На вершине мира

Чонгук прибыл на благотворительный вечер, организованный правительством. Он терпеть не мог подобные сборища, но его присутствие, как богатейшего и влиятельнейшего бизнесмена города, было обязательным. Главы других крупных компаний тоже присутствовали, важно расхаживали в дорогих костюмах с бокалами белого игристого вина и приветствовали друг друга. Чонгук заметил Мун Вонбина с сыном, подростком, еще не закончившим школу. Чонгук знал, что наследник Бигхайп, несмотря на скромный вид, активно принимал наркотики и уже вплотную занимался этой сферой бизнеса в семейной корпорации. По слухам он вытворял такое, что Мун не успевал прикрывать его похождения, и Чонгук даже предполагал, что юный бешеный наследник готов сместить отца с места главы. Однако Вонбин все держал железной хваткой под своим контролем. Чонгук в какой-то мере был готов признать, что жесткий характер и настойчивость мужчины весьма похвальны, ведь он столько лет не оставлял попыток убить его. Даже в случае с переворотом десять лет назад, когда дядя захватил власть, Чонгук был уверен, что за этим тоже стоял Мун. У дяди одного не хватило бы смелости пойти против старшего брата. За одно только это можно было ненавидеть главу Бигхайп. Однако Чонгук предпочитал не давать сильным эмоциям волю. Ненависть множила ненависть, не принося ничего кроме безумия. В его положении важнее был холодный здравый ум. Ему еще представится возможность, и он припомнит Муну все. Пока что Чонгука полностью удовлетворял тот факт, что его корпорация по всем показателям обходила Бигхайп, оставляя ее плестись далеко позади. После последней сделки стоимость акций достигла космических высот и прибыль росла с каждым днем. Возможно, пора было строиться выше, поднимая пентхаус еще на сто этажей вверх. Чонгук приветствовал директоров и министров легким кивком головы и вежливой холодной улыбкой. Почти все присутствующие были в два, а то и в три раза старше. Президенту транспортной компании вообще было за семьдесят. Чонгук же, в свои двадцать пять, был скорее исключением. Несмотря на возраст, большинство заискивало и пресмыкалось перед ним, желая наладить отношения и получить выгодный контракт. Чонгук поздоровался и пожал руку губернатору города. С ним у них был негласный нейтралитет. Тот закрывал глаза на не самые законные дела Чонгука, а он, в свою очередь, обеспечивал поддержку власти, инвестиции и поставки товаров по выгодным ценам. Были и те, кто при виде него морщились, щурили глаза и презрительно поджимали губы. Мелкие предприниматели завидовали его успеху и открыто показывали свою неприязнь. Подобная демонстрация Чонгука только забавляла. За спиной за ним следовал Намджун. Он вполголоса высказывал свои комментарии о том или ином бизнесмене, заставляя Чонгука фыркать от метких замечаний. К ним подошел официант с подносом, но Чонгук отказался от вина, он не исключал вероятности отравления и никогда ничего не ел и не пил на приемах. — Чонгук, с каждым годом ты все больше становишься похож на отца. Как жаль, что его не стало так рано, — внезапно к нему подошел Мун Вонбин, нахально улыбаясь. Коренастому мужчине было около пятидесяти лет. Его квадратную фигуру плотно облегал коричневый костюм, а в густых волосах мелькала проседь. — Его наследие продолжает жить и главенствовать, — холодно ответил Чонгук, представляя, как Мун захлебывается кровью. — Тебе пора бы подумать о наследнике, — продолжил скалиться Мун. — С каждым годом конкурентов все больше. Ах да, я совсем забыл, ты же предпочитаешь совсем другие прелести. Помнится мне один молодой юноша… Чонгук стиснул зубы, сразу понимая намек Муна. Намджун ощутимо напрягся. — Да, мне далеко до ваших успехов в семейной жизни, — сдержанно произнес Чонгук. — Предпочитаю работу семье, знаете ли. Недавно подписал контракт с Ваном лаоши. Вы же тоже хотели заполучить его партнерство? Как жаль, что Бигхайп даже не смогла вступить в переговоры. Теперь уже Чонгук заметил, как у Муна заходили на лице желваки. Он выпучил глаза и, чуть ли не пыхтя, без дальнейших слов направился к губернатору. — Зря ты про контракт напомнил, — усмехнулся Намджун. — Он аж весь затрясся, бедный, а в его возрасте это противопоказано. Чонгук расхохотался, напряжение отпустило его. Довольный тем, что щелкнул по носу Вонбина, Чонгук терпеливо пережил остаток вечера и даже сделал несколько пожертвований от имени Джей Кей Корп. Наконец, они с Намджуном поднялись на парковку на крыше, где их уже ждал вызванный водитель, который на время приема в целях безопасности покинул здание. Чонгук сел на заднее сидение в мыслях уже дома. В последнее время ему нравилось проводить время в пентхаусе и ловить на себе взгляды одного непокорного парня. Любой другой бы уже поплатился за наглость, но Тэхёну Чонгук хотел позволить эту дерзость. Глаза его были насколько бездонными и выразительными, в них было столько чувства и желания, пока что не сексуального, нет, но у Чонгука кипела кровь от одной мысли, какими эти глаза могут стать, когда Тэхён будет по-настоящему возбужден, даже если он просто смотрел «так» каждый день. Тэхён всегда провожал Чонгука взглядом, и его лицо отчетливо выделялось из толпы. Чонгук не пожалел, что перевел парня в пентхаус, теперь мог видеть его каждый день. В последнее время Чонгуку нравилось наблюдать за Тэхёном — он включал эфир с камер наблюдения, устанавливал крупный план и смотрел, как Тэхён слонялся по лофту пентхауса в его отсутствие. Азарт не стихал и Чонгуку даже не хотелось звать в постель никого из гарема. Гораздо эффективнее и быстрее он мог снять напряжение в душе. Намджун переговаривался с водителем, опустив межсалонную перегородку. Они уточняли маршрут. — Чем пахнет? — Чонгук повел носом воздух. — Ох, простите, господин Чон, я за кофе заезжал, забыл выкинуть стакан, — виновато произнес водитель. В этот раз вместо привычного Кибома за рулем был недавно нанятый Минхёк. — Ты покидал машину? — Намджун сел прямо, напрягаясь. — Всего на несколько минут, — растерянно ответил Минхёк. Чонгук, понимая, что что-то не так, отстегнул ремень безопасности. — Идиот, — прорычал Намджун. — Останови кар! — резко скомандовал он. Водитель испуганно подчинился, сбавляя скорость и снижаясь. Намджун открыл дверь со своей стороны и, утягивая Чонгука за собой, спрыгнул на крышу ближайшего здания. Они сгруппировались и покатились по жесткой поверхности. Через несколько мгновений раздался оглушающий взрыв. На том месте, где только что был их кар вместе с водителем, осталась горящая груда обломков, осыпавшихся вниз. — Похоже, ты сильно разозлил кого-то сегодня, — мрачно произнес Намджун. Он подал Чонгуку руку, помогая встать, и оглядел его, чтобы проверить, в порядке ли он. — Даже для Вонбина это слишком, — Чонгук отряхнулся и вытащил пистолет. — Откуда он узнал, что водитель покинет машину? — Выжидал удобного случая. Кто же знал, что Минхёк окажется таким безмозглым, — Намджун покачал головой. Бегло осмотрев периметр, Чонгук понял, что они были под открытым небом, и нападения можно было ожидать с любой стороны. Если взрыв активировали дистанционно, то у людей Муна остались их координаты. Намджун нажал пальцем на ухо, активируя встроенный в наушник микрокомм, и вызвал подкрепление — их запасную машину с группой охраны. — Чонгук-а, надо уходить, дождемся остальных в другом месте. Здесь скоро будет полиция. Чонгук кивнул, и они двинулись к пешеходному мосту, соединявшему крыши небоскребов. Прохожих было немного, по пути им попалось всего несколько человек. Стремительно передвигаясь, они перешли уже на крышу пятого здания, где находилась площадка для отдыха с беседками и грилями. Послышался резкий визг тормозов и плечо Чонгука обожгла резкая боль. Он схватился за руку, приседая, а Намджун дернулся и прикрыл его собой. — Следили, — прошипел Чонгук, сжимая зубы. Обстрел не прекращался, и мощное тело телохранителя вздрагивало от прошивающих его пуль. Прикрывая Чонгука, он помог ему дойти до ближайшей беседки и скрыться за углом. Теперь они могли отстреливаться из укрытия. Чонгук, наконец, рассмотрел нападавших — серый бронированный фургон и группу бандитов с пулеметами в раскрытых дверях. Их лица скрывали черные маски и защитные очки со встроенным прицелом. Вонбин, похоже, решил подстраховаться на случай неудачи с взрывом, и отправил их добить. Намджун вытащил короткоствольные автоматы, которые всегда носил при себе, и открыл по фургону ответный огонь с двух рук. Когда у него кончились патроны, и он менял магазин, Чонгук сделал несколько выстрелов из-за спины телохранителя, попадая в одного из киллеров, и тот вывалился прямо из фургона, падая с огромной высоты вниз. По щекам хлестал поднявшийся ветер. Левая рука постепенно немела и боль тянула то огнем, то холодом. — Наши на подлете, — морщась, произнес Намджун. Несмотря на нано-роботов, множество полученных пуль наверняка обжигали и оставляли синяки. Наконец, прибыли два кара с подмогой, один с водителем, другой с охраной, которая сразу же открыла огонь. Нападающие скрылись внутри фургона и со свистом рванули вниз. Охрана отправилась следом, чтобы попытаться их перехватить. Намджун помог Чонгуку подняться. Весь его костюм был изрешечен пулями. Плечо Чонгука пульсировало и истекало кровью, и он почувствовал внезапное головокружение. — Наложить стазис? — спросил Намджун, с беспокойством оглядывая Чонгука. — Я в порядке, — отмахнулся Чонгук. Справится и без медицинского кокона. Он помнил сковывающее обволакивающее ощущение стазиса и свою беспомощность. Повторять не хотелось. — Я предупрежу медиков, — Намджун не стал спорить. Они забрались в кар и тот стремительно двинулся в сторону корпорации. — Вот поэтому-то я и не люблю благотворительность, — усмехнулся Чонгук и прикрыл глаза. В этот раз у Муна почти получилось до него добраться. * Смена уже закончилась, а Чонгук все еще не вернулся с мероприятия. Почти вся охрана разошлась на ночь, остались только дежурные у лифта и сам Тэхён. Он сидел в уголке лофта у панорамных окон и не торопился вниз. На удивление, в пентхаусе ему было спокойнее всего в последнее время. Особенно в такие дни, когда Чонгука с Намджуном не было, и можно было спокойно сидеть у окна или устроившись с ногами на диване. Тэхён даже снова начал читать, вспомнив, как ему нравились рассказы в детстве. Он перечитал, что помнил, и погружался в новые истории, уходя от реальности. Двое дежурных внезапно всполошились и бросились к входу в гараж. Тэхён недоуменно поднялся, потирая уставшие глаза, и пошел вслед за ними. Двери гаража с шумом разъехались, пропуская Намджуна, который придерживал за талию Чонгука. Тэхён охнул. Лицо Чонгука было бледным и искаженным от боли, губы искусаны, а левая рука безжизненно висела, и он осторожно придерживал ее правой. Рукав светлого пиджака, надетого на водолазку, был настолько пропитан кровью, что она капала на пол, оставляя алые следы. Чонгука практически тащил на себе взъерошенный Намджун. Его костюм весь был изрешечен рваными дырами, и Тэхён понял, что он прикрывал Чонгука собой. От вида главы корпорации руки у Тэхёна онемели, а сердце заколотилось. Его охватил страх пополам со злостью. Он никак не ожидал, что Чонгук вернется раненым. К Тэхёну вдруг пришло осознание, что он мог вообще не вернуться. От мысли в голове что-то неприятно сжалось. Чонгук заметил его и слабо улыбнулся. — Ждал меня, сладкий? — несмотря на ранение, Чонгук оставался все таким же бесцеремонным. — Да ты! — Тэхён сжал кулаки. Как он мог шутить в такой момент? За спиной звякнул лифт и секундой спустя пентхаус заполонили медики, оттесняя Тэхёна на второй план. Они все скрылись в комнате мед обслуживания, захлопывая за собой дверь. Тэхён беспокойно вышагивал по открытому пространству лофта, долго стоял у панорамного окна, за которым медленно опускалась ночь. Наконец, он уселся на одном из угловых диванов недалеко от двери. Время близилось к полуночи, но он не мог идти спать, пока не удостоверится, что с Чонгуком все в порядке. До этого момента Чонгук казался ему несокрушимым. Тэхён и представить не мог, что на него могут напасть. Вспомнились слова Джина, что Чонгука постоянно пытались убить конкуренты. Тогда Тэхён не придал этому значения. Сейчас же, видеть Чонгука таким, ослабевшим и уязвимым, странно взволновало Тэхёна, затронуло внутри что-то, какие-то эмоции, о существовании которых он и не подозревал. В нем поднималась злость, что кто-то посягнул на его цель. Только у Тэхёна было право отнять у Чонгука жизнь — она принадлежала ему и только ему. Он не знал, с каких пор стал считать Чонгука своей собственностью, но почему-то внутри был твердо уверен в своей правоте. Он выбрал Чонгука изначально, даже не зная его, но и Чонгук выбрал его в ответ, когда решил приблизить к себе. Тэхён не хотел это признавать, но в глубине души чувствовал, что Чонгук в какой-то мере превратился в его смысл, маяк, светящий в ночи, разгоняющий темноту одним лишь своим существованием. В Тэхёне не осталось страха перед ним, только страх за него. Что он больше не увидит властного президента корпорации. Пока жив Тэхён, Чонгук тоже должен жить. И наоборот. Без Чонгука не было его цели. Без Чонгука не было самого Тэхёна, он с ужасом понял. Тэхён не знал, что думать. Он вспоминал все свои лишения, вспоминал брата и свои причины ненавидеть Чонгука. На время злость возвращалась, но так же быстро схлынывала. Тэхён устал. Он так сильно устал. Еще с подростковых лет, когда ему пришлось тянуть самого себя и Богома. Выживать, не зная зачем. Месть на время стала отсрочкой от периодически приходивших мыслей покончить со всем. Перед глазами вставало обескровленное лицо отца. Тот попал в стычку на улице и ему не смогли помочь поздно прибывшие медработники. Тэхён тогда клял последними словами врачей и полицейских наземья, спустя рукава выполнявших свою работу. Банальная бандитская разборка вылилась в крупную потасовку, в которой пострадало множество невинных жертв. Отец истек кровью, не дождавшись помощи, и Тэхён до сих пор не мог его простить за то, что он оставил его так рано. Оставил разбираться с внезапно свалившейся ответственностью, документами и платежами, практически без поддержки. Без крепкого плеча и теплого слова. Наконец, двери мед комнаты открылись и ее покинули медики с непроницаемыми лицами. Тэхён подошел ближе, как раз когда вышел Чонгук, самостоятельно и без поддержки. Целый и невредимый. Он все еще был бледен, без пиджака, а левый рукав водолазки был полностью срезан, обнажая руку и плечо, которое обхватывала бинтовая повязка. Даже не верилось, что еще несколько часов назад там была рваная рана, хлещущая кровью. — Ради такого стоило попасть под пулю. Сам Ким Тэхён меня ждет, — слабо улыбнулся Чонгук. — Рана несерьезная. Но мне приятно видеть, что ты переживаешь. — Не льсти себе, Чонгук, — Тэхён закатил глаза. Непонятно было, серьезно Чонгук говорил или опять дразнил его. Он понял, что выглядел как минимум глупо, дежуря под дверью. Конечно же, они не в наземье, и у Чонгука самые лучшие врачи. Почему Тэхён вообще так разволновался? Чонгук отправился в спальню, а Тэхён спустился к себе. Коридоры этажа в это время оказались пусты и слабо освещены. Он лег спать с беспокойным сердцем. Ему снился окровавленный Чонгук, смотрящий с болью в глазах, и пистолет в собственных дрожащих руках. На следующий день, когда Тэхён поднялся на смену, Чонгук был уже на ногах, как ни в чем не бывало. Все утро он проработал в кабинете, а во время обеда попросил Тэхёна сесть с ним за стол. Обычно Тэхён перекусывал на кухне или вообще ждал до вечера, чтобы спокойно поесть у себя. — Садись, ты совсем отощал, — поцокал языком Чонгук и жестом подозвал прислугу. Тэхён осторожно присел напротив Чонгука. Перед ним сразу же выставили тарелку и приборы. Он положил себе рис и медленно поднес палочки ко рту. Под пристальным взглядом Чонгука кусок не лез в горло. Тэхён все еще не понимал, что делать дальше и как теперь относиться к нему. — Поухаживай за мной, — Чонгук придвинул Тэхёну свою тарелку со стейком. — Плечо все еще болит. Чонгук сделал невинный вид, взмахивая ресницами. Тэхён до сих пор поражался, как у главы корпорации могут быть такие оленьи глаза. — В рот тебе тоже помочь положить? — спросил он и прикусил язык от собственной дерзости. — М-м, я не против, — Чонгук расплылся в хитрой улыбке. — Чонгук! — Ты сам предложил дать мне в рот. Обычно я таким не занимаюсь, но тебя бы не отказался попробовать на вкус. Тэхён густо покраснел. Ему хотелось схватить нож и замахнуться на Чонгука, но он только вздохнул и принялся нарезать мясо на мелкие кусочки. — Все, ешь свой стейк, — он вернул тарелку Чонгуку, при этом утаскивая палочками кусочек себе в рот. Почему-то хотелось улыбаться и Тэхён яростно давил эту улыбку, пряча глаза. Ранение никак не исправило Чонгука. Все такой же самоуверенный. Намджун кашлянул, и Тэхён понял, что совсем забыл о его присутствии, полностью поглощенный Чонгуком. Он уткнулся в свою тарелку и больше не поднимал головы за весь обед. * Юнги выслеживал Чимина. Если его вообще действительно звали Чимин. Ему были непонятны действия хакера, зачем он набросился на Юнги, словно всю жизнь мечтал быть оттраханным именно им. Юнги устал дрочить, каждый раз возбуждаясь от воспоминаний. У него еще ни с кем не было такого яркого бурного секса. Чимин отвечал всем его предпочтениям, и внешне, и темпераментом. Юнги решил, что не будет торопиться с убийством. Сначала вытрясет из него всю информацию. А еще лучше — поселит Чимина у себя, прикует к кровати, чтобы неповадно было взламывать чужие сервера, и каждый день будет выбивать из розоволосой головы всю дурь своим членом. Который, к слову, опять твердел — идея ему нравилась. Чонгук с Намджуном отправились в Китай на встречу с Ваном лаоши. После успешного контракта старик решил импортировать электронику Джей Кей Корп. В корпорации все осталось под контролем директоров и управляющих. Атаки на сервер тоже прекратились, словно Чимин прятался от него, заметая следы. Однако теперь Юнги знал, кого искать. Слишком долго Чимин играл с ним и водил вокруг пальца. Пора было с этим покончить. Юнги зарылся в статистику всех нападений, анализировал и сводил данные, пытаясь вычислить закономерность. После бессонной ночи и нескольких стаканов холодного американо, Юнги победно усмехнулся. У него был адрес. Скорей всего, очередная подставная квартира, но проверить стоило. Решив не терять времени, он собрался. Взял оружие, парализатор и пластиковые стяжки вместо наручников. Ехать решил на гравицикле, чтобы избежать пробок. Квартира находилась в верхнем ярусе, недалеко от центра. Он припарковался на крыше и спустился на нужный этаж. На дверь был установлен электронный замок последней модели — так просто не выбить. Пожав плечами, Юнги позвонил в звонок. Он ничего не терял. Ему открыл Чимин, сонный, весь какой-то мягкий, и в то же время неимоверно горячий в одних обтягивающих брифах. Юнги завис на нем, пожирая глазами идеальную внешность — руки тонкие, но рельефные, красивый изгиб плеч и выпирающие ключицы, темные крупные соски с колечком в одном и штангой в другом, плоский подтянутый живот. Он сглотнул. Весь план действий вылетел из головы. — Нашел мои подсказки? Я ждал тебя завтра, ты сработал быстрее, — мелодично произнес Чимин. Юнги приставил к его голове пистолет, но Чимин только невинно улыбнулся, сощурив глаза. Он повернулся спиной, проходя вглубь квартиры и приглашая за собой. У Юнги пересохло в горле. Спину Чимина украшала татуировка фаз луны — от шеи и вниз по позвоночнику. Его пышные ягодицы обтягивали брифы, и Юнги хотелось стиснуть их в ладонях, зарыться лицом, увидеть, как его член ляжет в ложбинку между ними. Чимин, казалось, совершенно не боялся и только призывно покачивал бедрами. В квартире-студии все шторы были задернуты, в центре стояла незаправленная кровать. Скорее всего, Юнги разбудил его. У дальней стены были оборудованы два стола с множеством мониторов и удобный стул, такой же, как у самого Юнги. На стене на интерактивную доску были выведены карты, графики, и фото конкурентов корпорации, включая Ли и Муна. — Так кто же ты, все-таки, хастлер или хакер? — спросил Юнги, разглядывая обстановку и отмечая детали. Он оказался прав, Чимин был не так прост. — Для тебя я могу быть кем угодно, Юнги-я, — с придыханием произнес Чимин. Юнги обернулся и увидел, что Чимин уже успел скинуть брифы и расположился на простынях с тюбиком смазки. Он широко расставил стройные ноги и массировал пальцами колечко мышц, обильно поливая лубрикантом. Следом он протолкнул в анус сразу два пальца, издав при этом слабый стон. Юнги не мог сопротивляться. Не хотел. Руки сами потянулись к пуговицам черной рубашки, расстегивая их рекордно быстро. Он не сводил глаз с открывавшегося перед глазами зрелища, не желая ничего пропустить. Чимин уже вовсю трахал себя пальцами, а второй рукой то играл с членом, то оттягивал яички, теребя пирсинг. Его стоны, хлюпанье смазки, то, как исчезали небольшие пальчики в его теле, как двигались все быстрей и быстрей, разрабатывая его для Юнги, заставляли кровь кипеть. Все здравые мысли и логика покинули его. Остался только Чимин, жар и похоть. Юнги скинул рубашку и брюки, на мгновение задумался, но пистолет тоже отправил сверху, он пока ему не понадобится. Член уже стоял как каменный, он возбудился практически мгновенно, что даже зашумело в голове. Юнги чувствовал себя опьяневшим и даже засомневался, нет ли в воздухе какого-нибудь газа-афродизиака, но нет, просто на него так влиял Чимин. Думать было сложно, так что он стянул с себя боксеры и перчатки, которые всегда надевал на задания. Как ни горячо в прошлый раз Чимин посасывал его пальцы, в этот раз Юнги хотел прямой контакт кожа к коже. Дотронуться до Чимина, ощутить нежность, мягкость и упругость. Чимин тихонько постанывал, он уперся пятками в кровать и приподнял бедра, насаживаясь на пальцы. — Юнги-я! — жарко прошептал он. Юнги забрался на кровать, нависая над Чимином сверху, и потер сфинктер парня, добавляя в него свой палец и еще сильнее растягивая тугой вход. Чимин захныкал и убрал свою ладошку. — У меня рука устала, — пожаловался он и протянул Юнги тюбик смазки. — Давай лучше ты. В его глазах плескалось желание. Юнги хмыкнул и поцеловал пухлые манящие губы, проводя по ним языком и проникая в рот. Чимин ответил жарко и сладко, позволяя Юнги все. Он плавился в его руках, растекался и открывался перед ним — мягкий и такой манящий. Юнги нанес на пальцы немного лубриканта и сразу тремя проник в покрасневший анус, сразу же надавливая ими в поисках простаты. Судя по реакции Чимина, он нашел ее практически сразу. Юнги покусывал нежную шею, пока Чимин стонал, отчего его голос становился все выше. Юнги добавил четвертый палец, продолжая быстро двигать ими. Он каждый раз нажимал на комок нервов, заставляя Чимина вскрикивать. — Ах, я сейчас кончу, — простонал он. — Презерватив? — спросил Юнги, уже сам на пределе. — Не хочу, — капризно замотал головой Чимин. — У шлюхи нет презервативов? — усмехнулся Юнги и Чимин больно укусил его за плечо. — Трахни меня уже. Юнги подчинился. Он почему-то был уверен, что Чимин чист. Он не походил на уличного хастлера, теперь, когда Юнги разглядел его ближе — холеную кожу, чистые незамутненные глаза, но и элитных шлюх не напоминал, те совсем другие. В любом случае, отныне Чимин будет принадлежать только ему. Юнги закинул гибкие ноги себе на плечи и плавным движением вошел в жаркое тело. Он охнул и замер. Он всегда раньше использовал защиту и не знал, что опыт настолько различался. Плотные стенки обхватывали член так влажно, что у Юнги закружилась голова от переизбытка ощущений. — Двигайся! — Чимин попытался двинуть бедрами вперед. — Подожди, — Юнги сжал основание члена, стараясь не кончить. Он представил отчеты аналитиков и другую работу, ждущую его. Когда немного отпустило, он вошел на всю длину, наслаждаясь, как Чимин сжимался вокруг него, как его анус обхватывал ствол. Юнги медлил, целовал шею и спустился ниже к соскам, в прошлый раз они были скрыты тканью черного топа, в этот раз он уделил им внимание, втягивая пирсинг в рот и дразня языком. У Чимина они были темные и крупные, совсем не похожие на его собственные. И, как оказалось, Чимин с ума сходил от их стимуляции. Его голова металась по подушке от каждого касания языка. — Юнги, — жалобно стонал он. Наконец, Юнги толкнулся в него, не в силах дольше тянуть, и сразу же набрал быстрый ритм, вбиваясь в желанное тело. Он знал, что долго не продержится, да и Чимин уже весь дрожал. Юнги попробовал сменить угол проникновения, опираясь коленями о кровать и двигая бедрами вверх, и Чимин взвизгнул. Юнги ухмыльнулся и продолжил частые резкие толчки прямо по простате. Поток стонов и ругательств из нежных губ Чимина не прекращался и Юнги опять поцеловал его, принимая каждый всхлип. Член Чимина влажно шлепался о его живот и оставлял на нем следы смазки. Упираясь одной ладонью для опоры, второй рукой Юнги потянулся к нему, сжимая и проводя большим пальцем по головке. Нескольких движений хватило, чтобы Чимин задрожал и, запрокидывая голову назад, кончил Юнги в кулак, орошая его теплой вязкой спермой. Юнги впился губами в открытую шею, вколачиваясь все сильней, и излился сам, пока анус Чимина судорожно сжимался, выдаивая его, принимая в себя семя. Они опять целовались. Юнги уже хотел подвинуться, чтобы не давить на Чимина своим весом, но тот запротестовал. — М-м, не вытаскивай. Юнги перевернул их, ложась на спину и устраивая Чимина на груди, его член все еще оставался в жарком влажном анусе, а сперма Чимина медленно склеивала их тела. — Еще лучше, чем в прошлый раз, — Чимин потерся носом о его шею и водил аккуратными пальцами по груди Юнги. Юнги перебирал розовые пряди шелковистых волос Чимина. В голове стало немного проясняться, туман возбуждения рассеивался, и Юнги вмиг посерьезнел. Он опять повелся на хакера, как малолетка. Юнги собрал запястья Чимина в захват, заводя за спину. — Теперь не сбежишь от меня. — Я и не собирался, — фыркнул Чимин. — Это ты пришел ко мне домой. Если ты еще не понял, я сам оставил тебе все подсказки, чтобы ты нашел меня. — Да, ты умный хакер, в свободное время любящий выставлять себя шлюхой. — Только для тебя, — с вызовом ответил Чимин. — Так захотелось со мной потрахаться, что ты взломал сервер корпорации? — Ты даже не представляешь, — улыбнулся Чимин. Раздражение махом схлынуло. Искренняя улыбка Чимина, вид его, покрасневшего и разморенного, с растрепанными волосами, засосами на шее от его, Юнги, губ и зубов, отвлекали от разговора и мешали думать. Чимин потянулся, устраиваясь поудобнее, словно его совершенно не смущала грубая хватка Юнги на его руках. — Ты поедешь со мной, — Юнги спихнул парня с себя. Его член выскользнул из разработанного ануса и Чимин обиженно зашипел. Юнги нагнулся к своей брошенной одежде и выудил из кармана пиджака нейлоновые стяжки. — Ты так и не понял, кто я? — Чимин нахмурился и уселся на кровати, скрестив ноги. Юнги все-таки обездвижил его руки, стягивая их и игнорируя надутые губы, чтобы избежать повторения прошлого раза, когда Чимин вколол ему снотворное. — А должен был? — спросил он, садясь обратно на кровать и опираясь спиной об изголовье. Он потянул на бедра одеяло, прикрывая пах. Чимин же совершенно не смущался. На его бедрах остались подтеки смазки и спермы Юнги, но он, казалось, не замечал. — Ты все еще носишь мой подарок. Я думал, он что-то значит для тебя, — тихо произнес Чимин. — Что? — не понял Юнги. Может, Чимин сумасшедший? — Перчатки, — кивком головы указал Чимин. — Что ты несешь? Их мне купил другой человек. Бывший глава безопасности хвалил Юнги за его успехи в программировании и на один из дней рождения преподнес ему новые кожаные перчатки. Он носил их до сих пор. Причем тут Чимин? — Их купил я, отец только передал, — Чимин прикусил губу, заметно погрустнев. — Отец? Хочешь сказать, ты сын господина Пака? — Юнги покачал головой. — Хватит врать. — Фото на столе, — фыркнул Чимин. — Сам посмотри. Юнги, не одеваясь, подошел к столу, заставленному кучей стаканчиков кофе и рамена. Он взял рамку и замер. На фото был он сам, лет четырнадцати на вид, с бывшим главой безопасности господином Паком и его сыном, мальчиком в очках. Юнги переводил взгляд с фото на Чимина, отыскивая схожие черты. — Ты… — прошептал Юнги. — Это все-таки ты. — Вспомнил теперь? — Я не узнал тебя, — Юнги до сих пор не мог поверить, что мальчик из его детства и есть Чимин. Но сомнений не было. То, что он вспомнил его, все намеки и даже пресловутые мандарины, все сошлось. — Это я уже понял. Я намекал тебе все это время. Я всегда думал, ты более сообразительный. — Зачем тебе все это? — Юнги развел руками. — Если ты сын господина Пака, то зачем? Я думал, ты давно мертв. Я не понимаю. Зачем было атаковать сервера? — А ты так уверен, что я их атаковал? Разве я сделал что-то, что повредило системе? Юнги задумался, по факту, действия Чимина только укрепили защиту. — Хочешь сказать, ты помогал мне все это время? — М-м, — Чимин улыбнулся. Юнги покачал головой. — Так что снимай с меня эту хрень. Я готов для второго захода, — Чимин вытянул руки и пошевелил растопыренными пальцами. Юнги вздохнул. Он снял стяжки с запястий Чимина и, не удержавшись, шлепнул его по ягодице. — За твои проделки тебя надо хорошенько наказать, Пак Чимин. Вот если бы я убил тебя, ты об этом думал? Даже сегодня, мог выстрелить, не разбираясь. Зачем ты вообще все это устроил? — Юнги чувствовал подступающую злость и страх, что он мог не понять, не поддаться соблазну и убить Чимина. — Иначе бы я не привлек твое внимание. Ты всегда был сосредоточен только на работе. А для меня это всегда был ты, Юнги-я. Чимин потерся о него, его член опять наливался кровью. — Все-таки я не верю, что ты вырос таким красивым засранцем, — пробормотал Юнги. Ответ Чимина потонул в новом поцелуе. Юнги не мог оторваться от него, от его сладких губ и жаждущего прикосновений тела. Он отзывался дрожью и стонами на каждое действие Юнги. Отдавался страстно и без остатка, словно и правда все эти годы ждал только его. Они провели двое суток в постели, выбираясь только в душ и перекусить. Юнги отключил телефон, решив, что пока Чонгук в Китае, его отсутствие будет не так заметно. Он заслужил небольшую передышку. Когда вернется, еще раз проверит слова Чимина на правду, но пока предпочел ни о чем не думать. С Чимином в руках думать было некогда.