Гарри Слизеринец и философский камень

      Высокая темноволосая женщина со строгим взглядом встретила Хагрида у порога замка.       — Профессор Макгонагалл, вот первокурсники.       — Благодарю, Хагрид. Я их забираю.       «Так вот она какая, эта профессор Макгонагалл, о которой говорил Финч-Флетчли», — подумал Гарри. Что ж, она была совсем непохожа на Хагрида. Суровая и властная, она всем своим видом давала понять, что шутить с ней не стоит, и в её присутствии должна быть железная дисциплина; при этом она излучала уверенность, и Гарри сразу почувствовал — наверное, она очень, очень сильная волшебница.       Они пришли в огромный зал, настолько высокий, что потолка его не было видно. Гарри и его спутники удивлённо озирались, а между тем профессор Макгонагалл сказала им всем стоять здесь и ждать начала церемонии распределения. Пока она ушла, некоторые из ребят стали шёпотом переговариваться, но все быстро замолчали, увидев, как стены окутало белое сияние.       — Призраки, — улыбнулась девочка со светлыми волосами, правильными чертами лица и холодными синими глазами. — Я никогда не видела их так много...       — Тревор, тихо, — Гарри посмотрел направо и увидел круглолицего мальчика с растерянным взглядом и съехавшим набок галстуком. В руках у мальчика была пытавшаяся выпрыгнуть жаба, которую он отчаянно удерживал. Стоявшая рядом девочка с каштановыми волосами и чуть более крупными передними зубами, чем надо, сердито посмотрела на него и толкнула в бок. Гарри осторожно ощупал себя, проверяя, не выглядит ли он так же по-дурацки, как владелец жабы.       — О, новые первокурсники, — сверкнул глазами призрак в изысканной одежде, залитой кровью. — Рад видеть вас в Хогвартсе. Особенно тех, кто попадёт на мой факультет — на Слизерин.       Гарри это показалось одновременно и забавным, и страшным, но он всё же осторожно улыбнулся зловещему призраку. Тем временем другой призрак, чуть поодаль, сказал что-то про Гриффиндор и, к ужасу многих, отделил свою голову от туловища.       — Какие они жуткие, — шепнула Трейси.       — Да ладно, по-моему, мило, — ухмыльнулся Забини.       Когда несколько призраков затеяли спор с упоминанием какого-то Пивза, которого они хотели выгнать из замка, в зале снова появилась профессор Макгонагалл.       — Идите отсюда, — сказала она призракам. Затем она повернулась к первокурсникам. — Выстройтесь в шеренгу и идите за мной.       — Интересно, как будет проходить отбор? — шепнул рыжий мальчик, при виде которого Гарри сразу вспомнил близнецов, с которыми Джемма столкнулась на платформе. Очевидно, их младший брат и тоже Уизли. — Мне Фред говорил, что надо будет бороться с троллем.       — Не неси чушь, Рон, — ледяным тоном сказала ему всё та же большезубая девочка с каштановыми волосами, которую Гарри видел ранее. Очевидно, она большая любительница командовать, и Гарри сразу подумал, что надеется попасть с ней на разные факультеты. — Нам... — она замолчала, заметив, что профессор Макгонагалл услышала разговоры и вот-вот повернётся к первокурсникам и выскажет всё, что думает по поводу их поведения.       Они прошли через двойные двери, и Гарри ахнул, да и не только он один.       Зал, в который они вошли, был ещё больше предыдущего. В воздухе плавали ярко горящие свечи, а сверху вместо потолка было звёздное небо. Гарри опустил взгляд и увидел четыре длинных стола, за которыми уже сидели студенты старших курсов. Напротив них был ещё один стол, за которым сидели преподаватели. Профессор Макгонагалл подвела их к этому столу и сказала повернуться спиной к преподавателям и лицом к старшекурсникам. Гарри стал разглядывать четыре стола. За одним из них уже виднелись знакомые рыжие головы — вот близнецы, а вот ещё один рыжий мальчик постарше, со значком старосты, наверное, тот самый Перси. Ага, гриффиндорцы, подумал Гарри. Он перевёл взгляд на тот стол, куда напряжённо смотрела Трейси, и увидел там темноволосого мальчика, которому она улыбнулась. Наверное, её кузен Роджер с Когтеврана. А вот и стол, за которым студенты в зелёных галстуках, слизеринцы... Гарри сразу стал искать взглядом Джемму, но в этот момент профессор Макгонагалл вынесла табурет и положила на него старую волшебную шляпу, всю потёртую и в заплатах.       «Что здесь происходит?» — подумал Гарри, чувствуя, как его охватывает ужас от мысли, что вот-вот будет решаться его судьба.       И тут Шляпа шевельнулась. Оказывается, среди заплаток и потёртостей у неё обнаружился рот, и сейчас она начала петь скрипучим, забавным голосом.

      Может быть, я некрасива на вид,       Но строго меня не судите.       Ведь шляпы умнее меня не найти,       Что вы там ни говорите.       Шапки, цилиндры и котелки       Красивей меня, спору нет.       Но будь они умнее меня,       Я бы съела себя на обед.       Все помыслы ваши я вижу насквозь,       Не скрыть от меня ничего.       Наденьте меня, и я вам сообщу,       С кем учиться вам суждено.       Быть может, вас ждёт Гриффиндор, славный тем,       Что учатся там храбрецы.       Сердца их отваги и силы полны,       К тому ж благородны они.       А может быть, Пуффендуй ваша судьба,       Там, где никто не боится труда,       Где преданны все, и верны,       И терпенья с упорством полны.       А если с мозгами в порядке у вас,       Вас к знаниям тянет давно,       Есть юмор и силы гранит грызть наук,       То путь ваш — за стол Когтевран.       Быть может, что в Слизерине вам суждено       Найти своих лучших друзей.       Там хитрецы к своей цели идут,       Никаких не стесняясь путей.       Не бойтесь меня, надевайте смелей,       И вашу судьбу предскажу я верней,       Чем сделает это другой.       В надёжные руки попали вы,       Пусть и безрука я, увы,       Но я горжусь собой.

      — Да, Гарри, нам всего лишь надо надеть шляпу, и она скажет наш факультет, — улыбнулся Забини. — Но рыжий Уизли, конечно, может отказаться от этого и идти бороться с троллем.       Трейси прыснула. Даже Малфой, стоявший поодаль, не удержался от подобия улыбки. Синеглазая девочка посмотрела на них холодным взглядом, и они сразу замолчали.       — Когда я назову имя, вы наденете шляпу и сядете на табурет, — сказала профессор Макгонагалл, держа в руках список. — Начнём. Аббот, Ханна!       Девочка с белыми косичками и напуганным взглядом вышла вперёд и надела Шляпу, которая ей была явно велика и закрыла не только лоб, но и лицо.       — Пуффендуй! — тут же воскликнула Шляпа. Ханна сняла Шляпу и засеменила к взорвавшемуся аплодисментами крайнему правому столу.       — Боунс, Сьюзен!       — Пуффендуй!       — Бут, Терри!       Гарри хотел улыбнуться попутчику, но от волнения вместо улыбки вышла какая-то гримаса. Тем временем Терри спокойно подошёл и надел Шляпу.       — Когтевран!       Второй стол слева взорвался овациями, и Терри, сняв Шляпу, уверенно направился к своим новым товарищам.       — Браун, Лаванда!       На табуретку села девочка с золотыми волосами и каким-то кукольным, немного глуповатым выражением лица.       — Гриффиндор! — теперь аплодировал крайний левый стол, а Забини сморщился, как будто его заставили съесть сырой лимон.       — Булстроуд, Миллисента!       — Слизерин! — крупная, даже явно толстая девочка зашагала ко второму столу справа.       Как будто не страшно. Но Гарри задумался. Фарли сказала ему, что пожелания учитываются. Но что, если Шляпа отправит его куда-то ещё?       — Крэбб, Винсент!       Один из малфоевских дружков надел на себя Шляпу.       — Слизерин!       — Дэвис, Трейси!       На сей раз Гарри удалось улыбнуться недавней попутчице. Шляпа задумалась секунд на десять, но затем уверенно заявила:       — Слизерин!       Слизеринский стол взорвался аплодисментами. Гарри тоже радостно хлопал знакомой. Мельком он глянул на Малфоя — у того был такой вид, как будто он проглотил палку.       — Финч-Флетчли, Джастин!       — Пуффендуй! — пухлый мальчик из поезда, так не любивший слизеринцев, выглядел вполне довольным, присоединяясь к своему столу.       — Гойл, Грегори!       Второй приятель Малфоя вышел к табуретке, чтобы спустя мгновение тоже присоединиться к слизеринцам.       — Грейнджер, Гермиона!       Неугомонная большезубая девочка надела Шляпу.       — Гриффиндор! — ну вот, подумал Гарри, если смогу попасть на Слизерин, с ней дел иметь не придётся.       — Гринграсс, Дафна!       Синеглазая блондинка прошествовала царственной походкой, напомнив Забини. Она даже позволила себе улыбнуться, надевая Шляпу.       — Слизерин!       Девочка спокойно прошла к слизеринскому столу. Гарри увидел, что Малфой и Забини бурно хлопают ей — похоже, она была их знакомой. Потом он вспомнил, что Забини что-то говорил про поместье Гринграссов...       — Долгопупс, Невилл!       Круглолицый мальчик с жабой и так и не поправленным галстуком вышел к табуретке. Шляпа погрузилась в молчание.       «А что, если ученик не подходит ни одному факультету?» — глядя на молчащую Шляпу на голове Невилла, Гарри пришла в голову ужасная мысль.       Он уже с содроганием представлял себе, как проходит пять, десять, пятнадцать минут... пока профессор Макгонагалл не вмешивается в происходящее и не отправляет его обратно к Дурслям.       — Гриффиндор! — кажется, всё не так плохо, подумал Гарри, не удержавшись от улыбки, когда увидел, как Невилл ринулся к гриффиндорскому столу прямо с надетой на голову Шляпой.       — Макмиллан, Эрни!       — Пуффендуй!       — МакДугал, Мораг!       — Когтевран!       — Малфой, Драко!       Блондин прошествовал с таким важным видом, как будто он всем делает невероятное одолжение.       — Слизерин! — заорала Шляпа, едва коснувшись его головы.       Гарри вздохнул. Троица Малфоя не вызывала у него большой симпатии. С другой стороны, Трейси тоже будет с ними, а она милая. И Блейз, наверное... и Фарли. Эти мысли помогли ему немного успокоиться.       — Нотт, Теодор!       — Слизерин! — темноволосый мальчик уверенно прошёл к столу, улыбнувшись Дафне и легко кивнув Малфою.       — Паркинсон, Пэнси!       — Слизерин! — девочка с лицом, немного напоминавшим мопса, и бессмысленным выражением глаз зашагала к столу, и Гарри подумал, что понимает Блейза, которому надоела её трескотня.       — Патил, Падма!       — Когтевран!       — Патил, Парвати!       — Гриффиндор! — ого, подумал Гарри, даже близнецы могут попасть на разные факультеты.       — Перкс, Салли-Энн!       — Пуффендуй!       — Поттер, Гарри!       По всему залу понёсся шум, шёпот и шушукание.       — Поттер?       — Тот самый Гарри Поттер?       Гарри подошёл к табуретке на негнущихся ногах и сел, поспешив надеть на себя Шляпу, чтобы укрыться от сотен любопытных взглядов, буквально физически разрывавших его на части.       — Хм, — раздался тихий голос у него в ушах. — Вот мы и встретились, мистер Поттер. Тут о Вас все так говорят... Интересно. Очень интересно. Я вижу ум, о да... и талант. И храбрость. И желание учиться и добиваться большего. Так куда же мне тебя определить?       Сердце Гарри заколотилось. Значит, Джемма была права, и к его мнению могут прислушаться!       — Джемма Фарли? Ах да, помню... хорошая девочка, — задумчиво произнёс голос. — Но мы сейчас говорим о тебе, мой юный друг...       «Я хочу попасть в Слизерин», — подумал Гарри.       — Да? Интересно, — задумчиво произнесла Шляпа. — Немногие волшебники просят меня именно так... Я не спорю, ты вполне сможешь там учиться. Это прекрасный факультет, возможно, как раз для тебя... но зачем он тебе? Неужели только из-за Фарли? Я вполне могу тебя отправить и в Гриффиндор. Это тоже неплохое место.       «Я не хочу, чтобы на меня таращились как на Мальчика-Который-Выжил. Я хочу добиться чего-то большего».       — А ты малого не хочешь, — усмехнулась Шляпа. — Умеешь ставить цели. Ну что же, тогда, пожалуй, я тебе помогу. Тебе будет очень непросто, ты пройдёшь через многие испытания в учёбе, но это твой выбор и твоё право, поэтому ты отправляешься на СЛИЗЕРИН! — последнее слово Шляпа крикнула уже громко, но не успел Гарри снять Шляпу с головы, как его оглушил настоящий рёв. Гриффиндорцы бушевали и были готовы сыпать проклятиями, зато слизеринский стол бурно радовался. Особенно громко хлопали Трейси Дэвис и Дафна Гринграсс.       Гарри, улыбаясь от облегчения, подошёл к столу. И тут он увидел человека, которого искал до начала церемонии. Джемма Фарли, строгая и серьёзная, со значком старосты, поманила Гарри к себе, пододвигая группу студентов старших курсов так, чтобы он смог сесть рядом с ней. После того, как Гарри опустился на своё место, Джемма положила ему руку на плечи и очень тепло улыбнулась; на её лице было написано большое облегчение.       — Ты молодец, Гарри! Ты справился! Добро пожаловать на Слизерин!       — Шляпа вспоминала про тебя, — улыбнулся Гарри. — Сказала, что ты хорошая.       — Это... это мило, — Джемма чуть смутилась. — Располагайся. Уже немного осталось, скоро всех остальных тоже распределят.       Гарри кинул взгляд на сидевших за его столом. Трейси и Дафна улыбнулись ему, он улыбнулся им в ответ. Малфой сидел с неопределённым выражением лица; помня о словах Забини, Гарри ему коротко кивнул, давая понять, что не намерен развивать ссору. Недалеко от Фарли сидел крупный пятикурсник с грубыми чертами лица и со значком старосты, но, в отличие от Джеммы, он не выглядел проявляющим большой интерес к первокурсникам. Впрочем, поймав взгляд Гарри, он протянул руку.       — Маркус Флинт. Староста пятого курса и капитан команды Слизерина по квиддичу.       Гарри пожал протянутую руку и продолжил смотреть на соучеников. Вот темноволосый Нотт — он достаточно дружелюбно кивнул Гарри, увидев его взгляд. Миллисента Булстроуд даже не посмотрела в его сторону, а Пэнси Паркинсон, увидев Гарри, тут же повернулась к Малфою и зашептала ему что-то прямо через голову Крэбба, на что Малфой только небрежно отмахнулся.        Гарри перевёл взгляд на преподавательский стол. Во главе его сидел, очевидно, директор — тот самый Дамблдор, седовласый мужчина с добрым взглядом мерцающих глаз. Встретившись взглядом с Гарри, Дамблдор ободряюще улыбнулся и повернулся к коллегам.       — Это директор Дамблдор, как ты уже понял, — тихо сказала Фарли. — Величайший волшебник в мире, рассказывать о нём можно долго, давай как-нибудь в другой раз... А вот профессор Квиррелл, он преподаёт Защиту от Тёмных искусств... если честно, странно это, он всегда занимался магловедением, и, по слухам, свой предмет знал хорошо, зачем он сменил профиль, я не знаю... но этим летом он стал каким-то чудным. Вот профессор Флитвик, он преподаёт заклинания, это мой любимый предмет... если когда-нибудь вздумаешь выйти против меня на дуэль, легко в этом убедишься, — девочка улыбнулась. — А это профессор Стебль, она преподаёт травологию... не очень люблю копаться в грядках, но ничего не поделать — волшебные растения знать необходимо.       Гарри вернулся взглядом к профессору Квирреллу. Рядом с ним он увидел худого мужчину с сальными чёрными волосами, бледным лицом, крючковатым носом и холодным, пронзительным взглядом чёрных глаз. Внезапно шрам Гарри пронзила боль, и он отвёл взгляд.       — А, ты уже заметил профессора Снегга, — кивнула Фарли. — Профессор зельеварения и наш декан. На других факультетах его не любят. Он очень строгий, но знаешь... он справедливый. К нам, во всяком случае, он хорошо относится, но больших поблажек не жди. Советую у него учиться очень внимательно; чтобы получить у него «Превосходно», надо действительно превосходно знать предмет. Он ненавидит тех, кто страдает ерундой на уроках, и вообще бестолковых студентов... и по мне так правильно делает. Я уверена, тебя это не коснётся, — Фарли ободряюще улыбнулась Гарри.       — Уизли, Рональд! — посеревший от страха рыжий мальчик, боявшийся драки с троллем, тут же отправился к своим братьям на Гриффиндор.       — Забини, Блейз!       — Слизерин! — Гарри хлопал громче всех, радуясь, что будет учиться вместе со своим попутчиком, который ему действительно понравился. Блейз спокойно подошёл, дружелюбно улыбнулся Гарри, приветственно кивнул Малфою и уселся рядом с Ноттом, с которым тут же завёл разговор.       — Добро пожаловать в Хогвартс! — воскликнул Дамблдор, когда профессор Макгонагалл унесла Шляпу. — Прежде чем начать пир, я бы хотел сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Всё, всем спасибо!       Зал разразился криком, смехом и аплодисментами. Гарри растерялся, но в конце концов решил просто посмеяться и похлопать со всеми.       — Он... он странный? — спросил он Джемму.       — Нуу... есть немного, — улыбнулась Фарли. — Он всегда говорит что-нибудь такое... но он крутой, действительно крутой. Ладно, не щёлкай клювом, а то тут всё съедят без тебя, да и я с тобой заболтаюсь и останусь голодной, — с этими словами девочка потянулась к тарелке.       Только сейчас Гарри понял, что стол ломится от еды. Он никогда в жизни не видел такого изобилия. Дурсли, справедливости ради, не морили его голодом, но и сытым он себя у них никогда не чувствовал. Сейчас же на столе были самые разнообразные блюда. Стейки, отбивные, курица, картошка, салаты, бекон... и внезапно мятные леденцы. Для питья предлагался тыквенный сок — запивая им еду, Гарри удивлённо отметил, что он невероятно вкусный.       — Вот мы снова и встретились, — ухмыльнулся подплывший к столу окровавленный призрак. — Для тех, кто не знает — можете меня прямо так и называть Кровавым Бароном. Я не обижусь, — он зловеще сверкнул глазами.       — Он любит нагнать жути, — шепнул крупный третьекурсник рядом с Гарри, представившийся как Грэхэм Монтегю. — Зато его до ужаса боится Пивз. Поэтому наша часть замка обычно не страдает от проделок полтергейста... а вот у гриффиндорцев просто умора, а не привидение, видал? Ну тот Почти Безголовый Ник, которому почти отрубили голову, и она у него болтается на ниточке, — Гарри улыбнулся, вспомнив, о чём говорит его собеседник.       Когда все наелись, столы опустели. Но тут же — очевидно, не без волшебства — на них появились уже десерты. Фруктовые, ванильные пироги, повидло, пирожные, эклеры, торты, пудинги... Гарри наелся до тяжести в животе и почувствовал, что его глаза начинают слипаться.       — Теперь, когда все наелись, минуточку внимания! — воскликнул Дамблдор. — Я должен сделать несколько объявлений. Ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Как всегда, напоминаю, что колдовать в коридорах запрещено. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов по квиддичу, должны обратиться к мадам Трюк. Тренировки начнутся через неделю. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью.       Гарри громко рассмеялся, но таких смелых было немного. Фарли нахмурилась.       — Вот это советую воспринять серьёзно, — сказала она с тревогой. — С такими вещами он обычно не шутит. Вообще не советую нарушать школьные правила. Ну да ладно, сейчас пойдём в нашу гостиную, я всё расскажу.       — А сейчас давайте споём школьный гимн!       Гарри удивлённо посмотрел на учительский стол; на лицах профессоров были странные улыбки.       — Каждый поёт так, как ему хочется, на свой мотив! — воскликнул Дамблдор. Он взмахнул палочкой, и в воздухе стали появляться слова.

      Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс,       Научи нас хоть чему-нибудь.       Молодых и старых, лысых и косматых,       Возраст ведь не важен, а важна лишь суть.       В наших головах сейчас гуляет ветер,       В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух,       Но для знаний место в них всегда найдётся,       Так что научи нас хоть чему-нибудь.       Если что забудем, ты уж нам напомни,       А если не знаем, ты нам объясни.       Сделай всё, что сможешь, наш любимый Хогвартс,       А мы уж постараемся тебя не подвести.

      Это было удивительное зрелище. Студенты со всех столов пели эти слова вразнобой, кто-то быстро, кто-то высоко, кто-то низко. Большинство слизеринцев не пело, но несколько человек, в том числе сам Гарри и Трейси, робко пытались что-то напевать. На удивление, Фарли тоже пела, но, присмотревшись, Гарри понял, что она просто открывает рот, не издавая ни звука, и это было намного забавнее, чем молчание другого старосты, Флинта. В конце концов все замолчали, и только близнецы Уизли медленно и торжественно пели последние строчки, а Дамблдор дирижировал волшебной палочкой.       — О музыка! — воскликнул он, едва не прослезившись. — Её волшебство превосходит то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать! Рысью спать!       Студенты сразу стали вставать со своих мест, направляясь в спальни. Только первокурсники оставались на месте, не зная, куда им идти. Фарли посмотрела на Флинта, очевидно, намереваясь вести первокурсников вместе, но он уже направлялся к выходу, о чём-то болтая с Монтегю и ещё несколькими парнями. Джемма тяжело вздохнула и повернулась к новичкам.       — Первокурсники, за мной! — громко крикнула она. — Построились! Не теряемся! Я отведу вас в нашу гостиную и к спальням. Давайте, быстрее! Быстрее придём — быстрее пойдёте спать.       Гарри, находившийся рядом с Фарли, сразу оказался впереди колонны первокурсников. Рядом появились Забини и Нотт, за ними подтянулись Дафна, Трейси и Миллисента.       — А где второй староста? — спросила Дафна.       — Уже умчался со своими дружками по команде обсуждать квиддич, — раздражённо буркнула Фарли. — Не волнуйтесь, со мной вы точно не потеряетесь, — она подмигнула Гарри. — Так, все построились? За мной шагом марш!       Они направились по коридорам замка мимо портретов, статуй и рыцарских доспехов к подземельям, спускаясь время от времени по лестницам. В конце концов они пришли к ничем не примечательной голой стене.       — Запомните это место! — воскликнула Джемма. — Здесь находится вход в нашу гостиную. Никто из других факультетов не должен попадать сюда. Дверь открывается паролем, и его можем знать только мы, слизеринцы. А теперь слушайте и запоминайте... Suum cuique!       Кусок стены тут же отъехал в сторону, открывая вход в уютную гостиную с кожаными диванами и камином. Джемма встала посреди комнаты, дождавшись, пока все первокурсники соберутся вокруг неё, и пропуская студентов старших курсов. После этого девочка с сосредоточенным выражением лица повернулась к подопечным, набрала в грудь воздух и начала говорить.       — Итак, всем ещё раз добро пожаловать! Я Джемма Фарли, староста факультета, и я рада приветствовать вас на Слизерине. Наша эмблема — змея, мудрейшее из существ. Цвета нашего факультета — зелёный и серебряный, а наша гостиная находится вот здесь, за потайным входом. Как вы можете видеть, окна гостиной выходят в глубины озера, и вы сможете наслаждаться видом обитающих в нём существ, — Фарли слегка улыбнулась. — Прежде чем вы пойдёте спать, я вам расскажу немного о нашем факультете. Думаю, вы уже наслышаны о том, что на нашем факультете практикуются Тёмные Искусства, а нечистокровным запрещён вход. Смею заверить, это ложь и клевета. Чёрные маги и преступники выходили и с других факультетов, но что правда, это то, что мы не боимся признавать печальные страницы нашей истории. И только в наших силах сделать так, чтобы это не повторялось. Среди нас есть студенты как чистокровные, так и имеющие среди родителей маглов. Это не должно иметь значения, мы все едины, мы все противостоим другим факультетам, и мы должны поддерживать друг друга. Раздоры внутри нашего факультета запрещены. Нарушители будут иметь дело со мной... или с преподавателями, — взгляд голубых глаз Джеммы стал жёстким, она посмотрела на студентов, на секунду скользнула взглядом по Малфою и его друзьям, отчего те сжались и постарались стать незаметными — при всей своей чистокровной гордости Малфой явно боялся авторитета старосты. — Нам есть чем гордиться. Великий Мерлин, величайший волшебник в истории, был слизеринцем! И вы все имеете шанс пойти по его стопам. Мы самый лучший факультет Хогвартса — факультет амбициозных и целеустремлённых. Мы храним наследие и традиции Салазара Слизерина. Да, нас побаиваются другие факультеты. Но в этом есть свои плюсы: гриффиндорские шутники десять раз подумают, прежде чем стащить ваши вещи, если будут считать, что у нас для них припасена целая гора проклятий. Но это не значит, что мы действительно будем сыпать проклятиями направо и налево. Я напоминаю вслед за профессором Дамблдором, что колдовство в коридорах запрещено. Также я хочу отметить, что в Хогвартсе есть система поощрений и наказаний в виде баллов для факультета. За успешную учёбу, выполненные задания на уроках, спортивные достижения и другие достойные поступки вам будут начисляться баллы. За проступки баллы будут сниматься. Кроме того, есть и другие наказания, — Фарли мрачновато улыбнулась, явно намеренно не уточняя, какие именно наказания грозят нарушителям. — Накладывать взыскания могут преподаватели Хогвартса или я как ваша староста. Вы обязаны во всём слушаться преподавателей и старост, проявлять к ним уважение, быть дисциплинированными, прилежными и послушными. Вы должны всегда иметь опрятный внешний вид, — она подошла к Трейси и слегка поправила ей галстук, затем подошла к Гарри и поправила ему чёлку. — Вы должны исправно посещать школьные занятия. После отбоя все студенты должны находиться в гостиной или спальне, ночное хождение по коридорам строго запрещено. Колдовать разрешено только в предназначенных для этого местах, кабинетах, в том числе пустых, но никак не в коридорах. Школьный лес посещать не только запрещено, но и смертельно опасно. Это же касается и озвученной директором информации насчёт коридора на третьем этаже. Также я бы хотела сказать о других факультетах. Пуффендуйцы в основном не блещут способностями, они довольно безобидны. Когтевранцы — опасные соперники, многие из них умны, но при этом они наименее враждебны к нам. Наши, наверное, основные соперники — гриффиндорцы, они совершенно отмороженные и могут на вас напасть безо всякой причины. Не бойтесь давать сдачи, не забывайте заступаться за своих. Мы всегда должны держаться друг друга. Это касается не только соперничества с другими факультетами, но и учёбы. Не стесняйтесь помогать друг другу и подходить друг к другу с вопросами, вместе делать домашние задания. Наше привидение — Кровавый Барон. Он может пугать полтергейста Пивза и студентов других факультетов. Будьте с ним вежливы и не спрашивайте его, откуда на нём кровь. Пароль для доступа в нашу гостиную меняется каждые две недели. Не забывайте следить за доской объявлений. Дверь спальни мальчиков направо, девочек налево, — Джемма махнула рукой. — Каждый курс спит на своём этаже. Первый ниже всех. Спуститесь к себе — увидите таблички с указанием того, где чья кровать. Там же найдёте свои вещи. Расписание получите завтра во время завтрака. Уф, — Джемма устало потёрла лоб, отбросив официальное выражение лица. — Вроде бы всё. Располагайтесь, не ругайтесь, осваивайтесь. Завтра с утра подъём, завтрак, занятия. Спокойной ночи, ребята, — Джемма тепло и устало улыбнулась, отчаянно подавляя зевок.       Усталые первокурсники расходились, уже почти не разговаривая и явно желая поскорее добраться до постели и уснуть. Гарри направился вслед за Блейзом и Ноттом, когда Фарли осторожно взяла его за плечо.       — Ты как, нормально?       — Эээ... да. Спасибо. Классную речь ты сказала, — он улыбнулся.       — Я очень волновалась. Специально её готовила перед поездкой, — сказала Фарли. — Ладно, Гарри. Удачной учёбы.       Гарри спустился вниз, на свой этаж, где уже устраивались на кроватях Забини, Нотт, Малфой, Крэбб и Гойл.       — Спокойной ночи, парни, — обратился он ко всем, вдохновлённый речью Джеммы о единстве факультета.       — Ага... и тебе снов, — пробормотал Забини, закрывая глаза.       Гарри разделся, упал на кровать и сразу же крепко заснул.