Пекло

1775 год.

Питербург.

      «Хороших историй должно быть много» - именно так я считал и буду считать всегда, да и детей своих я тоже этому учу. Вот потому и рассказываю им всякие сказки из своей жизни, а жизнь у меня была интересная, весьма интересная… Да и сейчас не промах, на самом деле, только, вот, хворать начал, ну, это и к лучшему, на самом деле. Теперь больше времени могу уделять своему магазинчику шляп. Я вам разве не рассказывал? Я вот решил на старости своих оборотнеческих лет завести, так называемое, «место стабильного дохода», где создаю шляпы на заказ. Скажу сразу - стоит это не малых денег, всё же ручная работа, но уважаемые люди зачастую приходят ко мне и забирают по два, а то и по три изделия!       Вообще, один из моих любимых посетителей, это Илья Игоревич Лагутенко. Весьма импозантный и интересный "молодой человек". Ну, для меня молодой, простые смертные ужаснулись бы, узнав сколько ему лет.       Удивительная личность этот Илья. Весьма удивительная. Мы с ним хорошие коллеги. Я бы даже назвал нас друзьями, ведь бываю я в его поместье гораздо чаще многих других его знакомых. Да и занимаемся мы весьма дружескими делами: гуляем по близь лежащим к поместью местам, наблюдаем за охотой моих щенят, шутим, смеёмся, хотя я слышал, что Илья не из весельчаков, но тут я бы поспорил. Да, возможно, для многих его шутки могут показаться мерзкими и даже слишком жестокими, но, когда ты живешь на земле более двухсот лет, видел множество воин, болезней, убийств и казней, грань между жестокостью и человечностью стирается. Мне нравятся его забавы. Вы же слышали про Вету и остальных его детей? Ох, и забавная же была история! Я чуть от смеха не умер, когда услышал её! Да уж, не понимаю я этого младшего, Лёва который. Ну, как можно быть настолько нежным? Ума не приложу! Благо сейчас он изменился. Эта строгость ему к лицу, вдобавок и статус поддерживается. Совсем взрослый стал. Это хорошо. Очень хорошо. Надеюсь - больше таких глупостей не будет вытворять. Знаете, иногда мне кажется, что он меня побаивается, но, учитывая кто я и как я выгляжу… Не удивительно. Ведь знаете, у меня нет глаза, седые волосы и борода, я - глава оборотней, с огромным животом и изощрённым стилем в одежде. Возможно, пугаться меня - это нормально. Хотя, Илье нравится, как я выгляжу. Он иногда мне в подарок преподносит различные новые причудливые очки. Ох, как же я их люблю! За это ему отдельная благодарность, конечно.       Вообще, нас с Ильёй изначально связала работа. Точно не скажу какой это был год, но у меня уже около семидесяти лет не было глаза, на лице начали появляться паутинки морщин, а камни в перстнях на руках становились только больше. Это было в тот же год, когда меня назначили главным в кругу оборотней. Ну, знаете, когда тебе беспрекословно подчиняются не только твои дети-щенята, но и все оборотни в государстве. Как же прекрасно чувствовать себя главным, вы даже поверить себе не можете! Однако я старался выстроить весьма демократичные отношения с остальными оборотнями. Я не держал, да и не держу их в страхе, ну, в разумных пределах, конечно, чем могу помогаю, выслушиваю их жалобы, жертвую деньги, решаю проблемы. Оборотни любят меня и знаю, что я к ним питаю такие же нежные чувства. Конечно, без крови сейчас никуда, но всё же у оборотней она проливается гораздо реже, чем у тех же вампиров.       Эх, помню, как я, первый раз пришёл на собрание "нечисти", ну, тот совет, где собираются предводители всех рас, кроме людей, конечно, и решают важные вопросы. Ну и напугал же меня тогда Илья Игоревич! Ух!       Так вот, когда я пришёл туда сначала мне не обрадовались, все смотрели волком, молчали, вообще на меня внимания не обращали! Благо потом разговорились и совместно решили все важные вопросы. Уже и не помню точно, о чём мы там говорили, но помню, что разошлись мы спустя часа четыре от начала, а когда всё это мероприятие подошло к концу, и я уже собирался уходить, взял свой вышитый золотыми нитками изумрудный пиджак, поклонился хозяину поместья, Илье Игоревичу, а он вдруг попросил меня остаться. Вот тогда-то я и перепугался, напрягся, развернулся на каблуках своих новеньких сапог и сделал пару шагов в глубь комнаты. Ох, какие же эти сапоги были красивые: коричневые, с добротной строчкой, очень любил я их, да жаль совсем износились. Я подошёл к старшему из вампиров, а страх брал неимоверный. Это сейчас мы с ним хорошие друзья, а тогда у нас с ним была лишь пара личных встреч и множество сплетен о его жестокости и странному влечению к опытам над различными существами. Как вспомню, дрожь по спине идёт.       — Присядьте, Борис Борисович, — холодным, пробивающим до костей голосом проговорил он. Конечно, я сразу же сел на тот же диван, откуда пару минут назад и встал.       — Вы что-то хотели, Илья Игоревич? — Мне кажется, голос мой в тот момент дрожал, как у людишек перед смертью, хотя, при Илье, это неудивительно.       — Я хотел попросить Вас о некой… услуге.       — Превнимательно Вас слушаю.       — Знаете... У нас в одном из соседних имений появился, так сказать, Губернатор: пренеприятнейший вампир, весьма заносчивый, лезет, куда не следует... Я слышал, что у вас, у оборотней, есть обычай, вроде совместной охоты. Подскажите, многоуважаемый Борис Борисович, не хотели бы Вы исследовать со своими щенками новое место охоты? Бывают же такие "ошибки"...       — Я, конечно, не против, многоуважаемый Илья Игоревич, но, раз уж это сделка, хотелось бы знать, что я получу взамен за такую услугу?       — Моё к Вам уважение и, если так можно сказать, покровительство, — Это «покровительство» - одно из любимейших слово высокопоставленных вампиров. Илья редко его использует, уж слишком он гордый, а вот от других ему подобных я частенько его слышал. — Хотя нет, это слово слишком грубо в Вашу сторону. Мою поддержку. Она Вам, как никогда, необходима для того, чтобы продержаться на своём посте больше, чем могло быть положено… — Илья, знаете, такой "человек", он вроде и не принуждает, делать что-либо, но высказывается почти с прямой угрозой, такой, коей неподчиниться невозможно. — Моё к Вам уважение. Вам сейчас, как никогда, нужно укрепиться в высшем обществе и без меня вам этого не сделать.       Конечно, как вы понимаете, отказать я, своему любимому сейчас и не очень тогда, Илье не смог. На том мы с ним и порешили. Я "устраняю" этого не пойми откуда взявшегося Губернатора, а Илья Игоревич заявляет обо мне весточку в высшем свете. Замечательный план, надёжный, как швейцарские часы.       К охоте я начал готовиться сразу же по возвращении домой. Помню, как меня встретила орава ребят: все мои, все любимые. У меня много детей, весьма много, если учитывать не кровных. Я, своего рода, многодетный отец, как и все оборотни, на самом деле. Самым удачным и любимым сыночком для меня всегда был Глебушка. Я считал, что именно он впитал лучшие мои качества в свою натуру, стал моей маленькой копией и именно ему придётся занять моё место в высшем обществе в нужное время. Эх, люблю размышлять про время, ведь это такая непонятная, рассыпчатая субстанция, растягивающая и сжимающаяся именно тогда, когда хочет само. Каждому существу отмерен определенный срок, который неумолимое время каждую секунду убавляет в своих закостенелых, морщинистых руках… Да, каждую секунду. Ведь и я могу в скором времени умереть. Я уже далеко не молодой оборотень, мне уже давно не сто и не двести лет, я просто хочу спокойствия и жизни среди близких мне людей, творящих аморальные вещи. Кстати, об аморальности:       Охоту на Губернатора я назначил в ночь на Ивана Купала, ровно через неделю, после того разговора с Ильёй, символичное и красивое событие. Прекрасная ночь для смерти не лучших людей, ну, или практически людей. Совместная охота очень важна для подрастающих оборотней, щенят, если быть точнее. Именно там они учатся выживанию и различным приёмам боя, которым бы не обучить в стенах поместий.       Щенков выводят на охоту с весьма юного возраста, такому, когда ребёнок уже отлипает от маминой юбки и начинает самостоятельно познавать мир за стенами родного дома.       Именно к такому возрасту подходил Глебушка во время истории с Губернатором. Я сразу смекнул, что его нужно брать с собой, показать настоящую охоту и стать для него примером. Важная вещь в жизни каждого щенка - эта охота. Помню, как мы с моим отцом ходили на неё. Тогда был я, батюшка, мой брат Алексей и ещё около пяти юных волчат. Мы в ту ночь вошли в лес и обнаружили группку лесных разбойников, разорвали их на мелкие кусочки, а добычу съели на месте. Ох, и хорошее же было время! Помню, что смог даже убить парочку из этих разбойников. Очень весело было. Очень.       Так вот, возвращаюсь к нашей истории. Несколько дней сборов на охоту на Губернатора прошли, как одно мгновение. Я получил от Ильи Игоревича конверт с информацией об имени вампира и названии поселения, в котором он заправлял, а также в качестве подарка фотографию того самого мужчины: седая борода и темные волосы по самые плечи, глаза были такие… Тёмные, глубокие в них даже с фотографии чувствовалась злость, обида и некая наигранная несправедливость проявленная к нему миром, будто его все и вся обидели на этой планете и он остался одиноким и гордым бойцом. Не люблю таких личностей. Мир никогда и никого не обижает, главное уметь вовремя выкрутиться, чего многие на самом деле не делают. С обратной стороны портрет, кстати, было продублировано его имя: Вячеслав Геннадьевич Бутусов. Красивый внешне, зараза, но душой сразу видно, что с гнильцой, хотя, бóльшая часть вампиров именно такая. Здесь нечему удивляться.       Мы отправились в небольшую деревню под Петрополем. Почему именно туда? Ответ очень прост: этот Бутусов был Губернатором одной из окраин… Или краёв тех мест, не помню точно, как называлось то поселение. Моя разведка, состояла из парочки хороших знакомых может знаете их Титов и Геккель; замечательные друзья, преданные, верные, очень хорошие. Они, как и я, любят путешествовать по миру и по добрым стечениям обстоятельств именно в это время были неподалёку от владений Губернатора. Ну, я их подключил, они мне всё разнюхали, разведали и сообщили, что в ночь на Ивана Купала Бутусов будет в небольшом поселении Гатчина.       Рассказывать, как мы добирались до этой деревеньки, я не очень хочу, но про саму битву с удовольствием расскажу:       Мы вошли в поселение ночью. Было около часу после полночи. Это было то самое время, когда меньше всего ожидаешь нападения: идёт праздник, девушки в длинных белых платьях плетут венки, водят хороводы, отважные юноши прыгают через горящий костёр - самая расслабленная и непринужденная атмосфера. Именно в такие моменты и стоит нападать настоящим охотникам. Нас было не столь много, как вы могли бы себе представить (не более четырёх взрослых особей, включая меня, и трое малышей, Глеб и пара его друзей: Макс и Феликс, если мне не изменяет память) Много нас, волков, в таких делах и не нужно: взрослый, сильный оборотень вполне спокойно может справиться с толпой из десяти, а то и двенадцати людей в одиночку. А детей в таких вылазках необходимо подталкивать к бою, но всё же присматривать за ними, чтобы, не дай Господь Бог, с ними случилось что-то серьёзное.       Мы сразу обозначили в планах, что простых, мирных жителей мы не убиваем, максимум, что можем, так это сильно покалечить, но и на то расчёта изначально не было. Лишь слегка попугать, возможно, слегка попортить фасады их домишек, всё равно в панике не будет понятно кто именно разбил окно в здании: обезумевший прохожий, сбегающий с главной площади или всё же оборотень.       Вошли мы в поселение громко, феерично. Помню, один из приближенных ко мне оборотней, отправившийся с нами на охоту, решил для устрашения взять с собой факел, всё размахивал им, когда был в человеческом обличие, а после приказа превращаться выронил его, не потушив. Пламя вспыхнуло моментально, оно перебросилось с травы по канатам на крыши домов, с одной лачужки на другую, кострища полыхал знатных. Вот тебе, матушка, и Ивана Купала. Люди бежали в ужасе. Женщины кричали и спасали детей, пожитки, просили мужчин уходить в леса, они-то не знали, что мы пришли лишь за Губернатором. Конечно, на нас кинулись с вилами и топорами, мол «убить нечисть», мы зла не желали, приказа на смертные бои никто не давал, да и не дал бы, однако кровь пролилась с обеих сторон. Одного из волчат серьезно ранили. Вроде, это был Максим. В него какой-то крестьянин кинул топор или что-то наподобие. Оружие не поразило органы, но оставило на теле парня серьезные следы. Да… Если бы не Глеб, вовремя наскочившего на этого простолюдина, возможно Максимка бы совсем умер. А так, вот! До сих пор скачет! Весёлый же паренёк, да глаза грустные… Ну, ничего, это у оборотней случается, да и у людей я слышал тоже.       Всю работу с паникой и толпой я оставил на своих ребят. Если не учитывать пожар и нескольких убитых людей, они действовали по плану: от оружий в руках мужчин укрывались, самый агрессивных во время усмиряли и истощали. Дрались достойно, даже щенята меня порадовали. Хорошо бой вели, грамотно. Любо дорого смотреть было, однако мне наблюдать за происходящим приходилось не долго; действовать нужно было быстро: найти Губернатора, если у него есть стража, то устранить её, а после избавиться и от самого Вячеслава Геннадьевича. Убить мне его хотелось самому, щенкам такого показывать не стоит, а вот одно из взрослых оборотней я взял с собой. Как сейчас помню, что это был Твинк. Забавный парень, весёлый такой, жаль судьба грустная: скончался он через неделю после всей этой заварушки, я так и не понял это было от ран, полученных в бою или от хвори, которой он болел. Однако при жизни дрался он восхитительно. Именно его можно ставить в пример, как одно из лучших бойцов среди оборотней: хитрый, ловкий, всегда действовал наверняка и брал смекалкой. Уж не знаю я, как он смог обхитрить тех вампиров, что стояли на страже Губернатора в ту ночь, но путь мне открылся спустя пять или семь минут с того момента, как мы трусцой подошли к воротам поместья Бутусова.       В залу вошёл я один. Твинк оставался стоять на стороже, не подпуская к зданию нежданных гостей. Войдя, я первым делом огляделся по сторонам: пусть дом был и небольшой, лишь в два этажа и семь комнат, в апартаментах стояла назойливая и звенящая тишина. Такая, которая априори не должна быть при обстоятельствах, происходящих на улице. Мысль про то, что это всё ловушка проскочила у меня в голове с первых же минут, однако если эта "ловушка" приведёт меня к цели, то пусть так и будет. Я вообще привык доверять случаю, и тот раз был не исключением.       Одна из особенностей оборотней - невероятно хорошее чутьё. Пусть изначально и казалось, что в доме пусто: запахи пота, крови и определенных ноток вампирских особо слышался по всему поместью. Самый яркий и самый противный вёл в подвал, остальные же тоненькими нитками расходились по всему дому, путаясь и сцепляясь воедино. Губернатор явно был не один.       На самом деле, в тот момент я лишь понадеялся на удачу. Верил, что Твинк додумается войти во внутрь и проверить обстановку, конечно, я отдавал приказ и остальным оборотням, после окончания суеты на улице, подходить к губернаторскому дому, но та заварушка с пепелищем могла затянуться на долго, а времени медлить не было совсем. Я просто верил, что никто мне не выстрелит в спину серебряной пулей и никто не воткнет в толстый пушистый мех нож, ведь этот ядовитый металл губителен не только для вампиров, но и для многих тварей, подобных мне и другим тварям.       В отсыревшем, тусклом помещении ярко слышался запах притаившегося вампира. Так всё и было. Губернатор напал со спины, резко делая надрез около правой лопатки. Он получился не глубокий, я успел выкрутиться и нанести хозяину поместья пару ударов. После напал на меня он, повалил и вновь достал свой серебряный нож, я столкнул его с себя задними лапами. Поверьте, чтобы провернуть такое нужно потратить немало сил; вампиры - сильные заразы. Он отлетел в сторону, но будто совсем не истощился в процессе драки; тогда я сделал пару финтов и, грамотно рассчитав расстояние оцарапал его лицо. Ну и кровищи же тогда было! Вон, у меня до сих пор на лопатке и правой руке от его ножа шрамы остались. Жуть! Так вот, на самом деле весь бой я помню, как один сплошной и очень красивый танец. Да, Бутусов по силам не сравниться с тем же Ильёй, однако Губернатор был не из слабых вампиров. По словам Твинка бой длился свыше получаса; за это время он сумел разобраться с несколькими стражниками, но он так мне и не рассказал то были люди или же вампиры, хотя роли особой это не играет. Главное, что спустя те злосчастные тридцать минут я смог сбить хозяина поместья с ног, вернуться в человеческие вид и выхватить у него серебряный нож.       — Из центра, Губернатор, пришёл приказ скормить тебя волкам, — бал закончился для Вячеслава быстро, а брошенная мной фраза звоном отдалась толи в его, толи в моих ушах. На моём лице тогда заиграла предовольнейшая улыбка, рука умело перерезала горло Губернатору серебряным клинком. Красиво, поэтично. Никогда не думал, что оборотни могут убивать именно так: на полу в подвале, кинжалом и так ровно. Звучит, как написанная фантастика, однако это всё было на самом деле. Я лично это делал, уж поверьте мне. Я никогда не вру.       Ну, что ж! Паника в поселении утихла лишь к рассвету. На утро мы отнесли тела убитых в лес и сожгли дотла. Конечно, возможно, ими можно было бы и замечательно перекусить, однако вампирская плоть просто отвратительна на вкус. Никому и никогда не советую её пробовать.       В скором времени мы вернулись в родные края и я, оправившись, первым же делом отправился к Илье Игоревичу. Раскланявшись, я сразу начал рассказывать про происходящее: кровь, пожарище, Ивана Купала; однако он слушать не стал. Илье всегда нужны факты и доказательства, а не слова, пусть даже такие эмоциональные, как у меня. Естественно, я это понимал ещё в поместье Бутусова, потому сразу после его гибели забрал себе серебряный нож и заодно взял фамильный перстень Губернатора, в знак того, что гибель постигла его раньше, чем он смог передать кольцо своему наследнику, если у него он, конечно, был.       Илья утвердительно кивнул на предоставленные доказательства и своё слово сдержал, выполнив в следующие несколько лет свою часть услуги: познакомил с важными людьми, представил подобающе. Теперь меня вся знают и любят. Я - одна из важнейших персон в государстве, но на самом деле это всё меркнет с фактом того, что я с гордостью теперь могу называть Илью Игоревича Лагутенко своим самым близким и дорогим другом.