Мы ведь команда Вольтрона...

Слёзы непроизвольно скатились по моим щекам. Я всеми силами пытался сдерживаться, дабы не разрыдаться как Рома вчера, но ничего не вышло. В этот момент, как назло, в мою комнату вбежала Оля и застала меня в таком состоянии. — Тош, а ты чего плачешь? — Н-ничего, Оль. Всё нормально… — Ты с тем мальчиком Ромой поссорился? Не знаю, как моей маленькой сестрёнке пришла в голову такая мысль, но она частично была права. Мне придётся с ним поссориться, ведь наши родители никаким образом не должны узнать о нас. — Нет. Всё хорошо. Пойдём завтракать. Она засияла, словно лучик солнца, и мы пошли на кухню. Мысли о Роме не давали мне покоя. Сегодня начинается моя игра…

***

Я зашёл в свой класс и сел за парту, дожидаясь звонка. Но, стоило мне чуть прикрыть глаза, как я увидел идущего ко мне Ромку. Пульс участился, и я весь съёжился в надежде, что он пройдёт мимо. Но этого не произошло. В этот момент на меня смотрела Катька и улыбалась. Она злорадствовала… — Привет, Тоха. Парень сел рядом со мной. Я же выставил руки перед собой, согнув их в локтях, и положил на них голову, отвернувшись от Пятифанова. Мне было стыдно за то, что я делаю, но нельзя было идти против Кати. Мне хотелось умереть. Я впервые действительно полюбил кого-то… Но сейчас я вынужден снова остаться одному. Уж лучше я буду изгоем класса. Буду приходить каждый день в школу и смотреть на счастливого Рому, который наконец нашёл своё счастье, а не разочарование… Который счастлив с тем, кто с ним, а не счастлив с тем, кому приходится его избегать. Пусть лучше я останусь один, но подарю Пятифанову долгую и весёлую жизнь, полную радости и неожиданных событий, и он не будет тухнуть рядом со мной, пока я тяну его на дно своего болота. Я вернулся в реальность и вновь услышал голос Ромы. — Ты чего? Игнорить меня решил что ль? Или ты из-за вчерашнего на меня дуешься? Прошу, Рома. Дай мне свой нож-бабочку, и я лично перережу себе горло, чтобы избавиться от этих несусветных страданий. А ведь всё только налаживаться стало… — Земля вызывает Петрова! — сказал вдруг он. Я бы сейчас улыбнулся, но не хватает радости. Осталось только сплошное разочарование, каким я и являюсь. Катька Смирнова всё так же глазела на меня. Из-под ног начала уходить земля, и я словно вот-вот потеряю сознание. По щеке скатилась слеза. Катя, увидев это, громко расхохоталась, а я просто хотел остаться наедине с самим собой, и чтобы никто не мучал меня. Прости, Рома… Глаза неумолимо щипало, и я зажмурился, выжал оставшиеся слёзы из глаз. Рома перестал добиваться ответа: просто встал и ушёл. Я понимаю его, но вот если бы он только знал… Знал, на что я вообще иду и ради чего.

***

После уроков я незамедлительно пошёл домой, не сходив даже в школьный туалет. Я надеялся быстро пробежать вперёд, чтобы Ромка с Бяшей меня не увидели, но промахнулся… Они вдвоём стояли возле школы, опираясь на её бетонную стену, и курили. Как только я их заметил, сердце сразу ушло в пятки. Я ускорил шаг, понадеявшись, что Пятифан не погонится за мной. Но спустя всего пару секунд я ощутил на своём плече прикосновение. Блять… — Тох, ты чего так торопишься-то? Игнорируешь меня весь день… Что-то случилось? Ты только скажи. Я хотел сесть на землю и разрыдаться, словно маленький ребёнок, у которого умерли родители. Просто разреветься и уткнуться лицом в Ромкину кожанку. Чтобы он гладил меня, целовал хоть днями напролёт… Я был готов согласиться на всё, лишь бы не терять друга. Но выходит так, что я теряю его, чтобы не потерять… Звучит глупо, соглашусь. Но это правда, увы… Я хотел открыть рот и сказать что-нибудь внятное Пятифанову, но ни звука не издал. От моего друга несло табаком. Я сделал вдох, и этот запах впечатался мне в сознание. Как и тогда, на перемене, земля начала уходить у меня из-под ног. В глазах всё поплыло, и я, казалось, начал задыхаться. Очень размыто, но я всё же увидел, как Рома выбросил сигару, а потом спросил: — С тобой всё в порядке? Я спрашиваю: «Почему ты меня игнорируешь?» Я вновь попытался что-то сказать, но будто проглотил язык и толком не видел ничего дальше своего носа. А когда всё пришло в норму, я наконец смог выдавить из себя хрип. Я собрался с мыслями и ответил Роме: — Мы… Н-нам не следует общаться друг с другом. Прости. — Чего? В смысле? За спиной Пятифана я увидел Смирнову. Блять… Только этого не хватало. — И-извини. Пойми меня. Я положил руку ему на плечо и поспешил удалиться. Мне так хотелось развернуться и добавить что-то вроде «это ещё не конец!» или «мы ещё увидимся», но было уже поздно.

***

Катя следила за мной постоянно. Она проводила меня практически до самого дома. В школе она открыто пялилась на меня, словно пыталась поймать мой взгляд на себе, как влюблённая девчонка. Какой бред… Мне уже страшно жить. Чувство, что за мной постоянно следят. В школе ощущаю себя максимально некомфортно. На каждом уроке, стоит учителю вызвать меня к доске, мой взгляд неосознанно падает на Рому… Ничего не могу с этим поделать. Когда он замечает это, то сразу же корчит такую рожу, словно сейчас блеванёт. Так горько на душе и противно от самого себя, ведь это всё из-за меня. Угораздило мне тогда познакомиться с этой драной лисой… Теперь она угрожает мне. Подослала ко мне какую-то грёбаную одноклассницу, будь она проклята! Мне теперь и вздохнуть страшно. Постоянно чувствую чьё-то присутствие. Прошло уже несколько недель. Но в какой-то момент Катю я в школе видеть перестал. Она словно исчезла. Странно…

***

Когда я пришёл домой после школы, то сразу сел за уроки. Оля в своей комнате смотрела мультики, из-за которых я порой не мог сосредоточиться. Обстановка была так себе. Как вдруг в дверь постучали. С первого этажа донёсся крик мамы: — Антон! Опять к тебе гости пришли? — Сейчас открою, мам! Перед глазами сразу всплыл образ Ромы… Я мигом спустился вниз и, подойдя ко входной двери, быстрым и резким движением распахнул её. Там стоял Бяша. — Ну привет, Тошик. — П-привет, Бяша… А ты чего тут… забыл? — Я? Спросить хотел. Ты чё Ромку нашего обижаешь-то, на? Он знаешь какой расстроенный ходит? Постоянно мне о тебе базарит. Говорит, что любил там, все дела, на. Чё у тя случилось-то? Я замялся… Не вариант было говорить всё, как есть. Но, если честно, я уже устал врать. — На это у меня есть свои причины. Если это всё, то можешь идти. — «У меня на это свои причины», бе-бе-бе. Ты чё, самый борзый тут, на? Если нашёл себе бабу какую, то так и скажи! — Да никого я себе не нашёл! Я сердито захлопнул перед лицом бывшего друга дверь. Отныне они мне больше никто… Но я безумно буду скучать и скучаю 24/7 по нашим совместным вечерам и прогулкам. Скучаю по тем временам, когда собирались все втроём у кого-нибудь дома и тусили до самого вечера. Как эти двое заставляли меня краснеть от смущения, смеяться до неприятных покалываний в животе и плакать, вспоминая грустные моменты из жизни… Я готов был душу продать за то, чтобы хотя бы на день вернуть всё это. Вернуться в те моменты и насладиться жизнью, а не страдать от депрессии, как сейчас. Родители не понимают меня. Не понимают моих желаний о том, чтобы просто остаться дома. Не понимают в принципе моих проблем. Это и не удивительно… Вместо того, чтобы спросить у собственного сына, что же у него случилось, им проще обвинить в этом его самого. Вместо того, чтобы отвести ребёнка к психологу, они говорят, что я просто у них дурной, и всё это мои проблемы, а не их. Что со мной не так…?

***

У нас закончился последний урок. Я оделся и поплёлся к выходу из школы. Слёзы струились из моих глаз. Учительница опозорила меня перед всем классом. Рома смеялся вместе с остальными, но… По нему было видно, что он делает это через силу. Словно его подменили. Будто заставили смеяться, потому что так нужно. Я понимаю его… Я заслуженно стал объектом насмешек, а он не хочет стать таким же посмешищем просто из-за того, что любит меня. Но всё равно обидно. Прямо у выхода я столкнулся с самим Пятифановым. Слёзы настолько затмили мои глаза, что я ничего почти не видел. Врезавшись в него, я поднял на него глаза. Когда Рома увидел, что я плачу, его зрачки заметно расширились, как и всегда. Он словно хотел было пожалеть меня, но его лицо резко поменялось. Теперь оно выражал только злость. — Чё, широкий что ли? — буркнул Ромка. — Нет. Одинокий на хуй. — обиженно ответил я и вышел на улицу. Думаю, он ещё долго будет вспоминать этот момент… Я уже направлялся к воротам, как вдруг ко мне подбежала Катька. Откуда она взялась??? Её ж не было сегодня… — Антон! Антон, помоги, пожалуйста!.. Я не знаю что со мной… Меня… Меня словно прокляли! Будто внутри сидит она… и управляет мною. Сама решает кому и что говорить. Когда меня отпустило, я сразу сюда побежала. Мне никто не поверит… Прошу! — Так, Кать. Спокойно. — Мне угрожают! Она угрожала мне. — Кто она? Кто тебе угрожал? Успокойся. Я сразу подумал на Полину или… Нет, глупости. Я даже представить не могу, кто это может быть. Мне просто казалось, что у Катьки какие-то проблемы с головой, вот она и несёт чушь всякую. С чего бы кому-то ей угрожать? Я, конечно, говорил, мол, «будь она проклята», но это всё ерунда. — Я… она запретила мне говорить. Только помоги, прошу! Пожалуйста, Антон… — Извини, но я не могу помочь тебе, если не знаю, кто тебе там угрожает. Возможно, я покажусь бессердечным уродом, но мне сейчас было вообще не до Смирновой. Моё состояние апатии просто убивает меня… Да, круто, что она снова появилась, но что это даёт мне? Хоть какой-то покой на время был от неё, а сейчас опять будет сплошная слежка. Я не придал её словам особого смысла и, проигнорировав её просьбу, ушёл домой. Пускай помучается, раз уж заставила меня сделать такой сложный выбор.

***

После того дня Катя стала реже появляться в школе, но когда она была, я всё так же ловил на себе её пристальный взгляд и ехидную улыбку. Но во взгляде виднелась крупица страха, которую она так тщательно пыталась скрыть. У неё плохо получалось. Лилия Павловна тоже стала какой-то рассеянной и пугливой. Не знаю, что происходит с моим классом… Но я рад видеть, как Рома и Бяша счастливы вместе. Они всё так же курят за школой, гуляют вместе, отбирают вещи у учеников и строят из себя опасных. Как и тогда… Они действительно лучшие друзья. Мне правда на душе становится тепло, когда вижу этих двоих вместе. Но и слёзы мои тоже никуда не уходят. Хочется разрыдаться каждый раз, как я понимаю, что Ромку мне не вернуть… Дай Бог, чтобы с ним ничего не случилось. Да и с Бяшей тоже. Но какими бы счастливыми они не выглядели, я прекрасно вижу, что и Бяша, и Рома страдают. Страдают без меня… За время нашей дружбы они очень привязались ко мне. Что уж говорить о Ромке… Без меня их дружба не приносит столько счастья и удовольствия, сколько приносила со мной. Но я всё равно рад, что они и без меня справляются. Мои родители стали ссориться ещё больше. Мамины приступы происходят всё чаще и чаще, а Оля уже, бедная, устала плакать каждый раз, когда слышит крики дома. А я устал буквально от всего. Не знаю даже, что мне сделать, чтобы прекратился весь этот ужас… Кого я в этом виню? Не знаю. Хочется обвинять в этом всех подряд…