Невозможная любовь

Я медленно проснулся, замечая, что до сих пор лежал с Альфредом в обнимку. Все мои старания освободиться были зря. — Он даже во сне сильный. В конце концов я сдался. Плохо мне с ним не было, но... совершенно нелегко. — Альфред. Я начал гладить его по щеке, а потом по шее. — Ты себе представить не можешь, как мне хочется потрогать тебя по-настоящему… Не отрывая от него взгляд, я обнял его немного крепче. Почему именно такой, как он, должен умереть? — Гм… Теперь Альфред тоже начал просыпаться. Я его немного отодвинул от себя. — Доброе утро. — Доброе утро… Он был до сих пор сонным, и я улыбнулся, когда увидел, что он начал тянуться, как кот. А затем снова крепко обнял меня. — А… Альфред? Разве ты не собирался вставать? — Не хочу. — Даже завтракать не хочешь? Ты ведь вчера не ужинал. — Мне ничего не надо. Альфред полностью лег на меня точно так, как вчера на диване, обнимая меня за торс. Я понятия не имел, что делать. Если будет продолжаться в том же духе, то… — Э… Альфред… мне надо в ванную. — Гм… Он обнял меня еще крепче. — Ах, так? Я обхватил его ногами за талию и перевернул на спину. Теперь я оказался на нем и подарил ему маленькую улыбку. — Э… Эй! Это нечестно! — Неужели? Он сложил руки и начал дуться, а я встал с кровати, немного смеясь. — Я быстро. Я направился в ванную, которая находилась рядом со спальней, запер дверь и посмотрел в зеркало. — Что же мне делать? Немного растерянно вздохнув, я решил помыть лицо. Может, это поможет мне разобраться в моих мыслях. — Нет, не могу… Вскоре я вернулся в спальню, но Альфреда там уже не было. — Гм? Альфред? Пошел искать его в кухне, но тоже не нашел, поэтому осталась только гостиная. Он копался там, в одном из ящиков шкафа. — Что ты ищешь? Я подошел к нему. — А… ну… подвеску. Она лежала где-то здесь. Он открыл второй ящик и, кажется, наконец, нашел, что искал. — Вот она! Осмотрев подвеску немного, он вручил ее мне: это была цепочка с черным крестом. — Э? Это мне? — Д… Да… хочу дать ее тебе, чтобы… чтобы ты навсегда помнил меня. Я обнаружил боль и печаль у него на лице и надел подвеску. — Буду всегда носить ее. Пообещал я с маленькой улыбкой, а он отвел взгляд и направился к двери. — П… Пойду на минуту в ванную… И ушел, оставляя меня одного с моими мыслями. Я взял крест в руку и выдал тихий смех. — Ну и ирония… бог смерти с крестом на шее. Я сел на диван, чтобы подождать его, но минуты проходили, и Альфред не возвращался. Начиная волноваться, я встал, чтобы проверить, что с ним, и постучал в дверь ванной. — Альфред? Ты в порядке? — Ч… Что? Да, прости… сейчас выйду. — Хорошо. Его ответ немного успокоил, хотя и не совсем убедил меня. Он вышел с явно фальшивой улыбкой. — Извини, что заставил ждать. — Альфред… ты что, плакал? Он слегка испугался, но было очевидно: у него были красные глаза и влажное лицо. — Я… Опустив взгляд, он чуточку попятился назад, и я взял его за руку, чтобы повести в спальню. — Э? Как только мы прибыли там, я крепко обнял его, прижимая лицо к его плечу. — Артур? — Мне нужно… тебе кое-что сказать… Я посмотрел ему в глаза, страдая от чувства вины. — Прости. Я не думал, что это все так закончится. — О чем ты? Он с удивлением уставился на меня, и я кашлянул, чтобы продолжить, отходя немного и опуская взгляд. — О том, что влюбился в тебя. — Н… Но это же хорошо! До сих пор ничего не понимая, он подошел поближе. — Я тебя тоже люблю! Он хотел меня поцеловать, но я прижался к стене. — Н… Нет! Я… так нельзя… невозможно! — А? Почему? Теперь он попытался взять меня за щеки, но я схватил его руки и умоляюще посмотрел на него. — Не трогай меня… пожалуйста! — Артур, я не понимаю. Ну все, пришло время рассказать ему. — Я… Я здесь, чтобы убить тебя… — Э? Он посмотрел на меня, будто не верил ни слова, а затем выдал грустный смех. — Да что ты такое говоришь… ты не убьешь меня, рак это сделает. — Что? Альфред вздохнул и отвел взгляд. — У меня рак легких. Врачи сказали, что мне остается максимум месяц жить. Значит, поэтому я был там. Я посмотрел на него и погладил его по щеке, по которой катилась слеза. — Как бы мне хотелось спасти тебя… — Т… Ты не сможешь. Никто не сможет. Он начал плакать и обнял меня, пряча лицо. — Л… Люблю тебя! Хочу провести мои последние дни с тобой, умоляю! — Я… Альфред… Немного отодвинув его, чтобы посмотреть ему в лицо, я принялся вытирать его слезы. — Знаешь, я — смерть… и не хочу… тебя убивать… — С… Смерть? Я кивнул и опустил голову, убирая руки. Но Альфред ухватился за них. — Прости… я… я связался с тобой, потому что ты должен умереть… и если продолжу быть рядом, то… — Давай. — Ч… Что? Он отпустил мои руки, обнял меня за шею и решительно посмотрел мне в глаза. — Убей меня. Лучше ты, чем рак. — Н… Но если я уйду… — Если ты уйдешь, я все равно буду болеть дальше, правда? От смерти, то есть от тебя, не убежишь. Как я стал ненавидеть эту фразу. Нет, я не хотел этого делать. — Артур… я же все равно буду с тобой, с помощью этого креста я всегда буду рядом. Он взялся за подвеску и начал осматривать ее с ностальгией. А затем положил голову мне на грудь. — Пожалуйста. — Х… Хорошо. Я поднял его голову обеими руками, чтобы поцеловать его. — Это будет наш самый первый и последний поцелуй. — Да… Он подарил мне улыбку. Слезы потекли у меня по лицу. — Н… Не делай этого, дурак. Я их вытер, и Альфред взял меня за руки. — Извини, но я не могу иначе. Я просто так рад, что умру в твоих руках. — Альфред… Я снова взял его за щеки. Наши губы вот-вот коснутся. — Люблю тебя… — Я тебя тоже. Не забывай меня. — Ни за что на свете. Сказав это, я дал ему поцелуй, который отнимет у него жизнь. Он погладил мои щеки и шею, выдал тихий вздох, а потом безжизненно упал на меня. Я держал его крепко, чтобы его тело не свалилось на пол, и положил его на кровать. — Покойся с миром, Альфред. В последний раз попрощавшись с ним, я покинул его дом с обещанием, что никогда не забуду его.