Адское пламя

      Прошло четырнадцать дней с момента окончания суда.       Жизнь возвращалась в прежнее русло.       Гермиона говорила себе это по утрам, хотя прекрасно понимала, что это наглая ложь самой себе.       На днях к ней заходил Гарри и увлечённо рассказывал о стажировке в Министерстве, которая, конечно же, плавно перетечёт в постоянную работу. Она уже видела, как её друг строит успешную карьеру, и она была за него рада. Гарри как никто другой заслужил хорошую и размеренную жизнь без какого-либо страха и опасности, как это было раньше, и сейчас он мог построить карьеру и завести семью, возвращаться вечерами домой, прекрасно зная, что завтра мир не перевернётся с ног на голову.       Со слов Гарри Гермиона поняла, что Рон решил последовать за ним, и за него она тоже была рада.       Наверняка Гарри ждал, что и Грейнджер вызовется следом за ними, вот только она промолчала. Вежливо и тактично, опуская глаза в пол. Больше всего на свете ей не хотелось говорить о будущем.       Она всё чаще ощущала себя разбитой фарфоровой куклой. Когда-то она была любима и желанна, но затем её уронили, дав трещине разойтись по всему телу, а потом решив, что она пришла в полную ненадобность, оставили в стороне угрюмо доживать свои последние дни.       Молодая девушка не должна была чувствовать себя подобным образом, но было сложно совладать с собой.       Гермиона медленно прогуливалась по Косому переулку, наблюдая за тем, как жизнь возвращается в заброшенные здания. Некоторые из них до сих пор стояли разрушенными или заколоченными, но что-то подсказывало ей о том, что это ненадолго.       Она засмотрелась на здание в конце улицы и не заметила, как к ней незаметно подкралась подруга.       — Гермиона, — спокойно проговорила Полумна, слегка дотрагиваясь до её плеча.       — Прости, я немного задумалась. Привет, — Гермиона широко улыбнулась ей, а потом обняла.       — Тебе понравилось это здание? — мечтательно произнесла Лавгуд, занимая место рядом с подругой.       — Просто задумалась, что бы здесь могло быть.       — Всё что угодно, — Луна улыбнулась самой себе, продолжая внимательно вглядываться в серые доски, прибитые к оконным рамам.       — А ты что здесь делаешь? — Гермиона потянула её за руку дальше по улице, и они не спеша зашагали по неровному камню.       — У меня назначена встреча, — скромно проговорила она, и её улыбка стала ещё шире.       Гермионе не нужно было никаких дополнительных объяснений, чтобы понять: здесь замешан парень.       — Это свидание?       — Я бы не назвала это свиданием — мы просто видимся время от времени, но я не буду отказываться, если он однажды позовёт меня на настоящее свидание.       Было видно, как Лавгуд улыбается и светится от счастья. Это именно то, что было нужно им всем после войны. Влюблённость, лёгкость, надежда на будущее. Гермиона была рада за Полумну, ведь сейчас у неё всё это было.       — Я надеюсь, что он не окажется идиотом, который этого не сделает.       — Я тоже. Гермиона, а пойдём со мной?       — Что? Нет. Я не хочу вам мешать…       — Я же сказала, это не свидание, а просто встреча. Разговор ни о чём.       — Обычно из таких разговоров и рождается нечто большее, — зачем-то произнесла Гермиона, мыслями возвращаясь в те встречи, которые стали так много для неё значить когда-то.       — Может, так он быстрее поймёт, что желает проводить со мной наедине как можно больше времени. Тем более до встречи ещё полчаса: я пришла раньше.       — Хорошо, я посижу с тобой немного, но как только он появится, я уйду.       — Хорошо.       Полумна затащила Гермиону в небольшое кафе. Стены были сделаны из кирпича, мебель была из тёмного дерева. Аромат вкусной выпечки и кофе витал в воздухе. Девушки заняли самый дальний столик у окна и сделали заказ.       Гермиона была рада, что Лавгуд не поднимает тему войны и прошедших дней. Гораздо легче было говорить о какой-то нелепице, словно позади не было кошмара и смертей.       — Поверить не могу — сама героиня войны, — кто-то довольно громко произнёс эти слова у неё за спиной.       Гермиона едва не пролила на себя кофе, а когда повернула голову, то чуть не поперхнулась. Рядом с их столиком стоял Теодор Нотт и лучезарно улыбался.       — Ты вовремя, мы с Гермионой как раз говорили о новом виде растений, которое вывели на Западе, — проговорила Полумна, и Гермиона поняла, что она совсем не удивлена его появлением.       Нотт обошёл столик и уселся рядом с Полумной, мило целуя её в щёку. Гермиона молча наблюдала за этой картиной, только сейчас начиная понимать, что всё это время её подруга ждала Теодора. И при воспоминаниях о нём она так застенчиво улыбалась, слегка краснея? Если бы кто-то поведал Гермионе такую информацию какое-то время назад, она бы никогда не поверила, что эти двое вообще способны отыскать общий язык, не говоря о симпатии.       — Обожаю эффект, который произвожу, — Теодор продолжал улыбаться, глядя на Гермиону.       — Просто она не ожидала увидеть тебя, — не стесняясь, проговорила Полумна.       — И это правда, — наконец она вернула свою способность говорить. — Что ж, я не буду вам мешать…       — Ты собралась уходить, Грейнджер? А как же вспомнить школьные годы? Посмеяться над нелепыми шутками?       Гермиона сверлила Теодора взглядом, пытаясь понять, шутит он или нет. Она никогда не общалась с ним раньше, так что не могла его прочитать.       — Я шучу, Грейнджер. Школьные годы были отстой. Так о чём вы там говорили? Растения? Запад?       Полумна живо включилась в диалог, а Гермиона начала обдумывать новый план своего ухода, но затем её увлёк небольшой спор с Ноттом, который он затеял. Тема касалась магических существ, а ведь её всегда это очень волновало.       Гермиона допивала уже вторую кружку кофе, слушая рассказ Луны о новом выпуске журнала её отца. Нотт весьма заинтересованно уточнял детали, и даже Гермиону это начало умилять.       — О, подождите, я вижу друга. Отлучусь на минутку, — Теодор быстро вскочил на ноги и умчался прочь.       Гермиона растянула губы в улыбке, смотря прямо на Полумну.       — Я ожидала увидеть кого угодно, но не Нотта.       — Знаю, он раньше тоже казался мне странным, но теперь я так не думаю.       Было немного забавно слышать от Лавгуд такие слова, ведь все вокруг именно её обычно считали странной.       — Мы только что видели Уизли в костюме работника Министерства. Поверьте мне, это смешное зрелище, — возвращающийся Теодор начал свою речь ещё у входной двери в кафе. — Кстати, я уговорил друга посидеть немного с нами. Не могу смотреть на его вечно хмурое лицо.       — Ооо, да заткнись ты.       Настал момент, когда Гермиона готова была поперхнуться своим кофе во второй раз.       Её спина стала идеально ровной, а дыхание пришло в негодность. Она боялась обернуться, начиная чувствовать, как капельки пота собираются на затылке, прямо под волосами.       Нотт быстро занял своё прежнее место за столом — напротив Гермионы, и тогда она почувствовала, как стул рядом с ней начинает отодвигаться в сторону. Знакомый тембр голоса зазвучал совсем близко.       — Лавгуд, Грейнджер, — таким образом он поздоровался, считая это правильным и нормальным.       Она слегка повернула голову, изучая его боковым зрением. Серый костюм, светлая рубашка, небольшой беспорядок в волосах из-за ветра на улице.       — Малфой, — она ответила тем же, делая большой глоток кофе, будто за кружкой можно было спрятаться.       — Привет, Драко, — легко сказала Луна, будто это было чем-то обычным. Словно они знакомы миллион лет и общаются ежедневно.       Как бы ей хотелось с такой же лёгкостью произнести его имя, посмотреть в глаза, расслабленно себя ощутить, но сейчас ей казалось, что на её плечах лежат гигантские камни, которые совсем скоро разломают её позвоночник на мелкие кусочки. Она ведь даже не могла набраться смелости повернуться к нему лицом.       — Так что там с Роном? — кажется, Луна на самом деле хотела услышать продолжение истории.       — У него был такой серьёзный вид, будто он уже министр, — засмеялся Теодор. — Кстати, Грейнджер, а почему ты не в Министерстве? Споришь со мной о существах вместо того, чтобы бросаться делать всё для того, чтобы их защитить.       Ещё пять минут назад она бы с лёгкостью ответила на этот вопрос, но не сейчас. Не тогда, когда рядом с ней сидит он.       Гермиона ощущала себя неуютно. Хотелось вскочить и помчаться прочь, чтобы заполучить возможность дышать, чтобы не чувствовать на себе его взгляд как сейчас, ведь после вопроса Нотта он повернул голову и теперь изучал её профиль. Она это знала. Ей даже не надо было проверять.       — Я не уверена, что должна быть там. По крайней мере, сейчас, — она старалась уйти от ответа.       Ей не хотелось говорить о том, что она сломлена. О том, что она зашла в тупик.       Всё потому, что чувства к Драко Малфою убивали её, заставляя разлетаться на части.       Это было правдой: она испытывала к нему чувства, и это она тоже поняла не сегодня, а тогда, когда открыла глаза и поняла, что её голова покоится на его плече. И она сбежала, чтобы не краснеть. И готова сделать это прямо сейчас.       Но Гермиона продолжала сидеть на месте, потому что маленькая девочка внутри неё продолжала тонуть в его близости. Продолжала надеяться на то, что всё изменится. Что сейчас он заговорит с ней, как тогда — год назад, и они вернут ту связь. Если она вообще была.       — Я думаю, тебе нужно арендовать то здание, а затем позволить своей фантазии сделать всё за тебя, — тихо проговорила Полумна, но все вокруг тут же обратили на неё внимание.       Все, кроме него.       — Извините, но мне правда нужно идти, — Гермиона быстро поднялась на ноги, едва не опрокинув на себя чашку.       Пора было задушить эту маленькую девочку внутри себя.       Потому что надежда зачастую слишком больно ранила, а она больше не хотела испытывать боль.