Единственно правильное решение

-Нет, это решительно невозможно! — прогрохотал Пэй Мин.- Чтобы это… -Согласен, это уже ни в какие ворота! — поддакнул кто-то из богов войны. -Слушайте, чего вы докопались до человека? — фыркнула одна из духов литературы.- Пока вы все стояли и тупили, он единственный пытался вразумить Владыку, пусть и безрезультатно. -И он единственный, кто знает, что делают в таких ситуациях, как наша.- поддакнул Пэй Су. -Как будто, кто-то из вас умеет готовить.- фыркнул Ин Юй, перекладывая лопату Повелителя Земли с одного плеча на другое. -У нас ещё осталось немного «Упавшего феникса»…- попыталась выручить ситуацию малышка Бань Юэ. -Не надо никаких фениксов! — испуганно замахал на неё потомок генерала Мингуана.- Обойдёмся без ваших полевых экспериментов! -Несогласных буду бить.- насупился Цюань Ичжень, с содроганием вспоминая убойную похлёбку Се Ляня. Небожители громко заспорили. Причина их распри покрепче прижала к себе обвисшего вялой тряпочкой ребёнка, и недоумённо покосилась на Лан Цяньцю. -Они всегда такие? -Ага. А иногда ещё хуже. На совещаниях вообще такой хай стоит… Поэтому, я на них сплю. -Ебать, ты монстр, спать, когда все орут… Наследный принц Юнань и бывший князь Сяньле отошли от орущей толпы, и скрылись среди расставленных относительно ровными рядами палаток. -Идите спать, пускай сами разбираются.- предложил Цяньцю, сочувственно глядя на бледную мордашку Гуцзы. Запас силёнок у мальчика окончательно иссяк, и ему снова стало нехорошо, а его умученный вид мог вызвать прилив жалости у кого угодно.- Ты не обязан ничего для них делать. -Для них- не обязан.- согласился Ци Жун, с тревогой вглядываясь в нездорово блестящие глазки сына.- Э, мелочь, не вздумай снова затемпературить. Лечить тебя вообще нечем. Ничего, твой папка сейчас сообразит что-нибудь поесть. Его Высочество Тайхуа понимающе кивнул, и исчез в кустах. После драки и выяснения отношений бог и демон наконец почувствовали некоторое облегчение, и сошлись на том, что сейчас им выгоднее сотрудничать, пока ситуация в лагере хоть немного не наладится. В конце концов, их вражда слишком затянулась. Шёпотом обложив всю небесную шарагу последними словами, лазурный демон усадил ребёнка в траву, и принялся собирать костёр. Спустя полчаса, когда на огне уже стоял приличных размеров котёл, бессовестно свиснутый предприимчивым Ци Жуном из погреба в развалинах кухни храма Хуанцзи (ему раньше доводилось там бывать, так что, он примерно знал, что где находится), и в нём варился подстреленный Лан Цяньцю жирный фазан, к нему, бочком, подошла маленькая тщедушная девушка, держащая в руках объёмный горшок с чем-то подозрительным. Помимо того, что демон опознал в посуде один из горшков Се Ляня, с дурацкими жёлтыми хризантемками и трещиной в глазированном боку, от него несло знакомой тёмной ци. -Ты ещё кто? — фыркнул он, пытаясь вспомнить, видел ли эту девицу ранее. Вроде, не видел. Девушка представилась Бань Юэ, и, смущённо поглядывая в горшок, из которого как раз высунулась одна из чудом выживших скорпионовых змей, спросила, не нужна ли помощь в приготовлении ужина. -Судя по тому, что у тебя в руках, к нему приложил руку мой дражайший братец.- девушка кивнула, отчего демон скорчил презрительную рожу.- Сам варил? -Я помогала. Братец Ци Жун, Его Высочество сказал, что у меня хорошо получается, давай я тебе помогу? «Братец Ци Жун» с сомнением окинул взглядом маленькую демоницу, скосил глаза на дремлющего у него на коленях Гуцзы, а потом повернул голову в сторону недовольного гула где-то вдали, за палатками. Спор небесных чмошников и не думал стихать. Похоже, они уже забыли причину своих разногласий, и перешли на личности. Ну и хуй с ними. -Детский сад какой-то.- пожаловался Цяньцю, возникая у костра с корзиной, полной свежайших овощей.- Уже выясняют, кто больше виноват. Ужас. -Пускай сойдутся на том, что они все проебались. Лазурный демон потрогал приёмышу лоб, чтобы убедиться, что у мальца нет температуры, и кивком пригласил Бань Юэ сесть. -Ладно, хрен с тобой. Помогай. Говоришь, Се Лянь тебя учил? Бань Юэ с готовностью кивнула. -Тогда забудь всё, что он тебе говорил, и запоминай, как надо! Гуцзы зевнул, и сел, протирая глаза. Ночная прохлада привела его в чувство. Увидев, что его дражайшая обуза выглядит уже не так плохо, как было, Ци Жун дал мальчику воды, и ласково чмокнул в лоб. -Ты как? Нормально? Тогда сиди тихо, и никуда не уходи, понял? А то на второе блюдо тебя зажарю, хе-хе. -Шутки у тебя ебанутые.- буркнул Лан Цяньцю, копаясь в корзине с овощами.- Нормально с ребёнком говорить не пробовал? -КАКАЯ ЖИЗНЬ, ТАКИЕ И ШУТКИ! Тьфу, блин… Завались, и доставай лук, морковку, чё там ещё… Щас суп сварганим. Пользуясь тем, что отец и маленькая сестричка увлечённо кромсают непонятно откуда взявшиеся овощи, Гуцзы стянул морковку, и провернул свой любимый трюк: отошёл и потерялся. Точнее, направился к красивой девушке в широкополой соломенной шляпе, которая о чём-то говорила с молодым гэгэ, которого лазурный демон прихватил вместе с крестьянами в Уюне. Мальчик был настроен очень решительно: он хотел попросить небесную сестрицу простить его бестолкового отца, а если получится, то и его самого заставить попросить у неё прощения. В том, что Ци Жун это сделает, Гуцзы не сомневался: лазурный демон одинаково сильно презирал всех богов, начиная со своего брата, но при этом довольно уважительно отзывался о Владыке Линвэнь и Повелительнице дождя. -Сестрица Хуан.- почувствовав, что её осторожно тянут за рукав, Повелительница Дождя наклонила голову, и увидела маленького мальчика в слегка подпаленных одёжках. Этого ребёнка, которого зачем-то таскал с собой лазурный демон, она уже видела в Уюне. Правда, в отличие от Его Высочества и Хуа Чэна, застала неугомонную семейку несколькими часами ранее, и видела то, из-за чего её отношение к четвёртому Бедствию было менее предвзятым, чем у всех остальных. Сперва её внимание привлёк одиноко стоящий среди выжженных земель человеческий детёныш, который беспокойно оглядывался. Потом к нему подобрались несколько голодных демонов, из числа тех праздношатающихся, кого привлёк зов горы Тунлу. Вусмерть напуганный малыш принялся плакать и звать отца, и она уже собиралась прийти к нему на помощь, как вдруг, из-за каменной насыпи, выскочил никто иной, как сам Лазурный Фонарь в ночи, раскидал обнаглевшую нежить, а потом схватил на руки всхлипывающего ребёнка, и принялся громко распекать за то, что он не послушал папку, потерялся, и ОПЯТЬ вляпался в историю, хотя ему ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ ЯЗЫКОМ было сказано: «не отходи от меня, сожрут!» Малыш сосредоточенно жевал морковку, и смотрел на неё очень серьёзно. -Сестрица Хуан, ты сильно злишься на моего отца, да? Ты не думай, на самом деле он хороший, просто ему… сложно было. Мы взяли с собой кушать, просто он всю еду мне отдал. Пожалуйста, прости его, он больше не будет, честно. Пойдём к нам. Богиня кивнула, и, взяв мальчика за руку, пошла следом за ним. Ци Жун ораторствовал. Разговор о будущем ужине каким-то образом вывернул на Повелительницу Дождя, и он вспомнил об одном случае из детства, а именно, когда Се Лянь выпросил у Юйши Хуан её волшебную шляпу, и принёс её во дворец. Князь Сяоцзин тогда долго разглядывал божественный артефакт, а потом спросил, откуда, собственно, льётся дождь: с небес или всё-таки из самой шляпы, и Се Лянь, почему-то к нему прислушался, хотя обычно воспринимал слова младшего брата очень поверхностно. Тогда они затопили помыли весь зал, а потом дружно оправдывались перед Императором в духе «во-первых, это не мы, а во-вторых, мы случайно». -В общем, эффект превзошёл все ожидания. Мы всё помыли: пол помыли, потолок помыли, стены помыли, ковры, колонны, мебель, сами тоже умылись… Стоим как два суслика, у Се Ляня глаза как блюдечки, я смотрю на него, думаю: «ну всё, нам пизда». Поняв, что рядом кое-кого не хватает, он подозрительно уставился на глядящую куда-то поверх его головы Бань Юэ. -Что? Осознание того, кто сейчас находится рядом, липким страхом расползлось по позвоночнику. Если от Хуа Чэна он, хотя бы, примерно знал, что можно ожидать, то что может прийти в голову этой молчаливой девице… Лазурный демон никогда бы себе в этом не признался, но ему было совестно перед Повелительницей Дождя за свою выходку, да и пошёл он на это из-за нужды. -Она у меня за спиной, да? — несмотря на то, что внутри всё скрутило от страха, из горла демона вырвался хриплый смешок. Бань Юэ молча кивнула. -Пизда.- бодро и уверенно объявил Ци Жун, принимаясь нервно хихикать.- Мне пизда. Конечно, мне пизда, мне естественно пизда! Бляяяя, она ж мне голову щас открутит… Откуда-то сбоку вынырнул Гуцзы, с таким видом, что сразу стало понятно, по чьей вине небожительница здесь оказалась. -Отец, не ругайся.- малыш подлез под руку родителя, и обнял.- Сестрица Юйши на тебя не сердится, но ты должен попросить у неё прощения, за то, что украл и съел её слуг. -Охренеть.- лазурный демон поудобнее прижал к себе сына, а свободную руку приложил к глазам.- Мне что, выплюнуть их обратно?.. *** Никто не знал, что за разговор произошёл между Бедствием и божеством, но вернулись они вполне довольные друг другом. По крайней мере, дурная голова Ци Жуна была всё ещё при нём, и это не могло не радовать. Прочих небожителей было не слышно и не видно, видимо, они разбрелись кто куда, так что, вокруг костра собралась совсем маленькая группа людей. -Может, стоит позвать остальных? — неуверенно спросила Бань Юэ, запихивая в рукава расползающихся из горшка скорпионовых змей. -Обойдутся.- фыркнул Ин Юй, поглощая уже вторую порцию супа. По роду службы, он был знаком со всеми тремя Бедствиями, и знал, что на самом деле Лазурный Фонарь не такой уж и вредный, каким хочет показаться. В конце концов, именно он, сквернословя сквозь зубы, притаскивал в Дом Блаженств пьяного Градоначальника Хуа, который, страдая без своего обожаемого Бога, периодически набухивался до состояния полнейшего невменоза, из каких-то двоим им известных ебеней, всякий раз со своим фирменным шипящим «у, сссук», а в запущенных случаях- с тихим и обречённым «да блять…» — Не нравится- пускай жрут сырую редиску. -А-Юй, с каких пор ты начал копировать этого демона? — хмыкнул Ци Жун, следя, чтобы Гуцзы не подавился, и ел медленно.- Хотя да, нам больше достанется… Он почти не вслушивался в тихий разговор собравшихся вокруг небожителей и демонов. Горячая сытная еда и спокойная обстановка, впервые за долгое время, подействовала на отца и сына Ци лучше любого снотворного. Ци Жун ещё как-то держался, а вот Гуцзы уже вовсю тёр глазки и зевал, поудобнее устраиваясь у отца на ручках. Поняв, что ещё чуть-чуть, и ему придётся тащить в палатку сразу две неподвижные тушки, Лан Цяньцю решительно поднял клюющего носом демона на ноги, и, дав для ускорения небольшого пинка, отправил в нужную сторону. Когда, позднее, бог войны сам вернулся в палатку, его взору предстало удивительное зрелище. Ребёнок и демон лежали в обнимку, устроившись в углу подстилки, почти у самой тряпичной стены палатки. Гуцзы тихо сопел во сне, а Ци Жун что-то полусонно мычал. Прислушавшись, Цяньцю различил мелодию колыбельной. Озадаченный, Его Высочество Тайхуа бесшумно лёг рядом. Ци Жун сонно вздохнул, и затих, будто специально ждал, пока юнанец вернётся. Тот заложил руки за голову, и бездумным взглядом уставился в потолок. Злой и жестокий демон, который таскал с собой мальчишку, потому что хотел его съесть, а не ел, потому что тот единственный им восхищался, так, да? Либо Наставник чего-то не договаривает, либо сам Фонарик знатный пиздабол.