Попытка всё исправить

***

Стук колёс повозки монотонно звучал при каждом обороте. Каждое колесо то взмывало вверх, то болезненно падало в рытвину, покачивая братьев Ши из стороны в сторону. Грязь на дороге была особенно сильной после дождя, особенно в их глухом посёлке, где в ближайшие столетия не проложат нормальной дороги. Цинсюань поднял голову, по привычке оглядываясь по сторонам. По этой дороге они проезжали каждый день по два раза. От заклинательской школы до ордена всего пару ли. Вот справа в пару чжанах красовались богато расписанные ворота. Сверху величественно красовалась вывеска из четырёх иероглифов. Клан Яо. Из всех людей в несильно богатой деревеньке лишь эти жили хорошо. Их семья несколько поколений занимали места городского совета, а отец одного их знакомого юноши по фамилии Яо, соученика Ши Уду, занимал пост деревенского старосты. Поэтому до их дома была единственная нормальная дорога, чему братья Ши пользовались и срезали до дома вдоль семьи Яо. — Гэ, ты так и не видел Господина Яо? Ши Уду нахмурился, пожал плечами, не отрывая взгляда от покрытой глиной дороги. — Не видел. И не стремлюсь. — Но его нет уже две недели.. если не больше. Он же твой друг! Тебе разве не интересно, что с ним?! Цинсюань вспомнил крупного паренька в бежевом ханьфу с которым брат неплохо общался с начала обучения. — Друг? — Ши Уду приподнял брови, — То, что я помогал этому идиоту не вылететь из школы за солидную сумму, не делает нас друзьями. Помощь Ши Уду никогда не была бесплатной. Исключением был конечно только сам Цинсюань, с которым Уду до сих пор муштровал по сто раз в день простые, на взгляд бывшего небожителя, азы заклинательства. И естественно финансовые махинации с "искренней помощью" своим соученикам не стали секретом для Цинсюаня через пару месяцев. Что-то такое он точно ожидал от своего старшего брата. Цинсюань недовольно поджал губы. Брат никогда не отличался излишней сентиментальностью, но иногда его цинизм переходил все границы. Он, конечно, понимал, что Ши Уду содержал всю их небольшую семью, и каждая монетка была на счету, но все же… Неужели нельзя проявить хоть немного сочувствия к человеку, с которым вместе учился? Тишину нарушил резкий скрип тормозов. Ши Уду потянул за поводья, останавливая лошадь. Повозка остановилась, дернув братьев вперед. Цинсюань и Ши Уду переглянулись. Возле ворот толпились люди, в основном – слуги клана Яо, их лица выражали тревогу и растерянность. Чей-то громкий плач прорезал вечернюю тишину. Подойдя ближе, братья Ши смогли различить обрывки фраз: "Исчез", "Ни следа", "Пропал без вести". Стало ясно, что исчезновение Господина Яо озаботило не только Цинсюаня. Цинсюань соскользнул с повозки, чтобы разглядеть что происходит. Из ворот выскочила девочка в бежевом ханьфу с расшитыми золотыми птицами. На её голове красовалась изящная прическа, по бокам вились кудрявые пряди, а часть волос была заплетена ленточкой в пучок. На вид она была чуть младше самого Цинсюаня. По внешности Цинсюань смел предположить, что возможно это был второй ребёнок главной ветви клана. Да и вспоминая черты лица того юноши. Между братом и сестрой действительно было что-то общее. Девочка плакала, закрыв лицо руками, и что-то причитала себе под нос. Цинсюань не расслышал слов, но общее настроение передавалось ему очень хорошо. Нельзя сказать, что он был особенно дружен с Младшим Господином Яо, но исчезновение человека всегда было плохим знаком. Особенно, когда речь шла о таком видном члене общины. Ши Уду спрыгнул с повозки следом, его лицо оставалось непроницаемым. Рукой он отстранил Цинсюаня в сторону, но мальчик всё же выглянул из-за рукава брата, спрашивая: — Что случилось? Кто-то пропал? Девочка повернулась к нему лицом, в её больших глазах стояли слёзы, которые быстро скатывались по щекам. Секундная пауза, и девочка заплакала ещё громче. — Да! Случилось! Сяо Хэй пропал!!! Её плачь тут же стал громче, а слуги встрепенулись, пытаясь поднять молодую госпожу с колен. — Сяо Хэй? — Цинсюань неуверенно произнёс, пробуя звуки на вкус. Это домашнее имя молодого господина Яо? Звучит очень странно. Сяо? Почему Сяо? Ладно если бы она была его старшей сестрой, но разница в пару лет не в её пользу была вполне очевидной. Больше походило на кличку какого-то животного. — Мой пёс! — Прервала размышления девочка, — Он пропал!!! Цинсюань непонимающе моргнул. Пёс? Она плачет из-за пропавшей собаки? Ши Уду нахмурился. Он явно был не в восторге от этой сцены. "Пёс?" – мысленно переспросил он, бросив мимолетный взгляд на плачущую девочку. Он ожидал чего угодно, но не пропажу домашнего питомца. Цинсюань же, напротив, облегченно выдохнул. Все же, пропажа человека - это всегда серьезно, а потеря собаки, пусть и любимой, не идет ни в какое сравнение. Он даже почувствовал легкий укол сочувствия к девочке, чьи слезы казались такими искренними. — Мы можем чем-нибудь помочь? — спросил Цинсюань, неловко переминаясь с ноги на ногу. Он не был уверен, уместно ли предлагать помощь в подобной ситуации, ведь явно собаку давно ищут. Причём получше, чем искали бы, допустим, каких-то крестьян. Но его воспитание не позволяло просто стоять в стороне. — Цинсюань! — Ши Уду тут же на него шикнул, хватая за руку. — У нас нет столько свободного времени. Собаки хорошо ориентируются. Погуляет и вернётся. Ничего, кроме этого двора, она явно не видела. Предоставилась возможность – вот и сбежала. Есть захочет – вернётся. Девочка продолжала плакать. Не слушая брата, Цинсюань попытался успокоить девочку. — Не плачь, может, он просто выбежал за ворота и скоро вернётся. Какие-нибудь вкусняшки у тебя для него есть? Собаки всегда возвращаются на запах еды. Или любимое место? Может он просто там спрятался и уснул? Девочка всхлипнула и подняла на Цинсюаня заплаканные глаза. — Он никогда не убегал! И у него нет любимых мест! И вообще… Сяо Хэй очень умный! Он бы не потерялся! Ши Уду закатил глаза: — Цинсюань, пошли. У нас много дел. Собака найдётся. Но Цинсюань не сдвинулся с места. Но тут к нему обратилась молодая служанка: — Молодая Госпожа..? — Ши. — Подсказал ей Цинсюань. — Молодая Госпожа Ши, щенка ищут все слуги семьи Яо. Нет нужды в помощи, он скоро обязательно найдётся. Цинсюань оглянулся на Ши Уду, который сверлил его недовольным взглядом из-под бровей. Он знал этот взгляд слишком хорошо – он означал грядущую нотацию. Старший Ши был после тяжёлой тренировки и побыстрее хотел оказаться дома на циновке. Цинсюань, чувствуя на себе прожигающий взгляд брата, все же не спешил отступать. Клан Яо имел при себе много слуг, которых можно отправить на поиски по деревне. Цинсюань одарил девочку взглядом на прощанье: — Надеюсь Сяо Хэй скоро найдётся. И твой старший брат? Как он? Ему не здороваться? Его уже давно нет в школе заклинателей. Я подумала, что что-то случилось. Девочка исступленно на него посмотрела, вытирая сопли она сказала: — У меня нет старшего брата. Теперь пришла его очередедь исступленно смотреть. Цинсюань замер, словно его окатили ледяной водой. Если у неё нет старшего брата, то кто тогда был соучеником Ши Уду? Кто был главным задирой школы? Кто жил в этом богатом доме? Неужели он что-то путает? Но он отчётливо помнил этого крупного парня в бежевом ханьфу. И Ши Уду с ним общался, пусть и за деньги. — Ты же дочь старосты деревни, да? — Всё-таки решил уточнить он. — Да, а что? — Нет. Ничего. Цинсюань отчётливо помнил, что у старосты их деревни было два ребёнка. Старший сын, который занимался заклинательством, и в скором времени его должны были женить, и маленькая дочка чуть младше его. Ши Уду, почувствовав смятение брата, подошел ближе. Его взгляд, с минуту назад испепеляющий, смягчился. Он тоже услышал слова девочки и, казалось, тоже был озадачен. — Пойдем, Цинсюань, — тихо произнес Ши Уду, беря его под руку. — Здесь явно что-то не так. Нам не стоит соваться не в свое дело. Цинсюань окинул взглядом толпящихся слуг, плачущую девочку и величественные ворота клана Яо. Братья Ши молча залезли в повозку, и Ши Уду тронул лошадь. — Яо Су! — Крикнул тяжёлый мужской голос. Голос принадлежал мужчине средних лет, в одежде явно дорогой ткани. Его взгляд был суров, а осанка выдавала в нём человека, привыкшего к власти. Он подошел к плачущей девочке и взял её на руки. — Не волнуйся, Су-эр. Мы найдём Сяо Хэя. Все слуги ищут, и я лично займусь этим вопросом. А ты иди отдохни. Яо Су, или Молодая Госпожа Яо, как её называли слуги, уткнулась лицом в ханьфу отца и продолжила плакать. Цинсюань внимательно осмотрел мужчину. Их взгляды встретились и что-то в мужчине показалось Цинсюаню недобрым. Цинсюань не отрывал взгляда, пока они не скрылись из виду за поворотом дороги.