Мы ведь команда Вольтрона...

Звери ходили вокруг меня, продолжая смеяться и рычать. Я уже приготовился умирать, как вдруг… услышал голос отца. — Антон! Его шаги приближались. Он шикал на животных, пытаясь отогнать их от меня. Сова вдруг превратилась в обыкновенную птицу и за считанные секунды взмыла в небо, а остальные звери тут же бросились бежать. Я был в таком шоке, что не сразу осознал, что папа тащит меня обратно в дом. Когда я пришёл в себя, отец дал мне кружку горячего чая и спросил: — Ты что в такое время на улице забыл, а? Отвечай. — Я это… ну… Я отчаянно пытался придумать какую-нибудь отмазку, но ничего не получалось. Папа огорчённо вздохнул и опустил голову вниз со словами: — Ладно, сын. Ложись спать. Завтра рано вставать. Он ласково похлопал мне по плечу и вышел из кухни. Я поднялся в свою комнату и лёг в кровать. Меня накрыли воспоминания. Я вспоминал, как мы лежали на этой кровати с Ромкой в обнимку, как целовались, болтали обо всём. Хотелось плакать, но я, казалось, уже выплакал все слёзы, которые только мог. Рома… Мой милый Рома… Если бы я только мог повернуть время вспять… Но теперь уже поздно. Алиса не оставила мне ни единого шанса на счастливую жизнь. Кто знает, сколько времени я проведу в интернате.

***

Утро у меня было не очень добрым. Я вспомнил, что не собрал чемодан с вещами. Пришлось быстро собраться, чтобы отец не узнал. Вещи, блокнот с карандашами для рисования, магнитофон и фотоаппарат, который мне подогнал Ромка. Точнее я его у него выиграл. К фотику я положил и фотографии, которые мы с Пятифановым делали, когда гуляли. Грустно вспоминать все те моменты… И вот чемодан собран. Пытаюсь его закрыть, как вдруг мне на глаза попадается один из моих рисунков, под которым лежало ещё несколько. Я мысленно отговариваю себя, но не сдерживаюсь и беру их в руки. Рома… Я так любил его рисовать в свободное время… Здесь он сидит за партой, тут он в своей кожанке за школой, а тут… плачет… Как и я плакал бы сейчас, если бы не услышал звонкий голос отца. Папа направлялся в мою комнату. — Антон! Ты чё там так долго копаешься, договорились же! Я тебя убью, если узнаю, что ты ещё спишь. Я мигом сложил все рисунки обратно и закрыл чемодан. Папа вошёл ко мне и уставился на меня с недовольным лицом. — Готов? Мы скоро выходим. — Д-да, готов… Как вдруг в голове отца как-будто что-то щёлкнуло. Он подошёл ко мне и похлопал по плечу. — Крепись, сынок. Я знаю, ты у меня славный парень. Разберёшься там. На глаза наворачивались слёзы. Было тяжело осознавать, что я покидаю родной дом и… не менее родного Рому. — Не плачь, Антон. Я думаю, мама бы не хотела, чтобы ты расстраивался… — А ты?.. — А я… Да, я тоже не должен. — …Почему ты так поступаешь со мной? Что я такого сделал? Отец виновато опустил голову, не зная, что ответить. Думаю, он понял свою ошибку, но и я тоже должен понять его… — Забыл спросить. Сынок, ты не хочешь пригласить к себе своих… друзей? Попрощаться с кем-нибудь там… — Да если б они у меня только были, пап. — Ну к тебе ж раньше приходил мальчуган один. Ромой звать, что ли. — Мы больше не дружим. — А чего так? Обидел тебя, а? Или ты его? — Нет, пап… Так получилось просто. От мыслей о Роме становилось только хуже. Я всё ещё не мог принять то, что настолько сильно ошибся. Хотелось промотать время вперёд, когда я уже вернусь сюда, чтобы нормально поговорить с Пятифановым… — Ладно. Пойдём.

***

Мы с папой стоим на платформе и ждём прибытия поезда. Вокруг нас куча таких же детей. Они все примерно моего возраста, но есть и помладше, и постарше, конечно. Где-то вдалеке мама ведёт свою пятилетнюю дочку за руку в сторону скамьи. В трёх метрах от нас совсем маленький мальчик на руках у своей бабушки. А вот прямо перед нами прошла шестнадцатилетняя девушка с большой сумкой на руках. И они все поедут со мной… Интересно, кто окажется моими соседями? — О! А вот и твой поезд, сынок. Послышался свист приближающегося транспорта. Большой и массивный состав прибыл на станцию. Двери открываются, и толпы людей начинают смешиваться, толкаться и превращаются в конце концов в одно большое непроходимое месево. — Ну, удачи. Хах… Звучало довольно иронично. Папа положил руку мне на плечо. Я вспомнил об Оле… Как она там сейчас…? Когда мы уходили, она обняла меня так крепко… Видно, что не хотела меня отпускать. С небес на землю меня опустил внезапный голос проводника, что спрашивал у нас билет. Отец мягко мне улыбнулся и подтолкнул вперёд. Теперь я смотрел в лицо довольно дружелюбному мужчине в деловом костюме. Я протянул ему свой билет. — Ага, прекрасно! Хорошей вам поездки, молодой человек. Я улыбнулся ему в ответ и полез в поезд. Напоследок обернулся и взглянул на папу. Он плакал. Я помахал ему рукой и пошёл между рядами. «Спокойно, не нужно расстраиваться, Антон. Привыкай.» — Так, вроде оно. Место 45. — сказал я вслух, подходя к нужному месту. Со мной, как оказалось, едут ещё два человека. Это была милейшая на вид бабушка и не менее милый и доброжелательный дедушка. Как только я подошёл к ним, они сразу перевели взгляд на меня и радушно улыбнулись. — Ой, сынок, ты к нам? Садись, конечно. У тебя какое место? — С-сорок пять… Верхняя полка справа. — Ну да, конечно. Вот, проходи. Пенсионеры подвинулись, чтобы я мог положить свой чемодан. — Ну, раз уж мы вместе едем, милок, рассказывай! Куда направляешься? — В интернат… — робко ответил я. — Таак! А ну-каии. В какой такой интернат? — я внутренне усмехнулся от того, насколько смешной была интонация произнесённых ею слов. — Аа… ну… — Не имени Колмогорова случайно? — Д-да, его, вроде… А что? — Ой, мальчик мой! Тебе так повезло. Первый раз едешь в интернат? — Да. — Представляешь, там учится наш внук с Володей. — Женщина указала на своего мужа, что сидел напротив неё. — Здорово. — смущённо ответил я. — Ты не переживай. Мы там уже много раз были. Садись сюда, я тебе всё расскажу. Я слегка оробел, но встал на ноги, а затем присел рядом с той женщиной. — Меня зовут Александра. — Антон. Приятно познакомиться. Мы пожали друг другу руки. — Так вот. Как-то несколько лет назад моя дочка с её мужем попали в автокатастрофу. Мой внучок осиротел, ну и мы с Владимиром, моим мужем, взяли его под опеку. Мы тогда на летних каникулах решили отвезти его в этот интернат, дабы он забыл о горюшке своём. Ему там так понравилось! Теперь мы возим его туда не только в каникулы, но и в любое время, когда он тока захочет. Разбаловали мы его, конечно… Но зато счастливым растёт, вроде как, ахха! Закончив свой рассказ, Саша улыбнулась и посмотрела на своего мужа. — Те там точно понравится, малой! Ха-ха. — сказал Владимир. — Спасибо за рассказ. А как зовут вашего внука? Если честно, мне бы хотелось чуть побольше узнать о том мальчике, но не хотелось сильно загружать бедных пенсионеров. Видно, замучал их этот «абориген», ведь дорога от нашего посёлка до Москвы не такая уж и короткая. — Костя. Так его зовут. Может, подружитесь ещё, ха-ха-ха. Я постарался улыбнуться как можно искреннее, а затем полез к себе наверх. Поезд двинулся с места. — Антон, кушать будешь? — спросила Александра, параллельно с этим доставая из своей сумки контейнер с какой-то домашней едой. — Нет, спасибо. — вежливо отказался я. Из чемодана я захватил с собой свой блокнот и карандаши. Но что-то даже начать какой-либо рисунок не получалось. В голову постоянно лезли всякие разные мысли, отвлекающие меня от работы. И в основном они все были о Роме… Чёрт возьми, да я просто невероятно скучаю по нему и жалею о том, что сделал. А сейчас я вот так вот просто беру и уезжаю в Москву без него, да ещё и не сказав ему ничего об этом? Я ужасный… друг. И не только друг. Как человек я тоже не очень. «Так, ладно. Не отвлекайся» — пронеслось у меня в голове, и я наконец принялся рисовать.

***

Последний штрих, и… готово! Я отстранился немного назад, чтобы получше рассмотреть получившийся «шедевр». Я нарисовал Алису. Всё ту же дурацкую Алису в её рыжей шубке. «Вот бы снять с неё эту маску и узнать, кто под ней скрывается…» Портрет лисы получился довольно красивым, но вот только воспоминания, связанные с ней, совсем не радовали. Так хочется ей отомстить, но у неё есть ещё трое «соратников», а у меня нет. И даже если я возьму с собой Рому и Бяшу, мы всё равно будем слабее…

***

Спустя некоторое время к нам подошла молодая девушка. Это была проводница. — Добрый день. Билеты, пожалуйста. Я встрепенулся и протянул ей билет. — Мгм, путь от посёлка *** до Москвы будет длиться два с лишним дня, всего доброго. Девушка улыбнулась нам троим напоследок и пошла дальше. Я расслабился, а затем стянул с себя куртку, так как стало невыносимо жарко. Александра читала газету, а Владимир пил чай и смотрел в окно, ничего вокруг себя не замечая. Комфортная обстановка, но мне всё ещё неумолимо хотелось домой. В родную кровать, к родной семье и родным друзьям. Хоть они уже и не считают меня своим другом, я никогда не смогу принять этот факт и всегда буду считать их своими самыми близкими друзьями…