На одной волне

Австралия, Беллс-Бич, Виктория, 2002 год

      Раннее утро бодрит прохладой, а атмосфера некого единения с самим собой дарит долгожданное успокоение. От квартиры Чона до Беллс-Бич буквально рукой подать. Не зря он так долго искал подходящее жильё, чтобы не тратить время на дорогу и быть как можно ближе к тренировочному центру. Ехать на велосипеде в такой час — одно удовольствие. Мир только-только начинает просыпаться: кое-где встречаются спешащие на пляж сёрферы, изредка поют птицы и проезжают одинокие автомобили… Пиксель бежит рядом, довольно высунув язык, и то и дело преданно поглядывает на хозяина.       Сегодня Чонгук проснулся с чёткой уверенностью, что проблема с этим Ким Тэхёном скоро будет решена. То, что он и есть тот самый Марлин, Чон практически не сомневается, остаётся лишь убедиться в этом лично. Для этого парень даже готов пожертвовать своим временем и отложить тренировку.       — Доброе утро, — кивает ему коллега, приехавший чуть раньше него. — Что-то ты припозднился.       — Привет. — Чонгук пристёгивает велосипед к специальному парковочному столбику. — Ага, никак не мог проснуться.       — Говорят, волны сегодня ещё круче, чем вчера, — сообщает он.       — Просто прекрасно! Увидимся чуть позже! — произносит Чон, направляясь в ангар, где хранятся тренерские борды и гидрокостюмы. Там же имеется удобная душевая и раздевалка, в которой у каждого есть именной шкафчик.       Переодевшись, Чонгук проходит по длинному коридору и оказывается в здании администрации. Они договорились с Финли, что тот приедет пораньше и подстрахует с Пикселем. Друг обнаруживается крепко спящим на кожаном диване.       — Иди буди этого горе-сёрфера! — со смехом шепчет Гук и отстёгивает карабин.       Пёс срывается с места и, пулей залетев на подлокотник, начинает яростно лизать лицо парня.       — Какая же ты ненасытная! — улыбнувшись, бормочет Фин, а потом всё же открывает глаза и, отчаянно маша руками, орёт: — Фу-у, бля! Ты специально этого говноеда на меня натравил?       Смех Чонгука разносится эхом по всему вестибюлю.       — И кто тебе там снился? Я прервал твоё личное порно? — хохочет он.       — Иди ты на хер! — восклицает Бёрнс. — Пойду умоюсь от греха подальше!       — Валяй, а я пока сделаю нам кофейку, — бросает ему вслед Гук.       Идти с большими сёрфами наперевес почти полтора километра — такое себе удовольствие, но любопытство берёт верх. Возможно, они и не обнаружат там никакого Марлина, а Тэхён окажется кем-то другим, о чём всю дорогу неустанно говорит Финли. Но Чонгук настроен довести дело до конца. Пока главной целью было убедиться в собственных догадках, а дальше он решит, как поступить.       Волны на этом споте далеко не простые, да и дно Чонгуку неизвестно, хотя он и катался здесь несколько раз, но всё же привык к центральному пляжу Беллс-Бич, где знает буквально каждый сантиметр. На лайнапе качаются человек пять и ждут подходящего момента. Приближаться нельзя, иначе Тэхён может их заметить и узнать по наличию собаки. Если, конечно, он вообще здесь…       Чон прищуривается и толкает в бок друга.       — Вон тот в шлеме, — кивает он. — Думаешь, Марлин?       — Да разве ж отсюда разглядеть? Без понятия! — озадаченно произносит Бёрнс.       — У нас вообще мало кто в шлемаках катается. Либо лузеры, либо те, кто совсем отбитый на голову и травмировался не раз… Но говорят, что у Марлина есть именная доска и шлем тоже узнаваемый. Если я подойду ближе, то смогу понять, он это или нет.       — Шуруй, а мы пока с Пиксом тут побудем. — Фин усаживается на лежак.       Чонгук оставляет доску и медленно шагает в сторону моря, неотрывно всматриваясь в сёрферов на воде. Один из них разгоняется, вскакивает на борд и, поймав волну, проезжает очень даже неплохо. Такой спот однозначно не для новичков, поэтому немудрено, что Марлин выбрал именно это место. На часах почти шесть утра. Морская стихия уже вовсю бушует, демонстрируя мощь и силу, которую невозможно покорить, а только почувствовать единение. Чон так задумался, что чуть не пропустил, когда парень в шлеме запрыгивает на сёрф и стремительно катится по липу, а потом технично исполняет бэк эйр ревёрс и снова возвращается на лайнап под громкие восторженные крики остальных райдеров. Сегодня идеальный офшор, а это значит, что человек, сделавший подобный трюк, очень тонко чувствует направление ветра и однозначно является профессионалом. Крохотный червячок зависти неприятно зудит в сознании, а понимание того, что это, скорее всего, сам Марлин и, возможно, Ким Тэхён в одном лице, заставляет сердце гулко ухать в районе горла.       Он с самого начала показался ему странным, будто не от мира сего. Совершенно непонятно, что на уме у этого человека, а его непосредственность несколько раз вынуждала Чонгука застыть в недоумении. Тэхён был открытым и недоступным одновременно. Будто играл какую-то роль, заранее зная, как на его слова и жесты отреагируют окружающие. Абсолютно точно уверенный в том, какой эффект производит на людей.       Особенно на девушек…       Чон прекрасно помнит, с каким интересом на него смотрели Соён и Бонни, когда Ким бесцеремонно подошёл познакомиться. Не обратить внимания на такого видного парня было бы настоящим кощунством. Чего уж греха таить, Чонгук и сам с нескрываемым любопытством зависал, разглядывая какие-то чересчур идеальные черты лица. Да и двигался Тэхён так, что его уверенности в себе можно было только позавидовать.       Весь такой охеренный, что аж тошно.       И если он тот самый Марлин, то Чон просто обязан его дестабилизировать. Узнать слабые стороны и выяснить, какое же преимущество можно использовать против соперника.       Пока Гук терзается догадками, Тэхён ждёт завершения проезда одного из сёрферов и неожиданно замечает знакомый силуэт. Прищурившись, он подплывает чуть ближе и видит вдалеке его белобрысого друга и собаку.       — Блядь! — ругается Ким и разворачивается, чтобы вернуться на лайнап. — Какого хрена он тут забыл? — Тэ машет Куперу и разгоняется, чтобы поскорее добраться до того. — Погоди! Пропусти свою очередь!       — Чего такое? — вопросительно кивая, удивляется друг.       — Там Чонгук на берегу! — шипит он.       — Да ладно? — Парень тянет шею и с любопытством разглядывает людей. — Не вижу никого!       — Будет полнейшая жопа, если он узнает, что я Марлин! — в панике говорит Тэхён.       — Ну он рано или поздно всё равно бы это выяснил, — усмехается Уилсон.       — Спасай, дружище! — Ким умоляюще смотрит на него.       — Да каким образом? Притопить тебя, чтоб не мучился? — смеётся Купер.       — Мне не до шуток сейчас! Харви просил держать в тайне, кто я такой!       — А для чего эти загадки?       — Это всё лишь подогревает интерес к моей персоне… — стонет Тэхён.       — И каким образом я должен помочь?       — Я прикрою нас сёрфом. Переодевай шлем, — быстро говорит Тэ.       — Рехнулся? Чтобы этот Чонгук думал, будто Марлин — это я?! — восклицает он.       — Мы поменяем пляж, если хочешь, уедем вообще в другое место! Но я не могу выйти из воды, пока он там!       — Ну так и плескайся тут до вечера, — хихикает Купер.       — Понятия не имею, для чего они сюда припёрлись, если всегда тренируются на центральной части Беллс-Бич! — сокрушается Тэ, с опаской поглядывая на берег. — Он отвернулся, пошёл к другу. Ну же, давай! — Ким стягивает шлем с очками и надевает их на парня.       — Один раз! Слышишь? И не заставляй меня делать эйры: я же убьюсь на хер! — бормочет Уилсон, застёгивая ремешок.       — Просто катайся, как обычно. Ты отличный сёрфер, Куп! — Он хлопает его по плечу. — Может, они вообще уйдут сейчас и проблема будет решена…       — Ага, бля, конечно! Вон уже прётся твой Чонгук в воду с доской! — качая головой, сокрушается тот.       — Да чтоб его! — ругается Тэхён. — Что он задумал?       — Без понятия. Сейчас моя очередь, так что давай свой сёрф и пожелай мне удачи!       — Смотри не сломай мне борд! Я за него башку отверну!       — Тогда надевай шлем обратно и делай эйры перед своим ненаглядным!       — Почему это сразу «ненаглядным»? — возмущённо шипит Тэ.       — Думаешь, я не понял, что ты на него запал? — усмехается Купер и поправляет очки. — И как ты катаешься во всей этой херне?       — Привык уже, поначалу тоже мешало…       — Ну так что? — Друг замирает, наблюдая, как за спиной Кима к ним стремительно приближается Чонгук.       — Плыви, но аккуратно! — строго предупреждает Тэхён и оборачивается. — Чёрт! — Он ложится на борд Уилсона и отчаянно гребёт подальше от лайнапа.       Солёная вода бьёт в лицо, но волнение захлёстывает гораздо сильнее. Тэ же решил держаться на расстоянии от него, так с какого перепуга тот сам теперь его преследует?       Чон останавливается, чтобы перевести дух, и в недоумении смотрит на парня в шлеме. Вблизи он уже не кажется ему Тэхёном. Ко всему прочему, Чонгук видит Кима уплывающим куда-то в сторону.       — Какого хера тут происходит? Ничего не понимаю… — озадаченно произносит он и решает всё же нагнать Тэ, пока тот не слишком далеко.       Чон прекрасно видит, что Тэхён постоянно оборачивается и пытается ускориться, поэтому гребёт ещё активнее, а потом и вовсе окликает его:       — Да остановись ты, в конце-то концов!       Чонгук рычит от злости и радуется, когда очередная волна резко подхватывает его и помогает приблизиться к заветной цели.       «Боже, мы как два придурка!» — про себя усмехается он.       Тэхён смотрит назад и понимает, что смысла играть в эти грёбаные догонялки уже нет, поэтому останавливается и, не сводя пристального взгляда с преследователя, садится верхом на доску.       — Ты, случайно, не чемпион по гребле? — спрашивает запыхавшийся Чонгук.       — Нет. А вот ты, как я погляжу, точно лучший пловец! — Тэхён тоже тяжело дышит.       — Ты меня избегаешь? — Чон также седлает сёрф и смотрит на растерянного парня.       — Держусь от тебя подальше, как и обещал, — тихо отвечает Тэ.       — Не припомню такого, — хмыкает Чон.       — Это я сам себе пообещал, так что…       — Ходить за тридевять земель, чтобы потренироваться, когда центральные споты рядом с кемпингом, — это максимально нелогично.       — И пиздец как неудобно, — усмехается Ким.       — Тогда почему не приходишь?       — А ты соскучился? — Тэ выгибает бровь и улыбается краешком губ.       Чонгук хмурится, потому что, пока гнался за этим чудаком, растерял все заготовленные фразы, которые хотел произнести. Да и эти взгляды теперь воспринимаются совсем иначе, когда он знает о его намерениях. Но Чон же сам желал соблазнить или хотя бы втереться в доверие.       «Ну, действуй уже, трус несчастный!» — мысленно рычит он сам на себя.       — Я хотел бы общаться нормально, да и посмотреть, как ты катаешься, тоже интересно. К тому же я подумал, что Марлин…       — Разочарован, что я не он? — перебивает его Тэхён, пристально глядя на Чонгука, и до сих пор не верит, что они вновь разговаривают.       Внутри тепло трепетно разливается по всему телу, хотя ничего особенного не происходит: он просто смотрит на него. Но вдруг ловит себя на мысли, что безумно соскучился по этому серьёзному выражению лица, и едва сдерживается, чтобы счастливо не растянуться в глупой улыбке.       — Мы в одном списке на чемпионате. И я подумал… — Чон отчаянно пытается подобрать нужные слова.       — Я его знаю, — неожиданно говорит Ким.       — Марлина? — округляя глаза, спрашивает Гук.       — Да. Даже лучше, чем ты можешь себе представить. Но он одиночка, как и сама рыба. Не зря его так прозвали, — кивает Тэ и укладывает длинные ноги на доску.       — Вы приехали вместе? — осторожно интересуется Чон.       — Мы почти одно целое, — как-то двусмысленно отвечает он, чем вызывает полное недоумение на лице Чонгука. — Не в том смысле, о котором ты подумал. — Врать ему совсем не хочется, но до финала Харви очень просил не раскрывать себя. Это сильно усложняет процесс тренировок, а личная симпатия к Чону лишь ещё больше усугубляет ситуацию.       — Вы лучшие друзья?       — Можно и так сказать… — Тэхён юлит и не даёт прямых ответов, потому что не хочет откровенной лжи, но и правду говорить не намерен.       Харви много рассказывал про стратегию его продвижения как известного сёрфера. Победа на этом чемпионате должна стать хорошим стартом для его дальнейшей спортивной карьеры. Мистер Пит вращался в таких кругах, где знакомство с нужными людьми играло немаловажную роль. На Кима он явно делал большие ставки и всё время твердил, что если тот будет следовать его советам, то с такой внешностью скоро многие спортивные бренды захотят заполучить Марлина для своей рекламы. Интрига очень подогревала интерес к его персоне.       Тэ и не догадывался, что Харви прятал его ото всех, как самое большое сокровище. Мужчина неосознанно оттягивал тот момент, когда уже не сможет контролировать своего любимчика. Рано или поздно ему пришлось бы это сделать, но тренер, зная непростую историю его отношений с семьёй, очень хотел помочь ему продвинуться дальше. Этот парень был достоин самого лучшего.       — Предлагаю не заниматься ерундой и продолжить тренировки на центральном споте, — миролюбиво говорит Чонгук.       — Боюсь, Марлин будет против, а я уже за компанию таскаюсь с ним сюда, — пожимая плечами, произносит Тэ.       — Что за тайны мадридского двора? — Чон начинает злиться.       — Всему своё время. Просто подожди немного… — Тёплая улыбка способна растопить даже самое ледяное сердце, и Чонгук не исключение.       — Раз уж мы здесь, предлагаю устроить пати вейв. — Чон искоса поглядывает на Марлина, который виртуозно проезжает по волне, но сейчас без эйров. — Или ты так не катался ни разу?       — Отчего же… — хмыкает Тэ. — Сегодня отличные волны для этого. Но держи дистанцию в метра три-четыре.       — Хочешь с трюками? — уточняет Чон.       — Можно немножко похулиганить, — подмигивает Тэхён, жалея, что у него сейчас нет его любимого борда.       — Тогда ты первый, а я за тобой… — командует Чонгук.       — Лады! — Ким ложится животом на сёрф и активно гребёт в сторону лайнапа.       Купер в недоумении наблюдает, как парни поочерёдно разгоняются и вскакивают на борды, синхронно улавливая подступающую волну. Первым двигается Тэхён, поглядывая назад, и с довольной улыбкой делает раундхаус, сократив между ними расстояние до опасного минимума.       — Эй! Ты же сам говорил держать дистанцию! — возмущается Чон.       — Не ссы! — выкрикивает Ким.       У Чонгука места для манёвра уже просто не остаётся, поэтому он следит лишь за тем, чтобы не задеть носом своего борда чужой сёрф. Ни разу Чон не ездил так близко с кем-то, но отчего-то уверен, что они завершат прокат идеально. Он смотрит на позу Тэхёна и отмечает, что тот полностью контролирует процесс, то ускоряясь, то, наоборот, замедляясь. Когда волна заканчивается, оба падают в воду и тут же выныривают, довольно улыбаясь.       — Неплохо! — удовлетворённо кивает Чон. — Какие ещё трюки ты хорошо исполняешь?       — Все из классического сёрфинга, — говорит Ким и тут же осекается.       — А есть и другие? — прищурившись, интересуется Гук.       — Есть, но это секрет, — с улыбкой отвечает парень.       — Сегодня вечером приходи в бар на пляже.       — Зачем? — Тэхён удивлённо вскидывает брови.       — Озвучивать причину приглашения обязательно? — Чонгук мысленно умоляет, чтобы Ким не сказал, что она необходима.       Тэ усмехается и многозначительно кивает, будто знает какую-то страшную тайну, известную только им двоим.       — Ты приглашаешь меня в качестве кого? — уточняет он и нагло наблюдает за реакцией парня, который заметно нервничает.       — Тэхён… — Чон закатывает глаза.       — Ладно-ладно, — примирительно отступает. — Во сколько?       — В часов восемь пойдёт?       — Договорились.

***

      Когда Чонгук вернулся на берег, выяснилось, что Финли снова задремал и профукал момент пожирания Пикселем очередной гадости, которую он умудрился накопать в песке.       — Твою ж мать! — орёт Чон на весь пляж, пугая до чёртиков резко вскинувшегося друга.       — Что? Что такое? — хлопая глазами, хрипло спрашивает Бёрнс.       — Я же просил следить за ним! — ругается Чонгук, дёргая за поводок.       — Да твой пёс и гвозди переварит, не кипишуй! — широко зевая, говорит Фин.       — В другой раз пришлю тебе счёт из ветклиники! — строго предупреждает он.       — Ой, всё! Следи сам за своим говноедом! — Парень машет на него рукой.       Чонгук оглядывается в поисках душевых, но здесь пляж не так оборудован, как в основной части Беллс-Бич, поэтому он подхватывает доску и торопливо шагает в сторону тренировочного центра.       — Эй! Ну, прости! Я не спал почти всю ночь — вот меня и вырубило… — виновато оправдывается Бёрнс, семенящий за другом. — Лучше расскажи, как там Марлин.       — Это не он, — недовольно бросает Чонгук.       — В смысле? А кто? — изумлённо интересуется Финли.       — Хер в манто! — бормочет Чон.       — Так и будешь злиться? — Он хватает его за плечо.       — Прощу, но при одном условии, — чуть смягчившись, говорит Чонгук.       — Каком?       — Выясни данные парня, который проживает вместе с Кимом.       — Он что, и есть Марлин? — удивляется Финли. — И на хрена я тащил с собой борд? Даже не прокатился…       — А кто тебе мешал? — Чонгук сосредоточенно о чём-то думает и параллельно следит за псом, который то и дело норовит сигануть в сторону. — Меня терзают смутные сомнения, будто мне намеренно что-то недоговаривают. Пытаюсь понять что.       — А что тебе даст его имя? — озадаченно спрашивает Бёрнс.       — Я смогу выяснить, в одном ли он со мной списке.       — А если меня уволят? Знаешь же, что это конфиденциальная информация. Да и Стив не сильно горит желанием помогать.       — Последний раз попроси его. Обещаю, что больше приставать не буду.       — Ладно… Но с тебя пара кружек пива.       — Ты забыл про свои извинения за Пикселя? — хмыкает Чон.       — Эх! Не прокатило, — вздыхает парень, перехватывая борд поудобнее.       День пролетает незаметно за многочисленными тренировками. К удивлению, Чонгук почти не вспоминает о Тэхёне и Марлине: был увлечён занятиями с другими райдерами. Вымотанный до предела, он принимает душ и придирчиво смотрит на себя в зеркало. Сейчас бы добраться до дома и упасть замертво, но нужно тащиться в бар…       В ожидании Кима Чон решает немного выпить для храбрости, а то мысль о том, что он пытается втереться в доверие к человеку, который к нему неравнодушен, заставляет изрядно нервничать. Пиксель свернулся у его ног и мирно спал, наконец угомонившись.       — Привет. — Мягкий бархатный голос слишком узнаваем, чтобы перепутать его с кем-то другим.       Чонгук поднимает голову и зависает, глядя на парня, которого сам же и пригласил. Кажется, тут кто-то готовился, будто шёл на свидание… Ким был в свободной белой рубашке и драных голубых джинсах. Расслабленный и чертовски обворожительный. Чон останавливается на его шее и ключицах, разглядывая множество цепочек, среди которых изящная нитка жемчуга. Носить такие украшения парням несвойственно.       Если только ты не гомосексуал.       Или не Ким Тэхён.       Чонгук шумно сглатывает и наконец встречается с ним взглядом. Чувствительный нос улавливает чужой парфюм с древесными терпкими нотками. Но, в отличие от той же Бонни, он приятно обволакивает и совсем не раздражает. Скорее наоборот, хочется придвинуться и вдохнуть глубже, чтобы насладиться им ещё больше.       — Привет, — чуть откашлявшись, произносит Чон. — Опаздываешь. — Он кивает на часы.       — Пунктуальность не мой конёк, уж прости. — Ким садится напротив и откидывается на спинку стула, демонстрируя изгиб шеи и выпирающий кадык, а потом шумно выдыхает: — Умотался я сегодня с этими волнами…       — Я тоже, — добавляет Чонгук и, потягивая хайбол, не сводит с него глаз.       Пока Тэхён сидит вот так, с прикрытыми веками, можно без палева таращиться сколько душе угодно, что Чон и делает. Скользит взглядом по рукам и останавливается на пальцах. Разве у парня могут быть настолько потрясающие кисти? С тонкими ободками золотых колец, которые, как и подвески, идеально смотрятся на нём.       Весь Тэхён — сплошная эстетика.       — Любуешься? — тихо произносит Ким.       — Что? — слегка вздрогнув от неожиданности, спрашивает Чонгук. — Чем?       — Не чем, а кем. — Он поворачивает голову и медленно открывает глаза. — Мной.       — Вот ещё! — фыркает Чонгук, пряча краснеющее лицо в бокале с виски.       — Я тебе тоже нравлюсь, не отрицай, — нагло произносит Тэ.       От такого бесцеремонного заявления у Чона учащается сердцебиение и пропадает дар речи. Этот парень ведёт себя так, будто читает его мысли. Но он же и правда любовался, тут не поспоришь.       — Не как мужчина, — поспешно добавляет Чонгук.       — Как женщина? — с улыбкой интересуется Ким.       — Тэхён… — Чон ловит себя на мысли, что закатывать глаза в присутствии этого человека начинает входить в привычку.       — Я двадцать четыре года Тэхён, но могу стать для тебя кем угодно, — горячо шепчет он, прожигая пленительным взглядом.       — Не пытайся меня склонить к чему-то эдакому, — окончательно заливаясь краской, говорит Чонгук и просит повторить порцию. — Ты что-то будешь? — вежливо предлагает он.       — Угощаешь? — бросает хитрый взгляд.       — А нужно? — ухмыляется в ответ Гук.       — Не знаю, девушек обычно угощают парни. А какая роль у меня? — Он вынимает пачку из кармана и подкуривает длинную белую сигарету. Каждое его движение неторопливо и изящно, будто Тэхён кайфует от самого себя. Тонкая струйка дыма улетает вверх и растворяется в темноте ночного звёздного неба.       — Ты не девушка, — напоминает Чонгук, поражаясь абсурдности диалога.       — А ты предпочитаешь только их? — Снова пронзительный взгляд карих глаз вызывает у Чонгука бурю эмоций.       — Если ты о моей ориентации, то…       — Все люди от рождения бисексуальны, — перебивает его Тэ. — Мы приходим в этот мир с половыми признаками, но это ни о чём не говорит. Влюбляешься же в человека, в его сердце и душу, а не в дырку между ног.       — О боже, прекращай! — стонет Чонгук, совершенно не готовый к таким разговорам.       — Тебя смущает эта тема? — Негромкий смешок вынуждает Чона чувствовать себя максимально неловко. Будто он грёбаный подросток.       — Я не считаю, что все люди бисексуальны, — тихо говорит Чонгук. — Просто есть такие, как ты. У которых изначально что-то пошло не так.       — Но я так не считаю. Хотя было время, когда меня пугали собственные мысли. Но потом я научился любить себя и принимать полностью, и всё стало невероятно легко и просто.       — И большой у тебя опыт в этом деле? — осторожно интересуется Чон, искоса поглядывая на тлеющую сигарету, зажатую между губ.       — Достаточный, чтобы ты не разочаровался.       — Я-а? — Чонгук резко давится виски и пугает тем самым Пикселя, который тут же вскакивает на ноги, с тревогой глядя на хозяина.       — Трусишка, — смеётся Тэхён. — Я пошутил, расслабься.       — Раз уж мы заговорили о таком, я задам достаточно личный вопрос? Но ты можешь не отвечать, — чуть отдышавшись, произносит Гук.       — Спрашивай что угодно, постараюсь быть максимально откровенным с тобой. Ну, насколько это возможно. — Он тушит сигарету и тянет руку к чужому стакану. — Позволишь сделать глоток? — Пальцы ложатся поверх его ладони и задерживаются там в ожидании.       Чонгук неотрывно смотрит на эту кисть, которой несколько минут украдкой любовался, и почему-то не хочет, чтобы Ким её убирал.       «Сумасшествие какое-то!»       — Могу заказать тебе такой же, — шепчет он. — Угощаю. По-дружески, — на всякий случай добавляет Чон.       — Закажи себе новый, а я допью этот. — Тэхён нагло тянет хайбол на себя. — У меня есть ужасная черта: я обожаю есть не из своих тарелок и пить из чужих стаканов. Так вкуснее!       Усмехнувшись, Чонгук отдаёт хайбол и наблюдает, как парень смакует его напиток.       — Так что ты хотел спросить?       — Как у вас это происходит? — смущённо произносит Гук.       — Ты о сексе? Называй вещи своими именами, стесняшка! — подмигивает Тэ.       — Твоя прямолинейность меня убивает! — Он вновь закатывает глаза и качает головой.       — А чего ходить вокруг да около? Тебе сколько лет? Ты вроде старше меня…       — Да, на два года.       — Будь мы в Корее, я бы называл тебя хёном, — смеётся Тэхён.       — Вот уж не надо, — цокает Чон.       — Поясни свой вопрос. Тебя интересует сам процесс? Подготовка? Или позиции? — уточняет Тэ, наблюдая, как округляются глаза Чонгука.       — О господи! Всё, забудь! — машет он рукой. — Я не хочу знать!       — Пойдём прогуляемся? — предлагает Тэхён, допив виски.       Чонгук благодарно кивает, радостный, что Ким так быстро сменил тему, и поднимается из-за стола. Тело гудит после длительных заплывов, но он был совершенно не прочь пройтись.       — Мне нравится этот спот, — тихо говорит Тэхён. — Всё продумано до мелочей, да и тренер ты хороший, очень ответственный.       — Тогда катайтесь здесь, в чём проблема? — пожимая плечами, спрашивает Гук.       — В Марлине.       — Почему он скрывается ото всех? — интересуется Чонгук и тянет сонного Пикселя за собой. Пёс явно набегался и не желал активничать.       — Это всего лишь маркетинговый ход.       — Вот как? Он рассчитывает на победу?       — Конечно.       — А ты?       — А что я? Мы в разных… — Тэхён резко осекается, понимая, что только что ляпнул лишнее.       — Но Марлин — один из лучших сёрферов. Он должен быть в списке вместе с нами, разве нет? — не унимается Чонгук.       — Верно.       — Тогда неувязочка получается. Ты же сам сказал, что вы в разных категориях. Я видел списки. — Чон тоже ляпнул то, что говорить было не положено.       Ким резко останавливается и глядит в сторону моря. Он молчит неприлично долго и, повернувшись к Чонгуку, зачем-то произносит, снова продолжив движение:       — Лучше спрашивай меня о сексе, а не про это.       Чон озадаченно смотрит на красивый профиль и теряется в догадках. Ощущение, что ему что-то недоговаривают, вырастает в разы.       Ему срочно нужно поговорить с Финли и выяснить, смог ли он узнать имя этого Марлина.

***

Австралия, Сидней, 2022 год

      Вечеринка у Барри Линдона обещала стать чем-то поистине грандиозным. К ней готовились основательно: закупили тонну выпивки и разнообразных закусок. И кажется, была приглашена вся золотая молодёжь. Хозяин дома гарантировал, что проблем с соседями не будет, потому что все разъехались, а собранных денег хватит с лихвой и на последующий клининг. Огромный особняк этим вечером открыл свои двери для всех гостей, обещая улётную тусовку с местным диджеем и дикими плясками у бассейна.       Парни и девушки, во всём белом, бесконечным потоком стекались к трёхэтажному зданию в конце улицы, приветливо здоровались друг с другом в ожидании веселья. Феликс и Хёнджин намеренно решили не приезжать вместе, чтобы лишний раз не вызывать подозрений, хотя перед вечеринкой немного выпили в гараже у Ликса и добирались уже на отдельных такси.       Прибыв первым, Хван не спеша поднялся по ступенькам и показал флаер одному из приятелей Линдона.       — А дружок твой где? — спросил он.       — Без понятия, — пожав плечами, сказал Хёнджин.       — Ладно, валяй! Бухло — на кухне, лучшие цыпы — у бассейна, — кивнул чернокожий парень.       — Окей! — Хван протиснулся через толпу и, зацепив пару бутылок пива, направился на задний двор, где была самая движуха.       С Феликсом они договорились особо не взаимодействовать и сосредоточиться на девушках, чтобы максимально оторваться. Но спустя сорок минут Ликс так и не появился у бассейна, и Хёнджин уже не на шутку забеспокоился. Достав телефон, он написал ему сообщение, которое не было просмотрено даже спустя пятнадцать минут. Веселиться совсем не хотелось, а в свете последних событий Хвану казалось, что могла случиться какая-то беда.       Он всё же набрал номер друга и застыл у входа в дом, слушая короткие гудки.       — Алло! — пьяно ответил Феликс, перекрикивая громкую музыку.       — Ты где? — тревожно спросил Хёнджин.       — На вечеринке! — хихикнул Ли. — А ты?       — И я! Всё в порядке? Ты в доме? — уточнил он.       — Ага, всё хорошо! Ой… — На фоне послышался какой-то посторонний шум и громкий смех.       Джин отключился и направился на поиски друга. Кажется, кто-то нажрался в слюни за этот час. В большой гостиной тоже играла музыка, и Хван наконец заметил Феликса. Он танцевал босиком на столе вместе с двумя симпатичными девушками в слишком откровенных нарядах. Как и оговаривалось, Ликс держал телефон и что-то рассказывал на камеру, позволяя одной из них целовать его в шею, а другой проводить языком по упругому животу. От увиденного у Хёнджина внутри всё перевернулось. К этому он готовил себя морально целую неделю, но смотреть, как чужие губы ласкали его мальчика, — это выше его сил. В помещении было душно от огромного количества народа и беспрерывного курения электронных сигарет. Хван встретился взглядом с Феликсом и кисло улыбнулся в ответ на его приветствие.       «Бежать, срочно бежать отсюда!»       Резко развернувшись, он огляделся и, наткнувшись на целующуюся парочку на лестнице, стрелой полетел наверх, чтобы хоть немного прийти в себя. Дикая ревность тисками сжимала грудную клетку, не давая сделать вдох, а злые слёзы сами собой катились по щекам, только и успевай смахивать, пока их не заметили. Кто-то поздоровался с ним и, схватив за рубашку, попытался остановить, но Джин никого не видел и не слышал, нервно огрызаясь. Дёрнул ручку одной двери, а затем следующей, которая наконец поддалась. Он сполз по стене и спрятал лицо в ладонях, слушая собственное сердцебиение.       — Блядство! — обессиленно ругнулся он. — Зря мы это затеяли!       Хван не знал, сколько минут так просидел, но, когда дверь открылась, на пороге стоял растерянный Феликс.       — Вот ты где! Я тебя обыскался! — сказал Ликс, щёлкнув замком. — Ты чего так рванул сюда? Что случилось?       «О боже! Только не он! Только не сейчас!» — с ужасом подумал Хёнджин.       — Развлекайся. Я скоро вернусь, — едва слышно отозвался парень.       — Эй! Расскажи мне. — Феликс хотел присесть рядом, но, потеряв равновесие, пьяно завалился прямо на Хвана. — Упс, прости!       Хёнджин придерживал его рукой и смотрел в осоловевшие глаза, обрамлённые пушистыми ресницами. Мысль о том, что он только что зажимался с какими-то девицами, причиняла невероятную боль.       — Уходи. — Хван умоляюще смотрел на друга.       — Но почему? Я чем-то обидел тебя? Мы же договорились…       — Ты целовался с ними? — неожиданно выпалил Хёнджин.       — С кем? С теми девицами? — Ликс всё же устроился рядом, вытянув длинные ноги в светлых брюках прямо перед собой.       — Да…       — Э-э, нет. До этого не дошло. А что такое? Ты положил глаз на одну из них? Прости, я же не знал!       — Ясно, — коротко кивнул он и поднялся с пола. — Я поеду домой: мне нехорошо. — И отвёл взгляд в сторону, чтобы его не уличили во лжи.       — Эй! Я с тобой! Контента наснимал, так что…       — Я сказал «нет»! — слишком резко выкрикнул Хёнджин и заметил удивлённое лицо друга.       — Да что с тобой такое? А ты? Успел с кем-то позажиматься? Или всё пошло по бороде? — не унимался Ликс, с трудом поднимаясь на ноги.       — Да, всё хорошо, но камера заглючила, увы, — нервно пожал плечами он.       — Тогда дубль номер два, чувак! — Феликс толкнул его в грудь. — Так нечестно!       — Я не хочу. — Хван начал злиться на самого себя.       — Почему? Мы же договорились!       — Да насрать мне на этот договор, понятно? — рявкнул парень и попытался выйти.       — Джинни… — Ликс ошарашенно посмотрел на друга. — Ты что, ревнуешь?       — Что? Нет! С чего ты взял? — нервно усмехнулся Хван.       — Посмотри на меня! — Он развернул его лицом к себе. — Ты так себя ведёшь, потому что тебе было неприятно видеть меня с ними?       Хёнджин зажмурился и сделал глубокий вдох. Все эти вопросы были лишними, но, зная лучшего друга, он прекрасно понимал, что тот не отстанет. И ложь почувствует сразу же, потому что врать Джин совсем не умел. Распахнул глаза и печально посмотрел на Феликса.       — Да.       — О боже… — в шоке прошептал Ли. — Ты…       — Это ничего не значит, так что не беспокойся! — начал оправдываться Хван.       — И как давно? — совсем тихо спросил Феликс.       — Тебе обязательно это знать?       — Да, мать твою! Отвечай! — истерично взвизгнул Ликс.       — Года два, наверное…       — Охуеть! — Феликс запустил пятерню в волосы и сделал пару шагов назад, будто увидел призрака.       — Я же говорю: это ничего не значит! — Хёнджин чувствовал, как дрожал его голос. — Ты же не перестанешь со мной общаться?       — Я… я не знаю, — ошарашенно пожал плечами Ли. — Не понимаю, как я сразу не увидел.       — Значит, мне удавалось хорошо скрывать свои чувства, — грустно усмехнулся Хван.       — И насколько они сильные?       Хёнджин смотрел на друга, который, вероятно, после этого прекратит с ним общаться. То, чего он боялся больше всего на свете, неумолимо превращалось в реальность.       — Настолько, что я готов поубивать там всех, кто хоть как-то тебя касался. Моя ярость до такой степени сильна, что мне слишком сложно там находиться и делать вид, будто всё в порядке. Потому что это выше моих сил, Ликс. Я, блядь, по уши в тебя влюблён и ничего не могу с этим поделать. Прости… — Слёзы отчаяния катились по щекам, когда он смотрел, как перепуганный и растерянный Феликс протрезвел в один миг и рванул к двери, не желая слушать эти чёртовы признания от лучшего друга.       Как раньше уже не будет.       Это понимал каждый из них…