С днём перерождения

- Мне нужны преданные работники, а не какой-то сброд! – раздалось за дверью. Она гордо вскинула голову, готовясь быть сильной, не поддаваться на его уловки. - Будут потом писать, как они эксплуатировались и угнетались иностранным капиталом, и какой я злодей. Мне нужны мои ребята, понял? Восток уже лишился солнца. Который же час уже? А который день? Время превратилось в кашу, в однородное тревожное сейчас. Наконец-то он открыл дверь. - Чёртово социалистическое общество! – выругался парень. – Одно название ведь, а гемора-то сколько… Ветер мощным потоком налетел из разбитого окна на Орп, взъерошил её волосы и бросился к двери. Она резко поднялась, влекомая странной силой, отчаянным воодушевлением. Дверь всё ещё была открыта, а ветер шептал: «освобождение». Она метнулась к выходу словно безумная, забыв о надзирателе. А он легко схватил её и бросил на кровать. - Ты бредишь, милая… У вас в Еуде все помешаны на свободе, даже если она означает худшую жизнь. В моей стране люди умнее, - он поник. – Были умнее. Национально-освободительное движение разрушило всё. И вот я приехал сюда, где сохранилось ещё так много остатков «прогнившего», - он шутливо подчеркнул это слово, - капиталистического уклада, но и тут всё катится в тартарары. Наша предпринимательская братия сдаёт позиции, нет сплочённости её рядов. Я не знаю, что мне делать, Орп.