The Heart of Life

      Принц проснулся от яркого, прожигающего глаза света. Эндрю почему-то был уверен, что плотные шторы спасут его от этой участи, но, кажется, не в этот раз. Он разлепил веки, тут же пожалев об этом. Вся спальня словно находилась в раю, наполненная нетерпеливым весенним солнцем.       Эндрю похлопал рукой по второй половине постели, где, как он знал, должен был лежать Нил, но, не найдя ничего тёплого, лишь наткнулся на оставленный в одиночестве камень жизни. Одно прикосновение к вещице, без которой он уже не представлял свою жизнь, разлило по телу сильные разряды и заставило вспомнить о том, что ему нужно быть осторожнее. Беспечность снова припомнит о боли, и теперь, не находясь на священной территории их сада, Эндрю должен позаботиться хотя бы о том, чтобы камень всегда находился подле него.       Наконец, когда силы вернулись к нему, а сознание прояснилось под жаркими лучами, льющимися на всю кровать, Эндрю с хрипом приподнялся, желая найти сбежавшего хранителя. Догадки о том, что тот не захочет покидать его спальню в одиночку, оправдались. Нил сидел прямо на излюбленном месте принца — небольшом балкончике, откуда открывался вид на всё королевство.       — Нил? — позвал он.       Хранитель вздрогнул на звук, по-видимому, находясь в своих глубоких размышлениях.       — Идём сюда, — позвал он, обернувшись.       Не скрывая ворчания, Эндрю тяжело поднялся, тут же всунув сердце жизни в карман. Он уже жалел, что оставил прошлую цепочку в лесу, так это было бы намного удобнее.       Нил выглядел поглощенным своей гармонией, когда сидел на мраморном полу балкончика и наслаждался тёплым ветром, окутывающим всё его тело.       Эндрю опустился рядом, невольно возвращаясь в прошлое. Хотелось взять табак в зубы и поддаться собственным мыслям, но здесь и сейчас он был более нужен.       — Как давно ты проснулся?       Нил прогудел что-то невнятное и, сцепив пальцы между собой, потянулся, словно кошка, широко зевая.       — Много раз просыпался ночью, и с рассветом мне это надоело.       Небольшие часы в спальне показывали всего около девяти утра, а значит, что даже королевский завтрак ещё не начался. Эндрю поморщился, проклиная солнце.       — Не хочешь попробовать пойти немного поспать? Мы вернулись слишком поздно, чтобы этого было достаточно.       — Прости, но не думаю, что смогу уснуть, — его глаза наконец оторвались от горизонта, чтобы посмотреть прямо на Эндрю. — Всё это такое непривычное для меня. Спать здесь, зная, что меня окружают сотни людей, сложно, и к тому же я не могу не думать о нашем доме. Вчера, когда мы пробирались через лес, я был в ужасе от того, насколько там много злых духов. Меня тошнит от того, что мой дом превратился в самый настоящий ад.       Эндрю поджал губы, наблюдая за тем, как гнев медленно вселяется в тело Нила, и самым худшим было то, что помимо этого в его глазах плескались страх и отчаяние, видеть которые было больно.       — Мы сделали всё, что могли, Нил. Никто не говорит о том, что мы останемся здесь навсегда, но мы не можем жить в такой опасности, как там. Посмотри на этот лес, — он указал прямо на зеленую границу вдалеке, где и находился их дом, — пройдет совсем немного времени, и это станет безопасным для нас. Мы не виноваты в том, что Рико оказался ебаным мудаком, но мы не должны страдать из-за этого. Сейчас мы здесь, но мы обязательно вернемся домой и восстановим наш сад, мы будем снова жить только вдвоём, не боясь, что эта ночь будет для нас последней.       Нил смиренно молчал, слушая его долгую и совсем не привычную для столь раннего утра речь. Кажется, он тоже понимал это, но хранитель был в праве поддаваться отчаянию, видя, насколько эта жизнь бывает к ним жестока. Эндрю не мог осуждать его за эмоции, но он очень хотел хотя бы попробовать изменить их. Он хотел быть рядом и стараться наполнять сердце Нила спокойствием и поддержкой, а не ещё большим страхом.       — Как думаешь, когда мы сможем вернуться? — спросил Эндрю, желая перевести их разговор во что-то более приятное и вселяющее надежду.       — За два дня моя рассада не успеет полностью умереть, — пробормотал он так, словно уже задумывался об этом раньше.       Эндрю приподнял брови, немного удивленный.       — Я не сомневался, что из всего этого ты волнуешься больше о рассаде, а не о Рико. Два дня, Нил, всего два дня, и разве это стоит того, чтобы переживать об этом так сильно?       Нил фыркнул, сильно закатив глаза.       — Я просто впервые покидаю свой лес вот так, и, конечно, я буду переживать обо всём этом. Но да, рассаду жалко. Я же её почти два месяца растил.       Эндрю покачал головой, наконец избавляясь от напряжения. Такие мелочи не стоили большого стресса.       — Идём, — позвал он, облокотившись на стену и раскрыв в предложении руки.       Недолго думая, Нил приподнялся, чтобы перелезть прямо на колени к Эндрю и растаять в знакомых и успокаивающих объятиях. В последнее время у них совсем не было времени друг на друга, и компания Рико не делала это лучше.       — Скоро наш дом снова будет только для нас двоих, — прошептал он, не смея себя останавливать в желании прижать хранителя ещё ближе.       — Только если Рико наконец сожрут его собственные творения.       — Ух как жестоко, — хмыкнул Эндрю, — но не будем о дурном. — Он немного отстранился, заставив Нила сделать то же самое, а после, не медля ни мгновения, прижался к его губам, возвращаясь в прекрасные времена, где в их мире было только тепло и витающая в воздухе романтика.       Ближе к десяти утра весь замок пробудился окончательно. По коридорам сновали слуги, меняя в вазах цветы и проверяя лампы. Из кухни на первом этаже уже доносились очаровывающие ароматы, предвещая по-настоящему вкусный завтрак. Эндрю двигался на запах, ведя за собой Нила и уже желая вновь вкусить королевской еды.       — Если ты хотел превратить наш дом в нечто подобное, то будешь жить с волками, — Нил рассматривал огромные просторы комнат и роскошь вокруг него, явно чувствуя себя неловко. Эндрю думал о том, насколько это всё было привычно, но, честно признаться, он бы никогда не променял уют, что создавали руки хранителя, на богатство.       — Мне не нужно излишеств, — объяснял он, — я просто хочу, чтобы у тебя было место для твоих любимых занятий и ты не ютился в маленькой избушке.       Нил согласно дёрнул головой, принимая только такой исход.       Столовая, куда они шли, во всю кипела жизнью даже за десятки метров. Эндрю слышал, как там носилась прислуга, и надеялся, что завтрак не начали без них.       — Ох, милый, — тихо позвала королева, как только они появились в дверях. Она оторвала взгляд от Аарона, что что-то активно рассказывал, и жестом пригласила их сесть рядом с собой. — Честно говоря, я до сих пор думала, что это всё мне приснилось, — мама скрыла улыбку за рукой. Её тёплый взгляд осмотрел их, позволяя снова убедиться, что это не мираж.       — Я проснулся с той же мыслью, — сказал Нил, пытаясь скрыть удивление от всего происходящего.       — Не переживай, дорогой, к этому быстро привыкаешь, — она подмигнула ему, заставив смутиться даже самого Эндрю. — Надеюсь, вы хорошо поспали, какие ваши планы на день?       — Сходим в город и зайдем к плотникам, я взял с собой несколько эскизов для нашего дома, — ответил Эндрю.       — Большие планы? — хмыкнул Аарон, издеваясь.       Эндрю поднял руку, чтобы показать своё искреннее мнение об этом, но Нил схватил его за ладонь, прежде чем средний палец успел даже оттопыриться. Манер в нём было больше, чем в двух принцах вместе взятых.       — Ну, если решишь всё-таки построить себе башню, то я поищу для тебя подходящего дракона.       Эндрю открыл рот, когда прямо перед ним поставили тарелку с завтраком.       — Давайте есть, — предложила королева, и никто не смог ей отказать.       Проводить утро с семьей оказалось ещё приятнее, чем принц мог себе представить. Сейчас рядом с ним собрались самые дорогие ему люди, и это было ценнее, чем всё, что он имел. Разговоры прекратились, только когда к маме подошёл её главный помощник. Дела не ждали, и, не желая задерживаться дольше положенного, они все разошлись по комнатам.       У Эндрю был большой план, чтобы теперь лично перебрать свой гардероб и взять с собой в лес всё самое лучшее. То, что в своих мыслях он уже примерял свои наряды на Ниле, хранитель узнал только когда ему в руки упала целая кипа самых разнообразных королевских шмоток. Принц копался в огромной гардеробной комнате, отыскивая всё, что могло налезть на них, и, к счастью или к сожалению, вещей было столько, что можно было приодеть целую деревню.       — Зачем тебе это? — нисколько не устало хихикал Нил, рассматривая его парадные костюмы. Большинство из них были расшиты камнями, кружевами и бахромой, делая это немного нелепым. — Представляю, если ты будешь копать в этом огород.       Лицо Эндрю перекосилось.       — Это для торжеств, — с самым умным видом сообщил он.       — Было бы мило, если бы ты так разгуливал всегда.       Но сегодня у него был другой план. Найдя чистую одежду сначала для Нила, принц принялся примерять что-то, что больше всего походило на повседневный прикид Аарона. Он не очень хотел сегодня выделяться из толпы своим появлением, а потому желал напрямую воспользоваться личиком своего брата. К нему народ уж точно давно привык.       — Ну как? — он обернулся к хранителю, показывая на себе простые брюки и белую рубашку.       — Не могу сказать, что ты похож на простолюдина, — Нил потянул его за кипенно-белую ткань, — но, думаю, сойдет.       Эндрю кивнул, осматривая себя в зеркало, когда хранитель вновь, сомневаясь, протянул:       — Только вот волосы у тебя намного длиннее, чем у брата, — и правда, близнец носил короткую стрижку из-за постоянного занятия спортом, а его волосы уже давно опустились прямо по контуру лица, — но мы можем воспользоваться этим, — Нил вытянул с верхней полки самую обычную, но всё ещё дурацкую шляпу.       Эндрю осуждающе посмотрел на него через зеркало.       — Задержимся у цирюльника, — кивнул он, понимая, что так и правда будет лучше.       Нил немного поджал губы и, видимо, желая последний раз насладиться его мягкими волосами, вплёл в них пальцы, чтобы тут же потянуться за поцелуем.       У цирюльника они смогли оказаться только через час. Оба наслаждались дозволенной расслабленностью. И пока хранитель наблюдал за преображением принца, Эндрю во всю раздумывал о том, куда им направиться в первую очередь. Ему хотелось показать хранителю всё и сразу, но раз у них было всего два дня, многие варианты отпадали.       Вернуться в королевский облик спустя столько времени ощущалось необычно, но, как и говорила королева, к этому быстро привыкаешь. Пользуясь моментом, Эндрю лично уложил волосы Нила, и теперь они воистину были похожи на самую настоящую дворцовую пару. Нельзя было не любоваться видом обычного лесного хранителя в его дорогих одеждах. Он выглядел как самый настоящий принц даже в лёгких льняных штанах и самой обычной, чуть просвечивающей блузе. Эндрю казалось, добавь сюда корсет и туфли, и перед ним будет стоять самый настоящий жених.       Перекрытие от горожан работало идеально. Эндрю довольствовался их с близнецом преимуществом и даже пожертвовал ради этого держанием за руки с Нилом. Тот настаивал на том, что подводить брата вот так нехорошо, а к тому же, если люди просто будут немного умнее, то сразу догадаются, в чём подвох. Пришлось согласиться.       Город до сих пор благоухал цветами и украшениями после скачек. Эндрю не мог не гордиться тем, что успел показать это хранителю. Нил охал, когда замечал различные расписные лавки и богато обставленные улочки. Здесь всё выглядело по-приятному родным, и, к счастью, они оба смогли влиться в это без особой тревоги. Единственное, что, наверное, отличало их от окружения, это громкие приветствия и поклоны для принца, к которым привыкнуть было сложнее.       — Если пройдём церемонию, то станешь третьим принцем, — вздыхал Эндрю, когда Нил только покачивал головой и говорил о том, что его вполне устраивала роль тайного любовника королевского наследника.       В кармане гремел мешочек с монетами, и не без удовольствия Эндрю планировал потратиться сегодня по полной. Нил в этом нещадно помогал, разгулявшись по полной и теперь сам затаскивая его в различные магазинчики и лавки. Здесь были книги, редкие травы и амулеты, что заставляли голубые глаза загораться от разнообразия.       Конечной точкой стал прилавок с уличной едой и только приготовленными сладостями. Не отказываясь, они заказали по порции сахаристых пончиков, и пока Нил усердно выбирал напиток, что уменьшит сладость десертов, Эндрю раздумывал о том, где лучше всего им остановиться. Возвращаться в покои было кощунством, но и сам принц настолько давно гулял здесь, что совсем забыл о тихих и укромных местах для посиделок.       — Заплатишь? — попросил хранитель, вытаскивая его из мыслей.       Не раздумывая, он кинул в воздух несколько монет, но, на его ожидания, Нил лишь отпрыгнул, смотря на него как на идиота.       — Хочешь без золота остаться? — с кривой усмешкой напомнил он, заставляя Эндрю ползать по земле, собирая деньги обратно. Точно, как же он мог забыть о волшебных руках лесных жителей.       — Прости, не подумал, — кривясь на свою оплошность, сказал он, передавая деньги продавцу.       — Пойдём уже, — только улыбнулся Нил, забирая небольшой кувшинчик с соком.       Поскольку к воротам они находились ближе, решено было отправиться туда. Там, за стенами, зелёные поляны и яркие весенние цветы, что несомненно радовали глаз.       — Можем не уходить далеко, — предложил Нил, кивая на раскидистые ивы, растущие вдоль каменных стен.       Погода была совсем летняя, а закат горел огнём на горизонте. Они оба смотрели прямо вдаль, на тёмную полосу леса, каждый раздумывая о своём. Эндрю было интересно, как там поживают волки. Амулеты на лошадях работали восхитительно, а вот волшебные помощники леса, как и хранители, были более уязвленные.       — Жаль, что отсюда мы не можем увидеть, всё ли там хорошо, — опечаленно сказал Нил, жуя сладость за щеками.       — Ещё немного, и мы вернемся домой, — искренне пообещал Эндрю, для своего лесного волшебника он сделает что угодно.