Момент абсолютного счастья

      Просыпаться под щебет птиц, что растворяется в шелесте течения реки, было по меньшей мере восхитительно. А запах утреннего леса, робко цепляющий обоняние, погружал едва проснувшееся сознание в волшебный мир Матушки Природы. Спину грело тепло тела любимого человека, а на животе покоилась его ладонь. Сяо Чжань был готов отдать полжизни, лишь бы каждое утро было именно таким: уютным, теплым, беззаботным.       Тело приятно ныло после их с Ибо ночных подвигов и вставать совершенно не хотелось, как минимум вечность. Ладно, хотя бы сегодняшний день. Но, увы, нужду никто не отменял, и Сяо Чжань с несчастным вздохом осознал, что ему нужно в туалет. Чтобы не разбудить Ибо, он попытался осторожно выбраться из палатки, но хватка на его животе вдруг окрепла, а его самого моментально прижали к горячему телу. Всё-таки Ибо уже не спал. И как у него всегда получалось улавливать момент пробуждения Сяо Чжаня?       - Хотел от меня сбежать? - хриплый после сна шепот разлил по телу что-то жидкое, бурлящее.       - Далеко я бы не убежал, - решил подыграть Сяо Чжань. - Разве что в лес, в котором точно заблудился бы.       Внезапно его перевернули на спину, а в следующую секунду Ибо оказался верхом на его бедрах, опираясь на собственные ладони. Плед отлетел в сторону, в его услугах больше не нуждались, и без того температура моментально достигла максимальной отметки.       - Я бы тебя нашел, - Ибо говорил все так же тихо, медленно приближаясь, - а потом наказал за побег.       Когда Ибо оказался совсем близко, Сяо Чжань резко закрыл ладонями рот и едва различимо пробубнил:       - Только не целуй, я ещё не чистил зубы!       - А я и не собирался тебя целовать, - ответил Ибо, касаясь кончиком носа шеи Сяо Чжаня, - по крайней мере в губы.       К пульсирующей венке присосались жадным поцелуем, кончик языка коснулся нежной кожи, сразу же принимаясь выводить круги, и Сяо Чжань глухо застонал.       - Ибо, я ужасно хочу в туалет. А если я сейчас захочу тебя, получится небольшая катастрофа.       Ибо ещё несколько бесконечно долгих секунд вылизывал шею Сяо Чжаня, но затем все же отстранился. Его большая ладонь легла на полувставший член и легонько его сжала. Прикосновение кожа к коже заставило Сяо Чжаня зашипеть.       - Уже хочешь, - криво ухмыльнулся Ибо. - И дело не только в утреннем стояке.       - Каким же ты порой бываешь засранцем, - прищурился Сяо Чжань, неосознанно прижимаясь пахом к ладони Ибо.       - Бесконечно влюбленный в тебя засранец, - улыбнулся Ибо, быстро чмокнул Сяо Чжаня в нос, а затем убрал руку.       Из палатки они вышли в одних боксерах, не обременяя себя другой одеждой. Утро выдалось тёплым и, пока ещё солнце не достигло своего пика, свежим. В туалет сходили по отдельности, не из-за того, что смущались, а потому что привыкли, и так было удобнее. Зато умывались и зубы чистили вместе. И смеялись, словно малые дети, пачкая друг друга пастой и брызгаясь водой.       Когда с утренними процедурами было покончено, Сяо Чжань поймал Ибо возле машины, обвил руками шею, прижался всем телом и прошептал в губы:       - Кажется, я задолжал тебе поцелуй.       А затем поцеловал. Жадно, горячо, напористо, словно в последний раз. Ибо позволял Сяо Чжаню делать все, что тот пожелает, хотя в боксерах стремительно становилось тесно. Сяо Чжань тёрся об него, углублял поцелуй до невозможности, а когда несдержанно толкнулся бёдрами, задевая собственным возбуждением чужое, Ибо хрипло застонал. Перехватив Сяо Чжаня за плечи, он отстранил его от себя, резко развернул и усадил на капот.       - Отлично, все именно так и задумывалось, - хищно улыбнулся Сяо Чжань.       - Ты это о чём? - не понял Ибо.       Улыбка Сяо Чжаня теперь абсолютно точно напоминала оскал. Он слегка откинулся назад и хлопнул ладонями по капоту.       - Хочу тебя здесь.       - В машине? - уточнил Ибо. - Хорошо, на каком сидении?       - Неа, - покачал головой Сяо Чжань. - Не в машине, а на ней. Или ты что-то имеешь против?       У Ибо голова шла кругом. Его в принципе вело от Сяо Чжаня, а от такого - тем более. Он положил ладони по обе стороны от бедер Сяо Чжаня и приблизился настолько, что его щек коснулось участившееся дыхание напротив.       - Я всегда за любое твое предложение, тем более, такое. Если тебя, конечно, все устраивает.       Сяо Чжань обвил руками шею Ибо и кратко чмокнул его в губы.       - Меня все устраивает, - проговорил он, - только один момент: мне нужно ненадолго встать на ноги, чтобы снять трусы.       - А говорят в двадцать первом веке романтика умерла, - коротко рассмеялся Ибо. - У тебя будет время, я схожу пока за смазкой.       - Зачем? После ночи мне не нужно…, - договорить Сяо Чжань не успел, поскольку ему закрыли рот быстрым поцелуем.       - Нужно. Я хочу, чтобы тебе было максимально комфортно, учитывая место, которое ты выбрал.       Ибо вернулся быстро и не выронил тюбик только потому, что обладал реакцией вампира. Сяо Чжань, конечно же, уже избавился от белья, и теперь сидел на капоте, широко разведя ноги и немного откинувшись назад.       Ибо наконец отвис, когда Сяо Чжань многозначительно кашлянул. Он подошёл к машине и сделал несколько глубоких вдохов. Каким бы самообладанием он ни владел, рядом с Сяо Чжанем нужно было прикладывать максимум усилий, как человеческих, так и вампирских.       - Только не думаю, что продержусь долго, - сказал Сяо Чжань и, о небо, смутился! - Слишком завёлся.       - И кто в этом виноват? - вскинул бровь Ибо.       - Ты, - уверенно ответил Сяо Чжань. - Я уже не раз говорил тебе, что ты слишком горячий. Рядом с тобой я завожусь перманентно.       Ибо покачал головой, пряча улыбку.       Чтобы не заставлять их обоих ждать ещё дольше, он осторожно потянул Сяо Чжаня за лодыжки, тем самым двигая его ближе к себе. Щёлкнув крышечкой тюбика, Ибо выдавил на ладонь смазку. Первый палец ожидаемо вошёл легко. Тогда он ввел второй и только, когда слегка припухший анус принимал уже три пальца, Сяо Чжань, который все это время опирался на собственные локти, застонал и откинул голову назад.       Ибо задел простату и Сяо Чжань выгнулся дугой, мелко дрожа. Он был хорошо растянут ещё с ночи, а судя по тому огню, который полыхал в широко распахнутых глазах, едва ли испытывал что-то, кроме пожирающего желания. Поэтому Ибо больше не стал мучить их обоих. Он стащил с себя боксеры, подтащил Сяо Чжаня ближе за бедра и медленно вошёл сразу на всю длину.       Сяо Чжань приглушённо взвыл и обхватил ногами Ибо за талию, скрещивая лодыжки и тем самым прижимаясь вплотную. Больше он не опирался на локти, улегшись на спину.       - Ибо, двигайся, иначе я сейчас либо кончу, либо умру, - не выдержал Сяо Чжань и сам толкнулся. Ибо зашипел и, перехватив Сяо Чжаня за бедра, начал двигаться. Сразу быстро, резко, чередуя громкие шлепки кожи о кожу с хриплыми выдохами.       Эхо множило и разносило их стоны по лесу, и это ещё сильнее сводило с ума. Сяо Чжань всегда был громким во время секса, он никогда не сдерживался и Ибо обожал эту его черту. Сейчас особенно, когда природа стала для них чем-то вроде стерео системы.       Ибо чувствовал, что они оба уже подходят к концу. Сяо Чжань извивался на капоте, царапал пальцами металл, потому что привык обычно комкать простынь, и вскрикивал от каждого резкого толчка. Его глаза были крепко зажмурены, брови изогнулись в молящем заломе, а пересохшие губы то и дело приоткрывались и роняли такие звуки, что Ибо больше не мог и не желал сдерживаться.       Он подложил ладони Сяо Чжаню под поясницу, чтобы защитить его спину, а затем сорвался. Вбивался жёстко, резко, быстрыми мелкими толчками. И даже шлёпнул несколько раз Сяо Чжаня по ягодице, тот любил, когда Ибо так делал, в моменты приближения оргазма.       Когда Сяо Чжань особенно громко и протяжно застонал, он открыл глаза и посмотрел на Ибо совершенно поплывшим взглядом. Его уносило на волнах наслаждения, но он все равно пытался держаться за Ибо, не оставлять его до последнего. И Ибо не выдержал. Толкнувшись ещё несколько раз, он нырнул следом.       Ибо упал на Сяо Чжаня, внезапно начиная его целовать. Тот пытался отвечать, но после пережитого оргазма получалось вяло. Ибо как будто этого не замечал. Он выцеловывал лицо Сяо Чжаня: лоб, веки, нос, щеки. Каждый сантиметр.       - Мой самый лучший, невероятный. Мой, только мой. Никому тебя не отдам, - шептал он в кратких перерывах между поцелуями.       Сяо Чжань вдруг остановил его, обхватил лицо ладонями, заставляя посмотреть себе в глаза.       - Ты чего вдруг так расчувствовался после секса? Тем более такого быстрого, - с улыбкой сказал он. Веселье в его глазах мешалось с беспокойством. - Конечно же твой, чей ещё?       Ибо не стал ничего отвечать, просто крепко обнял Сяо Чжаня и уткнулся носом ему в изгиб шеи. Сяо Чжань не задавал вопросов, потому что у Ибо было не самое лёгкое прошлое, и порой он мог вести себя немного иначе, как будто становился уязвимым. Сяо Чжань некоторое время молча гладил Ибо по макушке, путаясь пальцами в коротких прядках, а затем они, наконец, вспомнили, что все ещё лежали на капоте машины не в самом удобном положении.       Ибо осторожно вышел из Сяо Чжаня и они, не сговариваясь, отправились в речку купаться.       - Оскверняем природу, - усмехнулся Ибо, наблюдая за тем, как прозрачные воды, окрашиваются в мутно-белый, но благодаря течению, это было ненадолго. Сяо Чжань вскинул бровь.       - Когда ты вчера отсасывал мне в лесу, а пять минут назад трахал на капоте машины, тебя это не волновало?       - Этот твой грязный рот. С ним срочно нужно что-то сделать, - подплывая ближе, прищурился Ибо.       - Так сделай, - ответил Сяо Чжань, глядя при этом с вызовом.       Ибо не составило труда догнать его, и на этот раз он даже не пытался поддаваться. Болтливый рот был закрыт поцелуем, на который с готовностью ответили. Целоваться в реке было совсем не то же самое, что в душе. Хотя бы из-за того, что на голову не лилась вода. А ещё было хорошо. Настолько, что хотелось навсегда остаться в этом моменте. Но, в отличие от Ибо, Сяо Чжань был человеком, и когда его желудок жалобно заурчал, оба вспомнили о том, что они ещё не завтракали.       Сяо Чжань быстро организовал закуски, а после еды они снова отправились гулять по лесу, где было все так же тихо, спокойно и хорошо. Потому что вместе.       Вещи собирались быстрее, чем раскладывались, ведь никто не обременял себя тем, чтобы сложить все аккуратно - забросили в машину и нормально, лучше больше времени провести на прогулке.       Во второй половине дня они выдвинулись в путь, пообещав себе и друг другу, что обязательно вернутся в это место снова.       На обратной дороге Сяо Чжань не спал и развлекал Ибо разной болтовней. А сам Ибо думал о том, что так и не рассказал Сяо Чжаню правду. Он бы мог оправдаться тем, что попросту не было подходящего момента, но на самом деле ему было настолько хорошо, что он попросту забыл обо всем на свете. Потому что хотел, хотя бы один день, пожить человеческой жизнью.       - Лу-Лу в восторге от Парижа, - звонкий голос Сяо Чжаня в очередной раз вырвал Ибо из его личного сумрака. - Этот Цао Юйчэнь действительно оказался нормальным парнем. Сдержал слово и повез Лу-Лу в отпуск в Париж.       - Поступок мужчины, - кивнул Ибо.       - Она шлёт так много фоток, - глядя в телефон, сиял Сяо Чжань. - Вот только пишет, что они так и не смогли увидеть Мону Лизу. Полдня простояли в очереди в Лувр, а на нее оказывается нельзя посмотреть. Странно. Мы ведь тогда без проблем попали в тот зал. Наверное, повезло.       - Неверное, - согласился Ибо, крепче сжимая пальцами руль. И это всего лишь музей. А вскоре таких вот несостыковок будет становиться все больше. Ибо совсем заврался. А ещё охотник. Нужно что-то с ним решать, если тот все ещё находится в городе. Ибо искренне надеялся, что нет.

***

      Охотник все ещё был в Пекине и по всей видимости никуда уезжать не собирался. Во всяком случае пока. Вероятно, он понял, что вампир никуда не делся, а лишь временно залег на дно. Поэтому Ибо решил устроить собственную охоту.       Этому методу когда-то давно его научила Амелия. Нужно было застать охотника врасплох, а затем вырубить. После связать и пустить кровь. Как только тот оказывался на грани потери сознания, дать ему своей. Кровь вампира была способна вернуть человеку его утраченные силы и исцелить физические раны. И как только охотник восстановится следовало повторить весь процесс заново. И так до тех пор, пока из крови не выйдет вся вербена. Тогда Ибо внушит ему то, что было нужно и отпустит с миром. В какой-то степени жестоко, да, и по времени немного затратно, но для вампира, что одно, что второе не имело смысла, особенно, когда дело касалось его собственной безопасности, тем более, когда оно касалось безопасности дорогого ему человека.       Ибо нашел глухое место подальше от людей и все там подготовил. Теперь оставалось придумать версию для Сяо Чжаня, чтобы для него не было странным отсутствие Ибо в несколько дней. Командировка могла бы сработать, вот только нужно было что-то железобетонное, что-то такое, из-за чего Сяо Чжань не решался бы звонить ему сам. И здесь старая-добрая смекалка подбросила неплохой вариант.       Он сказал Сяо Чжаню, что ему позвонили из дома и сообщили, что его мама сильно заболела. Жизни ничего не угрожает, но она пожелала увидеть сына. Разумеется, Сяо Чжань весь распереживался и даже помощь свою предложил, но Ибо заверил его, что справится сам и уже совсем скоро вернётся обратно. Поездка займет всего несколько дней, на протяжении которых он будет звонить и писать ему.       Так как Ибо якобы купил билет на утро следующего дня, вечером они решили сходить в кино. На этот раз Сяо Чжань добросовестно пытался сосредоточиться на сюжете, вот только Ибо теперь знал всю соль мест на последнем ряду, поэтому фильм снова был позабыт в угоду более значительным утехам. Они настолько запойно целовались, что даже пропустили тот момент, когда по экрану поползли титры, а в зале включили свет.       Хихикая, словно два школьника, которые, собственно, ради поцелуев и пошли в кино именно на последний ряд, они вышли в холл, где уже собралось достаточно много людей в ожидании своих сеансов.       Сначала Сяо Чжань думал, что ему показалось, но приглядевшись, он понял, что все же не ошибся. Среди толпы остальных посетителей высокая, стройная фигура Лю Хайкуаня была легко узнаваемой. Он стоял возле одного из залов в ожидании следующего сеанса. В одной руке Хайкуань сжимал ведро с попкорном, а второй накрывал миниатюрную женскую ладошку.       Сяо Чжань невольно перевёл взгляд на спутницу его начальника и застыл. Сейчас, в этой порозовевшей щеками, с яркой улыбкой и живым блеском в больших выразительных глазах девушке едва ли можно было узнать ту Ли Мэй, которую Сяо Чжань видел в последний раз в офисе. Бледную, заплаканную, ужасно напуганную…       Ибо проследил за взглядом Сяо Чжаня и тоже заметил девушку, которую тогда видел на тех гнусных видео начальника-насильника. Похоже, новый босс Сяо Чжаня действительно оказался неплохим малым, девушка вон как расцвела, а учитывая тот факт, что ей пришлось пережить, это было чем-то сродни чуду, не иначе.       Выйдя наконец из ступора, Сяо Чжань уже хотел отвести взгляд, но его “поймали” быстрее. Хайкуань дружелюбно улыбнулся и двинулся вперёд. Ли Мэй пошла следом, она тоже улыбалась и даже не думала расцеплять их с Лю Хайкуанем ладони.       - Я отлучусь в туалет, - понимая, что Сяо Чжаню нужно поговорить с друзьями, тактично ретировался Ибо.       - Сяо Чжань, - кивнул Хайкуань. - Сказал бы, что встреча неожиданная, но точно не в кинотеатре, да ещё и вечером.       - Так и есть, - согласился Сяо Чжань, сразу же переводя свое внимание на девушку. - Ли Мэй! Очень рад видеть тебя. Ты прекрасно выглядишь.       - Спасибо, ты тоже, - искренне улыбнулась Ли Мэй. - И я тоже рада встрече. Вы пока поболтайте, а я наведаюсь в дамскую комнату.       Как только Ли Мэй упорхнула, Сяо Чжань повернулся к Лю Хайкуаню.       - Не волнуйся, кеп, я ничего не видел.       - Все в порядке, - легко рассмеялся Хайкуань. - Мы не скрываем. Просто некоторое время никому не говорили для блага Ли Мэй.       - Выходит вы уже давно вместе?       - Официально, второй месяц, но я старался быть рядом с тех пор, когда с Мэй произошел весь тот ужас…       - Она выглядит счастливой, - заметил Сяо Чжань. - Я понимаю, что подобные вещи так быстро не проходят, но ей определенно легче.       - Ещё есть над чем работать, но мы обязательно справимся. Вместе.       - Ты стал для Ли Мэй ее личным ангелом.       - Потому что она - мое счастье, - без колебаний ответил Хайкуань, улыбаясь широко и беззаботно.       - Ты настоящий мужчина, Лю Хайкуань, - Сяо Чжань хлопнул его ладонью по плечу. - И у вас с Ли Мэй впереди только счастливое будущее. Я уверен.       Уже позже, когда они вместе с Ибо ехали в машине, Сяо Чжань прокручивал в голове все те моменты, когда Лю Хайкуань, засиживаясь допоздна на работе, постоянно кому-то писал, а затем убегал куда-то сломя голову. Даже их посиделки после того, как Сяо Чжань вернулся из Парижа. Хайкуань в тот вечер тоже не пил, сославшись на то, что был за рулём. А ведь Юй Бинь правду говорил, можно же было вызвать водителя и гулять себе спокойно. Сяо Чжань ещё тогда заметил, что их начальник что-то скрывает, и вот теперь все пазлы сложились воедино, создавая прекрасную картину.       Сяо Чжань невольно улыбнулся, что не укрылось от внимательного взора Ибо.       - Твои друзья сказали тебе что-то хорошее? Ты весь светишься после встречи с ними.       - Ничего такого, - покачал головой Сяо Чжань. Уголки его губ все ещё были приподняты. - Просто эти люди заслужили свое счастье, и я рад, что оно наконец их настигло.       Сяо Чжань не хотел рассказывать Ибо обо всем кошмаре, который пришлось пережить Ли Мэй. Не тогда, когда она была так счастлива.       Так как Ибо улетал ранним рейсом, было решено, что ночевать он будет у себя дома.       - Не нужно, - остановил Сяо Чжань, когда Ибо уже собирался выйти из машины, чтобы проводить его до подъезда. - Давай здесь попрощаемся, иначе я не смогу тебя отпустить.       - Сяо Чжань, что за слова такие? - возмутился Ибо, беря его за руку и переплетая их пальцы. - Никто не будет прощаться. Я вернусь, слышишь? Пройдет всего несколько дней и мы снова будем сидеть в кино на последнем ряду и изучать анатомию тел друг друга. Сяо Чжань легонько улыбнулся.       - Это мы можем.       - Тогда не грусти, хорошо? - Ибо крепче сжал его руку. Но Сяо Чжань вдруг высвободил ее и обхватил ладонями лицо Ибо. Его большие широко распахнутые глаза сейчас напоминали оленьи. У Ибо все внутренности как будто через мясорубку прокрутили от той печали, что плескалась на их дне.       - Все будет хорошо, обо мне можешь не волноваться. Решай все свои дела и возвращайся, я буду тебя ждать. Всегда. И, пожалуйста, позаботься о себе. Хорошо питайся и не забывай про сон. И ещё… Я люблю тебя.       Все это Сяо Чжань выпалил скороговоркой, а затем прижался к губам Ибо и жадно поцеловал его. Их поцелуй был кратким, но чувственным. Ибо отвечал так же яростно, словно пытаясь отпечатать этот момент не тольно в памяти, но и на собственном теле.       А затем все закончилось так же быстро, как и началось. Сяо Чжань вдруг резко отстранился и, не глядя Ибо в глаза, буквально выбежал из машины. Ибо ещё никогда настолько сильно не хотелось воспользоваться скоростью вампира, чтобы нагнать его где-нибудь на лестничной площадке и продолжить начатое. Но сейчас это было бы неуместно. Как и обещал, он обязательно вернётся. Закончит свою охоту и вернётся. И тогда он больше не станет тянуть время или искать самому себе оправдания. Расскажет Сяо Чжаню все как есть, в тот же вечер. А там будь, что будет.

***

      Найти место, где остановился охотник, не составило труда. Однако соваться туда Ибо не собирался, поскольку это было за гранью идиотизма. Ибо нужно было вывести охотника на свою территорию, туда, где он бы чувствовал себя свободно и мог действовать по заранее подготовленному плану.       Поэтому следующие два дня Ибо ненавязчиво, но доступно оставлял свои следы, чтобы дать понять, что он покидает город. На этот раз все было иначе, Сяо Чжань оставался в Пекине, а значит, наигравшись, Ибо собирался смотать удочки. По крайней мере, так должен был подумать охотник и рвануть за ним.       И план сработал. Ибо заранее подготовил место в лесу, на окраине города. Сколько бы ни прошло веков, а лес всегда оставался тем местом, где было проще охотиться и легче нападать.       Охотник наверняка понимал, что Ибо его заметил и теперь пытался заманить в ловушку. И на это тоже был расчет. Пусть знает и остерегается. Потратит максимум своих сил и ресурсов, раскроет козыри, а Ибо будет наблюдать. А, когда придет нужный момент, нападет.       Так как прибыл на своих двух, Ибо схоронился в лесу, занимая выгодную позицию. Охотник же направлялся по его следу на машине, но оставил ее возле дороги.       Ибо передвигался быстро, но не бесшумно, роняя то тут то там звуки шелеста листвы или хруст веток, но не приближался, поскольку охотник мог спрятать оружие где угодно. И тот действительно не жалел ни пуль, ни стрел. Выжидал, прислушивался, а затем нажимал на курок. Очередной снаряд в виде чего-нибудь деревянного мог вылететь из рукава, туго натянутого наручем на предплечье, или рюкзака, который охотник носил за спиной. Ибо уклонялся от всех, и пусть охотник все ещё был начеку, он все равно приготовился атаковать. Главное, момент неожиданности, а там Ибо справится.       Однако череда стрел, вонзившихся ему в спину, серьезно нарушили его планы. Они прилетели из противоположной от охотника стороны, а Ибо был настолько на нем сконцентрирован, что не сразу распознал характерный свист.       Стрелы были пропитаны вербеной, поэтому приносили разъедающую боль и оставляли ожоги на руках, когда Ибо пытался их вытащить. Ещё несколько он поймал, а вот пули не успел. Тело жгло изнутри. Деревянные кусочки, вонзаясь в плоть, рассыпались на крошечные щепки, отравляя вампира и отбирая его силу.       Ибо не ощущал запаха ещё одного человека. И когда вошёл в лес, здесь точно никого не было. Но сейчас он слышал шаги, хриплое дыхание, в лесу определенно был кто-то ещё, и Ибо по прежнему не мог чувствовать его запаха. Это сбивало с толку, из-за проникшей в организм вербены сознание помутилось, Ибо пропускал все больше выстрелов, но решил рвануть на звук шагов и тем самым допустил фатальную ошибку...       Он попал в деревянную клетку, которая схлопнулась с четырех сторон, накрывая решетчатой крышкой сверху. Разумеется, дерево также было пропитано вербеной, а ещё волчьим аконитом. В отличие от вампиров, оборотни действительно были сказкой, поэтому на первых аконит действовал хуже яда. Тело испытывало истинную агонию, стоило лишь капле попасть в организм. Несмотря на это Ибо все равно попытался избавиться от клетки, и получил ещё одну череду выстрелов. На этот раз в него разрядили целую обойму и, не выдержав, Ибо зарычал, рухнув на землю. С каждой его попыткой подняться, следовал новый выстрел, но Ибо не сдавался, сжимал зубы, но вставал.       - Можешь даже не пытаться, дьявольское отродье, - голос охотника звучал глухо, словно доносился сквозь толщу воды. - Все равно ведь подохнешь.       Ибо вынул из себя все стрелы, но пули были сделаны таким образом, что самостоятельно их вытащить он бы не смог. Он полностью преобразился в вампира, но с ужасом осознал, что ощущал себя слабее человека. И пусть боль его не пугала, ему и не такое приходилось переживать, но отсутствие прежних сил напрягало. Он не сможет выбраться из клетки, по крайней мере, с помощью силы. Поэтому, приглушённо похрипывая, он лег в позу эмбриона, решив пока играть по чужим правилам, чтобы выиграть время.       - Готов поспорить, на своем месте ты планировал увидеть меня, - сказал охотник, сплевывая. Один пистолет он спрятал, но второй все ещё держал наготове.       Картинка была нечёткой, перед глазами все безбожно плыло, но Ибо заметил ещё одного человека. Его запах по прежнему не ощущался, он был выше и немного худее первого охотника. Держал оба пистолета в руках, направляя их в сторону клетки.       - Я никого не собирался убивать, - прохрипел Ибо. Он все же решился пойти на контакт, хоть и понимал, что толку от этого было мало.       - Правда? - брезгливо фыркнул все тот же охотник. - И именно поэтому ты таскался за мной все эти дни?       - Если ты заметил меня, значит, должен был понимать, что я бы без труда убил тебя, если бы действительно этого хотел, - решил пойти другим путем Ибо.       - Ты ведь подготовил место, подальше от людей, чтобы пытать меня, разве не так? И в этом лесу ты же не случайно оказался. Надо же, столько приготовлений для того, кого не собирались убивать.       Охотник продолжал ерничать, а Ибо вдруг задумался. Откуда тот знал о месте, которое Ибо подготовил для него? А лес? Этот охотник точно не мог следить за Ибо, разве что второй…       - Удивлен? - насмешливый голос уже начинал порядком раздражать. - Вы вампиры, как дикие звери. Привыкли ориентироваться на собственное обоняние, если вам нужно кого-нибудь выследить. Но скажи мне, отродье, вот нас двое, но тогда почему ты чуешь только меня?       Ибо понимал, что что-то упускает, но мозг отказывался думать. Даже слова давались тяжело, чего уж там чего-то ожидать от мыслительного процесса. Вербена, смешанная с аконитом постепенно травила организм, из-за этого регенерация перестала работать.       - Я пока вот только понять не могу, - не унимался охотник, - для чего тебе был нужен тот человек? Сяо Чжань. - При упоминании родного человека Ибо дернулся, сипло зарычал. Охотник лишь хмыкнул. - Ты его не кусал, ничего не внушал. Хотя твоя реакция дала мне даже больше, чем я хотел. И раз уж этот Сяо Чжань не под внушением, значит, точно с тобой заодно, а это неприемлемо.       Глаза Ибо округлились, даже силы появились при одной только мысли о том, что его человеку могут навредить. Громко зарычав, он кинулся на клетку, чтобы в следующий момент обжечься. Но даже это не останавливало, он продолжал сжимать пропитанные ядом прутья, игнорируя шипение обугленной кожи на собственных ладонях.       - Хватит надрываться, отродье, этот лес станет тебе могилой.       Это было последним, что Ибо услышал более и менее четко. Затем в него снова несколько раз выстрелили, он упал и на этот раз подняться уже не получилось. Его глаза закрылись. Единственное, благодаря чему он все ещё пребывал в сознании, больше напоминающем бред, был образ Сяо Чжаня. Когда они в последний раз были вместе в лесу, Ибо не ощущал страха или тревоги, ему было хорошо и спокойно. И все благодаря Сяо Чжаню. Только рядом с ним он смог наконец обрести свою тихую гавань. А ведь Ибо обещал ему вернуться. Смотрел в наполненные грустью глаза и говорил, что приедет, что будет рядом. Ибо знал, что охотники ничего ему не сделают. Что этот говнюк блефовал, чтобы перед смертью сделать больнее Ибо. Да, Сяо Чжань любил Ибо, но он не знал, кем тот являлся на самом деле, а значит, ни в каком сговоре они быть не могли.       Значит, именно таким будет конец Ибо. А когда его не станет, Сяо Чжань все узнает и возненавидит его. И, возможно, так будет даже лучше. Пусть ощущает ненависть по отношению к нему, чем тоску и скорбь.       Дрожащие, кровавые пальцы коснулись подвески в виде солнца, которую Сяо Чжань подарил ему на день рождения. Тогда он сказал, что Ибо был его солнцем, а ведь это именно он был самым ярким светом, самым теплым, самым нужным. Ибо отдал бы все, что у него есть и даже больше за возможность ещё хотя бы раз погреться в лучах родной улыбки, раствориться в янтаре любимых глаз, ощутить пьянящий аромат горького шоколада...       Изначально Ибо думал, что уже умер и это был его персональный Диюй. Внезапно он услышал крики, сначала злые, а немного позже отчаянные. Вскоре они сменились хлюпающими звуками, в ноздри Ибо ударил запах свежей крови и он с трудом разомкнул веки. Свет казался слишком ярким, а образовавшаяся пелена перед глазами - плотной, но он все равно смог различить силуэт мужчины, нет, вампира, который разорвал обоих охотников, а затем направился к клетке. Когда деревянные прутья исчезли, до его слуха донеслось вкрадчивое:       - Беги, или реально собрался здесь подохнуть?       И Ибо побежал. Он не знал, откуда брал силы, но полностью отключился лишь в собственном пентхаусе, растянувшись на полу в гостиной.

***

      Сяо Чжань весь день неважно себя чувствовал. С самого утра его одолевало странное ощущение тревоги, а ближе к вечеру прибавились тошнота и головная боль. Причем последняя была настолько сильной, что кто-то из коллег тайком оставил на его столе таблетки и стаканчик ромашкового чая.       Последнее сообщение от Ибо было ещё утром и с тех пор тишина. Сяо Чжань не был параноиком и не требовал отчитываться перед ним двадцать четыре часа в сутки, к тому же у них ещё была разница во времени, и все же такое долгое молчание для Ибо было не свойственно.       В конце рабочего дня к нему подошёл встревоженный Лю Хайкуань и предложил подвезти. Сяо Чжань вежливо отказался, сообщив, что хочет пройтись по свежему воздуху, заодно попытается связаться с Ибо. Однако на улице Сяо Чжаню стало хуже, а когда он уже дошел до парка, то едва удержался на ногах от внезапной вспышки острой головной боли. Он даже вскрикнул, рухнул на первую попавшуюся лавочку и обхватил ладонями голову, вдавливая пальцы в виски, поскольку пульсировало именно там. В глазах потемнело, дыхание стало тяжёлым и частым, а затем в сознании один за другим начали вспыхивать образы…