Глава 19. Мари
5 сентября 2025 г., 19:00
В мире есть слишком мало вещей, которые могут превзойти по своим целебным свойствам здоровый сон в объятьях любимого человека. Ощущение широкой, тёплой, мерно вздымающейся груди за спиной, тяжёлая рука, перекинутая через талию, и переплетение ног.
И именно исцелённой Мари почувствовала себя этим утром. Не было привычной тяжести в висках и давящего ощущения в затылке. Тело не было липким от пота из-за непрекращающихся кошмаров, а на щеках не было застывших следов от слёз. Сердце не заходилось в неровном ритме, а лёгкие не разрывала гипервентиляция. Ощущение спокойствия было почти таким же как в детстве, задолго до того, как безносый ублюдок попытался поработить магический мир.
Тёплый щекочущий выдох вновь коснулся нежного местечка на шее, и Мари неохотно разлепила глаза, щурясь от яркого утреннего солнца, бьющего в незашторенные окна. Комната, залитая золотым светом, пахла старым пергаментом и совсем немного воском от свечи, догоревшей на прикроватном столике.
Девушка аккуратно пошевелилась, пытаясь незамеченной выскользнуть из тёплых объятий. Простыни тихо зашуршали под пальцами, когда она пошарила под подушкой, чтобы найти палочку. Невербальная магия заставила шторы плотно сомкнуться, погружая комнату в приятный утренний полумрак.
Мари уже почти спустила босые ноги на пол, когда мужская рука, соскользнувшая с талии, снова нашла её и потянула назад. По телу мгновенно разлилось тёплое ощущение безопасности и спокойствия, когда слабые ото сна пальцы несильно сдавили ткань футболки вместе с кожей чуть ниже рёбер.
— Ещё пять минут, — хрипло и почти неразборчиво пробормотал Северус, губами коснулся её шеи, оставляя тёплый след, и прижал сильнее, обвивая руки вокруг податливого женского тела.
Выбраться из этого плотного кокона не представлялось возможным. Да и хотелось ли? Если бы существовала магия, способная замораживать время, то Мари непременно воспользовалась бы ей сейчас, только бы продлить это сладкое утреннее мгновение. Ещё на чуть-чуть.
Девушка завозилась в руках, поворачиваясь к Снейпу, и устроилась поудобнее, уложив голову на его плечо. Его лицо, обычно резкое, как вырезанное из оникса, смягчилось во сне, и в уголках глаз залегли тонкие морщинки, которых она раньше не замечала. Мари осторожно повела рукой вверх по его, цепляя кожу лишь самыми кончиками ноготков, скользнула по плечу и прижала раскрытую ладонь к груди, ощущая как равномерно бьётся его сердце, будто метроном.
Желание остаться в этой постели и провести всё утро в его объятиях было катастрофически заманчивым. Но, согласно всемирному закону подлости, именно в такие моменты появляется это пресловутое «но». Министерская сова, прилетевшая глубокой ночью, принесла с собой весьма однозначные инструкции, разбивая в дребезги все её планы на грядущий день.
— Мне нужно идти, — прошептала девушка, приблизившись губами к его и легко поцеловала.
Мари попыталась отстраниться, надавив ладошками на широкую грудь, но встретила лишь красноречивое сопротивление и неразборчивое бормотание. Даже в полудрёме Северус был невероятно упрям.
— Нет, — довольно однозначно обозначил свою позицию мужчина.
— Аврорские дела, Северус, выпусти меня. — Завозившись ещё сильнее, Мари стала прикладывать максимум усилий к освобождению. — Не все могут весь день варить зелья и пугать первокурсников.
На губах дрогнула еле заметная ухмылка, и Снейп медленно открыл глаза, всматриваясь в недовольное лицо напротив. Справедливости ради, попытки Мари освободиться выглядели до смешного нелепо. Девушка крутилась и ворочалась, пытаясь силой расцепить мужские руки, сомкнутые в замок за её спиной. Когда силы стали заканчиваться, Мари перешла к переговорам, пытаясь задействовать все доступные ей методы убеждения. Но когда и это не сработало, девушка просто обессиленно обмякла в его руках и стала умолять.
— Прошу тебя, Северус, ну пожа-а-алуйста, — почти по-детски захныкала она. — Мне правда пора идти. Ты ведешь себя как ребенок, это нелепо! — вновь перешла в нападение девушка, когда её очередной план потерпел неудачу, ровно как и все предыдущие.
— Уверяю, Министерство переживёт без тебя час, — с самодовольной ухмылкой парировал Снейп.
— Ты просто невыносим! — стукнув со всей силы ладошкой ему в грудь, выдохнула Мари.
Вряд ли её действия вообще были способны нанести хоть какой-то ущерб, учитывая абсолютно никудышный размах и полное отсутствие сил, но попробовать всё равно стоило. Последним, самым очевидным, но наиболее нечестным в её арсенале остался план соблазнения. Нужно лишь расслабить Северуса, усыпить его бдительность, а затем победно выскользнуть из кровати, ретировавшись в ванную.
Искорки сопротивления моментально потухли в глазах Мари, и она покорно прижалась к его груди, позволяя притянуть себя максимально близко. Кожа к коже. Она подтянулась чуть выше, вырисовывая дорожку влажных поцелуев от его груди к ключицам, а затем переходя к шее. Когда руки на её пояснице немного расслабились, она позволила себе легонько приподняться, вовлекая Северуса в поцелуй.
Сначала невесомо коснулась губами его подбородка, потом уголка губ, а в конце оставила влажный след на щеке, но только лишь чтобы снова вернуться к губам и настойчиво прижаться к ним. Дразнила, разрывая контакт и кусая за нижнюю губу, а затем вновь жадно целовала, касаясь языком его, но не позволяя перенять инициативу. Мари задавала свой собственный неровный темп игры, в которую пыталась всеми силами затянуть Северуса, но на деле тонула сама.
Когда Мари оказалась сверху, победа уже была у неё в руках, но навязчивый голосок в голове продолжал умолять задержаться ещё на минутку. Подарить ещё один поцелуй и сорвать с его губ очередной хриплый выдох. Руки Северуса настойчиво изучали её тело, задирая мятую футболку всё выше, пока окончательно не стянули её, оставляя в одних лишь трусиках. Сжимали ягодицы, размашисто гладили спину и ребра, притягивали всё ближе и ближе, путались в растрёпанных волосах.
Мари двигалась инстинктивно, прижимаясь бедрами к его паху всё сильнее, пока не почувствовала ответный толчок и крепкую хватку на своём запястье. Их разделяли лишь тонкая ткань его пижамных штанов и её трусики.
Именно в этот момент её план был обречён на провал.
Но в силу своего характера, Мари вновь попыталась перенять инициативу. Она размашисто прошлась языком по щеке Северуса, а затем припала к шее, втягивая тонкую кожу в рот, чувствуя на языке биение его пульса и горьковатый травяной вкус. Медленно стала прокладывать новую дорожку развязных поцелуев по его телу, скользя от ключиц к груди и дальше вниз.
Мари наблюдала из-под полуопущенных ресниц за Северусом. Видела, как участилось его дыхание по вздымающейся грудной клетке, как он прикрыл глаза, запрокидывая голову, как позволил себе несдержанный стон, хватая ртом воздух.
Спустившись до резинки пижамных штанов и подцепив кончиком языка шершавую ткань, Мари резко отпрянула назад, отталкиваясь руками от матраса. В ту же секунду вокруг запястья сомкнулась стальная хватка. Мари почувствовала грубый толчок, а затем из лёгких выбило весь воздух от глухого удара спиной о твёрдую поверхность кровати.
— Очень опрометчивое решение, мисс Атталь, — прошептал Северус у самого уха, нависнув над ней. — Мне даже не нужно было применять легилименции, все твои планы и так написаны у тебя на лбу.
Он оставил сильный укус на стыке шеи и плеча и тут же поцеловал отметину. Северус поднял её прижатые друг к другу запястья над головой, возвращаясь в губам, но не поцеловал.
— Ты правда думала, что это сработает? — прищурившись, выдохнул в доле дюйма от её губ.
— Нет, но попытаться стоило, — сбивчиво ответила Мари и потянулась к нему за поцелуем.
Но Северус лишь отодвинулся назад. Не сильно, но достаточно, чтобы у Мари не хватило мобильности суставов, чтобы коснуться его. На губах Снейпа заиграла победная ухмылка, когда Мари одарила его обиженным взглядом и нахмурила брови.
— И ты ещё смеешь на меня обижаться? — рассмеялся Северус, оставаясь непозволительно далеко для прикосновения. — Тебе не кажется, что это уже слишком?
— Нет, — пробубнила Мари и попыталась сбросить его с себя, лягнув коленкой.
Вышло так себе, от чего Северус только больше расплылся в улыбке. Ему откровенно нравилось издеваться над ней, заставлять тянуться за поцелуем, оставаясь при этом практически полностью обездвиженной.
Открытая, голая, беззащитная.
Такая она нравилась ему больше всего. А ещё нравилось, что она не боялась его. Не прятала взгляда, кажется, пытаясь выжечь янтарными радужками своё имя на его коже. Не закрывалась, прекрасно осознавая насколько соблазнительно выглядит её тело.
И никогда не лгала.
Всё, начиная от её действий и заканчивая мыслями и словами, всегда было честным. Иногда лукавым, временами язвительным или острым, подстать самому мужчине, но никогда лживым.
— Я опоздаю из-за тебя, — недовольно буркнула девушка, пытаясь вывернуть запястья из захвата.
— Если ты перестанешь сопротивляться, то успеешь даже выпить чашку чая в министерском кафетерии, — оторвавшись от глаз, сказал Северус и наконец наградил Мари долгожданным поцелуем.
***
Мари вывалилась из камина в Атриум Министерства. Чёрный пепел закружился вокруг, оседая на волосах, щеках и даже на кончике носа. Девушка закашлялась, глаза заслезились от едкого запаха угля, и она принялась яростно отряхивать рукава, пытаясь смахнуть сажу, что липла к ткани. «Когда эти камины чистили в последний раз? Во времена Мерлина?» Мари смахнула пепел с лица, пальцы запутались в растрёпанных волосах, и она поморщилась, чувствуя, как сажа хрустит под ногтями. «Проклятье, я выгляжу, как будто чистила дымоход». Девушка поправила воротник, бросила взгляд на свои туфли, покрытые тонким слоем золы, и ускорила шаг к лифтам, звонко цокая каблуками по мрамору. Атриум гудел — авроры сновали между мраморными колоннами, министерские служащие носились со стопками бумаг от одного кабинета к другому, где-то неподалёку от золотого фонтана сверкали вспышки колдокамер, а рядом щебетала неугомонная Скитер. Голоса сливались в гул, запах кофе, пергамента и сырости от осеннего утра, тянувшегося из открытых окон, забивался в ноздри. Несколько сов кружили над головами, роняя письма, которые клерки ловили на лету, а где-то вдалеке звякнули двери лифта, выпуская новую толпу с кипами пергаментов. Мари протиснулась между двумя аврорами, которые жарко спорили, размахивая руками, и чуть не сбила какого-то клерка с очками на кончике носа. Она почти добралась до лифтов, лавируя через толпу, когда врезалась в Тонкс, выскочившую из бокового коридора. — Тонкс! — выпалила Мари, хватая девушку за локоть, чтобы та не рухнула на мрамор. — Ты почему не на собрании? Кингсли превратит нас в часы, если опоздаем! Тонкс неестественно нервно огляделась, её глаза пробежались по толпе авроров и клерков, и она потянула Мари в тёмную нишу у стены. — Тише, — прошипела девушка. Её палочка мелькнула, накладывая заглушающее заклинание, и гул Атриума отрезало, как ножом. — Грюм отправил меня в Отдел тайн. Поступила информация, что кто-то оттуда сливает данные ПСам. — Одну? Это же безумие! Отдел тайн — лабиринт, а Пожиратели… — Она замялась, повторяя беглый осмотр коридора за Тонкс, будто вокруг них не было заглушающего купола. — Почему Аластор отправил тебя одну? Он всё-таки сошёл с ума? — Все заняты подготовкой к собранию. Карты, кипы пергаментов, стратегия, куча нюансов. Ну, сама знаешь, как это бывает, когда готовишь полномасштабную атаку. — Девушка пожала плечами, а затем с момент посерьёзнела. — На сегодняшнем собрании будут обсуждать план нападения на Нурменгард, Мари. Грюм думает, что это не просто слив. Кто-то играет на две стороны, и мне нужно выяснить, кто. — Она поправила мантию. — А ты, похоже, только из камина. Опаздываешь? — Я не опаздываю, — фыркнула Мари. — Просто… камины тут, как помойка. — Она стряхнула ещё немного пепла с рукава. — Серьёзно, Тонкс, ты собираешься шпионить в Отделе тайн в одиночку? Это же… Это опасно. Возьми хотя бы напарника. — Тебе не стоит переживать обо мне, я справлюсь. У меня есть пара трюков. — Она похлопала по карману мантии, где лежала палочка. — А ты поторопись на собрание, Мари. Кингсли не любит, когда опаздывают. И… — Она прищурилась, её губы изогнулись в улыбке. — В следующий раз чисти мантию заклинанием, а не руками. Выглядишь, как будто тебя пытались сжечь. Мари закатила глаза, но уголки губ дрогнули, выдавая лёгкое смущение. — Очень смешно, — пробормотала она, стряхивая остатки пепла с волос. — Лучше скажи, что за план. В письме ничего такого не было. Только стандартное уведомление о плановом собрании и куче никому не интересных отчётов. Тонкс цокнула языком. — Такие вещи совой не шлют, Мари. Слишком рискованно. На собрании всё объяснят. Она махнула рукой, снимая заглушающее заклинание, и гул Атриума хлынул обратно, как вода из разбитого аквариума. Мари хотела вывалить на Тонкс ещё с десяток вопросов, но та уже рванула дальше по коридору, смешиваясь с толпой. Из ступора Мари вывел звонкий щелчок открывающихся дверей ближайшего лифта, и она не раздумывая шагнула в тесную кабинку, криво улыбнувшись недовольному клерку, которому наступила на ногу. Новый щелчок оповестил о прибытии на нужный этаж, и Мари выскочила из лифта, почти бегом направляясь к залу для совещаний. Девушка толкнула тяжёлую дубовую дверь, и та скрипнула, прерывая негромкую речь Кингсли. Просторное помещение выглядело строгим, почти чужим: высокий потолок, тёмные каменные стены и длинный массивный стол из чёрного дерева, за которым сидели всего семеро авроров. Зал выделили Аврорату за месяц до того, как Министерство перешло в руки Тёмного Лорда, и он всё ещё казался временным — голые стены, никаких портретов, только старые канделябры с оплывшими свечами да стопки пергаментов, разбросанные по столу. Мари пробежалась глазами по присутствующим. Кингсли как действующий глава Аврората, сидел с торца стола. Марлен Маккинсон — хрупкая на вид девушка, являющаяся командиром третьей группы, специализирующаяся на поимке особо опасных преступников. Только дурак не знает на что способна эта ведьма. Аластор Грюм по правую руку от Кингсли — бывший глава аврората, ныне занимающийся подготовкой молодняка в учебном центре. Несмотря на то что Аластор уже практически отошёл от боевой составляющей службы в Аврорате, он по-прежнему является одним из самых сильных его членов. Вета и Линьер Локвуд, сидящие рядом, — брат и сестра, попавшие на службу относительно недавно, но тем не менее успевшие зарекомендовать себя как надёжных и проверенных товарищей. Дирк Уиклоу — помощник и правая рука Кингсли в вопросах, касающихся составлений тактик и продумывания операций. Его по праву можно назвать мозгом Аврората, координирующим практически все важные задания. Поговаривают, что этот юнец вполне может стать приемником Кингсли, заняв должность следующего главы Аврората. И, наконец, Орсон Блэкторн — командир первого элитного отряда. Закалённый в сотнях боёв, безжалостный, немного безумный, но по-настоящему преданный делу. Только проверенные. Ни одной лишней души. Кингсли поднял голову, наградив Мари заслуженным прищуром. — Атталь, — устало выдохнул Бруствер. — Ты пропустила вступление. Впрочем, это не так важно. Займи место. — Он указал на стул рядом с Марлен. — Прошу прощения. Девушка проскользнула к предложенному стулу и постаралась тихо опуститься рядом с Марлен. Та подняла голову и тепло улыбнулась. Маккинсон аккуратно подвинула Мари стопку пергаментов и прошептала: — Всё в порядке, ты мало пропустила. Мари благодарно улыбнулась в ответ. Она схватила документы, пальцы запнулись на уголке листа, и девушка принялась судорожно скользить глазами по строчкам, пытаясь выхватить хоть что-то. Буквы мелькали, но в голове всё путалось. «Проклятье, я должна была прийти раньше». Кингсли откашлялся, его стул скрипнул, когда он выпрямился, и все взгляды повернулись к нему. — Как я уже говорил, благодаря быстрой и профессиональной работе Тонкс и Атталь, — продолжил он с лёгкой хрипотцой, как будто он не спал ночь, — у нас есть следующие сведения. Первое: четыре точки, заинтересовавшие нас ранее, оказались нерушимыми порталами, ведущими в Нурменгард. Грюм хмыкнул, его магический глаз щёлкнул, уставившись на Мари, и он продолжил вместо Кингсли: — Хорошая работа, девочки. Но это только начало. — Он наклонился вперёд, опираясь руками о стол. — Пожиратели не просто так заинтересованы этими порталами. Почему? Они создают новый мощный оплот своего сопротивления за стенами самой недоступной магической крепости на свете. Каркающий голос Грюма прокатился тяжёлой волной над столом, отражаясь от стен, и повис густым куполом над головами. Никому не хотелось верить, что Пожиратели снова набирают силы, но отчёты на столах не лгали. За последние три недели из поля зрения Аврората пропали около двух десятков волшебников вместе со своими семьями. Все дома и поместья были брошены в спешке, однако практически нигде не было обнаружено следов сопротивления. Ушли ли эти волшебники по своей воле или же кто-то довольно опытный похитил их — так и оставалось неясным. Из Министерства уволились ещё с десяток сотрудников, четверо из которых также пропали без вести, за остальными же было установлено круглосуточное наблюдение, но шпионаж так и не принёс никаких плодов. — Второе, — продолжил Кингсли, — чтобы пройти через порталы без последствий, нужен артефакт — ключ, проще говоря. Один такой мы нашли в поместье Рудольфуса Лестрейнджа, ныне покойного. — И хвала Мерлину, — прагматично отозвалась Марлен, заправляя рыжий локон за ухо. — Рудольфус был одним из немногих, кому удалось ускользнуть от меня, но не от правосудия. Где сейчас этот ключ? — У нас, — ответил Кингсли. — Но есть проблема: у нас нет карт Нурменгарда. А также мы не знаем, куда ведут порталы. Можно переместиться прямо за обеденный стол Пожирателей, если не повезёт. Орсон выпрямился и криво оскалился. — То есть, мы идём вслепую? Кингсли, это самоубийство. — Он скрестил руки, выражая откровенное недовольство и недоверие к существующему плану. — Да, Орсон, эту операцию вряд ли можно назвать приятной прогулкой, — отозвался Кингсли. — Но других вариантов мы не имеем, а откладывать начало нападения более не можем. Неизвестных в этом уравнение становится только больше. Уже сейчас нам становится тяжело контролировать ситуацию, а при отсутствии поддержки Министерства, их молчании и сокрытии фактов от магического сообщества, у нас буквально связаны руки. Остается надеяться только на узкий круг проверенных лиц. — Ну хватит оправдываться, — прохрепел Грюм. — Если ты забыл, Кингсли, здесь сидят не малые дети, а Орсон просто выводит тебя на эмоции, посмотри как довольно он скалится, — Аластор махнул рукой в сторону улыбающегося Блэкторна. — Мы зайдём через четыре портала одновременно. Или с минимальным разрывом по времени. Для этого выберем трёх посыльных, которые будут перемещать ключ между порталами через аппарацию. — А кто эти посыльные? — спросила Вета, неуверенно подняв глаза. — И как мы их выберем? — Это обсудим позже, — отрезал Кингсли и поднял руку, останавливая дальнейшие вопросы. — И последнее: в Министерстве завелись крысы. Мы не знаем, кто, но утечки были. Орсон прищурился, опираясь на стол, чтобы заглянуть Грюму прямо в глаза. — А если крыса среди нас? — Тогда я лично окажу честь этому идиоту, не дожидаясь решения Визенгамота, — стукнув кулаком по столу, зло выплюнул Аластор, на что Блэкторн одобрительно закивал. — На этом собрание объявляется законченным, — устало откинувшись на спинку стула, выдохнул Кингсли. — Все подробности операции, составы команд и прочие детали будут направлены выбранным командирам групп моим патронусом до полуночи завтрашнего дня. Вы можете быть свободны. Мари медленно собирала пергаменты перед собой, её пальцы скользили по мятым краям листов, пока она укладывала их в аккуратную стопку. Авроры один за другим поднимались из-за стола и покидали зал собраний. Марлен Маккинсон аккуратно сложила свои бумаги, она кивнула Мари на прощание, подарив ещё одну тёплую улыбку. Вета и Линьер Локвуд покинули зал ни с кем не попрощавшись, глубоко погружённые в свои раздумья. Дирк Уиклоу, поправляя очки, собрал свои заметки, кивнул тем, кто остался на прощание, и также покинул помещение. Орсон Блэкторн, хмыкнув, сунул пергаменты под мышку и прошёл к выходу в, на удивление, приподнятом настроение. Этот старый пёс уже чуял запах ещё не пролитой крови, витавшей в воздухе. Лучше других знал, что будет резня, и подобно голодному зверю скалился в предвкушении пира. Аластор Грюм остался сидеть, а Кингсли потёр виски, словно пытаясь прогнать усталость. Мари поднялась последней, собираясь покинуть зал, но её остановил глухой голос Кингсли: — Мари, задержись. Рука Мари застыла над стопкой бумаг, и она подняла взгляд. Тяжёлая дверь скрипнула в последний раз и закрылась с глухим стуком, оставив в зале только троих: Кингсли, Грюма и её саму. — Через четыре часа будет ещё одно собрание, — начал Бруствер, когда звуки шагов за дверью растаяли в тишине. — На площади Гриммо. У нас не хватает людей в Аврорате, так что к операции присоединятся члены Ордена Феникса. — Неужели дела в Аврорате настолько плохи, что нужно вмешательство Ордена? Как ты хочешь объяснить присутствие посторонних на операции Марлен или, что ещё хуже, Орсону? Кингсли поджал губы, осознавая всю плачевность ситуации лучше, чем кто-либо другой. Но вариантов действительно было не много. — Да, нам нужны силы Ордена. С их поддержкой мы сможем сделать атаку более мощной. А по поводу объяснений… — Он устало потёр подбородок, упираясь локтем в кромку стола. — Мы не будем ничего объяснять. Именно поэтому состав групп остался в секрете. Предвосхищая твой вопрос, каждый член операции будет в маске. Это поможет оставить личность членов Ордена в тайне, а также уберечь прочих участников от преследования ПСами, если операция провалится. — Только если они дадут нам выйти оттуда живыми, — мрачно хмыкнул Грюм. — Сейчас не до твоего пессимизма, Аластор. — Это не пессимизм, а рациональное мышление, — отмахнулся Грозный глаз. — Если операция провалится, живыми мы оттуда не выйдем. Все это понимают. Кингсли устало потёр глаза, надавливая пальцами посильнее, до скачущих ярких вспышек под веками. — У тебя ещё есть вопросы, Мари? — Бруствер перевёл воспалённый затуманенный взгляд на девушку. Глава Аврората выглядел паршивее некуда. Когда он спал в последний раз? Или хотя бы делал перерыв между работой и… работой. В Аврорате есть негласное правило: чем хуже выглядит его глава, тем плачевнее дела с преступниками. А сейчас было ясно, что шаткое равновесие в магическом мире рушится со стремительной скорость. — Да, что с Тонкс? — спросила девушка, недовольно сверкнув глазами в сторону Грюма. — Она в Отделе тайн одна. Что, если Пожиратели её поймают? Какого хрена ты вообще отправил её туда одну, Аластор? Грюм лишь пренебрежительно фыркнул. — Не беспокойся, девочка, — грубо отрезал Грозный глаз. — Нимфадора достаточно талантлива, чтобы вырваться из лап этих неуклюжих шпионов Пожирателей. Если они не смогли сохранить свой грязный секрет, то вряд ли смогут соперничать с ней в магическом таланте. — Он ухмыльнулся. — Она справится. А ты лучше подумай о том, как не опоздать на Гриммо. Мари закатила глаза, но сумела сдержать язык за зубами и не съязвить в ответ. — На этом всё, Мари, — выдохнул Кингсли, махнув рукой в сторону двери. — Иди. Отдохни, если сможешь. До собрания на Гриммо ещё есть время.
