Светлая половина Тьмы

***

      Вики вошла в зал испуганная, осунувшаяся. Оглядела зал: Чума сидела на троне, по бокам стояли Люцифер и Мальбонте. Вокруг стола расселись советники: Фенцио и Торендо. Мими и Дино заняли место возле помоста. За спинкой трона Чума держала мать Люцифера — Лилит.       — А что? Будет забавно напомнить мальчишке, на чьей он стороне, а какое отчаяние… Ммм… — поделилась Чума своим решением с Мальбонте перед советом.       Теперь же заплаканная демоница стояла рядом со Всадницей и сыном. Вызывая у последнего приступы ярости.       Вики споткнулась и едва не растянулась по полу. Тогда Чума подскочила с места и восторженно вскрикнула:       — Ах, моя птичка! И не скажешь, что бессмертна! Ты так похудела. Все-таки не такие уж вы совершенные существа.       — Она провела в темнице без еды и воды три месяца. Неудивительно, — вступил Мальбонте.       Отчаяние девчонки надо было срочно сменить злостью. Он добился своего, Вики глянула яростно, даже с ненавистью. Но потом бросила взгляд на Люцифера и злость вновь сменилась отчаянием еще более жгучим.       — И что же? — тем временем продолжала Чума. — Птенчику понравилась его клетка? Или он готов полетать?       — Если бы не цепи, было бы очень даже неплохо, — спокойно, в духе Мальбонте ответила Вики.       — А ты не привередлива, — захохотала Чума.       Видимо не получив свою дозу отчаяния от Вики, Чума решила поиграться с Лилит и Люцифером.       — Познакомься, это Ева, — Всадница обратилась к Вики.       Бывшая пленница колебалась. Пауза затягивалась. Глаза Люцифера горели огнем.       Вики все же сделала пару шагов к женщине и спросила:       — Кто ты такая? Почему… — она запнулась. — Почему вы стоите рядом с ней? Почему не боретесь? Мальбонте, ты сильнее многих. Почему не дашь ей отпор?       Мальбонте никогда не врал, поэтому ответом была тишина. Рано еще раскрывать планы. А вот Чума, кажется, слегка оскорбилась.       — Он, конечно, сильный бессмертный, но до меня ему все же далеко.       Вики сделала шаг и упала, под тихий смех Чумы. Слабость девушки была видна невооруженным глазом. А Мальбонте это еще и ощущал из-за их связи. Он удивился, поняв, что испытывает жалость к некогда напарнице. Не ту жалость, когда с презрением или брезгливым сожалением осознаешь чью-то слабость. А ту, которую испытываешь к ребенку, потерявшему родителей и пытающемуся спастись от взрослых, которые вот-вот разорвут твою личность на две половины. Жалость, которую не испытывал к маленькому Бонту никто, кроме девушки, ворвавшейся в его воспоминания.       Неожиданно, будто через силу, к ней подошёл Люцифер с протянутой рукой. Вики посмотрела опасливо и будто смущенно.       Конечно, этот жест разозлил Чуму. Конечно, она надеялась на унижение девушки, на ее отчаяние. Но никак не на робкую надежду.       — Разве я разрешала ей помогать? — вставая завопила Всадница.       — У нас нет времени ждать, пока она поднимется! — чуть дрогнул, но не отступил Люцифер.       Демон быстро поднял Вики и буквально на секунду прижал ее к себе. Слабость, за которую он наказал возлюбленную.       — Не верится, что ты когда-то добилась таких высот.       Мальбонте остро ощутил чужую боль, поспешив от нее отключиться. Будто ему своей боли недостаточно!       — Как ты поняла, теперь я тут главная, — Чума продолжала издеваться и заметив взгляд Вики, продолжила. — Я воскресила всех, потому что таков закон. Мне пришлось это сделать.       Было видно, что она четко действовала по плану Мальбонте: растоптать волю Вики, погрузить ее в отчаяние, чтобы потом сбить первую доминошку, по которой по цепочке в отчаяние впадут и подданные.       Всадница играла с волосами Люцифера, гладила его по руке, видя, насколько это задевает ее пленницу.       — Скоро придут мои братья, и мы поставим Небеса на колени!       — Кто вы? — недоумевала Вики.       — Всадники апокалипсиса! — победно ухмыльнулась Чума.       Вики повело. Затравленный взгляд пробежался по лицам присутствующих. Глаза остановились на Люцифере:       — Ты же Сатана, правитель Ада! Как ты можешь служить ей? — но Люцифер молчал, тогда Вики перевела взгляд на Маля. — Ты был правителем. А теперь стал щенком? Я тебя не узнаю.       — Ты наивна и глупа, — спокойно ответил мужчина, понимая, что она слишком активно болтает для ее положения. — Поводок наденут на тебя. А будешь много говорить — наденут кляп.       Боль, которую так остро испытала Вики, смешалась с головной болью Мальбонте. Он выпал из реальности, погруженный в Небытие, влекомый голосом Шепфамлума.       Что же ты, мальчик. У тебя есть шанс. Сколько сильных жертв. Забери же их силу себе. Подчини, давай править вместе.       Мальбонте потер пальцем висок. Он не видел и не слышал, что творится вокруг. Кто-то разговаривал спорил, а голова мужчины наполнилась свинцовой тяжестью. Надо было прогнать Шепфамалума из головы или отключиться от боли Вики. Смешавшись в сознании мужчины, они создавали убийственный коктейль. Еще не хватало, чтобы Чума застала момент слабости и воспользовалась им.       Мальбонте вспомнил Лиз. Как ее нежные пальчики перебирали его волосы гладили лицо, голову. С какой нежностью и страстью она целовала его, как… А вот тут стоить остановиться. Учитывая, что они будут теперь будут так близко к водовороту.       Зов силы выдернул Мальбонте из воспоминаний. Он посмотрел на Вики, та взывала к его тьме. Идиотка! Ей не хватит сил, Чума только разозлится. А единственный козырь будет раскрыт раньше времени.       — Как же забавно, — в ожидании улыбнулась Чума. — Вы все через это проходите, прежде чем осознать по-настоящему, насколько ничтожны.       Глаза Вики наполнились тьмой. Она вытянула вперед руки, на ладонях уже клубилась сила.       — Заткнись! — пророкотала девушка.       Из ладоней вырвался поток тьмы, который едва задел Всадницу. Единственная рана мгновенно заросла, вызвав вспышку злости Вики. Не выдержав нагрузки, она упала на колени, тяжело дыша, с ненавистью глядя на всадницу.       — Как мило, — хохотала Чума и обернулась к Мальбонте. — Почему ты не рассказал, что у нее твоя сила? Я не сразу поняла… Но сомнений быть не может.       Небрежным жестом Чума легко коснулась шеи и выжидающе посмотрела на Маля. Тот же глянул на Вики, одним взглядом говоря, что он думает о ее бестолковых выходках. Его сила — это не только маленький козырь. Сокрытие информации о ней могло подорвать доверие Всадницы.       — …       — Тебе нужно вернуть ее. — злобно проговорила Чума. — Мне необходимы сильные помощники. Что скажешь?       — Скажу, что я давно хотел вернуть силу, но не знал, как, — нехотя ответил Мальбонте.       Чума подошла поближе к Малю и сообщила, томно взглянув ему в глаза:       — В этом нет проблем, щеночек. Мог бы просто попросить.       Мальбонте скривился в ответ, а Всадница, будто не замечая, шла к Вики. Приблизившись вплотную к девушке, Чума приложила ладонь к ее лбу.       — Нет, — зло ответила Вики, применив дар убеждения. — Ты отпустишь меня.       Чума даже слегка опешила, взглянув на девушку, вздернув одну бровь.       — На меня не действуют эти штуки, глупышка, — хохотнула Всадница. — Но тебя от этой способности нужно избавить. Фенцио?       — Постараюсь, — подобострастно ответил ангел.       Чума вновь вернулась к Вики. Приложила ладонь к ее лбу. Девушка вырывалась, но Всадница не дала ей делать лишних движений, обхватив второй рукой.       — Люцифер… — с надеждой, очень тихо позвала Вики.       Демон не ответил, полностью погруженный в свои мысли. Не понятно, действительно он не слышал или отключился специально, чтобы не видеть мучений возлюбленной.       — Будет больно, — без капли сочувствия сообщила Чума.       Все молча смотрели на происходящее, никто не делал попытки помочь. Только Мальбонте ощущал боль девушки, как будто от нее отрывают кусок плоти, перемалывают кости и органы в кашу, разрывают ее на куски. Но он стоял и не подавал вида.       Вики упала на колени, но Чума придержала ее. Затем медленно протянула нить силы из нутра девушки и позвала:       — Мальбонте, иди сюда.       Он не торопился. Было… Больно. Все-таки связь, будь она неладна, никуда не исчезнет и после возвращения к Малю его силы. К счастью, сильна она только, когда Вики рядом.       — Эта сила принадлежит одному. Ей не место в теле человека, — произнесла Чума, протягивая нить к груди Мальбонте.       Ощутив давно потерянную силу, Мальбонте вздрогнул. От наполняющей мощи он прикрыл глаза. Это было высшим удовольствием для метиса, сравнимым разве только с… Нет, не время. Могущество сводит с ума, и сейчас Мальбонте должен был быть сконцентрированным. Но как поддерживать сосредоточенность, когда тело разрывает от экстаза?       Давно потерянная сила смешивалась внутри с имеющейся, опьяняя. Она бурлила в крови, все ощущения резко обострились.       Краем сознания он ощутил, как Вики опустошена и вот-вот рухнет в обморок. Подчиняясь инстинктам, он, не глядя, протянул руку и схватил девушку за локоть. Он был уверен, что поймает и оказался прав.       — Доволен? — выплюнула Вики из себя вместо благодарности.       — Ты всегда знала, что пользуешься тем, что тебе не принадлежит, — сказал Мальбонте, пытаясь оценить, как действовать дальше в новых обстоятельствах.       Он заглянул в глаза девушке, говоря одним только взглядом, что на самом деле ему жаль, что она осталась пустой и слабой. Поняла ли? Наверняка нет. Она слишком предалась отчаянию.       — Интересно, что еще любопытного за ней кроется? — задумчиво, проговорила Чума, глядя на бывших соратников.       Всадница схватила Вики за голову и взглянула в глаза. Маль понял: лезет воспоминания. Интересно, как много она может оттуда вытащить? Поймет ли, что Мальбонте, когда-то испытывал к ней нечто большее, чем простая привязанность и забота? Наверняка, многие бы поспорили, но Мальбонте действительно старался заботиться о девушке, как умел. Многое позволял ей и спускал с рук.       — Так вот, как зародились ваши чувства, — сладким голоском пропела Чума.       — Нет, это. — слабо возразила Вики.       Но Чума уже не смотрела на нее. Она, не спеша, обернулась к Люциферу.       — Вы были вместе?       — Да, — неохотно ответил демон. — Но теперь это не имеет никакого значения.       — Ты уверен?       — Да, — быстрый взгляд на Вики. — Все в прошлом.       — Все потому что такому золотому мальчику нужно лучшее, особенное, — сладко пропела Чума. — В новых реалиях она больше не особенная. Мусор. Верно?       — Да, — обречённо сказал он, а после жестоко добавил. — Мусор.       Вики дернулась как от удара. Но в глазах читалась надежда, что все это не правда, что он говорит так, потому что имеет свою цель.       Чума добивала:       — Бедняжка. Неразделенная любовь, получается?       — Я был глуп тогда, — припечатал Люцифер. — Пришло время, и Вики мне наскучила. Теперь нет смысла тянуть с неизбежным расставанием.       — Ах, — Чума прижала ладошки к груди. — Так у нас тут распалась пара? Какая жалость! Не веришь ему? Но он тебе докажет правдивость своих слов, верно?       — Да, — ответил демон.       Неожиданно в зал вбежал испуганный, запыхавшийся прислужник. Упав на колени в центре зала, он ужасаясь сообщил:       — Госпожа, остальные советники ожидают вас в соседнем зале.       — Наконец-то вы их привели! Пойдем же.       Чума едва ли не вприпрыжку последовала в другой. Все остальные медленно, будто ослабленные, поплелись за ней.       Увиденное зрелище даже Маля выбило из колеи. Вся, абсолютно вся верхушка Цитадели стала на коленях. Помнится Мальбонте, ему они хотя бы попытались дать отпор. Или Чума уже общалась с этими бессмертными?       Но Мальбонте не мог не признать, видеть на коленях воскресшего Эрагона, было неожиданно приятно. Их связывало слишком много ненависти. Чума, видимо ощутив эту эмоцию, довольно взглянула на Маля, облизнувшись. Захохотала и медленно прошла мимо бессмертных, цокая каблуками.       — Ах, мои милые, послушные… Каждый из вас пытался бороться со мной, но это так скучно! — Чума упивалась своей силой и властью. — Воевать любит мой брат. А мне нравится кое-что другое.       Все молчали, смотря на пол перед собой. И только Эрагон встал с колен и исподлобья взглянул на пленительницу. Мальбонте посмотрел на него уважительно.       — Я вернулся не для того, чтобы сидеть перед тобой на коленях, — зло произнес Эрагон.       Но бросился на Всадницу, несколько раз меняя направление. Чума не шевелилась. Смотря в пол, она дико улыбалась. Мгновение, и ее рука сжимает шею Эрагона. Еще одно, и тело бессмертного крошит плитку под собой, впечатанное в пол одним движением Чумы.       — Я же говорила, что не люблю сражаться. Зачем вы испытываете меня? — прорычала Всадница. — И тем не менее… Сколько же в этом было отчаяния! Заглянем тебе в голову, Эрагон?       Он хотел было возразить, что ничего не выйдет, но остановился на половине слова, павший под натиском Чумы.       От Эрагона Всадница перешла к другому, третьему, четвертому, мучая, разрушая разум, стирая воспоминания. К некоторым она подпускала крыс, превращая в безвольных марионеток.       Одному она приказала убить друга, другому — себя. Мучая, издеваясь и получая от этого несказанное удовольствие.       За последние несколько месяцев Мальбонте видел достаточно подобных представлений. Испытывал ли он что-то? Наверное, и сам не смог бы себе ответить. С недавних пор внутри появилась несвойственная ранее человечность, мысль, что не каждая цель оправдывает средства своего достижения. Маль понимал, в чем причина этих перемен. Вернее, в ком.       Он скучал. Особенно сейчас, когда вокруг все стало таким мрачным и безрадостным. Хотелось лишь одним глазком взглянуть на рыжую, убедиться, что она в порядке, увидеть ее счастливую улыбку и бороться дальше.       — Как вам наше шоу? — закончив издевательства, сказала Чума.       Все молча уставились на нее: кто-то со злостью, кто-то со страхом. И только Мальбонте смотрел спокойно. Его умению держать эмоции под контролем мог позавидовать каждый.       — Вы не перестаете восхищать, — чуть ли не с придыханием сообщил Торендо. Конечно, он, как никто другой, был рад смотреть на мучения бывших соратников.       — Не подлизывайся, — скривилась Чума, а потом горько вздохнула, глядя на марионеток. — Когда я так делаю, они недолго живут, даже бессмертные. Скоро придется менять марионеток. Будете моим щитом. Убивайте каждого, кто попробует на меня напасть.       Она оглядела всех присутствующих, капризно сказала:       — За все это время вы так и не устроили мне экскурсию. Люцифер, Мальбонте, будете в качестве экскурсоводов.       Маль задумался, а удостоился ли демоненок чести получить доступ к телу Чумы. А если да, воспользовался ли? В этом случае, он мог спокойно свернуть мальчишке шею, избавив Вики от ненужных мучений.       Что ж, Мальбонте все чаще уходил вглубь себя, чтобы отвлечься от зова Шепфамалума или воспоминаний о Рыжей. Первое причиняло физическую боль. Второе — душевную. А боль отвлекает от целей. Любая. И если Шепфамалума из головы выкинуть было невозможно, то почему он не может выбросить оттуда Лиз — было большой загадкой.       Мысли Мальбонте были прерваны лязгяньем целей. Чума надела на Вики и Мими по ошейнику. Что ж, ожидаемо.       Чума схватила мать Люцифера с целью спрятать. В ее отсутствие с пламенной речью обратился ко всем Эрагон:       — Да как вы смеете стоять здесь, пока она все крушит? Вы…       Его прервало возвращение Всадницы. С шумом приземлившись, она довольно сказала:       — Ну все. Теперь можем прогуляться, — и, дернув за цепи Вики и Мими, принялась раздавать поручения: — Нужно вас выгулять. Пайк, свяжи им крылья, чтобы не улетели.       Пока Чума раздавала приказы, Мальбонте выглянул в окно. Сила плескалась в нем, но он понимал: скоро она приживется окончательно и тогда власть Шепфамалума укрепится окончательно. А, так как больше нет Шепфа, Тьме не найдется противодействующего света. Равновесие может пасть окончательно. А это совсем не то, за что боролся Мальбонте.       Они покинули Цитадель, отправляясь на прогулку. Чума бесконечно щебетала что-то, держа Мальбонте под руку, и вызывая в нем раздражение.       Наконец, Всадница устала и заявила:       — Это все хорошо, но нам нужен доступ к смертным.       — Я знаю. Мы говорили уже об этом, — ответил Маль.       — И что же? — потребовала Всадница.       — Все готово, — ответил Люцифер.       Они отправились в школу…