The secret between us

      Колеса машины шуршали по подъездной дорожке, а Гарри с каждой новой секундой, что продолжался этот звук, нервничал все сильнее. Как ему хотелось, чтобы Том приехал и познакомился ближе с его семьей, так в равной степени он боялся этого. Лучше было все оставить как есть: проще и понятнее. Но отступать на полпути в тесноте машины оказалось некуда — не прыгать же из нее?       Бойтесь своих желаний — они могут исполниться.       Том вышел из машины, позволив Гарри сделать глубокий вдох и морально подготовиться, пока тот доставал что-то из багажника. Сам Гарри вышел из машины немного погодя, прикрыл дверь и завозился с рюкзаком, притянув его с заднего сидения.       — Мы разве не опаздывали? — приподнял бровь Том, нажав на кнопку багажника, отчего тот медленно опустился.       Гарри пожал плечами.       Еще как. Скорее всего, все уже собрались на заднем дворе и жарили мясо.       Гарри осмотрел знакомый с детства достаточно большой дом в классическом английском стиле с просторной беседкой и даже удобной качелью поодаль, где он обычно читал книги, когда оставался у родителей, или просто лежал, покачиваясь и залипая в телефон. И очнулся. Он дернул Тома за руку, пытаясь обхватить его запястье, и по телу прошел слабенький разряд статического электричества, заставивший его вздрогнуть.       — Ты бьешься током, — произнес Гарри, закусив губу.       — Может, это потому, что между нами искрит? — в тоне Тома сквозило неприкрытое веселье.       Губы Гарри растянулись в ласковой улыбке, прежде чем Риддл протянул руку и обхватил ею его бок, притянув ближе к себе. Он подался вперед и накрыл рот Гарри в жадном поцелуе; чужой язык настойчиво толкнулся в рот, словно отвоевывая территории, скользнул по небу и коснулся его языка, мягко погладив. И вырвал стон.       Вот только чего Том, похоже, не понимал, так это того, что крепость давно порушилась под натиском, а он сам был готов пасть к чужим ногам. Фигурально, разумеется.       Руки Гарри обвились вокруг шеи Риддла. Его пальцы зарылись в мягкие пряди на затылке, потянув за них. Поцелуй с едва ощутимым вкусом кофе на языке и какого-то напряженного вибрирующего желания будоражил столько мыслей и эмоций, что Гарри начал теряться в них. Он цеплялся за Риддла, как утопающий. Язык Тома скользнул по его, пощекотав кончиком. Следом он захватил его губами и заскользил по всей длине, вырвав у Гарри очередной судорожный стон. Его тело, казалось, слегка потряхивало: дрожь прошла по позвоночнику, вызвав мурашки.       Как же все-таки он соскучился. Во всех смыслах. Настолько, что захотелось променять встречу с родителям на то, чтобы затащить Риддла в свою комнату наверху. На прошлой неделе до секса не дошло: они досмотрели сериал до конца сезона, приготовили ужин — ладно, Том приготовил — и как парочка пенсионеров завалились спать. Но спал Гарри не долго. Чувство тревоги разбудило его в середине ночи, и, послонявшись по квартире битых полчаса, он пошел работать. И так погрузился в работу, что очнулся в момент монтажа от прикосновения. Том нежно погладил его плечо, поцеловал в висок и сообщил, что ему пора ехать. Вот и все выходные, которые вроде бы должны были быть наполненными безудержным сексом, но не срослось.       Отношения для удовлетворения тех самых потребностей заканчивались его отсутствием. Потрясающе.       Видимо, поэтому сейчас Гарри чувствовал себя сексуальным извращенцем, у которого колом вставало от одного только поцелуя. Это был не первый такой всплеск гормонов за сегодня: предыдущий возник еще на подъезде к дому родителей, когда он залип на длинных пальцах и предплечьях Тома.       Сначала это странное любование, и вот теперь поцелуй. Что дальше? Он начнет возбуждаться даже от одного беглого взгляда?       Гарри сдавлено застонал, когда язык Тома несколько раз толкнулся в его рот, словно намекая как бы тот трахал его, будь они в другом месте. Чтобы окончательно не потерять голову и не наделать глупостей, пришлось с сожалением оборвать поцелуй: как бы ему ни хотелось уединиться и продолжить, не стоило забывать, ради чего они приехали.       Гарри замер, вскинул взгляд и все же вновь коротко коснулся чужих губ.              — Идем. Время знакомиться с родными — попытался он перевести все в шутку.       — Все это время только этого и ждал, — также шутливо ответил Том и через мгновение стал серьезным. — Что мне стоит знать о них до того, как мы войдем? — деловито уточнил он, переключившись в один миг.       Хотел бы Гарри тоже обладать такой магией.       Он попытался сосредоточиться на вопросе, надеясь, что хотя бы это сведет все возбуждение на нет. Пришлось спешно думать, какая информация о его семье могла бы пригодиться Риддлу.       — Мама любит живопись, и у нее своя галерея в центре. На эту тему она может говорить без умолку, — он задумчиво закусил губу. — Что касается отца, то он более приземленный: продолжение семейного дела, инвестиции и тому подобное — я в этом не шибко разбираюсь. Такие темы обычно поддерживает дедушка Флимонт — он уже отошел от бизнеса — и иногда дядя Вернон или мистер Диггори — друг семьи.       — Да, я в курсе, что твоя семья производит лекарства, — Том, кажется, обдумывал каждое его слово. — Принято.       Гарри хмыкнул и кривовато улыбнулся.       — Да, ограниченный перечень препаратов.       Этот нюанс был мало кому известен. А вот то, чем занимается его семья, казалось, не было секретом ни для кого: СМИ уделяли много внимания компании отца.       — Зато очень важный. Я читал о том, что вы разрабатываете безопасные лекарства, которые позволят снизить риски через выявление побочных реакций в ответ на действие препаратов.       — Да, — коротко ответил Гарри.       Об этом ему было известно слишком много. Отец и дед все уши прожужжали о нюансах бизнеса. Отец не скрывал, что мечтал о том, как Гарри продолжит семейное дело, когда придет время. Но с момента первого разговора и по сей день отношения с фармацевтикой у него не складывались: несмотря на веру, что все эти исследования рано или поздно помогут тысячам людей, эта отрасль Гарри совсем не привлекала.       Они подошли к входной двери, и Гарри показалось, что он услышал тяжелый выдох. Риддл, видимо, так настраивался. Гарри все это напоминало ситуацию, когда он садился за самый сложный уровень в игре — он тоже настраивался. Вот только в случае Тома тот, похоже, хотел понравиться его родителям. И шанс был только один.       Он кинул косой взгляд на Тома, разглядывая его сосредоточенное лицо и слегка поджатые губы. Так, что едва не споткнулся о первую ступеньку, до которых они успели дойти. Риддл поймал его за локоть, сильно сжав, и удержал его, избавляя от последствий падения в виде сломанного носа и выбитых зубов.       — Осторожнее, — Том большим пальцем погладил по коже на сгибе его локтя, по одной из эрогенных зон, отчего Гарри мгновенно покрылся крупными мурашками, и отпустил.       — Постараюсь, — сипло прошептал он.       В какой-то прострации они вдвоем преодолели путь через весь дом и вышли на задний двор.       На солнце уже стоял накрытый стол, вокруг которого были расставлены стулья, частично занятые уже бабушкой, мамой, миссис Диггори и тетей Петунией.       — Я бы хотел уединиться с тобой в комнате, — порывисто шепнул Том на ухо, будто прочитав его мысли, и отстранился, громко поздоровавшись с присутствующими.       — Наконец-то, дорогой! — по губам мамы скользнула улыбка, и Гарри улыбнулся ей в ответ:       — Всем привет.       — Том, — тут же перевела она взгляд на него, — мы все очень рады, что вы все же смогли приехать.       Банально, но Гарри понимал, что суть радости мамы в том, что они приехали именно вместе. В этот момент он кожей чувствовал заинтересованные взгляды родственников и друзей семьи, направленные на них.       — Я же обещал, миссис Поттер, — как я мог не сдержать обещания?.. — ответил Том с вежливой улыбкой. — Это вам, — он протянул ей несколько пакетов. — В благодарность за приглашение.       Пока мама принимала пакеты, к ним успел подойти отец:       — Гарри, — хлопнул тот его по плечу и прижал к себе.       Гарри улыбнулся, и тут же был отстранён — отец уже протянул руку Риддлу. Гарри наблюдал, как Том отвечает на рукопожатие, пока он сам обменивается ими с другими присутствующими мужчинами. Наступил черед Тома, а Гарри кинул взгляд на маму: та достала бутылку красного вина из одного из пакетов, поставив ее на стол, и небольшую белоснежную орхидею — из другого.       Пока все выглядело достаточно неплохо. Даже напряжения почти не наблюдалось. Только легкая неловкость.       Отец сразу утянул Риддла в компанию дедушки, Седрика и мистера Диггори, которые столпились вокруг нескольких грилей разных форм. Гарри посматривал за всей этой компанией со стороны, предпочитая не вмешиваться. Они точно говорили сейчас о фармакогенетике — дедушка не мог не поднять любимую тему, — в которой Гарри разбирался, как осел в меде. Немного позже он все-таки заглянул к грилю, постояв слегка в отдалении, и, убедившись, что разговор шел о ней самой, вернулся за стол, где мама расставляла закуски и салаты.       — Папе понравился «твой проект», — она усмехнулась, поправляя салфетки, чтобы те лежали одинаково ровно. — Разговаривает.       Гарри бросил взгляд через плечо и улыбнулся.       — Что ты рассказала о нем отцу?       Тетя Петуния молчала, но с интересом прислушивалась, похоже, рассчитывая услышать какие-нибудь сплетни. Он засек ее интерес краем глаза. Зато бабушка почти сразу ушла в дом, сославшись на самочувствие — мама отца не слишком жаловала тетю. Сейчас между ними был установлен нейтралитет, но ему вспоминались и более активные действия с обеих сторон. Можно сказать, что повезло.        Мама заговорщически подмигнула Гарри, без слов говоря, что ничего из того, что он бы не сказал сам, она не сообщила. Да и это было своего рода намеком, мол, тетя сидит рядом и внимательно слушает. Что ж, при ней Гарри обсуждать все это действительно не хотел.       — Только то, что «тема» тебе интересна, — все же ответила мама вслух и ласково фыркнула.       Гарри принял это к сведению.       Вот теперь разговор точно был завершен на неопределенное время.       Он огляделся по сторонам и перевел жгучий интерес тети, которая открыла рот, чтобы задать вопрос, в совершенно иное русло:       — А где Ди?       — В доме, — тетя Петуния зубасто улыбнулась, но цель была достигнута. — Разговаривает по телефону, — сообщила она так, словно ему о чем-то это должно было сказать. — У него появилась девушка, и Дадличек не выпускает телефон из рук.       Прямо как сам Гарри. Когда все было менее запутанно, они постоянно переписывались с Томом. Звонить Риддлу было нельзя — только в крайних случаях.       Ему казалось, что все удалось — ровно до того момента, как тетя Петуния попыталась продолжить подогревать свой интерес:       — А как у тебя на личном фронте?       — Как обычно, — уклончиво ответил Гарри, пожав плечами.       И в общем-то не солгал. Как обычно, непонятно. Личная жизнь сильно проседала, зато сфера работы — цвела.       Тетя вздохнула понимающе.       — Сейчас так мало хороших молодых людей и девушек: правильных, образованных и приличных.       Гарри едва сдержал смешок.       Для него это было не так и важно: ему хотелось одного определенного и не очень приличного парня — что ж поделать.       — А это твой?.. — вопросительно приподняла бровь тетя и кинула взгляд в сторону Тома.       — Том помогает мне с проектом, — усмехнулся кривовато Гарри.       Он дотянулся до бутылки с вином и плеснул себе в бокал. Действие, которое тут же привлекло внимательный взгляд мамы.       — Пора бы уже остепениться, Гарри. Мы волнуемся, что ты до сих пор один, — продолжила давить тетя.       Какой же она специалист по раздаче ценных советов.       Он прищурился и даже слегка подался вперед, скрывая раздражение.       Тетя Петуния была в своем репертуаре — лучше бы с Дадли так нянчилась. Свечку там держала, шнурки завязывать помогала, парфюм выбирала.       — Мне чуть за двадцать, а не слегка за пятьдесят. Чего волноваться? — Гарри приподнял бровь. — Меня замуж выдавать не надо, и приданое собирать тоже, — отрезал он.       Он прекрасно понимал, что это, скорее, намек на ориентацию — что в нем не до конца приняла тетя, — а не на возраст, на который та пыталась все спихнуть. Естественно, как и многим, ему хотелось немного стабильности, но этому мешал один осложняющий все фактор — его противоречивая натура. С одной стороны, Гарри хотел определенности, а с другой — боялся двигаться вперед и страшился дня, когда у него будут постоянные, прочные отношения. Отчасти в этом он боялся окончательно признаться даже себе.       Гарри сделал глоток, тем самым пытаясь расслабиться. Алкоголь ему всегда в этом помогал, но он старался редко прибегать к такого рода помощи.       К счастью, его спасли.       Гарри увидел, как Том едва заметно ему кивнул, и тут же извинился перед сидящими за столом.       — Прошу прощения, там меня ждут, — и позорно сбежал от настойчивого интереса тетушки.       Можно, конечно, было пойти в дом и отыскать Большого Ди, чтобы поболтать об игровых новинках, но бросать Тома одного не хотелось.       Он подхватил бокал и подошел туда, где мистер Диггори и отец с самым профессиональным видом следили за мясом.       Как бы не спалили.       — О чем разговариваете?       — Почему ты не говорил, что твой друг интересуется фармакогенетикой? — с восторгом уточнил отец.       Гарри только неопределенно улыбнулся.       Если бы он еще знал, что его «друг» таким интересуется. Хотя Том готовился к встрече — слишком он был осведомлен о деятельности их семейного бизнеса.       Он спрятался за бокалом, сделав очередной глоток.       — Скрывал его от нас, — беззлобно поддел его отец.       — Приберег на особый случай, — возразил Гарри.       Тот только хмыкнул и отвернулся к мясу.       Почему-то именно сейчас вспомнился тот день, когда Гарри сообщил родителям, что он гей. Мама тогда пригласила одну из подруг в гости с очередной дочкой, конечно же. Это было уже после поцелуя с Чжоу, что привнес в его жизнь понимание: он ничего не чувствует к девушкам, кроме дружеской симпатии. Тогда-то он и выложил все, получив в награду сначала скандал от отца, а затем период недовольства по причине того, что Гарри не продолжит их род. Хотя отец злился сильнее, когда Гарри не оправдал его ожиданий и не стал тем, кто способен перенять семейное дело. А если вкратце, то того мало что могло оставить довольным, а вопрос с детьми нельзя было назвать неразрешимым.       Поэтому Гарри старался не обращать внимания.       Разговор плавно вернулся к прошлой теме.       Гарри почувствовал, как Том накрыл его руку своей и достаточно сильно сжал, как будто… в знак поддержки? Он кинул на Риддла быстрый взгляд.       — Хочешь вино? — шепнул Гарри и указал взглядом на бокал.       — Тебя, — беззвучно одними губами произнес Том, отчего Гарри вспыхнул в одно мгновение.       Кто бы мог подумать, что вечно насмешливый, скрытный и непонятный Риддл будет флиртовать с ним так явно и бесцеремонно прямо при его родителях. Хорошо, что те не слышали.       Во всем этом было нечто такое, что будто делало их настоящей парой, которая только начала встречаться. Той, что ни на минуту не может оторваться друг от друга: перестать касаться, шептать всякие нежности, возможно, даже мурчать что-то друг другу на ухо.       Ладно, что-то переборщила его фантазия: таким милым он Риддла не представлял.       — Мясо готово, — сообщил отец спустя время. — Гарри, принеси, пожалуйста, блюдо.       Гарри принес, а потом, пока все были заняты мясом, судя по виду продолжая строить из себя знатоков, он под шумок утащил Тома к столу, где мама, пока тетя пошла за Дадли, поймала их с вопросом:       — Том, вы останетесь на ночь или вечером планируете возвращаться в город?       Риддл перевел на Гарри вопросительный взгляд, слегка вскинув бровь. Это напоминало сюрреалистичный сон, в котором Том с ним советовался.       — Мам, мы пока… — он не договорил, когда Том его перебил и кивнул:       — Если только я не помешаю, мы останемся. Но уедем ранним утром, — вежливо сообщил он. — Мне нужно быть в городе к десяти.       Внутренности согрело приятное, обволакивающее чувство тепла: они вместе, словно пара, проведут время до самого утра в доме родителей. Гарри никогда не оставался здесь ни с одним из партнеров. Друзья приезжали часто — да. Особенно Рон с Мионой. Но никто из тех, с кем он пробовал встречаться, поэтому происходящее воспринималось слегка неловким, необычным, но очень волнительным событием.       Мама тактично не задавала вопросов. Она лишь улыбнулась своей очередной понимающей улыбкой, заставляя Гарри моментально начать гадать: постелют ли Тому в гостевой или он останется в его комнате?       По телу прошла дрожь предвкушения.       Гарри во всех красках представил, с какой пользой они могли бы провести время вечером. Наедине. А затем он переключился на следующее утро, чтобы отвлечься от будоражащих мыслей. Скорее всего, ему нужно будет разбудить Тома и попытаться приготовить им завтрак. Хотя, возможно, стоило сразу выехать, как только они примут утренний душ и соберутся — поедят где-нибудь в городе.       Он плюхнулся рядом с Томом. Прямо напротив места, где сидела тетя, и вдохнул мясной запах.       Оставалось надеяться, что компании, толпящейся вокруг гриля, удалось приготовить что-нибудь вкусное. В Риддле он не сомневался: Гарри уже несколько раз убеждался в том, что Том шикарно готовит. А вот Диггори-старший вполне может бить рекорды по количеству сожженного мяса. Совместное барбекю ведь подразумевало, что гости могут как-то участвовать в приготовлении… но лучше бы некоторые не участвовали вовсе.       — Обед остывает, пойдемте к столу, — повысила голос мама, собирая всех.       Она помахала рукой зовущим жестом в сторону дома, видимо, поторапливая кузена и тетю.       — Том, красное или белое? — уточнил отец, когда начал разливать по бокалам алкоголь.       — Белое.       — Прекрасный выбор. Так, впрочем, можно сказать и про ваш подарок. Гарри его оценил, — едва заметно улыбнулся отец.       Гарри краем глаз заметил, как Том растерянно хлопает глазами.       — Какой... — начал он.       — Цветок и бутылку вина, которые ты привез с собой, — перебил его Гарри поспешно.       Не хватало, чтобы Риддл начал гадать, что именно он оценил. С мамой они уже говорили о мастурбаторе. Теперь не хватало обсудить нечто похожее со всей семьей.       — Лили тоже любит белое, — пояснил отец, подхватил другую бутылку и налил Тому немного в бокал.       — Спасибо, — поблагодарил тот с подчеркнутой вежливостью в голосе.       И куда только делась вся его язвительность, вечно переливающаяся через край? Риддла словно подменили. Не то чтобы Гарри представлял, как Риддл будет волком смотреть на его родителей и огрызаться на каждое слово, но тот, кого он видел сейчас, на Тома был совершенно непохож.       Милашка.       Гарри начал налегать на вино, стоявшее рядом. И спустя какие-то полчаса даже не заметил, как выпил уже треть бутылки, хотя ему казалось, что успел только сделать пару глотков. Но внутри расползалась предательская расслабленность. Или это могло быть просто следствием того, что Риддл сидел рядом, и Гарри ощущал себя как-то по-домашнему тепло. Уютно.       Он наклонился к Тому и тихо спросил:       — Будешь устрицы?       — Не ем их, — уголок губ Тома приподнялся. — С детства.       — Не нравится вкус? — Гарри склонил голову набок, поглядывая с интересом.       Том качнул отрицательно головой и пояснил:       — У меня аллергия.       — Может, хочешь что-то другое? Тогда, может, креветки?       Их Риддл точно ел — проверенный вариант.       — Гарри, — он сделал ощутимую паузу, — голодным я точно не останусь. Выключи панику.       Том взглядом проследил за только что принесенными к столу стейками лосося. Он, похоже, выбрал, что будет есть следующим.       Гарри потянулся за мясом, ощутив прожигающий взгляд Седрика. Тот сидел по его правую руку, и флюиды напряжения расползались к их части стола. Гарри все это время гадал, кто умудрился посадить Седрика рядом с ним?        С младшим Диггори давно была поставлена точка. Когда-то давно они дружили и были не разлей вода. Наверное, до того момента, как Гарри осознал свою ориентацию. Как и каждому подростку, внутри которого бушевали гормоны, ему захотелось удостовериться: вдруг он асексуал или еще какая-нибудь разновидность тех, кого не привлекает никто. Нет. Поцелуй с Седриком, инициированный им, доказал, что он более чем бурно реагирует на других парней. Зато Диггори не оценил его порыва. Хорошо, что хоть лицо осталось целым, да и пару секунд, возможно, от растерянности ему все же отвечали. А то травма была бы на всю жизнь. Потом Диггори просто начал его игнорировать. И из-за всего этого цель текущего визита Седрика оставалась загадкой — они не встречались с того самого момента.       Столько времени утекло — глупо было бередить прошлое, да и время для извинений давно прошло. Не поворачиваться же сейчас и не говорить: «Прости, что тогда засосал тебя с языком».       Совсем смешно.       Эти годы Гарри больше общался с семьей Седрика, которая не поняла причин охлаждения между ним и их сыном.       Гарри перевел глаза на Большого Ди, когда тот подошел к столу, переключив все внимание на себя и тем самым ослабив напряжение. Он слабо улыбнулся Гарри в знак приветствия, опустившись за стол с извинениями:       — Прошу прощения. Работа, — вот только тетя уже его спалила. — Я — Дадли.       Кузен уперся взглядом в Тома, представившись больше ему — со всеми остальными он был знаком.       — Том, — ответил Риддл кузену. — Рад познакомиться.       Все продолжало идти неплохо.       Гарри не мог сказать, что у него были плохие отношения с родственниками. Конечно, как и у всех детей, в детстве между ним и Дадли были некоторые недопонимания: тот даже пару раз разукрасил ему лицо, а он в ответ чуть не сломал кузену нос. Но Гарри не видел в этом ничего странного: они оба были вспыльчивыми детьми. Эмоциональными и избалованными. Постепенно все углы сгладились. Они повзрослели и даже немного помудрели. Но виделись не столь часто. Возможно, потому что поумнели.       Гарри с трудом сдержал улыбку, сделав вид, что хочет пить, и дотянулся до бокала с водой.       Седрик все это время кидал на него кривоватые взгляды. Гарри подозревал, что Диггори считает его выскочкой, привлекающим внимание. Да, он всегда был достаточно порывистым по характеру, но раньше Седрика это так не раздражало. Опять же, если он правильно интерпретировал чужой взгляд. Теперь это напрягало и его, поэтому Гарри старался отвлечься: то поворачивался к присутствующим, чтобы ответить, то тянулся, чтобы положить себе салат, который чуть не перевернул на стол, то спрашивал, что положить Тому, и чуть не опрокинул бокал с вином прямо на его белоснежные брюки.       Все получалось с точностью до наоборот.       Гарри в какой-то момент почувствовал, как ему на колено легла ладонь и ощутимо сжала. Он заметно вздрогнул. Гарри опустил быстрый и, он надеялся, не слишком ошарашенный взгляд на руку Тома, что продолжала покоиться на том же самом месте.       — Том, а ты на кого учишься? — уточнил Дадли, прервав тишину и откинувшись на спинку стула. — По специальности думаешь идти работать?       — Экономический факультет, управление бизнес-процессами, — Том оставался все также предельно вежлив. — Пока не решил.       Том, может, и ограничился стандартным ответом, но Гарри почему-то думалось, что у Риддла все уже распланировано на годы вперед.       — Да, Том, расскажи нам о себе, — попросила мама.       Им всем, видимо, хотелось узнать Тома получше.       — Какие планы на будущее? Вам осталось учиться всего ничего, — добавила она.       Мама сидела по правую руку от отца, расслабленно потягивая вино и перекусывая парочкой креветок. На ее фоне Гарри казалось, что он сам съел уже тонну мяса и сейчас лопнет. Вероятно, лишь возраст и быстрый обмен веществ позволяли ему оставаться стройным с его-то замашками и любовью к разного рода фастфуду.       — Сдам все экзамены и тогда буду думать о работе. И нужно защитить общий проект с Гарри.       — Магистра получать не собираетесь? — вклинился в разговор отец.       Том отрицательно качнул головой.       — Может, если решусь, то поступлю на еще одно высшее, но пока раздумываю.       Гарри насторожился, будучи не совсем уверенным, что правильно все понял.       Хотелось поговорить на эту тему, что стало бы не совсем уместным за столом: вряд ли Риддл захочет это обсуждать прилюдно. Тем более при мало знакомых ему людях.       Ведь так?       Повернувшись к нему полубоком, Гарри вперил в Тома внимательный взгляд и прищурился, но тот всем своим видом дал понять правоту собственных умозаключений — они обсудят это позже. Именно это выражала чужая поза.       — Мы уговаривали Гарри поступить в университет почти с боем когда-то: он не хотел, — вздохнул отец.       — Но все же пошел, и мне нравится, — Гарри примирительно приподнял ладони вверх.       В голову не вовремя пришла мысль, что завтра они поедут к родителям Тома и те, скорее всего, будут задавать похожие вопросы. К этому стоило подготовиться. Если его мама хотя бы приблизительно догадывалась, кем они приходятся друг другу, то понимали ли это родители Тома? Велика была вероятность, что его пригласили как обыкновенного знакомого. Возможно, приятеля. Как знать, что Том рассказал им?       — А мы говорили, но ты у нас творческий человек, прям как Лили, — отец улыбнулся, сжал руку мамы, а потом поднес ее к губам и ласково поцеловал в тыльную часть.       Удивительно, что отношения его родителей, начавшиеся еще в школе, оставались столь теплыми и нежными по сей день. Они выглядели вечно влюбленными подростками, что не могло не радовать. Особенно если сравнивать с волнами разводов, скандалов и прочего, с чем он сталкивался на просторах сети, да и среди одногруппников подобных историй всегда было полным полно.       Гарри не смог сдержать легкую улыбку.       — Хватит болтать обо мне, до моего дня рождения еще целая вечность, — немного преувеличив, усмехнулся он.       — А о ком еще говорить, как не о тебе, когда у нас в гостях твой друг? — мама лукаво посмотрела на него.       — О работе? — отчаянно предположил Гарри.       Даже эта тема была лучше, чем перемывание его косточек при всех. Еще бы достали его детские голопопые фотографии.       Хорошо, что ответственная за это бабушка сейчас отдыхала. Иначе бы Том перелистывал уже десятый альбом.

***

      — Все прошло лучше, чем ты рассчитывал, — Том подошел к полке с книгами, рассматривая все вокруг, будто желая узнать о нем что-то новое.       Они свалили в комнату сразу, как позволили приличия.       — Ни на что я не рассчитывал, — запротестовал Гарри, опустившись на край кровати и продолжая наблюдать за Томом.       Риддл оглянулся на него с ухмылкой.       — Конечно. Поэтому ты просидел до вечера как на иголках, — протянул он.       — Говорю же тебе, — с лица Гарри не сходила немного смущенная улыбка, — ты фантазируешь.       — Ну-ну, — протянул Том, касаясь его многочисленных фигурок «Funko Pop!» — коллекций разных фандомов. — Приму к сведению.       Гарри закатил глаза и чуть не поперхнулся, стоило Тому задать следующий вопрос:       — А что у вас произошло с Седриком?       Какой внимательный.       Гарри не рассчитывал на такой вопрос.       — Разве что-то произошло? Я не заметил, — как можно более индифферентно ответил он, пальцами смяв покрывало.       — Седрик так не думает: его взгляды были весьма красноречивыми, — заявил Риддл.       Диггори хотел с ним поговорить, но об этом Гарри узнал только в самом конце вечера, когда семейство Диггори уезжало домой. Седрик отвел его в сторону и попросил позвонить, чтобы встретиться потом наедине. Смысла этой встречи Гарри не понимал — они столько лет не общались. Сейчас говорить было попросту не о чем: их больше ничего не связывало.       — Понятия не имею, — пожал он плечами. — Мы не контактировали много лет.       Весь вид Риддла говорил, мол, я запомнил его лицо и знаю, что-то не так.       Нужно было срочно менять тему разговора.       — А во сколько мы завтра встречаемся с твоими родителями?       — Вечером. Семейные выходные, да? — Том осклабился, больше ничего не добавив.       Гарри тихо вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Его воображение отказывалось представлять, какая семья у Тома. Хотя наверняка родители Риддла не такие открытые, как его.       — Мне нужно что-то знать, перед тем как я приеду к вам в гости? — Гарри задал почти идентичный вопрос тому, который услышал сегодня от Тома.       — Во-первых, я тебя туда привезу, а не ты приедешь, — начал Риддл, словно пытаясь уйти от ответа, переводя все в шутку. И точно. — Но не думаю, что тебе понадобится дополнительная информация. Ориентируйся по ситуации, — закончил он.       Что ж, прекрасный совет. Мог хотя бы намекнуть, к чему стоило готовиться. Может, они ели таких, как Гарри, на завтрак, обед и ужин?..       Однако именно эти люди воспитали человека, которого он… С которым он проводил время. Ничего страшного точно не должно было произойти, и им точно никто не перекусит.       — Хватит хмуриться, Гарри. Они бывают милыми, — хмыкнул Том.       Вот это «бывают милыми» вместе с хищным хмыканьем совсем не внушало спокойствия.       — Ключевое слово здесь — бывают?       — Раз ты это понимаешь, то точно справишься.       — Ты меня совсем не утешаешь, — с притворным недовольством протянул Гарри.       — А должен? — Том покрутил в пальцах Дарт Вейдера и поставил его сокровище обратно на полку. — Ты взрослый мальчик. — Замолчал он на секунду и произнес: — Смотрите не задохнитесь от своих амбиций…       — Что? — Гарри непонимающе нахмурился.       — …директор, — закончил Риддл. — Изгой-один: Звездные войны, — пояснил он со вздохом, продолжив изучать его вещи.       — Ты ведь просто издеваешься, Риддл?       — Конечно, — одарил Том его очередной хищной улыбкой. — Какое издевательство — использование цитат из фильмов! Одни мучения.       Гарри чуть вспыхнул, что вызвало у Тома, то и дело посматривающего на него, приступ смеха. Только Риддл перестал над ним потешаться, как перепрыгнул на другую тему:       — И чем мы займемся теперь? — уточнил он.       Видимо, разговор о цитатах все-таки канул в небытие.       — Хочешь, пойдем послушаем музыку на улице? — Гарри подумал о качели, что стояла во дворе.       Там сейчас наверняка подключили подсветку.       — Не хочу, — отрицательно заявил Риддл. — Еще что-нибудь? Что-то более интересное, чем прогулка по территории?       — Качель? — губы Гарри сами собой растянулись в усмешке. — Очень интересный вариант. Советую.       — Да уж. Самое интересное, что я делал в жизни — сидел на качели, слушал музыку и наслаждался укусами различной живности, — слегка передразнил его Риддл. — У меня есть более заманчивый вариант.       Гарри прекрасно понимал, куда Том ведет.       Это даже был не намек, а такое в лоб высказанное желание.       — В доме никто не спит, — начал Гарри, на что Риддл только пожал плечами.       — А мы с тобой разве находимся в квартире-студии, переполненной людьми, где не найти ни метра свободного? Хотя, помнится мне…       — Стоп. Не продолжай! — Гарри закатил глаза.       Кто бы сомневался, что это совершенно бессовестное существо начнет трахаться в переполненном помещении.       Сам Гарри еще не настолько потерял совесть и какие-либо приличия.       — Нет, — твердо заявил он.       — Это ломающееся «нет» или больше категоричное?       — Том!       — Что Том? Я соскучился по тебе, ты — тоже, — фыркнул Том насмешливо. — Поэтому почему нет? Как насчет того, чтобы вознаградить меня за то, как очаровательно я себя вел с твоими родителями?       Да ты что, Риддл, говоришь! Вознаграждение ему хотелось, что ж…       Гарри лукаво посмотрел на него и дернул уголками губ, поднимаясь с кровати. Он быстро преодолел расстояние между ними и сам обвил шею Тома руками, вскинув взгляд. Он бы никогда никому не признался, но втайне ему нравилась их разница в росте: Том был выше сантиметров на десять, и это казалось идеальным вариантом.       — Хорошо, я согласен, — шепнул Гарри, — но только при одном условии.       Он потянулся к месту, где сквозь расстегнутые верхние пуговицы рубашки виднелась полоска кожи. Гарри коснулся ее губами, прихватывая кожу чуть ниже ключицы, и слегка потянул, не оставив никаких меток. Язык тут же влажным движением прошел по коже, зализывая место.       — И какое же это условие? — с любопытством уточнил Том.        Гарри явственно услышал низкие чувственные нотки зарождающегося возбуждения. Он потянулся и выдохнул прямо в ухо, опаляя дыханием.       — Я хочу тебя трахнуть, ощутить, как ты сжимаешься на моем члене, — дрогнувшим голосом рассказал Гарри. — Как теряешь контроль, — сорвался тот на шёпот.       Одна эта мысль отозвалась тяжестью в паху почти моментально. Гарри казалось, что он физически ощущает чужое горячее узкое нутро.       — Так, — начал Риддл, — что ты там говорил о качели и музыке? Это мне уже кажется не такой уж и дерьмовой идеей, — зубасто ухмыльнулся Том и попытался отстраниться, но Гарри дернул его на себя и впечатал в свое тело.       — Том!       — Хорошая шутка, ситуация страшная, — достаточно весело произнес Риддл, но взгляд оставался настороженным и внимательным. Пронизывающим.       — Вот ты, когда трахаешь меня, тебе ведь нравится. Так почему бы нам не сменить позиции?       — Потому что менять позиции ты будешь с кем-то другим, — так, словно говорил с несмышленым ребенком, сообщил Риддл.       — Давай попробуем... В этом нет ничего страшного, — Гарри быстрыми поцелуями покрывал шею Тома, втягивая уже едва ощутимый знакомый аромат кожи и амбры.       — Мы не будем ничего пробовать. У нас с тобой уже сложилась определенная динамика в отношениях. Незачем ее нарушать, — пальцы Риддла потянули его за пряди на затылке и заставили смотреть ему в глаза. А затем отпустили.       Гарри вновь уткнулся носом в шею Риддла и едва не застонал. Его запах — или сам Том — творил с ним нечто невообразимое. Гарри почти потряхивало. Его пальцы забрались под рубашку, вытащив ее из-за пояса брюк, и обвели горячую кожу подушечками. Он скользил по бокам, пояснице и возвращался к косым мышцам живота. Рот мгновенно наполнился слюной, стоило только одной мысли вспыхнуть в голове:       «Хочу облизать его живот, опуститься ниже — провести по каждой прорисованной мышце».       Гарри впервые пожалел, что был равнодушен к спорту сам — тело Тома сводило с ума. Он на секунду задумался. Красивых мужчин было много на белом свете, многих он встречал и в универе, и в клубах, барах и прочих заведениях, но Гарри настолько сильно не реагировал никогда. Только Том обладал каким-то непередаваемым магнетизмом.       — Пойдем, покажешь мне свое тайное место на качели, и мы там, как два бибо и бобо, покатаемся, слушая душераздирающие песни.       Гарри почувствовал, как его бровь поползла вверх.       — И почему именно такой музыкальный выбор? — уточнил он.       — Потому что я испытываю душевную боль от твоего желания меня поиметь, — ухмыльнулся Риддл, пока его пальцы поглаживали Гарри по пояснице.       — То есть ты рассматриваешь наш секс таким образом? — уточнил Гарри, прищурившись.       Внутри неприятно потянуло, и он освободился из объятий, неверяще уставившись на Тома. На него словно ушат ледяной воды вылили. Гарри ощущал, как в горле медленно собирается ком.       — Гарри, я не это имел в виду. Между нами возникла определенная динамика, — произнес Том, поймав его за руку и притянув обратно в объятия. — Я… я пока не готов.       Он все-таки сказал это.       Наверное, Гарри стоило бы преподнести эту информацию как-то по-другому, чтобы не испугать впечатлительного Риддла. Член в заднице — это же такая травма для якобы натурала.       Том подхватил пальцами его подбородок и заставил посмотреть в глаза, некоторое время просто изучая его лицо, прежде чем продолжил говорить:       — Послушай меня, — он оторвал руку от поясницы Гарри, поднял и осторожно провел кончиками пальцев по щеке. — Я не имел в виду ничего такого. Для меня это пока сложно. Возможно, когда-нибудь — да. Но не сейчас, — Том выделил голосом это «но». — Если бы я имел что-то против тебя и нашего секса, думаю, меня бы сегодня здесь не было, и уж тем более я не остался бы на ночь. Подумай об этом, — закончил Том и замолчал, будто рефлекторно продолжая гладить по линии скул.       — Том... — Гарри вновь начал с его имени, пытаясь подобрать слова, чтобы описать весь поток мыслей: ту сумятицу, что творилась внутри.       — Не Том, — отрезал Риддл. — Я вполне мог отказаться. Мог не приехать к тебе сегодня, и ты бы сидел, страдал и слушал грустные песни...       — Ничего бы я не страдал, — перебил его Гарри. — Я понял, что ты имеешь в виду, но у меня все же есть вопрос. — Он прищурился, помедлил и все же задал его: — Что между нами?.. Как все это назвать? Секс без обязательств? — вопросов внезапно стало много. — Ты приходишь, когда хочешь, уходишь, когда хочешь; качественный трах можно найти без проблем, поэтому... почему ты здесь?       Гарри выдохнул и впился в лицо Тома глазами.       — Потому что хотел провести с тобой этот день, разве не понятно? Иногда мне кажется, что ты строишь какие-то воздушные замки, а потом пытаешься им же и соответствовать, подгоняя все под личный стандарт, — Том качнул головой и поджал губы. — Не хочу ругаться. Давай просто сходим в душ и ляжем спать, — заключил он, провел подушечкой большого пальца по его нижней губе и отошел.       Бинго. Только они могли повздорить, вместо того чтобы заняться сексом.       — Дай мне полотенце, — попросил Риддл, хмуря брови и как-то отстраненно смотря на него.       Гарри кивнул, надеясь, что этот разговор теперь не встанет между ними. Не хотелось бы, чтобы такой пустяк этому поспособствовал.       Он исполнил просьбу Тома, и тот тут же зашел в ванную, закрыв за собой дверь на замок.       Видимо, Риддлу нужно было побыть наедине с самим собой. Не то чтобы Гарри вообще собирался врываться в ванную, ведущую из его комнаты... Однако он не находил себе места. Ощущение, что он полный кретин, не покидало его, и вспыхнувшее на секунду раздражение сдулось как шарик, который проткнули иголкой. Осталось непонятное послевкусие. Как после ссоры, которая толком и не разгорелась.       Риддл долго возился в ванной, прежде чем выйти и неторопливо развесить вещи на спинку кресла. С педантичностью. Делал он все это в полном молчании.       Обиделся? Он правда надулся на него из-за ерунды?       Гарри следил неотрывно за каждым движением, и они оба молчали. В гнетущей тишине Том прошел к кровати и лег на одну из сторон: ту же, что и у него дома. Гарри же любил спать ближе к выходу из комнаты. Том, насколько он знал, тоже, но те разы, что оставался у него, всегда ложился дальше. Нет, Риддл изредка пытался возразить, что будет спать там, где хочет, но в итоге все-таки оказывался ближе к окну. Всегда.       — Спокойной ночи, — Риддл укрылся одеялом, отвернувшись.       Наверняка даже показательно прикрыл глаза. Ну прям Спящая Красавица, а не Том.       Гарри с раздражением потер лицо и направился в душ. Там он не переставал думать, что они все же поругались, пусть ссора и оказалась на этот раз вполне тихой. А могли бы заняться сексом и довольные завалиться в постель. Какое упущение — правильно говорят: занимайтесь любовью, а не войной. В их непонятных отношениях, похоже, как раз наступал период Холодной войны.       По ощущениям, он вернулся буквально через десять минут, в течение которых Риддлу вряд ли удалось уснуть, но тот упорно делал вид, что так оно и есть. Гарри забрался в постель и прижался к нему со спины, губами касаясь плеча короткими поцелуями. Риддл пах его гелем для душа и грел как печка: теплый и привычно родной. Гарри ни с кем кроме него не спал вот так.       — Извини, — шепнул он.       Из-за непонимания и недосказанности между ними все вылилось в это. Если бы только Том был чуть более открытым, а он сам — сдержанным, то все сложилось бы по-другому. Однако история не терпит сослагательного наклонения, поэтому вечно приходилось разгребать последствия собственных действий и решений. И чужих тоже.       Ответом ему была напряженная тишина.