The Heart of Life

      Дни в лесу всегда проходили своим медленным и размеренным темпом. Здесь нечего было ждать и некуда было торопиться, однако сегодня всё отличалось в разы. Приближался праздник мертвых. Это был непростой день, для многих — очередная глупость народа, для остальных же — целое сказание предков и великое торжество. Эндрю не то чтобы верил во всё это, но с детства привык не игнорировать.       31 октября для близнецов всегда начиналось заранее. Ещё за несколько дней до основного события их переглядки мог не заметить только слепой. Это было начало грандиозной войны. Эндрю, конечно, не льстит себе, но чаще всего в таких боях побеждал именно он. Сердце медом обливалось, когда он мог даже со своей спальни услышать истерическое визжание братца, а после — бесконечные проклятия. Аарон не был трусом, просто Эндрю был немножечко смышлёнее. Его проделки были масштабнее и очень часто балансировали на границах благоразумия королевы.       Один раз его даже лишили сладкого на целый месяц, а всё, видите ли, потому что кронпринц не мог ходить по королевству полностью синий. Волосы Аарона ещё несколько месяцев были цвета спелой голубики, а Эндрю постоянно пытался сдержать улыбку, припоминая что-то о лесных эльфах. Месть брата не заставила себя долго ждать, и пусть не в сам праздник, а уже на следующий день младший принц проснулся в полной постели орущих лягушек. Орали тогда, кстати, не только они.       И вот, решая не отклоняться от прошлых канонов, принц всерьёз задумался о том, как принести этот чудесный праздник в их с Нилом тихую и размеренную жизнь. Уже несколько дней он думал и думал, прикидывая в голове идеи, за которые его потом не выселят на улицу, одновременно разочаровываясь, что такие гениальные мысли не приходили ему при жизни во дворце. Аарон бы помер от страха.       Хранитель же в свою очередь даже не упоминал о празднике. Эндрю молчал, осознавая, что так Нил будет ожидать каких-то проделок, а потому все раздумья проводил там, где тот его не увидит — в саду. Сейчас Нил всё реже и реже появлялся на улице из-за своей чрезмерной чувствительности к температуре, но Эндрю это не смущало. Пусть осень уже давно вошла в своё царствие, Левиан спасала их от холодов. Погода была не слишком постоянной, но даже в самые морозные дни принц спокойно мог прогуливаться по территории в одной теплой кофте, а по утрам — даже в пижаме. Для него этот «холод» был знаком и привычен. В детстве их было не загнать домой.       Несмотря на то, что свою травму Эндрю получил зимой, снега он не боялся. Наоборот, ждал с нетерпением, чтобы наконец впервые за столько лет увидеть вживую и ощутить хруст под ногами. Эндрю любил зиму. Она была намного лучше летнего зноя, когда его тело изнывало от жары, а мозг в прямом смысле плавился.       И вот сейчас, снова обходя их сад, Эндрю думал. Всё было бы проще, если бы День мёртвых проходил во дворце, ибо там было намного больше места, чтобы разгуляться, а к тому же всегда был доступ к рынку. Праздник был уже завтра, и времени оставалось чертовски мало, а потому приходилось идти на отчаянные меры.       Он сбежал из домика поздним вечером, уверенный в том, что темнота поможет ему придумать что-то действительно страшное. Нил лишь посмотрел на него как на дурака и, укутавшись в двух одеялах, принялся читать излюбленные книжки. Вот бы Эндрю такое спокойствие, как у него.       Принц обошёл дом уже несколько раз, вышагивая территорию и думая. Только вот идей никаких не было. Аарона можно было напугать фальшивой кровью, и он уже визжал бы как девчонка, с Нилом Эндрю так поступить не мог. И вообще всё подобное было под строжайшим запретом. Он слишком дорожил их связью, чтобы напоминать хранителю о прошлом.       Когда Эндрю вновь остановился у их окошка, взгляд сразу упал на проглядываемую за легким тюлем фигуру. Нил сидел на кровати, погруженный в совсем другой мир, и даже не знал, что ожидает его завтра. Эндрю, по правде, тоже не знал, но это было делом времени. Именно в этот момент сверху послышался какой-то писк. Принц поднял голову, вглядевшись в темноту неба, но когда звук повторился вновь, перевел глаза чуть ниже. Чердак.       У их домика был чердак?       Эндрю нахмурился, бороздя в своих воспоминаниях и пытаясь сопоставить эту информацию с остальной. Точно. Нил забирался туда в конце лета, чтобы постелить новую солому, так потолок продувало меньше, и было намного теплее. Эндрю же даже смотреть в эту сторону не хотел. Высота не была его сильной стороной, но сейчас это могло стоить рисков. Он оглянулся вокруг в поисках стремянки и приволок её ближе к домику. Прямо там на него смотрела небольшая дверка, словно гипнотизируя и заманивая на самый верх. Эндрю глубоко выдохнул и сжал руками дерево, настраиваясь. Здесь не больше четырех метров, тем не менее это всё-таки крыша... Ладно, в любом случае здесь есть Левиан, и она позаботится о нём.       На первых ступеньках всё прошло хорошо, дальше Эндрю просто предпочёл крепко зажмуриться, что могло бы показаться очень глупым, но не для него, и добраться до верха. Раскрыл глаза, даже не думая о том, что под ним зияющая пустота, и потянул руку к небольшой затворке. От шума писк усилился, Эндрю дёрнул дверку на себя, и тут же мир покосился. Несколько громадных летучих мышей вырвались на свободу, ударяя его лицо крыльями. У принца была всего одна секунда для размышлений, пока его глаза ошарашенно распахнулись, а из горла вырвался истерический крик. Только во зло всем страхам его тело не покачнулось, а наоборот вцепилось в лестницу с таким отчаяньем, что на дереве, безусловно, можно было найти следы от ногтей.       — Эндрю?! — откуда-то снизу послышался испуганный голос Нила. Миньярд скосил глаза, пытаясь найти родную рыжую макушку, но от осознания, что земля так далеко от ног, в глазах помутнело.       — Мать твою, господи боже... — шепот как мантра выходил из его губ, пока хранитель, по-видимому, кружился вокруг него снизу, поднимая шуршание листвы. Через ещё несколько мгновений его талии коснулись теплые руки. Эндрю вздрогнул, но не сдвинулся ни на миллиметр.       — Прости, что коснулся тебя так неожиданно, но если ты упадешь, я себе этого не прощу, — голос Нила, ровный и спокойный, совсем не подходил под ситуацию. — А сейчас нам надо попробовать спуститься вниз.       Эндрю помотал головой, совершенно не согласный с этой идеей. Смех хранителя раздался позади, заставив его почти оскорбиться. Через мгновение до боли знакомые руки обвили теперь уже его живот, даруя крепкое ощущение надежности.       — Хэй, ну же, ты мне доверяешь? Тут всего пару ступенек, и ты будешь на родной земле, согласен?       Нил дал ему время смириться с неизбежным, а после, всё так же крепко удерживая, медленно повёл вниз. Как только ноги Эндрю почувствовали опору, он буквально осел на землю, борясь с желанием прижаться к ней всем телом. Нил, всё ещё посмеиваясь, отнёс лестницу обратно и наконец опустился напротив принца. Тёплые ладони коснулись воротника его кофты, притянув ближе, губы оставили невесомый поцелуй на кончике носа и сразу же изогнулись в улыбке на фырканье Эндрю.       — Теперь ты мне скажешь, зачем тебе понадобился чердак?       Эндрю поднял голову вверх, на ту самую дверцу, которую, по-видимому, Нил уже успел закрыть.       — Писк.       — Верно, потому что к зиме летучие мыши селятся здесь для спячки, а ты, похоже, застал их как раз перед этим, — Нил так же посмотрел наверх, только теперь уже в небо, где летали небольшие черные тела. — У вас в замке их не было?       — Откуда мне знать? — раздражился Эндрю, это все было заведомо провально, — мама боится их, а потому прислуга позаботилась о том, чтобы никакой живности поблизости не было. Как я мог знать, что эти твари поселятся прямо над моей головой?       Нил тяжело вздохнул. Его нос и щёки покраснели от вечернего морозца. Принц почувствовал воющую в сознании совесть. Из-за его глупости Нил замерз. К чёрту всё это. Не развивая и дальше столь глупой темы, он строго прервал их гляделки.       — Иди в дом, я скоро вернусь, — Эндрю поднялся с земли и подал руку хранителю.       — Не задерживайся, — тихо пробормотал Нил, мягко коснувшись губами его виска, после вновь огляделся, словно сомневаясь, но всё-таки развернулся и пошёл в дом.       Принц помотал головой, дабы выбросить ненужное из разума, однако самые красочные картинки его нелепости вспыхнули с новой силой, заставив всё лицо загореться от стыда. И как Нил вообще его терпит.       И так как идея с чердаком оказалась провальной, то у Эндрю не оставалось выбора, только как примкнуть к плану «Б». Оглянувшись, чтобы за ним никто не подсматривал, он настороженно прошёл на задний двор. Там нашёл своих давних знакомых, посмотрел на каждого своим суровым взглядом, чтобы те никуда не пропали за ночь, и со спокойной душой отправился в дом, под бок к своему хранителю. Всё-таки самые лучшие идеи иногда оказываются самыми простыми. Ну, он на это надеялся.       Утро наступило поздно. Нил, что привык просыпаться рано, совсем изменил своим принципам и теперь, подобно всем лесным жителям, не спешил покидать своё убежище из одеял. Эндрю это было на руку. До самой поздней ночи его мысли не унимались, рассчитывая всё до самых мельчайших деталей, а потому пробуждение было весьма трудным. Разлепив глаза на позднем рассвете, принц даже не поверил, что было утро. Казалось, тело сопротивлялось любым движениям и было готово проспать ещё сутки, но совесть просто не позволяла пропустить столь важную дату.       Сползти с постели, где лежал сладко спящий Нил, было почти невозможным, но, успокоив себя тем, что он сможет понежиться с ним и после, Миньярд стойко всунул ноги в тапки и начал путь к великому пробуждению.       Горизонт был слабо окрашен розовым, однако воздух успел прогреться, радуя щебечущих птичек тёплыми лучами. Эндрю сильнее укутался в тёплую кофту, недовольный прохладе после кровати, и уверенно прошёл по тропинке в сад. С его первого появления здесь много чего изменилось. Но больше всего обновлений принесла подходящая зима. Они с Нилом несколько недель подряд готовили растения к зимовке, и это действительно стоило того. Сейчас территория была пуста. Под ногами желтел ковёр из опавших листьев от жухлой травы. Роса покрыла их полностью, из-за чего ткань его ботинок стала влажной, но у Эндрю есть цель, и теперь она прямо перед ним.       Как оказалось, та самая бочка с водой для посадок была не то что пристанищем головастиков, а целым приютом, потому он лично мог наблюдать, как повзрослевшие лягушки то и дело покидали своё убежище на путь в новую жизнь. Всё-таки если его когда-то чуть не довели до белого каления этими существами, то Нил точно должен был испугаться. Не желая травмировать его слишком сильно, Эндрю оглядел бочку, оценивая размеры орущих будущих лягушек. Одной вполне было достаточно, самое главное самому не оплошать. Принц поднял с пола кувшин и принялся отделять подопытного от собратьев. У него не было больших задних лап, а потому прыгать он не должен, зато был хвост. Эндрю поморщился. Даже смотреть противно. Что ж, одна из целей выполнена.       Нил, слава богам, спал. Стараясь не смотреть на маленькое, глазеющее на него существо, принц взял одну из чашек и выплеснул головастика прямо с водой внутрь. Тот начал кружиться по дну, видимо недовольный временным жильем, но вскоре успокоился. Итак, вторая часть плана завершена успешно.       Эндрю обернулся. Хранитель, завернувшись в комочек, спал, искушение слишком великое, чтобы на него не поддаться. Принц так же тихо и ловко забрался обратно в постель, утонув в обилии тепла и приятного домашнего запаха трав. Будь его воля, он вот так бы провёл всю жизнь.       В этот раз Нил заметил его шевеления. Его рука начала хлопать по постели в поисках чего-то живого, пока не опустилась прямо на грудь Эндрю. Пальцы сжались на ткани, подзывая ближе к себе. Принц хмыкнул и чуть придвинулся, теперь располагая их лица прямо напротив.       — Ты пахнешь лесом, — пробормотал Нил, сонно сощурившись.       — Мы живем в лесу, — отмахнулся Миньярд, надеясь, что это сработает, но гримаса хранителя говорила об обратном. — Выходил подышать свежим воздухом, — исправился принц.       Нил кивнул и, подползя ещё ближе, устроился под тёплым боком. Эндрю давно привык, что его используют как печку, так что любые возмущения растирались в пепел чувством нужности и заботы. За всё это время их отношения изменились в разы. То доверие, что росло между ними с самого первого дня, стало просто нерушимым. Эндрю чувствовал, словно он до сих пор в одном из своих снов. Дёрнись — и дымка развеется, представляя жуткую реальность. Да, временами было тяжело, он не скроет, и даже сейчас тяжелый гнёт всё чаще и чаще настигал его с головой. Но Нил в его руках, и он не собирался его отпускать. Пока чувство его бархатной кожи под собственными ладонями доказывало всю реальность происходящего, Эндрю мог успокоить своих взбунтовавшихся чертей.       — Эндрю, — тихо раздалось откуда-то со стороны.       Принц нахмурился, осознавая, что тепло под боком куда-то пропало. По-видимому, его уставший мозг принял теплую постель за вызов, сразу убаюкав и погрузив в достаточно крепкий сон, что он даже не заметил, как Нил поднялся.       Он приоткрыл глаза, встретившись с чересчур довольным лицом хранителя.       — Эндрю, посмотри, какая милота, — прошептал он, сунув что-то под самый нос.       Осознание пришло быстро. Из той самой кружки на него смотрела ошалелая лягушка, медленно моргая и пытаясь не привлекать к себе внимания. Эндрю поёжился. Какого чёрта здесь происходило?       — Милая? — прохрипел он, сонно моргая.       — Да ты посмотри на неё, — Нил поднёс стакан ближе к лицу и погладил её одним пальцем. Тошнота подкатила неожиданно, а потому Эндрю резко помотал головой и, скривившись, отполз на добрые полметра.       — Какого чёрта ты считаешь её милой? — Принц резко помотал головой. — Я думал, ты испугаешься! — возмутился он, теперь пребывая в лёгком шоке.       — Испугаюсь? Ты что, хотел меня напугать? — Замешательство осело на лице Нила, но тут же сменилось улыбкой и пониманием. Он тихо рассмеялся и, отставив бокал в сторону, опустился рядом с принцем. — Ты что, ребёнок? Я думал, королевские особы далеки от праздников простолюдинов.       Эндрю хмыкнул.       — Вообще-то это традиция.       — Ну, тогда твоя традиция провалилась. Кто вообще испугается лягушек? — Нил с интересом наклонил голову вбок. Эндрю промолчал, стараясь скрыть ползущий по шее румянец. Хранитель распахнул глаза, а после снова рассмеялся, правильно растолковав свои мысли. — Не волнуйся, я буду стойко оберегать тебя от них. Принц зло на него посмотрел. Всё не должно закончиться вот так просто.       — Каждый чего-то боится, — заверил он, с уверенностью посмотрев в родные глаза. — Я найду, что затронет даже тебя.       — Не сомневаюсь, — хихикнул Нил, — только не перенапрягайся, а то вдруг твой королевский мозг слишком устанет.       Эндрю почувствовал, словно ему дали под дых. Это что, был вызов? Этот маленький засранец издевался над ним.       — И это не детский праздник.       — Верю, барышня моя, — Нил оставил звонкий поцелуй у него на лбу и, лукаво улыбнувшись, спрыгнул с постели.       Как говорится, вызов принят. Хотя если бы всё было так просто...       Идей просто не было. Нил весь день ходил довольный, занимаясь своими делами, и то и дело кидал на принца смеющийся взгляд. А Эндрю даже отбиться было нечем! Миньярд ворошил все воспоминания и даже представлял, от чего бы испугался он сам, но удивить хранителя, повидавшего за свою жизнь так много, было трудно. В конце концов наступил ранний вечер. От своего бессилия принц даже не выходил сегодня за порог, посвящая свободное время раздумьям. Все чего-то боятся. Нужно просто было найти это слабое место...       Из размышлений его вырвал крик. Он дёрнулся на своём месте за столиком и повернул голову на звук. Нил стоял около широко распахнутой входной двери, тяжело дыша, и, казалось, был готов взорваться. Его плечи напряглись, а грудь делала поспешные рваные вздохи.       — Я тебя прибью, — прошептал он еле слышно, но с такой угрозой, что это пригвоздило принца к месту. Его голова медленно повернулась в сторону, теперь одаряя этим жгучим взглядом Эндрю. — Я всё могу понять, но эти шутки низки даже для тебя! — прорычал он со всей злостью и прорывающейся наружу обидой.       Эндрю моргнул, пытаясь осознать, что он уже успел натворить.       — Ты о чем? — ровно произнес он, придав своему голосу всю твердость, которую мог.       — Притащить к моему порогу человеческий труп?! Ты из ума выжил?!       В одно мгновение всё напускное спокойствие покинуло принца, а глаза стали подобием блюдец. Он подскочил с места, несколькими шагами пересекая комнату и оказываясь рядом с хранителем. Теперь он понимал, о чём говорил Нил. Прямо на их крыльце лежал человеческий... подождите...       — Кевин, мать твою!       Этого никто не мог ожидать. Но да, прямо под его ногами лежал великий жокей и по совместительству его лучший друг Кевин Дэй. С переезда принца они так и не виделись, потому что он уехал в другое королевство на скачки, но даже так это было одно из самых дерзких появлений Кевина на его памяти.       Эндрю рыкнул от недовольства и, запихнув Нила обратно в дом, остался наедине с этой проблемой.       — Кевин, у тебя есть один шанс объясниться, прежде чем я выкину тебя в лес к волкам, — принц ткнул ему под ребра ногой, услышав оскорбленный хрип.       — Я наконец-то нашел вас... — пробормотал Кевин и с надеждой поднял голову.       Эндрю скривился. Присел на корточки и тут же чуть не опрокинулся назад, когда в нос ударил крепкий запах спиртного.       — Почему ты пьяный лежишь на моем пороге? — процедил он.       Кевин, хрипя, перевернулся на спину. Его взгляд уставился в беззвездное небо.       — Эндрю, я с утра пытаюсь вас найти, а потом мне стало холодно, и стало темно и страшно... — его губы затряслись, будто он вот-вот заплачет.       Эндрю тяжело выдохнул и растёр своё лицо ладонью. Сегодняшний день просто играет на его нервах. Ещё и Нил на него обиделся.       — Поднимайся, — грубо сказал он, встав на ноги. Дэй на благо послушался. Он некрепко ухватился за деревянные перила и зажмурился, по-видимому, от ударившего в голову алкоголя.       — Прости меня, я правда не хотел вот так, — вновь промямлил он, повернув на принца свои большие грустные глаза.       — Ты чёртова трагедия, и кто вообще решил, что отпустить тебя одного в лес — это хорошая идея?       Кевин лишь пожал плечами.       Понадеявшись, что этого времени ему хватило, чтобы начать немного осознанно двигаться, Эндрю подхватил его под бок и помог пройти жалкий метр до двери. После со скрипом открыл её, однако как только из домика повалило тепло, прямо в его ухо раздался истерический визг. В одно мгновение тело Кевина потеряло всю стойкость, словно желе, развалившись в его руках. Эндрю выругался, не понимая, что произошло, и сам поднял голову. В этот раз вопль был громче. С соседних деревьев вспорхнули оглушенные птицы. То, что этот крик принадлежит ему, до принца дошло, только когда в глазах начало темнеть, а тело неосознанно завалилось назад.       — Эндрю! — позвал испуганный Нил, но в его мире уже была темнота.       Пробуждение было тяжелым. Принц почувствовал, словно его голова сейчас расколется на две части без возможности воссоединиться обратно. Во рту неприятный вкус, а тело до сих пор слишком мягкое и ватное.       Рядом слышался обеспокоенный голос хранителя, и, пытаясь воссоздать всю картинку происходящего, Эндрю крепко зажмурился. Воспоминания накрыли с головой, и принц тут же подскочил на месте, в его доме кто-то был, и Нил мог быть в опасности. Зрение сфокусировалось на рыжих волосах хранителя. Облегченный вздох раздался сразу от них двоих.       — Ты меня напугал, — сокрушенно простонал парень. Его брови свелись к переносице, а зубы отчаянно прикусили губу.       — Парнишка, с тобой всё в порядке? — незнакомый голос отрезвил сильнее, чем хотелось бы. Принц вскинул голову. Перед ним стояло ровно три человека, и одного из них Эндрю знал до этого.       — Эндрю, эй! — Нил снова оказался перед его лицом, и только сейчас он понял, что вновь чуть не свалился в обморок. — Как ты себя чувствуешь? — беспокойство хранителя витало в воздухе, а потому Эндрю попытался кивнуть, дабы хоть немного его успокоить. Через минуту в его руки всунули стакан с водой. Миньярд залпом осушил его, всё так же не сводя взгляда с непрошенных гостей.       — Кто...       — Мама и дедушка Эрнандес, — перебил его Нил.       Эндрю почувствовал, как из легких разом пропал весь воздух.       — Эндрю, дыши! — вновь раздался тревожный голос Нила, — всё хорошо, это нормально, они иногда приходят, я должен был предупредить тебя заранее, — хранитель расстроенно опустил голову вниз, — прости.       — Итак, это тот самый Дрю? — вновь раздался женский голос. Эндрю моргнул, не зная, чему удивился сильнее — тому, что он видел мать Нила живой прямо перед собой, или новому прозвищу.       — "Дрю"? — спросил он, на что Нил тут же залился краской.       — Мама!       Теперь принц мог получше рассмотреть Мэри. Светлые длинные волосы были распущены и струились по плечам до самых бёдер, карие, чуть бледноватые глаза и такой же озадаченный взгляд. Эндрю перевёл голову вбок, прямо туда, где за их столиком сидел какой-то дед и уминал их печенье. Бровь принца издевательски вздернулась вверх, когда они пересеклись взглядами. Мужчина усмехнулся и приветливо помахал ему рукой. Обычный, ничем не примечательный старик, седой, в каких-то тряпках и чем-то напоминал ему Нила. Что ж, выглядело это действительно жутко. Эндрю с силой помассировал виски.       — Ты говорил, что он принц, так что ж такой слабенький, бедный, сейчас снова в обморок упадет, — хмыкнул старик, на что Миньярд возмущенно вздохнул.       — Эрнандес, не смущай мальчика, — усмехнулась женщина.       Нил между ними неловко попятился, а после, резко помахав головой, воскликнул:       — А ну тихо! Быстро все на улицу, — ругнулся он, недовольно смотря на двух духов.       — Ты выгоняешь нас на улицу?       — Это мой дом!       Послышалось одновременно. Хранитель поморщился.       — Сейчас это мой дом, и ничего с вами не станет, так что брысь. Встретимся у Левиан, — Нил недовольно сложил руки на груди, слушая бурчание призраков, что лениво ползли к выходу.       — Дедушка Эрнандес, оставь печенье!       Как только дом покинула вся незнакомая сущность, Эндрю нашёл себя в полном шоке. Нил устало вздохнул и повернулся к нему, чтобы снова подать стакан с водой.       — Прости за этот балаган, такое бывает, когда луна сильная, как сегодня.       Принц заторможенно кивнул. Было ощущение, словно он под дурманом. Но Нил был рядом, а две его прохладные руки теперь лежали на щеках Эндрю, заземляя и успокаивая.       — Мне надо с ними поговорить, но я вернусь, как только смогу, и всё тебе расскажу, хорошо? — Нил наклонился ещё ближе, заглянув своими невозможно голубыми глазами в его.       — Ты должен мне новое печенье, — буркнул Эндрю, только сейчас приходя в некую осознанность. Хранитель напротив улыбнулся и, мягко поцеловав его в щеку, отдалился.       — Я ненадолго, проследи пока за ним. — Нил кивнул куда-то в сторону принца. Миньярд опустил голову вниз и заметил смирно лежащего Кевина, что даже не спал, а просто в полной прострации смотрел в потолок.       Дверь захлопнулась с другой стороны.       — Дэй? — Эндрю нахмурил брови, не понимая, что творится с его другом.       — Я клянусь, что брошу пить...       Эндрю фыркнул и опустил взгляд на стакан в своей руке. Через мгновение вся вода выплеснулась на лицо ошарашенного Кевина. Дэй резко вздохнул и поднялся, теперь оглядываясь по сторонам. Встретив, как обычно, невозмутимое лицо принца, он скорчился и, как собака, потряс головой, разбрызгивая вокруг прохладные капли. Эндрю недовольно сдвинул брови от этого действия и утёр лицо рукавом.       — Зачем ты это сделал?       — Я помог тебе очнуться, неблагодарный.       — Мудак, я был в сознании.       Эндрю лишь закатил на это глаза и сполз с постели. Прошёлся взглядом по столику, анализируя, сколько его сладостей было успешно съедено старым дедом, и расстроенно вздохнул, достав свои запасы на крайний случай. Ему срочно нужно было что-то съесть, пока разум не начал жрать его самого.       За окном уже стемнело, но даже так, если бы он захотел, не смог бы разглядеть хранителя из-за густоты сада. Эндрю опустил плечи, уверенный, что пока что это не было его заботой, и вернулся в прежний мир. Всё-таки одна из его забот всё так же находилась в постели и явно не понимала, что здесь творится. Эндрю, честно говоря, тоже не понимал. Он подхватил нагретый от печи кувшин с горячей водой и умело заварил для них успокаивающий чай. После притащил к кровати небольшую табуретку и опустил на неё кружки, стараясь игнорировать заинтересованный взгляд зелёных глаз к его персоне.       — Итак, ты теперь живешь здесь? — не выдержал Кевин, когда принц уселся рядом.       Эндрю промолчал, заползая дальше и устраиваясь у самой стены. После одним взглядом указал на кружку. Дэй, наученный чрезмерной непроницаемостью принца, понял всё с первого раза и осторожно передал стакан прямо в его руки. Эндрю сделал первый глоток, что словно освободил его тело от груза всех событий, и облокотился на стену позади.       — Да, — спокойно ответил он.       Кевин несколько мгновений помолчал, словно вспоминая свой вопрос, а после кивнул. Его руки обняли собственную кружку, а голова то и дело вертелась, рассматривая их небогатое убранство.       — Тут миленько, — наконец заверил он, а после неловко почесал затылок, — и да, прости, я не хотел, чтобы всё так вышло.       Эндрю фыркнул.       — От тебя до сих пор несёт алкоголем, и какого чёрта ты вообще в моей постели?       Кевин отставил свою кружку на более устойчивое место и потёр горячие ладони между собой.       — Нил сказал, я могу отдохнуть здесь немного.       Губы Эндрю скривились. Он сделал ещё один глоток чая и откусил добрую порцию какого-то бисквита.       — Кстати, Нил и правда неплох, я не был уверен до конца, что ты, ну... — Кевин явно замялся, не зная, как подобрать слова, а после просто протараторил: — В любом случае, я рад за тебя, и вы подходите друг другу.       Эндрю издевательски приподнял бровь, выжидая, что ещё может родить его рот.       — Ну правда подходите... Ну... по росту, и вообще оба миленькие... и... — Кевин замер, увидев, как Эндрю отставил свой стакан. Его глаза в ужасе распахнулись. — Ладно! Я понял, я заткнулся.       — Это не объясняет, что ты здесь делаешь, — прервал его монолог принц.       Вопреки всему, эти слова для Дэя оказались не такими простыми. Он замялся, потупив взгляд вниз. Эндрю это не понравилось. Серьезность Кевина никогда не приводила к чему-то хорошему. Он нахмурился, дожидаясь, когда Дэй наконец наберется мужества.       — В этом году день Виты пройдет тихо, — начал он, не решаясь поднять на принца взгляд.       День Виты. День рождения близнецов и празднование благословения их королевства. Каждый год этот день был одним из самых великих праздников во дворце. Ещё в детстве юные принцы до трепета любили этот праздник, что полностью посвящался только для них одних, но что могло изменить эту традицию?       — Это потому, что я уехал? — спокойно проговорил Эндрю, хотя внутри что-то неприятно взбунтовалось.       — Нет, — четко сказал Дэй. — Об этом стало известно только несколько дней назад, и двор готовился к празднеству, так что это точно не связано с тобой. Народ знает, что второй принц жив и вас всё ещё двое, это великий праздник для королевства, и никто не стал бы его отменять даже после смерти кого-то из вас. То, что королева смогла родить двух близнецов наследников, до сих пор благословение для каждого, но в этом году все иначе.       — Ты не делаешь ситуацию лучше, — тихо произнес Эндрю, даже не скрыв угрозу в голосе.       — Меня прислали сказать, что королева в плохом здравии, — резко выдал Кевин, словно это были последние слова в его жизни.       Эндрю замер, впившись в него взглядом и пытаясь принять всю осознанность ситуации. Маме нездоровится?       — Что случилось? — прошептал он, не узнавая свой голос.       — Всего лишь немного простудилась, но из-за её возраста ей сложнее быстро встать на ноги. Лекарь уверял, что она поправится в ближайшие несколько дней, но улучшений никаких пока нет.       Эндрю сцепил зубы, чувствуя, как каждая клеточка его тела наполняется гневом.       — Может быть, это, блять, знак, что нужно позвать другого лекаря? — процедил он.       — Ты думаешь, мы не пробовали? Весь собор молится о её здоровье день и ночь!       — Ей нужен не собор, ей нужно лечение, Кевин, — резко выплюнул принц.       — Мы делаем всё возможное, Эндрю, — уже более твердо сказал Дэй. — Но даже для этого нужно время.       Миньярд дёрнул головой в сторону, осознавая, что срываться на Кевина не было никакого смысла. Сколько он жил, он никогда не помнил, чтобы королева была в постели так долго. Мысль о том, что он не мог быть сейчас рядом, прожигала изнутри колющим чувством бесполезности.       — Аарон?       — С королевой.       Эндрю кивнул, чувствуя, как зазудели пальцы в требовании сигары. Он должен быть там, чтобы помочь, он должен быть рядом, когда его самому родному человеку плохо, но он не мог ничего поделать, чтобы хоть как-то облегчить эту ношу. Мама никогда не покидала его, даже в самые сложные моменты в их королевстве, а он не мог отплатить ей тем же. Эндрю был маминым ребенком с головы до пят и не мог представить, что когда-нибудь эта женщина покинет его.       — Почему вы просто не привезете её сюда? — тихо спросил он, пытаясь хоть как-то приложить к этому свою помощь.       — Лекари считают это небезопасным, кто-то может воспользоваться состоянием королевы и напасть в дороге, к тому же в последние дни слишком холодно.       Эндрю рыкнул от негодования. Левиан смогла бы вылечить королеву.       — На это есть рыцари, — озлобленно сказал он. — Какого чёрта происходит в королевстве, Дэй?       — Королева против, доверься ей, она отослала меня к тебе не для того, чтобы ты тут же начал маяться, как испуганный зверек. Она справится с этим и уж точно не хочет, чтобы ты переживал об этом так сильно, — переняв его настроение, ответил Кевин.       Эндрю отмахнулся от него. Ему срочно нужен был табак. Он вскочил с постели, тут же подхватив с полки коробку с сигарами, и вылетел на улицу, зная, что Нилу не нравится, когда их дом пах горечью. Холод окутал его в первые же секунды, заставляя отрезвиться и дать себе минуту на передышку. Эндрю не знал, почему от одной этой новости все его тело было готово вот-вот развалиться на части. В груди звенела боль и беспокойство. Терпкий запах табака позволил сознанию проясниться.       Ему не нравилось, как собственные страхи загоняли его в тупик, делая совершенно маленьким и жалким. Эндрю горел изнутри, желая и скучая по материнскому теплу. Сколько бы раз он ни пытался отгонять эти мысли от себя, они вновь и вновь настигали его. Расстаться с родными оказалось намного сложнее, чем он думал изначально.       — Эндрю? — голос Нила, звонкий и немного удивленный, послышался рядом, опустив его на место, где он сейчас был. Его хранитель рядом с ним, и это дорого стоит, но сможет ли принц принять действительно верное решение?