Падение Башни

Облава началась тихо и почти незаметно. Курц, как всегда, перехватил разговор на зашифрованных частотах и передал своим. Окраины готовились к очередной волне военных и химер, двери и ставни закрывались бронированными листами, оборудование пряталось, оружие отправлялось в тайники. Люди тревожно вслушивались, не раздастся ли где стук форменных подошв и стрёкот выстрелов. Только мутанты в костюмах радиационной защиты тащили свои тележки по улицам. Их никогда не трогали. Эти существа, некогда, возможно, бывшие людьми, надолго уходили в Пустоши, искали там артефакты уничтоженной цивилизации, чтобы продать их после многократной дезактивации и проверок. Под эти костюмы никто не рисковал заглядывать. Группе Хельги не повезло. Жалкие остатки нескольких террористических групп, сбившиеся вместе, теперь просто выживали, не пытаясь бороться с Империей. И они оказались слишком далеко от любого из своих убежищ, когда пришло сообщение от Курца. Радиовзломщик-самоучка благоволил Хельге, хотя ему и не нравились некоторые из её новых дружков. Зато с ними она всегда могла рассчитывать на помощь и защиту, если Эрих во что-нибудь вляпается. Её брат успел перелатать чуть ли не всех членов её группы. К счастью, Эрих был в безопасности, по сигналу Курца он должен был заблокировать дверь и ждать окончания облавы. Они договорились, что, когда начнётся, Хельга будет прятаться со своей группой, если не успеет до него дойти. Эриху это, само собой, не понравилось. Об облаве знали заранее, в конце концов, подготовка никогда не бывает тихой, а информацию можно было получить даже от лавочников и мелких служащих, если найти к ним подход. И всё-таки Хельге не повезло. Начнись облава раньше или позже, она бы успела. Не случись того взрыва, не обрушься тот дом, не пришлось бы идти в обход. И всё-таки Хельга упорно вела группу к одному из убежищ, тому, что было ближе к Эриху и к их нынешнему местоположению. Эта облава началась тихо. Никто не мог точно сказать, сколько военных и химер выпустили на этот раз, кого ловят и где они сейчас. Выстрелы изредка доносились то с одной, то с другой стороны, но это же окраины, здесь этим никого не удивишь. - Мы можем поискать дом с подвалом. – Подал голос Гуго, молодой парень, не так давно присоединившийся к отряду. Никто толком не знал, из какой он группировки, но не фанатик и с Пророком тоже не связан – это Хельга выясняла в первую очередь. Во вторую – что он не был шпионом Управления. - Чтобы нас всех там и засыпало? – Фриц криво усмехнулся. Его бывшая группа считалась одной из самых рисковых и наглых. Половина – наркоманы под боевыми стимуляторами. Вторая – просто отморозки, не знающие страха и без тормозов. Фриц, огромный, перекачанный громила, был ещё самым адекватным. Его Эрих сшивал по кускам, группу вырезали без всякой жалости. Фриц выжил только потому, что обладал высоким болевым порогом и невероятной живучестью. С тех пор он относился к Эриху с огромным уважением. – Не, не пойдёт. Там даже свалить некуда будет. - Говорят, есть подвалы, соединённые ходами друг с другом. – Гуго слышал об этом и не раз, что-то вроде легенды. Ещё мальчишкой он находил несколько таких подвалов, но тоннели вели либо недалеко, либо в завал. - Есть такое. – Нехотя согласилась Хельга. – Но нужно знать ближайшую точку входа и уметь ориентироваться под землёй в полной темноте. - Мы можем хотя бы попробовать. – Гуго неуверенно посмотрел на Хельгу. Положение было отчаянным. По последним данным, полученным от Курца, крупный отряд военных шёл как раз в их направлении. Не наследить они точно не могли. Конечно, группа Хельги давно уже не устраивала никаких акций, они выживали, часто нанимались в охрану. Но их прошлое делало их идеальными мишенями. Потом какой-нибудь чистенький офицерик сможет отчитаться, что ликвидировал опасную группу террористов и получить свою награду. Хельга не хотела быть трофеем. И не могла бросить Эриха. Времени на решение почти не осталось, рядом был как раз подходящий вход. Она направилась к нему, пока они добегут до нужного дома, у неё будет несколько минут обдумать положение. Единственное, чего она не могла предвидеть, это небольшой группы зеленоглазых, в которых едва не врезалась, обогнув угол очередного здания. Они явно искали убежище. - Как же я не поняла раньше? – Хельга криво усмехнулась. На окраинах были те, кто умел ориентироваться в полной темноте. И кто согласился бы помочь. И тут среди Детей она увидела того, кого ожидала увидеть меньше всего. – Я думала, ты уже давно свалил или попался, Дерек. - У меня ещё есть здесь дела. – Дэнель кивнул Хельге. Он всего лишь пытался ещё немного помочь Эдерику и заручиться его поддержкой. Конечно, таким образом его было не убедить, но юноша помнил, что сам когда-то был одним из жителей канализации – очень смутно, скорее на уровне ощущений – но помнил. Кроме того, ему было по пути. – И сейчас я ищу Курца. - Тебе нужен радиоперехват? Я помогу тебе найти его и скажу пароль. Без него сейчас он к себе не впустит. Обычное дело во время облав. А ты поможешь мне свалить отсюда. – Хельга уцепилась за шанс всеми руками. – Рядом есть проход в связанные подземные тоннели. Под землёй и без света нам не сориентироваться, а вот ты сможешь. Уведи нас, пока нам не поджарили пятки, и я дам тебе пароль и адрес Курца. - Согласен. – Дэнель не был уверен, что его чутья хватит, но с ним были жители канализации, можно было рискнуть. Искать Харальда он мог вечность, а Курц способен был дать наводку на его отряд. Встретиться было необходимо, и чем скорее, тем лучше. Кроме того, Хельга могла согласиться помочь ему с Пророком в обмен на эту услугу. Хельга подвела отряд к нужному дому. Тот был наполовину разрушен, битые кирпичи и куски арматуры постоянно попадались под ноги. Им повезло, вход в подвал не был завален. Шаткая лестница вела в темноту. Зеленоглазые спускались по ней без видимого страха, они бывали и в более неприветливых местах. Более того, они в них жили. Хельге же было очень неуютно в сырой темноте. Она испытала настоящее облегчение, когда некоторые зеленоглазые зажгли ручные фонарики. У себя в Поселении они никогда не расставались с ними, переселившись на поверхность многие так и не избавились от привычки носить с собой личный источник света. - Не так плохо, как я опасалась. – Хельга видела и боле чистые входы на подземные уровни города, но этот вообще мог оказаться засыпанным. Кроме того, им явно давно не пользовались, хотя те, где она бывала, часто были переделаны в убежища или склады контрабанды. – Знаешь, Дерек, я поговорила с некоторыми ребятами из адекватных. Несколько группировок согласились помочь. И одна религиозная секта, не связанная с твоим врагом. Ребята они толковы и боевые. Мне кажется, им нужен был повод. Многим тут не нравится, что творит этот мужик. И то, что он проповедует – тоже. По крайней мере, тем, кто умеет думать, а не только слушать. - Я благодарен. – Дэнель улыбнулся, хотя в темноте этого никто и не мог увидеть. Эдерик поможет, теперь ещё и знакомые Хельги. Индиго не смогут игнорировать оказанные услуги. Им придётся легализовать Хельгу и её брата и позволить Детям Богов спокойно жить на поверхности. Дэнель не знал, как именно, но собирался любой ценой добиться этого. Если только все они выживут и победят. - Ещё рано. – Хельга усмехнулась. Мальчишка был искренним, он действительно собирался помочь. Она хорошо знала таких людей, они всегда расплачивались по долгам. С ними приятно было иметь дело, но часто они платили за свою честность слишком высокую цену. Не все ведь готовы играть по правилам. И те, кто стоит у власти – меньше всего. Может быть, у него и получится. Харальд – не последний человек в Империи. Но парнишка брал на себя большую ответственность. С другой стороны, он вступил в игру, ставки в которой очень высоки. Отряд шёл в полной темноте, ориентируясь на звуки дыхания и мелькание тусклых фонариков. Детям этого неяркого мечущегося света было более чем достаточно, они привыкли к замкнуты пространствам и ощущению непомерного веса бетона над головой. Люди Хельги всё больше нервничали, их удерживало только то, что вернуться обратно без света и проводника они бы не смогли. То и дело в основном тоннеле попадались ответвления, которые вели к подвалам домов или в другие тоннели. Несколько раз они свернули, Хельга уже давно потеряла направление, сейчас она могла полагаться только на странного парнишку Дерека и Детей Богов, у которых, в целом, хватало претензий и к жителям поверхности вообще, и к террористом в частности. Поначалу им сложно было найти свою нишу на окраинах, если бы не Эдерик, они растворились бы среди местного сброда или погибли бы. Время в темноте тоже текло как-то странно. Хельга никак не могла понять, сколько они уже идут. Иногда казалось, что только недавно спустились под землю, и впереди ещё долгий путь. А иногда – что они блуждают тут целую вечность и будут идти до конца жизни, пока не попадают от усталости. Сначала она даже не поняла, куда исчез один из фонариков. Потом он появился снова, но свет шёл откуда-то сверху. Только через некоторое время до неё дошло, что провожатый поднялся по лестнице и теперь светил следующему поднимающемуся. Хельга почувствовала, как внутри всё сжалось от радости. Она безумно устала от темноты, затхлого воздуха, замкнутости и тяжести сверху. А ещё больше – от того, что ничего не могла сделать, только слепо идти за незнакомыми людьми. От пассивной слабости и уязвимости. Когда пришла её очередь, она спешно поднялась по скользкой, ржавой лестнице и с наслаждением втянула горький, ядовитый воздух поверхности. Они выбрались из подземного тоннеля в подвале хорошо знакомого ей здания. Сверху, через неплотно прикрытую дверь доносились голоса, пахло едой. Один парень из местных, прибившийся уже так давно, что никто и не помнил, откуда он взялся, готовил совершенно умопомрачительное рагу из прессованного белка, концентрированных добавок и чего-то ещё, о чём его никто не спрашивал. Это место Хельга хорошо знала. Взглянув на хронометр, она поняла, что прошли под землёй они намного быстрее, чем шли бы по поверхности. Но повторять ей не хотелось, да и без проводника она бы не рискнула. Хельга поняла, что эти тоннели – прекрасная вещь, если в твоей команде есть парень или девушка с фонариком и чутьём. А их всегда можно нанять на непыльную работёнку, если договориться с Эдериком. - Вот вы и на месте. – Зеленоглазая девушка улыбнулась последнему из ребят Хельги, поднявшемуся на поверхность. Гуго помог двум Детям вернуть на место крышку от входа в тоннель. Хельга подумала, что даже не подозревала о том, что здесь есть этот вход. - Можете пока остаться с нами до конца облавы. У нас рядом надёжное укрытие. – Хельга не просто была благодарна, она рассчитывала на помощь, когда решит поговорить с Эдериком. – А сейчас надо узнать последние новости и немного поесть. Так что давайте наверх. Дерек, я обещала, я скажу. Но сначала надо подняться. Курц иногда меняет пароли, к тому же, нужная тебе информация уже могла проскочить в эфире. - Хорошо. – Дэнель поднялся наверх вслед за остальными. То, что он встретил сначала группу зеленоглазых, а потом и Хельгу, было большой удачей. Курц был нужен ему, чтобы найти Харальда, а местные террористы должны были знать, где он живёт. Если бы Дэнель знал раньше про тоннели, ему было бы проще прятаться, но местные о них даже не упоминали, видимо, считая бесполезными. Без проводника жителям поверхности слишком легко там было заблудиться. Курц был занят, очень занят. Он прослушивал одновременно несколько диапазонов и передавал свежие сводки сразу нескольким группам и отдельным людям. Конечно, большинству хватало первого предупреждения, чтобы спрятаться, но не всем везло оказаться рядом с убежищем. Эти просили снабжать их свежими данными. К счастью, группа Хельги нашла укрытие и больше не нуждалась в наводке. Зато прислала странного паренька. Тот терпеливо ждал, пока Курц найдёт нужный канал. Помех было много, Четырнадцатое Управление связи не зря пило свой кофе, глушилки перехвата работали на отлично. Вот только Курцу они не мешали. - Я нашёл группу резонансников. Пока они вместе с криминальными. Сектор между заводом резиновых изделий и машиностроительным. Там прятаться и искать можно вечно. Что они там вообще забыли? – Курц говорил вслух, но ему было плевать, слушает ли его зеленоглазый парнишка. Но тот слушал, впитывал каждое слово, стараясь уловить необходимое и уже строя в голове маршрут. Идти было достаточно далеко, но те заводы – настоящие монстры, частично разрушившиеся и потому представлявшие собой настоящий лабиринт. Курц был прав – прятаться и искать там можно было вечно. Дэнель мог только надеяться, что Харальд задержится в этой мешанине бетона, арматуры и станков. – А, отлично, криминалы ушли по своим делам. Их там мало. Резонансников тоже, ищут кого-то, под присмотром выкормышей Архенгольца. - Мне этого достаточно. – Дэнель ещё раз посмотрел на лежавшую на столе подробную карту этого района окраин. Под ней была стопка со всеми картами от приличных жилых кварталов и до самых запретных мест. Там, конечно, белых пятен хватало. Это было ещё одним увлечением Курца – следить за изменением города. Да и при прослушке помогало, особенно, если надо было направить кого-нибудь в безопасное место. Дэнель почти был уверен, что у Курца могли найтись и схемы центра города. Если бы об этом кто-то узнал… - Благодарю за помощь. Дэнель вышел из квартиры Курца и торопливо спустился по лестнице. Наблюдатели из внутренней безопасности – это плохо. Но они всего лишь люди, даже не химеры, обмануть их будет не сложно. Главное, найти Харальда. Если он, конечно, участвует в этой облаве. Дэнель был уверен, что участвует. Харальд недовольно поморщился, краем глаза заметив наблюдателя. Ему не доверяли. Не были уверены, что он будет действовать объективно. Харальд понимал, что это логично, он и не собирался действовать объективно, но надзор раздражал. Полицейские младшего Архенгольца оставили их и ушли из района заводов. Харальду показалось, что они вообще не настроены были участвовать в этом фарсе. Строго говоря, ни ему, ни им здесь делать было нечего. Харальд находился здесь только по одной причине – ему надо было самому поймать предателя и убийцу. Так это звучало официально. На самом деле Харальду хотелось верить в невиновность Нэля, но он понимал, что, если тот сдался под напором Пророка, ему придётся его убить. Своими руками. Если же нет… Харальд старался не думать, что будет, если Нэль убил по каким-то своим причинам. Их быть просто не могло. И уж точно не могло быть связи, о которой всё говорило. Харальд раз за разом убеждал себя, что он бы заметил, да и зачем? Харальд отбросил все посторонние мысли и сосредоточился на попытках незаметно уйти от наблюдателей. Как человек, он хотел верить Нэлю, но как следователь обязан был проверять все варианты. Пока никаких следов Нэля обнаружить не удалось. Харальд планировал зайти к своим информаторам, начать с Сигурн, но только в одиночестве. Контакты раскрывать не хотелось, тем более, Сигурн была одним из ценнейших агентов. Если кто-то что-то и знал, то только она. К тому же, Нэль бывал у неё и мог снова прийти за помощью. Или объявиться ещё где-то. Сигурн собирала все слухи, которые курсировали по окраинам. Было ещё несколько контактов, в том числе и в местом баре. Харальд там ни разу не пил, зато знал одного завсегдатая. Тот всегда был в курсе всего. Если бы у Пророка появилась ещё одна новая Кукла, он бы узнал. Харальд махнул рукой, показывая, что хочет проверить техническое помещение, там действительно слышался какой-то странный звук. А ещё там был пролом в дальней стене, ведущий в узкий проход между стенами двух заводов. Если он успеет перебраться на территорию машиностроительного, наблюдатели его потеряют. А он потом скажет, что увлёкся, увидел тень или ещё что-то подобное. Теперь надо успеть. Харальд осторожно и не торопясь вошёл в техническое помещение. В нём было темно, только через пролом просачивался тусклый свет. Медленно. Тихо. А теперь быстро! Харальд выскочил в узкий проход, после пыльных помещений завода едкий воздух, наполненный скопившимся между стенами туманом, обжёг лёгкие. Останавливаться нельзя! Проход был узким, Харальд бежал, едва не задевая плечами стены. Впереди ещё один пролом, а потом целая обвалившаяся секция стены. Когда Харальд нырнул под защиту сухой темноты пустого склада, в проходе загрохотали звуки шагов. Потом остановились. Харальд осторожно отодвинулся от стены и начал продвигаться вглубь здания. Под ноги постоянно попадались обломки бетона и битое стекло, какие-то железки. В темноте было не разобрать. Дверь склада была открыта и висела на одной петле. Короткий коридор, в конце лестница. Этим путём на склад ходили кладовщики и проверяющие, готовые машины доставляли по разрушенным сейчас пандусам. Харальд толкнул ближайшую дверь. За ней был ещё один коридор, тёмный, пыльный, с таким спёртым воздухом, что начинала кружиться голова. Здесь всё ещё пахло железом, смазочными маслами и горелой проводкой. По какой-то причине этот завод не обесточили до конца. И в одном из помещений пару десятилетий назад замкнуло проводку. Взрыв и разнёс стену и часть помещений. Такое иногда случалось на старых заводах. Маленькие водородные генераторы могли работать десятилетиями даже без особого надзора, а вот демонтировать их было небезопасно. И потому их просто бросали в уверенности, что заводы всё равно будут пустовать. В одном из цехов до сих пор горел свет – тусклый, мигающий, тревожный. Его источником был не основной – взорвавшийся – а особо устойчивый аварийный генератор. Когда-то этот цех считался одним из ключевых и потому энергия сюда должна была подаваться до последнего. Харальд медленно брёл между гудящих и искрящих станков. Он смог оторваться, теперь надо было решить, куда идти в первую очередь. Сигурн, тот контакт в баре, что дальше? Оставаться на окраинах дольше определённого времени было нельзя и сейчас из-за ветра с Пустошей оно стало ещё меньше. Надо было действовать быстро, но он почему-то медлил. Не хотелось уходить из этого умирающего гиганта. Харальд остановился. Он уловил даже не звук, всего лишь дуновение ветра, коснувшееся щеки. Присутствие. Намёк. Два шага в сторону, за огромный станок, давно переставший работать – упавший с потолка обломок бетонного перекрытия перерубил энергетические кабеля. Так хотя бы спина будет защищена. Рука скользнула к поясу, коснулась рукояти плети, вторая потянулась к пистолету. Кто может двигаться так бесшумно? Враг? Союзник? Куклы? Химеры? Харальд резко развернулся, в его горло упёрся кончик ножа. Сердце пропустило удар, потом заработало в ускоренном темпе. Стоявший перед ним человек едва успел убрать нож прежде, чем Харальд сжал его в объятьях. Нэль! Полустон-полувсхолип. Так мало времени прошло с той ночи, но, казалось, целая вечность. Харальд сжимал Дэнеля так сильно, словно хотел слиться с ним воедино и не разлучаться уже никогда. Тонкие пальцы скользнули по его щекам, прося, настаивая. Харальд немного отстранился лишь для того, чтобы эти же пальцы могли сжать виски, а губы – впиться в его губы. Воздух кончился. Они оба не знали как дышать, не помнили, зачем это вообще нужно. Сердца бились в одном рваном, неровном ритме, пальцы сплетались, тянули ткань, путались в пуговицах – где чьи не разобрать. Харальд! Едва слышно, с трудом отрываясь лишь затем, чтобы впиться поцелуем в горло, уже обнажённое и беззащитное, доверчиво подставленное для ласки. Ноги не держат, руки отчаянно цепляются за выступы станка, когда они опускаются на пол, на скинутые плащи. Гул работающих механизмов отдаётся в костях сладкой дрожью. Хочется сразу всего, руки, губы мечутся, стараясь оставить свои метки. Но этого мало, нужно больше, сейчас! Немедленно! Слишком резко, слишком сильно, так необходимо и так больно. С потолка срывает кабель, осыпая обнажённую кожу искрами. Словно одну на двоих, она так мешает! Гул нарастает, становится ритмичным, в такт ударам сердца, в такт хриплому дыханию. В такт агонии, что заставляет умирать и возрождаться. Снова. И снова. И снова. Время срывается бешеным ритмом, безжалостно отрывая куски реальности. Успеть. Надо успеть! Ещё! Этого мало! Слишком мало! Бетон слишком холодный, даже через плащ. И слишком горячий. Он плавится. Руки скользят вверх. Теперь вверх. Так прекрасно. Нэль. Совершенен. Хочется остановиться, замереть навсегда, вместе, единые. Смотреть, не отрываясь. Но время нельзя остановить. Теперь оно не спешит. Кровь, густая и красная. От вкуса кружится голова. Медленно. Вечно. Нэль! Кажется, больше не выдержать. Ладони касаются лица, пальцы скользят по губам. Харальд. Нэль! Харальд медленно выдохнул и улыбнулся. Всего пару минут покоя, больше они позволить себе не могли, но это время принадлежало только им двоим. Нэль молчал, только водил пальцами по его груди, точно выписывая неведомые символы. Харальду казалось, он их знает, где-то уже видел, но совсем забыл, где. Слова, вопросы уже толкались в воздухе, они должны были прозвучать, но пока что о них можно было не думать. Нэль был с ним, он был жив. Время словно ускорилось, отбирая у них возможность молчать. - Харальд. – Свинцовые шарики слов упали на бетон и покатились, раскалывая тишину. – Я не убивал его. - Я знаю. – Харальд провёл рукой по волосам Дэнеля, коснулся шеи. Он не хотел отпускать ощущение умиротворения и покоя, слишком редкое и слишком драгоценное, чтобы отказываться от него так просто. - Я расследовал. Подставили не меня. – Дэнелю тоже не хотелось говорить, но он понимал, что времени у них слишком мало и большую его часть они уже потратили. – А тебя. Менее явные улики указывают на тебя. Их скоро найдут. - Я не убивал его. – Харальд закрыл глаза и улыбнулся. Почему это не казалось ему таким важным? Облегчение. Дэнель не ушёл к Пророку, он невиновен. Не было лжи, не было предательства. Всё просто. Не надо было сомневаться. - Я знаю. – Дэнель тоже улыбнулся. В этом он не сомневался ни на миг. – Но кому-то очень надо вывести тебя из игры. - Не только меня. Архенгольца обвинили в измене. Это уже не случайность. – Харальд нехотя открыл глаза. Больше он не мог позволить себе наслаждаться близостью Дэнеля. Харальд пошевелился, давая понять, что им пора приводить себя в порядок. В словах Дэнеля он не сомневался, сам учил его работе следователя. У Сигурн были возможности добраться до информации, к которой его самого не подпускали. – Ты вернёшься? С тебя обвинения скоро снимут. - Нет, здесь от меня будет больше пользы. – Дэнель покачал головой. Ему очень хотелось вернуться в их квартиру. Хотелось быть рядом и свидетельствовать в защиту. Просто поддержать. Обнимать. – Я смог встретиться с Эдериком и почти уговорил его помочь, когда всё начнётся. Возможно, присоединится несколько местных группировок, которым не нравится Пророк и то, что он планирует сделать со страной. На окраинах неспокойно. Многих толкает к Пророку застарелая ненависть, все эти облавы только разжигают её. Союзников у него будет много. Но они – только для отвлечения внимания. - Стоило ожидать. Он действует так же, как и в прошлый раз – от окраин к центру. Или хочет, чтобы мы так думали, стянули все силы сюда. – Харальд нехотя начал застёгивать рубашку. Ткань неприятно липла к телу. Всё это казалось каким-то нереальным, неестественным. Здесь, на окраинах, в развалинах завода, скрываясь от своих же. Разве это нормально? И, едва разорвав объятья, обсуждать войну. Так спокойно, так буднично говорить, словно ничего только что не было, а того, о чём они говорят – не будет. – На самом деле, основной удар будет нанесён в беззащитное подбрюшье, по Управлению. - Удар с окраин задержат. – Дэнель помог Харальду застегнуть последние пуговицы у горла. Не хотелось отпускать. Особенно теперь, когда было можно. – Я останусь здесь и закончу переговоры. Эдерик почти согласился. Я нашёл ещё одну женщину-террориста. Она знает Отто и тоже согласилась помочь. За легализацию её и брата. Она не враг. - Она террорист. – Харальд понимал, что на окраинах прячутся многие и у каждого для этого свои причины. Но иногда заслуги перевешивают грехи. Если всё получится, может быть, на её прошлое закроют глаза. Если за неё поручится ещё и Отто, сделает её своим официальным информатором, может получиться. – Но я попробую. Если всё получится. - Получится. – Дэнель улыбнулся и протянул Харальду плащ. Такой привычный жест, словно они стоят в коридоре их старой квартиры, и пока ещё всё только впереди. Нет ни имени, ни воли, ни желаний, кроме потребности угодить. Целый мир, заключённый в одном человеке, не разрушившийся даже после того, как всё изменилось. Пробуждение было долгим и постепенным, но осознал он его – и себя – в один миг. Имя, позволившее мальчику обозначить себя, отделить от мира, от человека, которым он жил. Имя – величайший дар. - Конечно, Нэль. – Харальд не удержался и поцеловал Дэнеля, медленно и нежно. Кто знает, когда они ещё встретятся? Этот миг принадлежал им. В голове было ясно, по телу растекалось тепло. Это правильно, так и должно быть. Это ведь… Харальд так и не смог подобрать слово, точно знал его, но давно забыл, оно крутилось на самой границе сознания, но никак не могло преодолеть барьер памяти. - Здесь всё, что я собрал. Что нашла Сигурн. – Дэнель первым разорвал поцелуй, нехотя, с трудом. Он чувствовал, что время вышло, хотя ещё не слышал голосов и шагов людей, которые искали Харальда. Они скоро появятся, очень скоро. – Доказательства моей невиновности, доказательства твоей вины и улики против того, кто сделал это на самом деле. Тебе нужно защититься. Способ должен быть. - Я найду его. Я не убивал, всю ночь проспал, проснулся с трудом. – Харальд помнил ту муторную слабость, ту растерянность с утра. И лихорадочное возбуждение немного позже. Тогда всё казалось просто катастрофически паршивым. Только теперь он понял, что могло послужить причиной. – Кажется, мне пора сменить домработницу. - Определённо. – Дэнель улыбнулся и на миг прижался к Харальду. А потом они услышали голоса. Его искали, значит, скоро будут здесь. Всё, что можно было сказать, уже было сказано. Теперь им необходимо было разойтись и продолжить борьбу. - Когда тебя оправдают, мы сможем встречаться уже без страха разоблачения. – Харальд медленно выдохнул. Надо было расходиться, срочно, но ему было так мало времени, которое они провели вместе! Каждая секунда казалась даром, бесценным и хрупким. – Мы найдём друг друга. - Надо будет обмениваться информацией. – Дэнель отстранился. Он лучше чувствовал, как близко подошли люди Харальда к их укрытию. Он так долго ждал этой встречи! Казалось, целую вечность. – Если получится. В конце мы все будем у стен Управления. Там сойдутся все пути. Мы найдём друг друга. Харальд кивнул и отвернулся. Он не хотел видеть спину уходящего Дэнеля. Казалось, что больше он его не увидит. Страх сжал сердце, ещё совсем недавно заходившееся от восторга. У стен Управления сойдутся лишь те пути, что прежде не оборвутся. Харальд вышел из-за станка и направился к своим детективам. То, что было нужно, он здесь уже нашёл. Пора было уходить с окраин. Ветер усиливался – это был отличный повод. Облава оказалась короткой и не слишком продуктивной. Усилившийся ветер не позволил офицерам Управления продолжить охоту, к тому же, окраины и так были вычищены, мелочь – осколки сект, террористических групп, недовольных – затаилась по углам, вытащить её было сложно, это заняло бы слишком много времени. Гораздо проще было дать ей немного успокоиться, разрастись, а потом уничтожить всех скопом. Криминальная полиция и резонансники ушли первыми. Их это мало касалось, даже Рейденберга, у которого там было личное дело. Не удалось обнаружить ни малейших следов его адъютанта, наблюдатели из внутренней безопасности пришли к выводу, что неприспособленный к таким условиям юноша погиб во время одной из прошлых зачисток или был убит местными. Судя по досье, он выглядел слишком чистокровным, чтобы здесь его могли принять за своего. Операцию свернули, силы отвели в город, офицеры вернулись в Управление писать отчёты и докладывать об успехах. Их, конечно, почти не было, но и потерь – тоже. Харальду предстояло решить, как много он может доверить своему начальнику. И выяснить, как скоро против него выдвинут обвинения. Начинать искать доказательства невиновности надо было уже сейчас, пока тот, кто подставил его, не начал их уничтожать. Дэнель же покинул окраины и направился в центр города. Ему необходимо было продублировать информацию и предупредить одного человека об опасности. В конце концов, ближе к центру города тоже хватало мест, где можно укрыться. Окраины бурлили, любой чужак мог стать мишенью. А Эдерику и Хельге нужно было время всё обдумать и принять окончательное решение. Дэнель не хотел давить больше необходимого. Нужные слова были сказаны и услышаны. Если Пророк спровоцирует их, что ж, это его проблемы. Эдерику с ним больше не по пути. Местным террористам, если у них есть хоть капля здравого смысла – тоже. Все группировки, работавшие на него, были уничтожены, и ни разу Куклы не пришли на помощь. Религиозные секты, работавшие на Пророка, тоже ликвидировались одна за другой. Многих он просто бросал, после того, как они переставали быть нужны. Люди для Кукол были всего лишь шахматными фигурами, инструментами. Кого-то такая роль вполне устраивала, они верили красивой лжи и до последнего ждали милости и обещанного прекрасного мира. Хельга была слишком рациональна и вполне могла найти таких же, не потерявших голову от сладких слов и обещаний. Дэнель старался избегать объективов камер, прятался в тени, не позволял заснять своё лицо. Он знал ракурсы, на которых буксовал автоматический поиск лиц разыскиваемых преступников, знал маршруты и расположение камер. Ещё с прошлого раза, когда им с Харальдом пришлось бежать. Обострённые чувства позволяли заметить городские камеры и те, что принадлежали аналитикам Башни – маленькие, неприметные, покрывающие слепые зоны и гораздо более совершенные. На первой же такой камере Дэнель разглядел крошечный значок Башни. Возможно, ему стоило попасться на одну такую, даже запросить помощи. Индиго было не выгодно, чтобы вскрылся обман с его происхождением. Кроме того, они могли не только выяснить правду, но и одним своим словом очистить его имя. И имя Харальда. Но Дэнель решил оставить этот вариант на самый крайний случай. Индиго относились к тем силам, к помощи которых лучше было не прибегать. Пусть сначала окажутся должны. В городе было пусто, люди не рисковали показываться на улицах лишний раз из-за усиленных полицейских патрулей и ветра, дувшего с окраин. Это с одной стороны облегчало жизнь, с другой не оставляло возможности спрятаться от камеры за прохожими. Дэнелю потребовалось гораздо больше времени, чтобы дойти до нужного места, чем он рассчитывал. Клуб «Крылья» был закрыт, посетители, если они будут, появятся только вечером, в первых сумерках, когда неоновые вывески только начинают разгораться, пятная серый город резкими, яркими красками. Казалось, этой странной и больной жизни ничто не могло помешать – ни напряжённость и предчувствие войны, ни северный ветер, несущий с собой отраву Пустоши. На стук дверь приоткрылась, охранник недовольно посмотрел на неурочного гостя, но внутрь пустил без вопросов. Сиг ждал его. Снова узкие коридоры и лестница наверх. В главном зале не было никого, даже уборщиков. Мирное, тихое место, которое скоро снова станет местом исцеления, искупления и катарсиса, сценой для публичной агонии, огромным, пульсирующим в ритме музыки сердцем. В этот раз приёмная была оформлена в ярких, кричащих тонах, резкими мазками разлитых по поверхностям. От несочетающихся цветов рябило в глазах, даже сделать следующий шаг было не так просто – терялась ориентация в пространстве. Дэнель на миг задумался, для кого Сиг мог соорудить это безумие и с какой целью. Охранник проводил его до двери в кабинет, спрятанной за лентами разноцветного шёлка. Контраст выбивал из колеи каждого, кто переступал порог. Сдержанные тона, дорогая имитация дерева и приглушённый свет – настоящее блаженство после того хаоса в приёмной. Сиг сидел за столом и просматривал документы, возможно, информацию на продажу или финансовый отчёт клуба. Когда Дэнель вошёл, он поднял голову и некоторое время молча смотрел на гостя. Глава «Крыльев» наблюдал и оценивал. Они виделись не так давно, но Сигу нужно было понять, стоит ли эта встреча риска, на который они оба сейчас шли. - Что привело тебя? – Сиг смотрел внимательно. На прошлой встрече они заключили сделку, достаточно выгодную для обеих сторон. Но её условия ещё не были выполнены, да и юноша пришёл слишком рано, впрочем, Сиг знал, почему он пришёл. Этот вопрос был всего лишь формальностью. - Информация. Я продолжил расследование. – Дэнель ответил Сигу таким же долгим изучающим взглядом. Этот человек будил в нём незнакомое, тёмное чувство, которое ему самому не нравилось. Глава клуба «Крылья» знал Харальда задолго до их встречи с Дэнелем, он знал о нём очень многое, то, что не положено знать знакомым или даже близким друзьям. Нечто гораздо более глубинное. И это не нравилось Дэнелю. Ему хотелось владеть тёмной стороной души Харальда безраздельно, хотя он и понимал, что это невозможно. Всегда будет Принц. – И сейчас улики указывают уже не на меня. - Да, я знаю. Вы встречались? – Сиг опять спрашивал лишь для соблюдения правил. Он знал, что они виделись и знал, что они не только говорили. Сиг давно уже научился замечать такие вещи – по мельчайшим деталям в поведении, выражению лица и звучанию голоса, по движениям и взгляду. Особенно по взгляду. - Да, нам удалось встретиться. – Дэнель заставил себя не думать о Харальде. Не вспоминать. Не здесь, где всё приобретало странный, болезненный оттенок. И не рядом с этим человеком. – Я собрал всё, что смог, по этому делу. - И тебе нужно доказать, что Харальд невинен. Я в этом не сомневаюсь. Не его стиль. Да и тебя он никогда бы не стал так использоваться. Никого не стал бы, но тебя – особенно. – Сиг прикрыл глаза. Ему не хотелось испытывать этого юношу на верность, не хотелось толкать его к краю, не хотелось заглядывать под маску. Больше всего Сиг хотел, чтобы Дерек Лейбрих ушёл. В этом юноше было нечто, чего сам он желал больше всего на свете, но чему не мог даже дать имени. И эта непонятная жажда разрывала его изнутри. – Я проследил за той женщиной. Вычислил все её связи. Кое-кто тебе может показаться интересным. Трое её наняли незадолго до этого убийства. Все – не слишком значимые офицеры Управления. И ни один из них не является врагом Харальда. Она получила одну большую выплату в утро убийства с зашифрованной карты. У карты нет регистрации, её изготовили в одной подпольной мастерской на заказ. Заказ был анонимный. Карта была уничтожена сразу после транзакции. Кто-то очень хорошо подготовился, но не бывает преступлений, не оставляющих следов. Преступника стоит искать среди тех троих. - Кто-то очень сильно хотел дискредитировать Харальда. И кто-то имел выход на эту мастерскую. – Дэнель сжал кулаки. Он не понимал, кому и зачем потребовались такие сложности. Кому, кроме Пророка, Харальд мог так сильно навредить. Мысленно он перебирал всех его врагов и врагов семьи, но ни один не стал бы так делать. - Об этой мастерской знают многие в Управлении. Она слишком удобна, чтобы её не прикрывали. И карточки выполнены всегда очень мастерски. Это не показатель. Эта женщина слишком мало с кем общается, только по работе. Преступник – один из её заказчиков. Тот, кто смог договориться с ней заранее. Такое за пять минут не решают. Там, в булочной, он, скорее всего, передал ей снотворное для Харальда и наркотик для тебя. – Сиг достал из ящика стола носитель информации. – Здесь всё, что выяснил я. Я передам это Харальду через курьера сегодня же. Для него времени осталось мало, либо он оправдается, либо пропустит всё веселье. Думаю, ты знаешь, как ведутся допросы в Последнем Управлении? Ему нужно хоть что-то, чтобы выиграть время. Ты сможешь наблюдать за клиентами вашей служанки. А там думай сам, что с ней делать. И что делать с убийцей. Это твоё право, возможно, даже больше, чем Харальда. - Я подумаю. – Дэнель понимал, что эта информация требует оплаты. Последние слухи с окраин и предупреждения, то, что Эдерик согласился помочь – всё это имело свою цену. Дэнель рассказывал всё, что знал. Сиг никогда не предаст тех, кто выступил против Пророка. Хотя он и говорил, что нейтрален, он никогда не сделает ничего, что могло бы навредить Харальду. Это Дэнель понимал слишком чётко. – Береги его. Сделай всё, что сможешь. - Это необязательно было говорить. – Сиг грустно улыбнулся. Он готов был отдать жизнь за Харальда, но тот не требовал от него даже крови. И никогда не приходил просто так, без всякой причины. Только с этим юношей он искал встречи, рискуя всем. Только его готов был закрыть собой от любых бед. И верить, несмотря ни на что. Сиг не хотел испытывать ревность, он понимал, что иного быть просто не могло. Харальду, чтобы жить, было нужно небо. Этот юноша был им. Странным, пугающим, но нужным. Йохан так и не обозначил своего присутствия, он не мог определить, почувствовал ли его этот юноша, или же нет. Скорее всего, почувствовал. У этого хрупкого создания были инстинкты химеры, чутьё хищника, движения охотника. Йохан не видел в нём врага, сюда этот гость приходил как союзник и проситель. Клубу он был не опасен. Но его посещение всегда выводило Сига из равновесия. Хозяин «Крыльев» мог и сам этого не осознавать, но ему со стороны было хорошо видно, как менялось поведение, менялся взгляд. Этот юноша вызывал у Сига невесёлые мысли, и Йохан догадывался, что это за мысли. И почти ненавидел этого зеленоглазого гостя. Тэлла назвала его Охотником. Она рассказала о нём, о том, как он охотился на гигантских крыс, о том, что следовал за Пророком. Сейчас Охотник стал его врагом. В этом Тэлла тоже была уверена. Девушка оказалась смышлёной и очень старательной. Она сразу вписалась в дружную семью «Крыльев», но Йохан иногда замечал, как она замирает, прислушиваясь к биту на танцполе, запрокидывает голову и закрывает глаза. Её душа всё ещё нуждалась в очищении, отречении от прошлого. Йохан стоял не шевелясь и наблюдал за своим хозяином. Сиг был не в духе, впрочем, как и всё последнее время. Напряжение пульсировало в силовых кабелях, мигало неоновыми вывесками, отдавалось в костях. Город ждал, точил ножи и отрывал куски арматуры, город жаждал крови – своей собственной, горячей и живой. Безумие струилось по водостокам, и здесь, в «Крыльях» плескалось через край. Стон наслаждения и боли, стон освобождения превращался в агонистический крик, в вопль отчаянья. Это было недопустимо и неизбежно. «Крылья» готовы были ко всему, клуб был защищён и готов не только к обороне, но и к осаде. И всё равно, этого было недостаточно. Ждать было мучительно. Йохан понимал, что Сиг отличается от остальных работников «Крыльев». Для них весь город не имел значения. Их мир и их семья находились здесь. Сигу же было, за кого бояться. Йохан хотел бы это изменить, но знал, что это невозможно. У каждого здесь был свой катарсис, каждый искал уединения и нового начала, но Сиг помнил и не желал отпускать своё прошлое, в котором было кое-что ценное для него. То, что причиняло боль. Йохан не смел пошевелиться, хотя и хотел всем сердцем защитить Сига от этой боли. Но он был всего лишь начальником охраны клуба и не мог сделать ни шага вперёд, не имел права приблизиться. Сиг сидел за рабочим столом, закрыв лицо руками. Счета, отчёты, сводки, списки – всё это не имело для него сейчас значения. Только человек, который только что вышел за дверь. Охотник. Тот, кого Сиг, наверное, ненавидел. Йохан вышел из тени, сам не понимая, что и зачем делает. Он знал, что не имеет права. В клубе была своя иерархия, свои запреты и правила. Нарушать их было нельзя. Нельзя было подходить. Йохан обошёл стол, бесшумно и осторожно. Сиг по-прежнему не шевелился, ничем не показывая, что заметил перемещения своего начальника охраны. Но он знал. Йохан не сомневался в этом. Сиг дышал в такт биению музыки, чувствовал клуб как собственное тело. Он знал всё, что происходило в «Крыльях». В том числе и то, что происходить не должно было. Йохан на миг закрыл глаза. Последовательность действий, поступков и реакция были неизбежны, неостановимы. Они оба это понимали. Необходимы. И всё-таки он медлил. Воздух был похож на хрупкое стекло – всего одно неосторожное движение, и оно разобьётся на сотни кусочков, острых и безжалостных. И потому Йохан медлил. Необходимо. Неизбежно. В его обязанности входила охрана. Он положил руки на плечи Сига и слегка опустил голову. Никогда они ещё не находились так близко. Йохан не мог и мечтать, не смел надеяться, что его простят. Но сейчас ему было всё равно. Ему позволили зайти так далеко. - Йохан. – На выдохе. Сиг не скинул ладони со своих плеч. Тяжёлые, сильные, привычные. Они никогда прежде не касались его. Ничьи не касались уже очень давно. Но Сиг хорошо знал эти руки. Он не хотел привыкать, но этот город выпивал жизнь, вытягивал до последней капли. А жить… всё ещё хотелось. После всего – хотелось.