс, к сожалению, сбежал на кухню. Я, как учила тетя Агата, принялся преследовать жертву, залез, словно охотничья такса, в норку Дживса, стал расхаживать за камердинером по кухне, то и дело мешая и суясь под руку. Я не позволял себе начать диалог, но и отступать был не намерен. А заодно и проверял автоматизм и четкость движений Дживса. Иной раз мне даже удавалось застать Дживса в узком проёме между плитой и столом, и нам приходилось плотно прижаться и даже почти соприкасаться бедрами, чтобы пройти к чайнику. Но Дживс молчал, как одна из тех рыб, что он поглощает тоннами для живости ума. В момент Дживс развернулся ко мне лицом, нависая угрожающе своим нехилым ростом и глядя устрашающе и проникновенно сверху вниз, я быстро понял намек, и плюхнулся на стул, что так вовремя оказался позади. Впору было решить, что Дживс намеренно выстроил свой путь по кухне так, чтобы в определенный момент усадить нерадивого хозяина. Стоило мне замереть с раскаивающимся видом, как Дживс удовлетворённо кивнул и продолжил мерцать по кухне. Он ошпарил чайник для заварки кипятком, накрыл на время полотенцем, и принялся собирать ведьминский набор из засушенных трав и специй из шкафчика. Из всего многообразия дживсовой коллекции я узнал только гвоздику и мяту. Сам Дживс перебирая баночки, вбирал аромат трав, едва поднося их к носу, и отставлял на стол, покачивая придирчиво головой. Я, вспомнив детство, позволил себе загрести парочку сверкающих банок и вдохнуть смеси трав полной грудью. Дживс позволил это, не удостоив меня даже взглядом. Да, у него явно было хорошее настроение. Я также выудил парочку стеклянных колб, наполненных, все как одна, белым песком. На запах я определил ваниль. И со знанием дела запросил добавить ее в чай. Дживс приподнял уголок брови, раздумывая пойму ли я, если он не станет портить произведение его чайного искусства ванилью или нет. Но я бы не понял, поэтому отставил банку, соглашаясь на всё, что предложит Дживс. Стал разглядывать остальные порошки. Мне известно, что существуют наркотики, которые на вид выглядят точно также. А что, реши Дживс хранить на нашей кухне кокаин, я бы и не узнал никогда. Я откупорил очередную банку и со знанием дела втёр себе в дёсна белый песок, пытаясь понять, чем же он является. - Сэр? - Понять не могу: что это? - Мука, сэр, - по голосу, Дживс смеялся, хотя лицо его было непроницаемым. - Ты понял это по одному только внешнему виду? - я был впечатлён. - Соль, сахар и соду я в состоянии отличить зрительно, но в данном случае, сэр, мне помогают этикетки, - Дживс развернул банку, чтобы маленькая наклейка с надписью "мука" оказалась ко мне лицом. - Вот как? Ну-ка, Дживс, поставь передо мной банки соли, сахара и соды, - я закрыл глаза и сложил руки на груди. Мой приказ был детской причудой и порой Дживс их просто игнорировал, но сегодня он влюбился и потому располагал хорошим настроением, так что поддался играм. - Готово, сэр. Я открыл глаза и с участием стал внимательно рассматривать три банки с идентичным наполнением из белого песка. И как их можно различить на один лишь вид? Дживс воспользовался моментом и позволил себе в спокойствии и тишине приготовить чай, засыпал пару ложек чайных листьев, бросил две веточки гвоздики и немного поперчил - редкая, но интересная находка Дживса. - Подскажи, как ты их различаешь? По запаху? - По внешнему виду, сэр. Песчинки сахара самые крупные и прозрачные. А сода… - Нет, погоди, дальше я хочу сам. Я всмотрелся пристальнее, теперь уже зная, куда смотреть. Действительно, различия были. Сода, к примеру, сильно отличалась от своих собратьев, она была белоснежной, словно первый выпавший снег в пригороде, и совсем мелкой. - Это сода, - я указал на нужную банку, победно улыбаясь Дживсу. Тот оглянулся на меня, и почти улыбнулся в ответ: - Верно, сэр. Дживс достал чашку и блюдце, расположил их в самом центре подноса, на кружевной салфетке, залез в ящик для чайной ложки. Я мог отставить угаданную банку и определять соль и сахар. И к моему разочарованию, они были неотличимы. - Только по внешнему виду? А если по вкусу определю, это будет считаться, - спросил я, канюча. - Я думаю, да, сэр. Но это было бы нечестно. И я отказался от своей идеи также быстро, как голодная сова пролетает над полевой мышкой. В общем, очень быстро. И Дживс, похоже, был доволен тем, что я не пошел на хитрость, он с мычанием кивнул, когда увидел, как я продолжаю мучиться догадками. - Это сахар, - все же ткнул я наугад, когда Дживс подошёл к столу вместе с чайником. - Мне добавить это в Ваш чай, - Дживс особенно выделил слово "это", даже забыв вставить свое излюбленное "сэр", так что я быстро переменил свой выбор: - Это сахар? - Мне добавить его в Ваш чай, сэр? - Хватит издеваться, Дживс. Просто скажи: я угадал? - Один раз - да, сэр, - всё же продолжил издеваться Дживс. Чай уже был готов и камердинер намерен был выгнать меня с кухни и усадить на диван в гостиной, но я наотрез отказался уходить, игнорируя любые его намеки. Я вовремя воспользовался игрой в угадайку и Дживс просто не мог найти аргументов, чтобы выгнать меня и пить чай по всем правилам этикета. - Налей себе тоже чашечку, - предложил я как бы невзначай. В глубине души я холил и лелеял надежду увидеть, как Дживс потребляет чай в своей естественной среде обитания. Но тот в ответ только поджал губы, все ещё нависая с подносом. - Это сахар? - я решил отвлечь его и снова указал на соду. - Я могу добавить соду в чай, сэр, если Вам так угодно. Ого, в голосе стали появляться нотки раздражения. Похоже, не такая уж и крепкая была та влюбленность… - Что если здесь вообще нет сахара? Ты ведь мог пошутить и поставить две банки соли? Губы Дживса поощрительно дрогнули. Он оценил мою догадку, но отверг ее: - Нет, сэр, здесь стоят все три ингредиента. В конечном итоге я ткнул на наиболее чистый, как мне показалось, песок. Дживс сказал, что сахар самый прозрачный и я решил, что именно это и значит прозрачность. - Можешь насыпать это в мой чай, если сядешь наконец и выпьешь со мной чашечку. Лицо Дживса вытянулось, но он покорно достал ещё один сервиз, наполнил обе посудины, засыпал мне выбранный песок и сел-таки с другого угла стола. Я с волнением отметил, что бедро Дживса, которое нечаянно и мягко ткнулось в мое колено было достаточно упругим и теплым, чтобы подтвердить дживсову человечность. И вместе с этим слабым неловким тычком сдвинулись и мои представления о Дживсе, как о каменном изваянии. Он сел рядом, исполнив просьбу, но, видно, только для того, чтобы увидеть мое лицо, когда я буду пить это жуткое месиво. Дживс не отнимал взгляда, даже когда поднес чашку и пригубил свой перчёный Эрл Грей. Вот же. Пусть так, Вустеры не бегут от опасности. Я приму этот вызов с гордо поднятой головой. Я взял свою порцию чая и опасливо покосился на дрожащую в чашке жидкость. От Дживса послышался крайне самодовольный вздох, он наслаждался моими мучениями. Дрожа рукой, нехотя, я поднял чашку к губам, вытянул их в трубочку и все равно не прикоснулся к посуде. Не очень-то хотелось. Дживс явственно улыбался. Ах так? Во мне вскипела мстительная обида, я точно знал, как нарушить спокойствие своего слуги и отпил чая, шумно при этом сербая. Дживс прикрыл глаза. Он выглядел так, словно я провел когтями по меловой доске. Да. Это была победа. Я победил сегодня трижды. Я вынудил Дживса сесть со мной за один стол, я взял пальму первенства, выведя Дживса из себя и почти правильно определил белый песок на кухне Дживса. Постскриптум, чай с солью - дрянная смесь.