Цикл перерождений

Если б не было тебя, ответь мне, для чего мне жить?

Без надежд, без потерь, без тебя,

Без любви во мгле бродить.

      Рыжеволосая оглядывала Амелию, которая все ещё сидела на сыром асфальте. Её кожа была бледна, а кончики пальцев до сих пор мерзли. Поморщившись, девушка встала, осматривая грязную одежду.       — Ты шептала непонятные слова, это был не английский, — Лима, доставая из сумки салфетки, протянула их коллеге, — похоже на тот язык, на котором вы с Рэйтаном вечно секретничаете.       Криминалист чуть улыбнулась, видя, что девушка уже полностью пришла в себя. Хотя было сложно не заметить того, с какой силой Амели оттирала грязь с джинсовых шорт.       — Мы не секретничаем, — индолог обижено посмотрела на Лиму, а после взяла ещё одну салфетку из её рук, — просто иногда решать вопросы, которые касаются культуры, удобнее на бенгали.       — Тебе не кажется он странным? — рыжеволосая вздохнула. — Вайш всегда такой загадочный…       Амели тихо усмехнулась, теперь понимая, что скрывалось под этой загадочностью. Попытки очистить одежду оставались безуспешными, поэтому девушка сдалась. Ей казалось странным, все те разы, когда Амелия видела Диану в своих видениях, они говорили на бенгальском, всегда. Индолог не придавала этому никакого значения. Но в связи с последними событиями интерес к её персоне только рос.       — Я только шептала слова? — Амели было интересно, заметила ли Лима что-нибудь подозрительное.       — Сначала ты отошла чуть дальше, — криминолог указала на пространство вокруг, действительно, девушки стояли на довольно приличном расстоянии от места преступления, — когда я подошла, твои глаза были открыты и ты очень сильно кашляла. Как-будто задыхалась, а потом просто вырубилась!       Значит, она не видела бхута.       Амели расслабилась, аккуратно касаясь руки девушки. По-хорошему стоило бы все рассказать, но если сделать это сейчас, то скорее всего Лима попросту сочтет индолога за сумасшедшую. Не было доказательств, какого-то логического объяснения, вообще ничего.       — Прости, Лима. — Амелия виновато посмотрела в глаза криминологу. — Мне жаль, что так произошло. Наверное, я очень сильно переживаю за Дилана, это сводит с ума.       Была в словах и доля правды, однако теперь Амели точно знала, что её друг жив. Если Диана пыталась вселиться в тело девушки, значит она смогла сделать тоже самое и с Диланом. Одни вопросы наваливались на другие, начинали раздражать. Они лишь увеличивались, оставаясь открытыми.       Но чем больше загадок, тем легче их было собрать в единое целое. С каждым днем в Калькутте Амелия все сильнее погружалась в атмосферу тайн. Если в первые дни ей было страшно и одиноко, то теперь девушка была уверена в себе. Она точно знала, что выполнит первостепенную задачу, найдет Дилана и вернется с ним домой.       Выйдя из темного переулка, Амели вдохнула свежий запах. Вони больше не было, а яркие огни вновь заставили поверить в то, что совсем скоро начнется праздник. Из головы никак не выходил образ Дианы, её безумного лица и гнилой кожи. Лима подошла к палаткам, разглядывая украшения. Индолог удивилась, ибо редко в Калькутте встретишь торговцев в столь поздний час. Следуя за рыжеволосой, Амелия лишь иногда останавливалась, трогая какие-нибудь камни.       В самом конце, молодой мужчина продавал всякий хлам, а сбоку висела необычная, потрепанная и слегка грязная сумка. Та, которую девушка скинула с плеч Дианы Роуз совсем недавно.       Она держалась за неё руками, может ли там быть нечто важное?       — Сколько стоит эта сумка? — спросила девушка, отчего парень воодушевился.       — Просто так отдам, — равнодушно взглянув на предмет в женской руке, торговец сел обратно на свое место, — нашел тут её недавно, валялась прямо на улице.       Амелия провела пальцем по потрепанной ткани, заглядывая внутрь. Никаких личных вещей не было, лишь зеркальце с инициалами.       D.R. Это точно её сумка.       — Скажите, внутри были ещё какие-то вещи? — Амелия сильнее сжала сумку, с горящими от интереса глазами поглядывая на торговца.       Мужчина расплылся в странной улыбке, оценивая девушку, словно рассуждал, сможет ли она заплатить ему. Поднимая большой палец, торговец указал на шею. Амели вздрогнула, она совсем забыла, что цепочка, подаренная Амритом, все ещё на ней.       — Нет. — твердо произнесла индолог, прикрывая шею одной рукой.       Торговец протер лоб салфеткой, доставая из мешка какой-то блокнот. Поднимая его в воздухе, мужчина потряс им перед лицом Амели. На ежедневнике был герб Оксфорда. Всем студентам и аспирантам университета выдавали такие в начале года.       — Вот это было. — он убрал его обратно, специально завлекая девушку.       Амели злилась, она совершенно точно не хотела отдавать подарок, поэтому решила играть теми же картами.       — Я могу заплатить, — достав из сумки деньги, индолог протянула их торговцу, — но не отдам эту вещь, иначе господин Дубей сильно расстроится.       Уточнять какой именно Дубей, девушка не стала, да и одного упоминания фамилии хватило, чтобы торговец изменился в лице. Конечно, Амелия не имела права говорить так, кичиться статусом Амрита и его семьи, но в данной ситуации выхода не было. Парень небрежно взял деньги, вкладывая ежедневник в руки девушки. Индолог быстро убрала находку внутрь сумки, ища глазами Лиму.       Дорога до отеля прошла в более менее спокойной обстановке. Рыжеволосая рассказывала какие-то истории, Амели поначалу слушала, но совсем скоро потеряла нить разговора. Девушка пыталась вспомнить нападение бхута как можно лучше, она могла упустить ещё что-то.       Её руки! Подушечки пальцев были в крови.       Останавливаясь, Амелия грубо перебила Лиму.       — На орудие убийства Дианы Роуз ведь не нашли отпечатков пальцев? — криминолог лишь кивнула в знак согласия. — Когда мы с тобой были в прошлый раз в морге, — от этой мысли девушку передернуло, тогда она почувствовала невыносимую боль в груди, — на её теле, пальцы, они были стерты?       — Да, их не было. — ответила Лима. — Но как ты узнала? Габриэль сказал держать это в секрете. — рыжеволосая прикрыла рот ладошкой, понимая, что взболтнула лишнего. — Прости, Амели, я лишь подчинялась указаниям.       Девушка опустила голову, теребя край футболки.       — От меня держать в секрете? — индолог сжала губы, ей это не нравилось.       Было обидно, Амели считала, что у них не было секретов друг от друга. Хотя бы тех, которые можно было бы логически объяснить. Индолог тяжело вздохнула, не желая больше поднимать данную тему, но все же её мучал один вопрос.       — Как думаешь, что бы это могло значить?       — Скорее всего убийца не подумал, что личность жертвы можно установить не только по отпечаткам пальцев. — Лима потерла переносицу, широко зевая.       Все было странным, как и всегда. Команда должна знать, что в этом убийстве не все так просто. Но Амелия просто не знала, как объяснить коллегам происходящее вокруг.

***

      В номере было темно, включая лампу, Амели сразу же достала ежедневник, бегло пролистывая страницы. Сил не было совершенно, а грязная одежда прилипала к взмокшей коже. Поморщившись, девушка отложила блокнот, желая поскорее оказаться под струями чистой воды. Жидкость стекала по уставшему телу, разогревая каждую клеточку. А приятная и такая привычная пижама заставила индолога улыбнуться. Провозившись в ванной ещё около двадцати минут, Амелия вновь была полна сил, желая как можно скорее прочитать ежедневник Дианы.       Но как только девушка переступила порог ванной комнаты, в рецепторы сразу же ударил терпкий запах вишни. Амрит сидел на кресле, запрокинув ногу на ногу. Пальцы были соединены между собой, а глаза прикрыты.       — Как ты попал сюда? — Амели сразу же бросила взгляд на ежедневник, который лежал на том же самом месте.       Мужчина поднял веки, выгибая бровь.       — Во-первых, я захотел тебя увидеть, — делая паузу, Амрит продолжил, — во-вторых, я Дубей.       Усмехнувшись, Амелия начала убирать разбросанные в спешке вещи. Ежедневник отправился в выдвижную полку стола, бросив последний взгляд на данный предмет, девушка вздрогнула. Теплое дыхание на её шее, обернувшись, индолог увидела Амрита, чье лицо было совсем близко.       — Ты в порядке? — забирая из рук все лишнее, мужчина убрал вещи в сторону.       Его брови были слегка нахмурены, он пытался скрыть тревогу внутри, мягко улыбаясь. Амели удивилась, Дубей был не из тех людей, кто не стал бы заглушать эмоции. Ещё утром она видела его холодный взгляд, смешанный с раздражением, а сейчас он аккуратно коснулся женских рук, одаривая теплой улыбкой. Индолог кивнула, проводя пальцами по мужской костяшке, поглаживая.       — Что произошло сегодня? — Амрит чуть надавил на кожу, отводя взгляд изумрудных глаз.       — А что Рита-Шива не сказал тебе? — в голосе Амели чувствовалась некая ирония. — Когда вы собирались рассказать мне о том, что наш проводник на самом деле аватар, — отпустив руки мужчины, девушка наконец-то дала волю эмоциям, — полубог, ипостась самого Шивы, черт возьми!       Амрит рассмеялся, отчего получил неодобрительный взгляд. Амелия активно жестикулировала руками, выражая свое удивление вперемешку с небольшим раздражением. Мужчина наблюдал за ней, совершенно забывая обо всем на свете. Хотелось остановить время, прожить этот момент чуть дольше, вот так просто, свободно и непринужденно. Когда за окном было спокойно, а клешни прошлого не тянули вниз. Ему хотелось вылечиться, избавить от изувеченного сердца, сейчас Амрит ощущал всем телом давно забытое чувство — счастье.       Одним движением он прижал девушку к себе, сжимая пальцами ткань пижамы на талии. Вцепившись в слегка приоткрытые губы, закрывая глаза. Амелия выпрямилась, совершенно не ожидая такого действия, неуверенно обнимая Дубея за шею. Властный поцелуй, наполненный желанием, болью и ожиданием. Переплетая языки, Амрит набрал воздуха в легкие, а после отстранился, крепко прижимая к себе девушку.       В номере отеля слышалось лишь их прерывистое дыхание. Индолог чуть поерзала, уткнувшись носом в грудь, и вдыхая приятный запах парфюма. Поднимая женский подбородок, Амрит провел большим пальцем по ещё мокрым губам, замечая знакомые камни на ключицах.       — Тебе правда идет фиолетовый. — Дубей заправил выпавшие пряди волос, поднимая уголки губ. — Так что произошло сегодня?       — Бхут вцепилась в меня, хватая за шею! Приняла облик Дилана, вселилась в его тело. — вспоминать происходящее было противно, к горлу подступила тошнота, поморщившись, Амелия укусила внутреннюю сторону щеки, продолжая. — Бхуты ведь вселяются в тела живых людей?       Дубей кивнул, смотря на зарождающийся огонь в женских глазах.       — Значит он жив, — прикрыв рот ладонью, индолог слабо улыбнулась, — Амрит, скажи где он, не скрывайте от меня правду!       — Я не знаю, Амелия. — мужчина ответил мгновенно, даже не думая, Амели ещё смотрела какое-то время, пытаясь почувствовать хотя бы что-нибудь. И почувствовала, он не врал.       — А кто знает? — голос звучал умоляюще, она так устала был в неведении.       — Я чист перед тобой, я не знаю, где сейчас твой друг. — Дубей убрал руки с талии, вглядываясь в окно.       — Я обязательно доберусь до истины, и узнаю правду. — словно произнося мантру, индолог сжала кулак, ставя перед собой цель. — И очень надеюсь, что ты все же не причастен ко всему этому.       Амрит посмотрел в карамельные глаза, приглушенный свет делал атмосферу более интимной. Она была перед ним, в одной лишь пижаме, в мыслях не было страха, наоборот одна сплошная уверенность. Не взрывная, обдуманная, тихая и постепенно проявляющаяся. Дубей был горд, её душа выросла.       Теперь перед ним стояла не импульсивная девочка, готовая совершать необдуманные поступки, а сформированная личность. С ней было интересно, хорошо и спокойно. А ещё Амрит чувствовал энергию внутри девушки, та была намного сильнее чем в прошлом, она росла с каждым днем все больше, наделяя индолога прежними и совершенно новыми качествами.       — Спокойной ночи, Амелия. — Дубей направился к выходу, но женская ладонь остановила его, Амели смотрела на мужчину огромными глазами.       — Может ты… — девушка замялась, — может ты останешься?       Эти слова вызвали волну мурашек по загорелой коже, Амрит остановился, все ещё держась за руку индолога. Он чувствовал как она хотела этого, в ней смешалось два чувства, она боялась своего желания, но и так сильно мечтала об этом.       — Ты хочешь, чтобы я остался? — Дубей желал услышать те заветные слова и мысли, что вертелись на языке.       — Да.       — Почему? — он не сдавался, ухмыляясь сильнее.       Амелия нахмурилась, прекрасно понимая, что мужчина выводит её, однако это не раздражало. Ей нравилось такое поведение, с ним она открывала свои новые стороны характера, получая неизвестные эмоции и чувства.       — Я хочу, чтобы ты остался со мной. Хочу снова обнимать тебя ночью. А когда проснусь вновь увидеть твоё сонное лицо, — индолог улыбнулась, вспоминая утреннюю картину, — спокойное и такое расслабленное, ты совсем другой утром. И вообще, ты ведь все чувствуешь, — тон стал выше, скрестив руки у груди, девушка подняла брови, — специально заставляешь говорить меня такое?       Дуя губки, Амели посмотрела на Амрита, чье лицо расплывалось в довольной ухмылке. Он подошел ближе, смотря сверху, сейчас разница в росте ощущалась слишком сильно.       — Хорошо, Амелия. Я останусь. — Дубей снял с себя довольно тяжелый шервани, небрежно набрасывая тот на спинку стула, оголяя грудь.       Девушка вновь принялась рассматривать его тело, мысленно ругая себя. Её не влекло так ни к одному мужчине, лишь с ним внизу завязался узелок, позволяя грязным мыслям завладеть телом. Кусая губы, индолог проследила за движениями Дубея. Оставшись в одних лишь брюках, Амрит сел на кровать, протягивая руку.       — Иди сюда. — властно, слегка хриплым голосом, сказал мужчина. — Не обещаю держать руки при себе, учитывая в каком виде ты сейчас передо мной.       Глаза сверкнули, он оценивающе оглядел Амелию, задерживаясь на коротких шортах, а после облизнул губу. Было волнительно, такая близость была в новинку, прекрасно понимая, к чему может привести сегодняшняя ночь, девушка шагнула вперед, неуверенно протягивая руку.       — Не переживай, — сжимая холодные пальчики, Дубей поднес их к своим губам, нежно целуя, — я не сделаю большего, пока ты сама не попросишь.       Индолог коснулась его волос, чувствуя то, какие они мягкие. Зарывшись в темные прядки, девушка прикрыла глаза, ощущая как сильная рука Амрита стягивала тело вниз, сажая к себе на колени. Теперь она смотрела сверху, обнимая мужские плечи.       — Я не переживаю. — решив, хоть как-то взять главенствующую позицию, Амели выдохнула.       — Н-да? — прошептал Амрит прямо в шею, медленно покрывая ключичную впадину поцелуями. — Из тебя плохая врунья, Амелия Белас.       Надавливая на позвоночник, Дубей отвлек девушку, а после немного прикусил нежную кожу, заставляя индолога изогнуться, словно кошку. Теперь его руки упали на бедра, сильные пальцы сжимали ткань пижамы, пробираясь слегка внутрь. Она чувствовала, как кровь закипает, а щеки покрываются румянцем. Амрит переместил девушку на кровать, нависая сверху. Трогая внутреннюю сторону бедра, мужчина заставил её вздрогнуть. Холод от кольца, граничащий с теплой кожей, мигом вызвали шквал возбуждения по всему телу.       Он спустился ниже, аккуратно касаясь лямки топа, молча спрашивая разрешения, дабы его снять. Кружевная ткань полетела в сторону, а горячий язык коснулся возбужденных сосков. Амрит обхватил женскую грудь, слегка кусая. Рваный стон вырвался из губ девушки, прикрыв рот ладонью, Амелия зажмурилась.       — Нет, — Дубей убрал её руку, — не сдерживайся, я хочу слышать тебя.       Не смея противится, индолог сама отпустила руку, хватая простынь. Его поцелуи становились быстрее, спускаясь ниже, к животу. Пальцами он изучал практически обнаженное тело, повторяя его изгибы.       — Я хочу, чтобы сегодня ты слушалась меня, — Амрит приподнялся, смотря на девушку темными глазами. Совершенно не понимая и половины слов, Амелия кивнула, желая поскорее вновь почувствовать его губы на своем теле, — нетерпеливая.       Дубей усмехнулся, стягивая короткие шорты с женских бедер. Теперь на ней был лишь жалкий кусочек ткани в виде трусиков, который сохранял последние капли приличия. Амелия уже не понимала, где заканчивалась она сама и начинался он. Руки безбожно гуляли по всему телу, заставляя вновь и вновь выгибаться. Девушка не могла предугадать его действия, Амрит будто знал как надо, делая приятнее с каждой секундой.       Закинув её ногу на свое плечо, брахман поцеловал щиколотку, тихо шепча:       — Прижмись ближе, — индолог почувствовала твердый бугор в области паха и натянутой ткани брюк, это возбуждало сильнее.       Дорожка из влажных поцелуев горела, спускаясь к самому чувствительному месту на женском теле. Амрит провел рукой по кружеву, довольно ухмыляясь. Там было настолько влажно, что в любой другой момент Амелия бы сгорела со стыда, но не сейчас. Сейчас она полностью доверяла человеку напротив, прекрасно понимая чего хочет. Остатки нижнего белья в одно мгновение слетели с тела, и теперь она была полностью обнаженной и уязвимой под ним.       Дубей снова опустился, обхватывая руками бедра, целуя медленно каждую складочку, дразня. Сил терпеть не было, все её тело было возбуждено до предела, но Амрит не переходил черту.       — Пожалуйста… — сквозь волну наслаждения прошептала Амели.       — Попроси если хочешь, чтобы я сделал что-то, — даже не видя его лица, девушка знала, что тот ухмыляется, наблюдая за индологом, — где ты желаешь, чтобы я тебя поцеловал?       Он вынуждал озвучивать самые грязные и непристойные фантазии, те, которые Амелия ещё никогда ни с кем не могла осуществить.       — Там, Амрит, — мужчина слегла задел кончиком горячего языка мокрый клитор, останавливаясь, — я прошу тебя.       И он выполнил просьбу, опускаясь ниже. Эти ласки были похожи на взрыв фейерверков, импульсы, что с неимоверной скоростью распространялись по всем клеточкам. Амелия запустила пальцы в его волосы и почувствовала, как шершавый язык скользит вдоль возбужденной кожи.       Тело прогибалось, а его горячее дыхание лишь усиливало желание. Легкие девушки горели, но она не могла перестать задыхаться, изо рта вырывались тихие стоны. Обхватив бедрами его шею, Амелия перестала чувствовать все границы вокруг себя, они растворялись. Были лишь он и она. Вдвоем. Вместе.       Амрит добавил палец, аккуратно погружая его внутрь, приятная и легкая боль, сразу переходящая в новую порцию наслаждения. Девушка вскрикнула, сильнее стягивая темные кудри мужчины. Он увеличивал темп, наслаждаясь её реакцией.       Дубей был готов отдать все, ради того чтобы увидеть её такой снова. Такой желанной, покорной в его руках, и самое главное полностью принадлежащий лишь ему одному. Закрытые глаза и горящие щеки, это в буквальном смысле сводило мужчину с ума. И тут дело было даже не в связи, а в желании, он так сильно хотел её и скучал.       Облизывая соленые губы, Амрит поднялся, видя что совсем скоро девушка дойдет до пика наслаждения. Усиливая движение пальцами, он добавил второй, чувствуя шершавый эпителий внутри.       Перехватывая лицо, Дубей коснулся губ, властно проникая языком внутрь, Амелия даже не сопротивлялась, царапая ногтями кожу спины. В какой-то момент он почувствовал, как девушка сильнее сжала его внутри. А после из глаз брызнули капельки слез, вжимаясь всем своим телом в его, Амели зажмурилась, тяжело дыша.       Амрит гладил её волосы, целуя каждый сантиметр лица. Нос, закрытые веки и брови. Вся его. Полностью обнаженная, ноги девушки подрагивали. Улыбаясь, мужчина опустил Амелию на свою грудь, давая прийти в себя.       — Ты так красива в этот момент, — шепотом сказал Дубей, — сводишь с ума, перед тобой невозможно устоять, хочу видеть тебя чаще. Вот так, чтобы ты лежала на мне, а твои пальцы слегка подрагивали от наслаждения.       Амелия улыбнулась, чувствую тепло, исходящее от мужского тела. Он обнимал её, прижимая ближе насколько это возможно.

***

      Риши зашел в комнату, оглядывая пространство вокруг себя. Молодой мужчина с белыми волосами печально сидел, читая книгу. Поднимая светлые и пустые глаза. Его кожа была бледной, а синяки под глазами становились отчетливее с каждым днем.       — Выглядишь почти хорошо, — Дубей усмехнулся, привлекая к себе внимание, — не каждый день в твое тело вселяются бхуты.       Дилан поморщился, вспоминая события, которые произошли совсем недавно. Его мозг совершенно перестал что-либо понимать, а белая челка сильно отросла, попадая в глаза.       — Тебе стоило быть осторожным, Амелия серьезно пострадала. — услышав данные слова, британец вскочил, выкидывая книгу.       Хватая Риши за шиворот, Дилан глубоко дышал, стараясь сдерживаться. Дубей лишь усмехнулся, откидывая мужчину в сторону.       — Это твоя вина, а не наша.       — Вы чертовы сектанты! — беловолосый парень больше не сдерживался. — Хватит держать меня тут, где моя подруга? Где Амелия?       Он устал. Эта комната стала клеткой, некогда свободолюбивый человек застрял внутри из-за собственной глупости, проклиная всё на свете.       — Следи за языком, мальчишка, и не забывай, с кем ты разговариваешь, — подправляя помятый шервани, Риши грозно посмотрел на Дилана, — вы, точнее, что от вас осталось, осквернили эту священную землю. Твоя любопытная подружка подвергла всех большой опасности.       Дубей поднял книгу, что одиноко лежала на полу, вчитываясь в название.       — Ты ещё жив лишь потому, что дорог Амале, — его голос был грозным и холодным, — я то переживу, но вот кузен… — вспоминая те дни, когда Амрит тосковал по девушке, Риши поник, — ему будет больно видеть свою невесту такой подавленной.       — Когда я увижу её? Когда я увижу Амелию?       С самого первого дня Дилана волновал лишь один вопрос, он прекрасно понимал, что они с Дианой совершили огромную ошибку. Лезть в это дело было опасным, но месть, которая двигала британкой, взяла свое.       — Боюсь, Амелию ты больше не увидишь. Скоро она все вспомнит, а после ты встретишь предназначенную судьбу, как и все ваши.       Беловолосый был сломлен, опускаясь на диван. Ему было страшно, он чувствовал себя таким беспомощным и виноватым. Из-за него его лучшая подруга сейчас в Калькутте, совсем одна. Дилан знал, что Амели боялась оставаться без него надолго, мужчина ударил кулаком по металлическому столику, оставляя в металле заметную вмятину.       Риши собирался уходить, оставляя парня одного, но остановился, тихо проговаривая:       — Мне жаль, что именно ты попал во всё это. Амрит, да и я тоже, мы все благодарны тебе за то, что был рядом с ней всё это время. — говорить такое не хотелось, но Дубей все же продолжил. — Ты заменил ей семью, ты заменил ей нас.       Послышался короткий вздох, полный боли, Дилан взъерошил волосы, стягивая их вниз.       — Будь проклят тот день, когда мы приехали сюда. — голос дрожал. — Если бы я только знал, к чему приведет все это…       Риши развернулся, подавляя в себе желание подойти ближе. Вся та добрая натура сейчас вытекала наружу. Он был чужим, но Дубей знал, что этот беловолосый британец ни за что в жизни бы не совершил такую ошибку дважды. Его обманули, легко управляя и водя за нос.       — Вы лишь ускорили события. Это все равно случилось бы через два года. Когда Амале исполнилось бы двадцать пять лет, — мужчина отвел взгляд в сторону, — гнев богини неизбежен.       А вот этого Дилан не знал, его глаза округлились. Неужели его подруге была уготована такая участь? И была ли Амелия вообще хозяйкой свой жизни и судьбы? От осознания того, что все её существование было спланированным становилось больно.       — А что если она не хочет вспоминать? — Дилан пытался доказать самому себе, что ещё не все потеряно. — Не захочет принимать прошлое?       Риши не ответил, громко хлопая дверью. И вновь оставляя мужчину одного со своими мыслями, бесами и страхами.

***

      Амрит смотрел на спящее лицо Амели, улыбаясь. Она сжимала его руку, хмуря брови во сне. Он не хотел отправляться в царство Морфея, ведь как только глаза сомкнутся, наступит утро. Новый день и дела дюжины, которые мужчина вынужден решать.       Дубей, почувствовав чужое присутствие, поднялся, оглядывая номер отеля.       Рэйтан сидел на кресле, прикрыв глаза, в своем привычном обличье.       — Махадева Рита-Шива, — Амрит прикрыл обнаженную спину девушки, подходя ближе к Вайшу, — что нравится наблюдать?       Привыкший к постоянным подколам от Дубея, аватар лишь цокнул, не обращая внимания на язвительные фразы.       — Я ждал, пока ты позовешь меня, — Рэйтан открыл глаза, они светились синим, но в ту же секунду темная радужка вновь вернулась на свое место, — думал, что начнешься расспрашивать, но ты не звал.       Амрит повернулся в сторону кровати, а после тяжело вздохнул.       — Я хотел сам убедиться, что с ней все нормально. — Дубей вспомнил эмоции девушки, как только вошел внутрь номера. — Амала была спокойна, её совершенно не напугало всё то, что она увидела. Я чувствовал это, в прошлом ведь было по-другому.       Вайш кивнул, усмехнувшись. — Пора посмотреть правде в глаза. Амелия намного сдержаннее, мудрее, в ней нет крови богини.       — Но она всё ещё Басу, хоть и не по крови. — признавать это было хоть и грустно, но с другой стороны Амрит был рад.       Это освобождало девушку от многих обязанностей, она наконец-то могла скинуть с себя ту ношу, из-за которой ей пришлось умереть.       — Да, она Басу. — Рита-Шива говорил тише, изредка поглядывая на спящего индолога, — что значит душа по сравнению с телом?       И правда. Душа вечна, могущественнее. Душу и тело можно сравнить с произнесенным словом и смыслом, где тело — это слово, а душа смысл, наполняющий его. Смысл существовал еще до того, как было произнесено слово, и будет существовать после того как слово перестанет звучать.       Она как птица в клетке. Вы можете расширить клетку, но это не сделает вашу птицу, живущую в ней, еще большей по своим размерам, ибо она обладает своими особенностями роста и развития. Покинув клетку, птица не перестает существовать, а пустая клетка теряет свой смысл и предназначение.       — Прими это, господин Дубей. — Рэйтан подошел к письменному столу, доставая найденный девушкой ежедневник.       Тонкими пальцами аватар вынул из последней страницы фотографию, протягивая Амриту.       На ней была Амала, рядом стоял Рэйтан. По середине хмурился Роуз и двое других людей из команды. Внизу черная и уже стертая надпись. Калькутта, 1980.       Дубей провел пальцем по контуру, останавливаясь на своей возлюбленной. Он помнил, как все эти люди умирали на его глазах. Было много крови и криков, от этих воспоминаний стало тошно.       — Забери её, пока Амелия не увидела. — Вайш терпеливо ждал.       Амрит же разорвал фотографию на две части, убирая ту половину, где была Амала и Рэйтан в карман брюк.       — Доберись до истины, махарани, как ты и хотела. — вкладывая другую часть обратно в ежедневник, Дубей улыбнулся, переводя взгляд на спящего индолога.

Я, кажется, теперь узнал, тайну жизни, как быть без тебя,

Я себе тебя создал, смотрю в твои глаза.