Гарри Слизеринец и философский камень

      Новость о том, что трое первоклашек попались на ночной прогулке, заработали шестьдесят штрафных очков факультету и лишили его первого места, всколыхнула Слизерин. Гарри понимал, что на них обрушится негатив. Само собой, Малфой был первым, кто не упускал возможности поддеть незадачливых нарушителей; помимо его традиционной свиты в лице Крэбба, Гойла, Пэнси Паркинсон и Милисенты Булстроуд обычно нейтральный Нотт также присоединился к нему. Старшекурсники мало пересекались с ребятами, но при встречах демонстрировали своё открытое недовольство. Одна только Трейси, избежавшая неприятностей по счастливой случайности, поддерживала их.       — Не кисните, — весело сказала она Гарри на травологии, пока когтевранцы во главе с Энтони Голдстейном одобрительно подмигивали троице, насмешливо благодаря их за лидерство своего факультета. — Шестьдесят баллов — это ещё не так уж и много. Мы сейчас на уроках наберём больше. Эти заучки, — она махнула рукой в сторону хихикающих Падмы Патил и Мораг МакДугал, — по головам друг друга лезут. А мы друг другу помогаем. И Мерлин с ним, с Малфоем и его компашкой. Нас четверо, справимся.       Вечером после ужина Фарли собрала нарушителей, чтобы отвести к Снеггу. Гарри предавался невесёлым размышлениям о том, как их встретит и без того недробожелательный к нему профессор зельеварения. Утешало лишь то, что Фарли пообещала заступиться за них перед Снеггом. С другой стороны, а что сказать в своё оправдание? Гарри понимал — про философский камень говорить ему ни в коем случае нельзя, тем более, они подозревают зельевара в намерении украсть его. Надо было придумывать убедительное враньё. Но пока в голову ничего не приходило, и что-то подсказывало Гарри, что Снегг раскусит ложь и сильно разозлится.       — Проходите, ребята, — дружелюбно сказала Джемма, показывая им рукой на дверь в класс зельеварения. — Вот ваши котлы. Каждому из вас сегодня предстоит вымыть до блеска по пять штук. И никакой магии. Я тут с вами побуду, чтобы вам не было скучно и вы не жульничали, — староста весело стрельнула глазами. — О, а вот и... добрый вечер, профессор Снегг!       — Добрый вечер, мисс Фарли, — при виде старосты зельевар изобразил что-то похожее на лёгкую улыбку. Ну а как же, любимая ученица, с завистью подумал Гарри. — Благодарю Вас за рассказ о случившемся и за то, что привели этих нарушителей. Можете идти.       — Но... — Фарли слегка замялась, явно не желая уходить.       — Мисс Фарли, Вы моя лучшая ученица, но даже Вам надо готовиться к экзаменам, если Вы хотите получить Ваше заслуженное "Превосходно" по зельям и продолжить учиться в моём классе, — ядовито сказал Снегг, и неравнодушная к комплиментам Джемма покраснела. — Если Вы переживаете за Поттера, мисс Фарли, можете быть спокойны, я его не съем и верну его Вам в целости и сохранности.       Фарли покраснела ещё больше. Гарри поймал её взгляд и ободряюще кивнул. Как бы то ни было, Снегг был прав. Ей надо готовиться к экзаменам... да и самому Гарри действительно лучше уже начать встречать трудности, не прячась за спиной старосты. Снегг так Снегг.       — Ладно, я пойду, — сказала Джемма. — Ребята, как закончите — сразу в гостиную. Без прогулок, — она подмигнула, а Снегг мрачно нахмурился.       — Итак, вы знаете, что надо делать, — процедил профессор, когда староста ушла. — Приступайте.       Хотя котлы и были жутко грязными, мытьё посуды не было чем-то диковинным для Гарри — у Дурслей он перемыл её целые горы, и теперь спокойно взялся за дело, засучив рукава. Блейз и Дафна, выросшие в богатых волшебных семьях, были явно непривычны к этому делу, и спустя час справились всего лишь с тремя котлами из пяти, в то время как у Гарри всё было вымыто, высушено и блестело как новое.       — Профессор, — Гарри внезапно понял, что это его шанс не только укрепить дружбу с однокурсниками, но и понравиться мрачному зельевару. — Я уже справился... разрешите помочь остальным?       Снегг с кислой миной подошёл и осмотрел работу Гарри.       — Пойдёт, Поттер. Нет, я Вам не разрешаю делать работу, которую поручили другим. Ваши дружки точно так же нарушили правила, как и Вы, и должны сами нести ответственность. И пока они это делают, будьте любезны, пройдите со мной в кабинет. А вы двое шевелитесь и работайте. Не думайте, что если вы попробуете сжульничать в моё отсутствие, это от меня укроется, — Блейз и Дафна испуганно посмотрели на Снегга и принялись тереть котлы ещё яростнее.       Гарри пошёл вслед за Снеггом со смешанными чувствами. Как будто зельевар был к нему не особо агрессивен. С другой стороны, попасть в его кабинет и оказаться наедине с ним было страшновато.       — Садитесь, Поттер, — произнёс Снегг, усаживаясь за широкий стол.       — Итак, — сказал профессор, несколько мгновений оценивающе посмотрев на Поттера. — Должен сказать, что мне по нашим занятиям показалось, что Вы всё же не склонны к необдуманному поведению и в целом достаточно разумны. Но теперь я вижу, что ошибался... Не желаете ли мне рассказать причины Вашего поступка?       — Это... это было ужасной глупостью, сэр, — Гарри понял, что так и не может придумать ничего внятного, и решил, что правильнее всего будет просто повиниться. — Я очень сожалею.       — То же самое мне сказала и мисс Фарли, — усмехнулся Снегг, обнажая жёлтые зубы. — Она проявляет трогательное участие в Вашей судьбе. Насколько я знаю, Вас растили маглы?       — Да, сэр... я ничего толком не знал о волшебном мире.       — И Ваша тётка, — Гарри заметил, с каким презрением он упомянул Петунью. Неужели он её знает? — Ваша тётка ничего не говорила о том, кем были Ваши родители?       — Она говорила, что они были пьяницами и разбились в автокатастрофе. Сэр, — Гарри с испугом увидел, как в чёрных глазах Снегга сверкнула ярость при этих словах. Впрочем, профессор тут же успокоился и, как ни странно, посмотрел на Гарри мягче, чем раньше.       — Значит, Хагрид и мисс Фарли были единственными Вашими источниками информации о Хогвартсе и волшебном мире... Расскажите, Поттер, — неожиданно мягко сказал он. — Вы действительно хотели попасть на наш факультет? Или Вам... посоветовали?       — Я вообще ничего не знал о церемонии распределения, — растерянно ответил Гарри. — Я знал только, что мои родители учились на Гриффиндоре... но мне сказали, что и другие факультеты ничуть не хуже. И, в частности, что Слизерин — одно из лучших мест, где можно чему-то научиться. Я ведь не знал папу с мамой, мне особо не с кем было посоветоваться...       — ...и Вас всё-таки сагитировала мисс Фарли, — усмехнулся Снегг. — Впрочем, это к лучшему. Учитывая Ваше... незнание мира магии, так сказать... Вам действительно не помешает кто-то вроде наставника. Что ж, лучшей кандидатуры я бы и сам Вам не смог предложить. Вам повезло, Поттер. И с факультетом, и со знакомствами. На Слизерине Вы можете встретить много очень достойных людей... и ради Мерлина, уж постарайтесь не упустить шанс, который Вам даёт жизнь. Вы не гриффиндорец, чтобы делать глупости.       — Мне очень жаль, что я разочаровал Вас, сэр, — Гарри почувствовал, что зельевар колеблется в своём отношении к нему. — Я обещаю, это не повторится.       — Я запомню и посмотрю, как Вы выполните это обещание, Поттер, — сухо сказал Снегг. — Увидимся завтра на зельях. И вечером на отработке. Можете идти — кажется, Ваши друзья как раз закончили.              — Ну что, как всё прошло? — Фарли, увидев заходящих в гостиную ребят, встала, отложив в сторону учебник.       — Нормально, — сказал Гарри. — Снегг решил расспросить меня. Про жизнь... и вообще.       Джемма удивлённо подняла брови.       — Он нечасто так беседует со студентами, — сказала она. — Ну и?       — Сказал тебя слушаться, — Гарри весело ухмыльнулся.       — Маленький подлиза.       — Ну он правда так сказал. И ещё... мне показалось, он знает мою тётю. Во всяком случае, он явно её не уважает.       — Ну, я не скажу, что волшебное сообщество прямо обожает маглов в целом, — небрежно сказала Фарли. — Нет, упаси Мерлин, я против насилия или дискриминации, тем более применительно к волшебникам вне зависимости от их происхождения, но простецы... да ты сам же от них не в восторге.       — Нет, Снегг именно мою тётку за что-то не любит, — сказал Гарри.       — Может, понял, как отвратительно они к тебе относятся. Она сестра твоей мамы и могла бы себя вести лучше.       — Может... в общем, мне показалось, всё достаточно неплохо. Он взял с меня слово, что я не буду делать глупостей. У нас завтра зелья, посмотрим, как пойдут дела.       — Вот и подготовься к ним, — одобряюще сказала Фарли, похлопала его по плечу и вернулась к своему учебнику.              Остальные отработки прошли без происшествий. Гарри исправно намывал котлы, Снегг спокойно принимал работу и отпускал поштрафившихся. Уроки по зельям тоже пошли неплохо — казалось, между Гарри и зельеваром произошло что-то вроде пакта о ненападении, и Снегг перестал к нему придираться, тем более, что и сами зелья у Гарри выходили всё лучше и лучше. Да и в целом учёба давалась Гарри хорошо. Баллы, которые он зарабатывал на занятиях наряду с другими студентами, помогли Слизерину приблизиться снова к Когтеврану, и теперь факультеты шли практически вровень. Поэтому весну Гарри встречал с хорошим настроением.       Однажды Гарри и Блейз сидели в библиотеке, потихоньку начиная готовиться к экзаменам. Неожиданно Гарри увидел огромную фигуру, не узнать которую было невозможно.       — Хагрид! — радостно воскликнул Гарри. — Я соскучился! Что ты здесь делаешь?       Великан был вроде бы и рад видеть Гарри, но при этом стушевался. И при этом он что-то прятал за спиной.       — Я... эээ.. посмотреть зашёл. Вот. Тоже давно не виделись... сам-то как? Нормально всё?       Гарри пришла в голову блестящая идея. И как он мог забыть! Ведь Хагрид точно знает про философский камень!       — Да я уже узнал. Это философский камень охраняет трёхглавый пёс в том коридоре? Его ты забирал из банка, да?       — Пушок-то? Ну да... э, стоп, откуда ты это знаешь? — до Хагрида не сразу дошёл смысл сказанного. — Ты так и не бросил расследования? Кому я сказал — не лезь не в своё дело, Гарри, Дамблдор всё знает... а, впрочем, давай, раз уж ты разузнал столько, заходи ко мне на чай. А то здесь не стоит болтать об этом...       — Чаепитие с Хагридом — без меня, — ухмыльнулся Забини, когда он ушёл. — Но ты сходи, вдруг что выяснишь. Да и он тебе нравится.       — Интересно всё-таки, что на самом деле он тут делал? — задумчиво сказал Гарри. — И прятал что-то за спиной. Пойду посмотрю, что за секция, в которой он был. Вдруг это что-то про философский камень?       К удивлению Гарри, книги, которые смотрел Хагрид, не имели отношения к философскому камню, зато все были посвящены драконам.       — «Разновидности драконов, обитающих в Великобритании и Северной Ирландии»... «Пособие по разведению драконов: от яйца до адского чудовища»... — удивлённо пробормотал Забини, глядя на названия книг. — Зачем это ему? Неужели он...       — Ты обратил внимание, что он на упоминание о том псе сразу сказал имя «Пушок»? — спросил Гарри. — Похоже, наш Хагрид любит выращивать всякую необычную живность... Точно! — Гарри хлопнул себя по лбу. — Он ещё во время нашей первой встречи обмолвился, что хотел бы иметь дракона!       — Выращивать драконов... — удивлённо прошептал Блейз. — Ты же слышал, что говорила Трейси... это очень опасно и противозаконно. Драконы слишком опасны и неприручаемы... Мерлин, если это так, твой Хагрид точно ушибленный.       — Не говори никому, — умоляюще сказал Гарри. — Хагрид — мой друг. Я не хочу, чтобы у него были неприятности.       — Как скажешь, — ухмыльнулся Блейз. — Мне-то что. Это его дом спалит дракон, а не мой, не твой и даже не замок.              После обеда Гарри подошёл к хижине Хагрида и робко постучался.       — Да... ты заходи, — сказал великан, открывая дверь. — Сидеть, Клык! Редко видимся... вот... чаю, кексов...       — Спасибо, Хагрид, — улыбнулся Гарри, погладив собаку. — Ну ты редко бываешь в школе, а к себе меня как-то не приглашаешь особо.       — Да я думал, ты со своими друзьями занят... — смутился лесничий. — Ну там учёба, тренировки... я слышал, ты хорошо летаешь и мадам Трюк разрешила тебе тренироваться самостоятельно...       — Ну друзья друзьями, тренировки тренировками, а тебя я тоже забывать не хочу, — сказал Гарри. — Я помню, кто меня сюда забрал от Дурслей.       — Как Рождество провёл? — спросил Хагрид. — Я тебя не видел в школе... а я такую ёлку наряжал... не к маглам же ты поехал.       — Нет, меня Джемма пригласила, — Гарри поймал вопросительный взгляд Хагрида. — Наша староста. Она очень милая и тоже мне здорово помогла... она прямо как ты.       Судя по всему, Хагрид не счёл сравнение со слизеринской старостой комплиментом, поскольку он помрачнел.       — Хагрид, ну не все же у нас на факультете плохие, — извиняющимся голосом сказал Гарри. — Многие искренне ненавидят Сам-Знаешь-Кого. Есть, конечно, разные ребята, но из тех, с кем я дружу, нет никого из семей его последователей. А Трейси, например — вообще полукровка, как и я. И её папа — мракоборец.       — Ну да, наверное, — задумчиво сказал Хагрид. — В конце концов, ты не знаешь же... раньше, до Снегга, зелья вёл профессор Слизнорт, тоже со Слизерина. Неплохой человек. Наверное, везде есть разные...       — Я точно злым колдуном становиться не хочу, — улыбнулся Гарри. — А вот летать мне очень нравится! Надеюсь, в следующем году смогу попасть в команду. Я слышал, мой папа тоже хорошо играл.       — Давно я не смотрел квиддич... надо бы как-нибудь, — сказал Хагрид.       — Слушай, Хагрид, — сказал Гарри, разгрызая каменный кекс и сразу же запивая чаем. — Ты мне про Пушка хотел рассказать.       — Нельзя такое рассказывать, — нахмурился Хагрид. — Дамблдор строго запретил, да! Понятия не имею, как ты узнал, что там философский камень...       — А я... — и тут Гарри рассказал Хагриду о подслушанном разговоре Снегга с Квирреллом после тренировки.       Хагрид, услышав подозрения Гарри, только отмахнулся.       — Снегг — преподаватель Хогвартса. И это... если мы про хороших слизеринцев... это как раз он и есть. Дамблдор ему доверяет, да! Да и зачем Снеггу красть камень? Он же сам помогает его охранять!       — Что? Так не только пёс?..       Хагрид хлопнул себя по рту.       — Зачем я это сказал?       — Наверное, и другие преподаватели тоже принимали участие? — догадался Гарри. — А Квиррелл? Может, он хочет украсть, а Снегг его пытается остановить?       О том, что это была идея Дафны, Гарри говорить не стал.       — Квиррелл тоже преподаватель! Мы с тобой же его видели! И вроде бы ты ему очень нравишься... он на Рождество тебя хвалил! Говорил, ты лучший по Защите от Тёмных искусств.       — Ну я просто предположил, — сказал Гарри, польщённый комплиментом Квиррелла. — Может, и Квиррелл помогал?       — А как же, — бодро сказал Хагрид. — Ещё профессор Стебль, профессор Флитвик, профессор Макгонагалл. И сам Дамблдор, да! Я тебе говорю, там никому не пройти. Это даже сложнее, чем «Гринготтс» ограбить.       Гарри задумался, переваривая услышанное. Клык воспользовался его замешательством и обслюнявил ему руку.       — Наверное, как раз они и пытались разобраться, — решил Хагрид. — Может, Снегг недоволен был, как Квиррелл защитил камень. Снегг, он строгий, да! Вот, наверное, и требовал от Квиррелла что-то поменять.       — Ну может и так, — согласился Гарри. Что-то тут было неладно, но как будто версия была вполне правдоподобна и имела право на жизнь. — Тогда я зря переживал. Ой, а что это?       Хагрид проследил за взглядом Гарри, упавшим на камин, и бросился туда, но уже было поздно — Гарри увидел огромное яйцо, жарившееся на огне.       — Хагрид, это яйцо дракона? — догадался Гарри.       — Ну... ты никому... — Хагрид был смущён и растерян.       — Да ты что, Хагрид, я никому не скажу! — воскликнул Гарри. — Но это же незаконно... и опасно. Дорого, наверное?       — Вообще да, драконьи яйца дорого стоят, — сказал Хагрид. — Но мне повезло. В трактире я какого-то незнакомца встретил... разговорился... ну он как услышал, что я дракона хотел, так сразу и предложил яйцо.       — Что, совсем просто так? — Гарри был изумлён. В такие роскошные подарки ему откровенно не верилось.       — Ну... он в карты мне его проиграл, — сказал Хагрид. — Разговорились мы, говорю же... вот он и предложил. В капюшоне, а занятный такой, любопытный... О Пушке расспрашивал, очень уж он им заинтересовался. Ну я ему и рассказал, что Пушок — лапочка, только музыку ему сыграть надо, чтобы... — Хагрид осёкся. — Неважно!       Гарри сделал вид, что не придал значения реплике Хагрида.       — И ты вот так просто думаешь... случайно встретился незнакомец, и вот именно тебе и именно с драконьим яйцом?       — Послушай, Гарри, — отрезал Хагрид. — Камень хорошо охраняют. Не надо беспокоиться. Дамблдор знает, что делает.       Они ещё немного поболтали, и Гарри, ещё раз пообещав Хагриду никому не говорить про драконье яйцо и получив от него приглашение всегда заходить в гости на чай в любое время, пошёл в замок.              — Ну как чаепитие? — ухмыльнулся Забини.       Гарри рассказал всё, что разузнал от Хагрида, за исключением драконьего яйца. Он твёрдо решил прикрыть Хагрида, поэтому сказал, что никакого яйца или дракона он не увидел.       — Ну, может, Хагрид просто теоретически интересовался, — хмыкнул Блейз. — Вон у Малфоя отец обожает собирать тёмные артефакты. Но не применяет. Там дома коллекция — мама дорогая! Я как увидел, в шоке был. Так вот и тут, просто интересуется, но не делает ничего такого. А вот про пса интересно... значит, говоришь, его как-то музыка умиротворяет?       — И другие профессора тоже защитили камень, — сказал Гарри. — Знаешь, может, действительно ни Снегг, ни Квиррелл ничего не хотят стащить. Наверное, есть причина, чтобы всё было так, как есть.       — То есть наш поход за камнем отменяется? — улыбнулся Блейз.       — Уже сходили, — махнул рукой Гарри. — У нас и мантии нет. А я Снеггу и Джемме обещал. И Мерлин бы со Снеггом, но Джемму я не могу обманывать.       — Хорошо она тебя приручила, — ухмыльнулся Забини. — Да шучу, шучу, не бойся. Ты прав, наверное. Ладно, пошли трансфигурацию делать.       — Ага... Давай так. Если вдруг что странное произойдёт или кто украсть камень попытается, тогда попробуем что-то сделать. А пока что вроде всё тихо. Так что лучше действительно займёмся уроками. Дафна, Трейси! — он окликнул появившихся в гостиной девочек. — Вы с нами?