Охота (на) падальщика

Раскат грома состряс воздух. В окне сверкнула молния. Дождь полил безумным ливнем, заторабанил по крыше неукротимыми каплями, заглушая все другие звуки. В груди щемило, в душе просто разрывало на мелкие кусочки. Стервятника, словно бросили с обрыва, заставляя разбиться об скалы собственного достоинства. Переставляя трость и свои ноги, он брёл, не зная куда, пытался ускользнуть от этой ноющей боли в сердце. Воздух снова поразила молния, глухим звуком долетевшая до ушей. Птичий Папа даже не моргнул на вторую белоснежную искру, вспыхнувшую за окном. В голове царил бардак. Интересно, что чувствует человек, которого изнасиловали? А что чувствует человек, которого предали? И самое важное, что почувствовал человек, который предал сам себя? Солёные слезы скатились на пол ритмично с дождём. В голове засела только одна мысль: "Я виноват во всём этом". Его руки тоже были в крови, он был участником, он был предателем. Как он мог всё это время любить того, кто сейчас заставлял его рыдать и захлёбываться в полном одиночестве. Никто не поверит, никак не докажешь, все пройдут мимо, как будто так и должно было случится. Кровавая записка мелькала перед глазами, шепча на ухо: "Птица". Понимание, что он всё это время был целью, пришло только сейчас. Стервятник уже не мог жить с этим мерзким голосом в голове, твердящим: "Всё из-за тебя". - Умер бы я раньше... - не своим, тихим и низким голосом пробормотал он, сам испугавшись своих мыслей. Но в целом, окончание фразы пришло само собой, промелькнув лучиком надежды в тучном и сером Доме. Быть может... Ещё есть шанс всё исправить? Стервятник сунул руку в потайной карман брюк. Естественно, раньше не было никаких тайных мест ни в одежде, ни на теле. Но в связи со всеми последними обстоятельствами Стервятник приобрёл много секретов, большее количество из которых находилось конечно глубоко в сердце. Руку охладил ржавый металл, а вокруг всё осветило ярким белым светом. Не успел Стервятник и дрогнуть, как понял, что это всего лишь молния. А так хотелось верить, что смерть забрала его так быстро. После света последовал гром. В дрожащей руке почувствовался старый, сломанный ключ. Им вряд ли уже удастся что-то открыть, да и никому давно неизвестно от чего он. Но обломанный конец, острый, как лезвие, больно скользил по нежным подушечкам пальцев, даря горячую, сладостную боль. Стервятник спокойно выдохнул. На душе почему-то стало легче. Глубокий вдох, голова немного закружилась. В этот момент сознание перевернулось. Решение принято. Лестничные ступени одна за другой вели вниз, будто уходя в пропасть, в голодную пасть, ждующую очередную добычу. Только в этот раз жертва сама идёт навстречу смерти. В памяти эхом отзывались мучительные крики, подобные грому за стенами. Уверенность в своём решении помогала идти и не спотыкаться о собственные воспоминания. Ряд ошибочных выборов выстроились забором с колючей проволокой за спиной, не позволяя отступить или даже обернуться. Шаг за шагом, вздох за вздохом Стервятник летел к краю пропасти. После непроглядного отчаяния пришли страсть и безумный азарт, жажда крови, собственной смерти. На втором этаже неожиданно было очень много людей, но одно место все стали обходить стороной, будто оно имело ядовитые клыки, будто было поражено радиацией или чем-то пострашнее. Но для того, кто ищет гибели - самое то. Та самая душевая комната, закрытая и огороженная видимо всем, что попалась под руку. Поверх полуразваленной парты поставили стулья (а вернее их обломки), пустые коробки и прочий мусор. Естественно, ту часть этажа, где находилась душевая огородили ещё и жёлтой лентой, будто именно она не позволяла всем пройти. Разгребать и пробираться через всё это было бы слишком заметно сейчас, поэтому Стервятник сполз по стене, оставшись сидеть на холодном полу и крепко сжимая поломанный ключик в руке, теша себя мыслью о том, что скоро всё должно закончится. И ни эта ужасная боль в груди, ни переживания о чужом будущем не могли переубедить маленькую, загнанную в тупик Птицу. Светлые волосы закрыли Стервятника, пряча истинное, изуродованное лицо с грубым и пугающим оскалом неровных зубов и слезами на бледных скулах. Время шло. Минуты быстротечной рекой пробегали перед глазами, а гроза за окном так и не закончилась. Люди понемногу покидали коридор, запирались в комнатах, вдыхая аромат свеч и горячего кофе. А Стервятник, как отбившийся от стаи зверь, бродил вдоль стен, прислушиваясь к дождю и бессмысленному и неразборчивому трепету в спальнях. Уже довольно сильно потемнело. Дом освещали лишь лампочки, да и те через некоторое время погаснут. Птичий вожак светом янтарных глаз проводил последнего малолетнего Крысёныша, убегающего в спальню. Стервятник тихо побрёл к душевой, перелез через жёлтую ленту и оказался у двери, заставленной всевозможным хламом. К сожалению с другой стороны войти тоже было не так просто, ибо аналогичная гора мусора возвышалась у двери непоколебимым хребтом. Стервятник старался сохранять бдительность и быть тихим, но если последнее получалось хорошо, то первое практически не представлялось возможным. Провалившись в свои мысли, как в омут, Стервятник совсем не мог обращать внимание на происходящее вокруг. Куча хлама, преграждавшая путь, осталась валяться на полу. Стервятник дёрнул ручку. Дверь конечно же оказалась заперта. Птичий Папа потянулся за связкой ключей, пытаясь на ощупь найти нужный ключ. Пока кончики пальцев ощупывали рельефы холодного металла, в паре метров от Стервятника, будто бы пронёсся вихрь. Обеспокоенный взгляд Птицы забегал по стенам и потолку. Никого рядом не оказалось, но медлить всё равно не стоило бы, поэтому Стервятник скользнул в тёмную и холодную душевую, быстро закрыв за собой дверь. Запираться не было смысла. Сердце почему-то забилось в бешеном ритме, будто торопило, говорило, что нужно сделать всё как можно скорее. Стервятник махом влетел в одну из кабинок, по пути вытащив из рукава половинку ключа. И тут пришёл ступор. Он будто разучился дышать. Сердце раз за разом сбивалось с такта, периодически замирало, а потом начинало биться со скоростью света. Стервятник медленно задрал рукав, открывая своим глазам вид жутких синяков на запястьях. Взмах руки. Птица замерла. Скрип. Глаза распахнулись от удивления. В комнате послышались шаги. Стервятник опустил руку, прислушавшись к дыханию за дверцей кабинки. Но вскоре неизвестный сам раскрыл себя. - Стервятник?.. - Чёрный?.. - Птичий Папа не верил своим ушам, не мог вообразить, что такой, как Чёрный мог делать здесь в столь позднее время. - Что тебе надо? - Хочу задать тебе такой же вопрос. Я видел, как ты пролезаешь сюда, что тебе нужно здесь? Стервятник не знал, что ответить, поэтому молчал, прерывисто и нервно дыша. Соврать или сказать правду? Но Стервятник не успел ничего ответить, потому что услышал, как дверь душевой запирается на замок. Птичий вожак почувствовал запах обмана. В голове вспомнился силуэт убийцы Лэри. Он был здесь, в этой комнате, в такой же темноте, как и сейчас. "Твою мать..." - Знаешь, я часто бываю здесь, - прервал молчание вожак Псов. - люблю темноту. Я обычно сижу на полу в той кабине, в которой ты сейчас, размышляю. Если честно, то я иногда не понимаю... - Чёрный замолчал. Буквально на пару секунд, но за это время Стервятник придумал сотню продолжений этой фразы, все они казались странными, кроме одной. - ...Как ты ещё не догадался, что убийца - это я. Ждать дольше не было смысла. Стервятник плечом вытолкнул дверь и вцепился когтями в шею Чёрного. Тот потерялся в пространстве на доли секунд, но через это короткое время он бросил Птицу в стену. Звук глухого удара, а дальше противный шум, напоминающий помехи телевизора и заглушающий всё вокруг. В глазах двоилось и плыло, но Стервятнику показалось... Что в комнате появился кто-то ещё? - Стервятник, блять! Просыпаемся! В плечо уткнулась железная грабля. Стервятник очнулся от голоса Сфинкса и начал бегло осматривать комнату. Никого кроме него рядом не было, да и тот молниеносно поднялся с пола, дожидаясь того же от Птичьего вожака. Через силу Стервятник смог встать, ощупывая голову. Крови кажется не было. Он с трудом осознал, что до сих пор сжимает в руке обломок старого ключа и с таким же трудом понял, что трость ему ближайшее время будет только мешать, поэтому оставил её лежать на полу и дожидаться возвращения её хозяина. Безрукий направился к двери, позволяя Стервятнику опираться на себя. - Чёрный... Это Чёрный! - прокряхтел Птичий Папа, и пытаясь тщетно объяснить произошедшее. - Знаю, Слепой ищет его. Этот мудак будто куда-то провалился. - в голосе Сфинкса слышались нотки раздражения и злости, хоть он и старался держаться рассудительным и спокойным, как скала. Стервятник не понимал куда ведёт их Сфинкс, не видел ничего перед собой. Мгла поглотила Дом, сожрала его своей пустотой и холодом, добиравшемся до позвоночника. Но с каждой минутой глаза всё больше привыкали к темноте. Очертания углов и бетонных стен с облезлой штукатуркой слегка прорисовывались сквозь пелену на глазах. В паре метров повиделся невысокий сутулый силуэт. Он развернул голову в сторону скрипа старого жестяного протеза. Это оказался Слепой. - Сфинкс? Стервятник? - тихо спросил он, видимо почуяв знакомый запах. - Да. - коротко ответил Сфинкс. - Нашёл что-нибудь? - Нет. - Где он может быть? Слепой погрузился в свои мысли и замолчал. Стервятник начал рассуждать. Убежал в стаю? Нет, вряд ли. Он должен понимать, что все вскоре узнают про него и Псы такого вожака не примут. Остаётся два варианта: либо собирается сбежать из Дома, либо готовится к нападению. Для реализации второго плана ему нужно будет перерезать минимум троих, учитывая, что Джин до сих пор ни о чём не знает. В то время, как для побега ему ничего и не нужно. Но как он сбежит? Все выходы из Дома закрываются на ночь. А в спальнях, где есть полноразмерные окна слишком многолюдно. - Чердак или подвал. - выдал своё предположение Стервятник. Сфинкс обернулся на него, оценил недоумевающим взглядом, но после этого удовлетворённо хмыкнул и кивнул Слепому, будто бы тот мог это увидеть. Но тот кажется всё понял. Вожак Четвёртой потянул состайника за рукав в сторону лестницы. - Проверь чердак. - кинул Стервятнику напоследок Сфинкс. Вновь на долю секунды яркий свет озарил помещение. Молния ударила возле Дома, но ощущение было, будто она кинулась прямо на Птицу и расколола голову, словно грецкий орех. Стервятник стоял, как вкопанный, а потом будто опомнился и ринулся к лестнице. Но в отличие от Слепого и Сфинкса, он побрёл на пролёт между третьим этажом и выходом на чердак. Там тоже было темно, а двигаться нужно было очень аккуратно. Стервятник затормозил, чтобы осмотреться вокруг. Из приоткрытого окна, расположенного прямо у каменных ступеней, веяло ночным холодом, запахом дождя, который не прекращался уже несколько часов. Там, за серыми стенами бушевали стихии, они сражались друг с другом в дуэли, недоступной для обычных людей. Как глупо со стороны Чёрного было бы лезть в эту битву, но ещё хуже было бы остаться здесь до рассвета, зная, что многие в этом здании будут готовы вонзить раскалённый нож в твоё ледяное сердце. Сверху ничего не было слышно. Стервятник положил правую руку на одну из ступеней чердачной лестницы, с тяжёлым взглядом глянул на деревянный люк и сделал первый шаг. Колено заболело. Птичий вожак процедил что-то невнятное сквозь кривые, острые зубы, но продолжил лезть наверх. Шаг вперёд, а будто бы два шага в бездну. Голова упёрлась в потолок. Стервятник собрал силы в кулак и одним движением вытолкнул люк, рывком поднявшись на чердак. Из небольшого окна наружу вылезал тёмный силуэт. Услышав посторонние звуки он начал лезть быстрее, торопливее. В этот момент Стервятник совсем потерял рассудок. Он будто забыл про хромоту и эту ноющую тяготу внутри. Забыл про обиду на Ральфа и на самого себя. Единственное, чего хотелось сейчас - это отомстить за всю причинённую боль. Не страшно было умереть и не страшно было замарать руки в крови, потому что её и так уже слишком много было пролито. Стервятник боялся только упустить этот шанс. Он летел вперёд, словно в самом деле превратился в птицу. Уродливую, с редкими, выдранными перьями и сточенными когтями, с крючковатым клювом, не похожую на остальных, но большую и сильную птицу. Стервятник выпрыгнул в окно и перебрался на крышу, опираясь на водосточную трубу. Сверху Птицу уже ждал Чёрный. Грязные берцы, растянутая футболка с джинсами на низкой посадке, широкие плечи, бандана, жестокий взгляд человека, готового убивать ради своей цели... Всё это до боли напоминало кое-кого из прошлого. Не хватало только подвески в виде маленького обезьяннего черепа. В его руках было острое лезвие, повидавшее уже столько крови за последние недели, сколько не видели Фазаны за всю свою жизнь. Стервятник выпрямился, поднял свет янтарных глаз и направил его колючей иглой прямо в Чёрного. Тот, будто почувствовал это и слегка отшатнулся. - Вот мы и снова вместе. - ехидно сказал Стервятник своим хрипловатым голосом. Чёрный скривился в злобном оскале, издалека напоминающим улыбку. Птица сделал шаг вперёд. На это вожак Псов, словно с цепи сорвался. За пару рывков он оказался перед лицом Стервятника, готовый нанести удар, но Птичий вожак был готов к такому повороту событий. Обломок старого ключа вошёл в тело чуть выше ключицы, окрашивая загорелую кожу горячей красной жидкостью. Стервятник почувствовал, будто его пнули в бок, оттолкнул Чёрного так, что тот свалился с ног, соскользив по крыше вниз. Птичий вожак опустил глаза, проморгался и с ужасом осознал, что из его живота торчит рукоять ножа. Но зацикливаться на этом было бы вопиющей ошибкой, поэтому он одним движением выдернул лезвие и выкинул его куда-то за пределы забора. Тем временем Чёрный уже подкрался к Большой Птице, желающий продолжать эту битву во чтобы то ни стало. Он стоял на трясущихся ногах, но оставался силён. Тяжёлый кулак ударил по лицу, скидывая Стервятника на край крыши. Они будто играли друг с другом в пинг-понг на выживание. Раскидывали по разным сторонам, выбивали зубы, проливали грешную кровь, мокли под дождём. Но они были, словно сцепившиеся звери, которыми правили инстинкты и они ничего не могли поделать с этой животной яростью и рвением прогрызть друг другу глотки. В какой-то момент Стервятнику удалось схватить обезоруженного вожака Псов за шею и приставить к его горлу острый край ключа. Тот смотрел на него грустным взглядом, он уже смирился со своей судьбой и был готов к тому, что произойдёт. - Скажи... - Стервятник через силу выдавливал из себя слова, боль в области живота нарастала с каждой секундой и он в любой момент был готов упасть в обморок. - Зачем тебе было всё это? Что ты с этого получил, ублюдок? Чёрный рассмеялся в голос. - Я хотел... Кх-кхм... Я всегда хотел, чтобы вы исчезли. Все вы... Вы ебанутые, а особенно ты. С самого детства я знал это. Вы так верите в то, чего не существует. В этом мире не должно быть таких, как ты! - он снова разразился смехом и раскат грома разнёсся по чёрному небу. Стервятник промок насквозь, тушь потекла с глаз и он смотрел вымотанным взглядом на Чёрного. Рука не могла шевелиться, она застыла, как обломок древнегреческой статуи и не шевелилась. Почему-то ему не хватало сил сделать то, что он должен был. Не хватало сил даже заплакать. Внезапно вожак Псов начал шептать что-то... - Топ-топ... идёт Птица, питающаяся... - Чёрный не закончил фразу, а лишь смотрел на Стервятника, надеясь, что тот сам догадается. И неожиданно к нему действительно пришло осознание. - Падалью... После этих слов Птичий вожак синхронно с молнией всадил ключ в горло Пса, провернул его там несколько раз, как в замочной скважине и кинул обезжизненное тело назад. Лицо было в крови и потёкшей туши, в глазах бушевали безумие и радость. Стервятник рухнул на колени, сползая на край и раздирая мягкую белоснежную кожу о ржавое железо. Последнее, что он запомнил с того дня, это гордый и счастливый призрак брата, нежно берущий ладони Птицы в свои, возможно приглашая к себе, в другой мир, но скорее всего просто поддерживая любимого Рэкса с победой над смертью и над самим собой.