Покажи мне любовь

Лёгкие жгло, а из глаз уже готовы были вырваться слёзы, но я не останавливалась. — Эй! — Слышу крики толпы, что бежит за мной уже минут пять. Их человек пять и всё из-за того, что один из этих придурков решил понтанутся перед друзьями и обозвал меня «куклой», я же не смогла не ответить ему, назвав «придурком», как итог: они решили меня поймать. Прямо лужа, но я её не оббегаю и даже не перепрыгиваю, бегу прямо по ней, тут же чувствуя, как мои тряпичные кеды намокли. А самое ужасное, что мне придётся так бежать пока я от них не оторвусь или им не надоест. Как назло, ещё людей толком нет никаких. Поворачиваю за дом и, пробегая мимо арки, тут же тяжело падаю на асфальт, сбитая огромных размеров телом. — Ну что, сука, извиняться будешь? — Сказал тот, что пытался подкатить. — Да пошёл ты! Пинали меня, казалось, целую вечность. Сжавшись в комок и закрыв голову руками, я терпела их весьма болезненные удары, пока один из них не прилетел тяжелым ботинком мне прямо по лицу. От удара кожа у меня на лбу лопнула и всё окрасилось алым. Видимо это их как-то остановило, после этого меня тут же перестали пинать, они просто разошлись, оставив меня одну. Домой я вернулась спустя час. Тело ужасно болело, а кровь никак не хотела останавливаться. Жила я в частном секторе в развалюхе, что когда-то являлась домом. Фундамента у дома не было, просто доски, которые положили на землю, так что пол был гнилой, а стены покосились. Дом медленно уходил под землю. — Можете не волноваться, — говорю пустому дому. — Просто неудачно упала. Полгода назад мои родители бросили меня. Не знаю куда они делись, но даже записки никакой не оставили. Шесть месяцев я вынуждена выживать не пойми как. Все запасы еды, что были в доме, были съедены за три месяца. Ещё я всё ждала, когда мне отключат свет, за коммуналку я не платила, да и не из чего было. На той неделе пик моего отчаянья достиг того что я стала воровать на рынках и в магазинах. Даже уже не позорно было, заходя в ТЦ и отправляясь на фудкорды, доедать за кем-то остатки еды. Но чтоб не вызвать никаких подозрений я продолжаю ходить в школу. Кажется, мне что кто-то да догадывается, что со мной что-то произошло, но просто делает вид, что всё хорошо. Кто-то все шесть месяцев пытается вызвать в школу моих родителей. Весь дневник исписан красной ручкой. Надоело каждый раз придумывать новое враньё почему на этот раз они не пришли. Некоторые даже грозятся прийти ко мне домой, вот этого мне, конечно, только не хватало, даже страшно представить, что будет если они поймут, что все полгода я живу одна. Точно отправят в приют. Подхожу к стационарному телефону, обходя уже прогнившие до дыр доски. Подняв трубку, прижимаю к уху и понимаю, что его отключили. Наверное, это даже к лучшему, надоели эти звонки из школы. Умывшись и даже не глядя на своё отражение в зеркале, я иду в свою комнату и падаю на софу. Дом хоть и до этого был так себе, а теперь стал ещё хуже, это я понимаю, поймав взглядом огромный след плесени на потолке. Тут же поворачиваюсь на бок, обняв подушку, очередной приступ отчаянья накатил и всё внутри сжалось, меня затрясло, утыкаюсь лицом в подушку и тут же слышу стук в дверь. Вздохнув, встаю и иду открывать. Глазка нет и скрипя зубами, молюсь всем богам, чтоб это были не из школы. — Привет, — вздрагиваю от его голоса, сосед стоял и нагло улыбался, откровенно пялясь на меня. — Родители дома? — На работе, — сквозь зубы отвечаю. — Я бы хотел зайти. — Нет, — тут же дёргаю на себя дверь, чтоб закрыть, но он выставляет ногу. — Детка, — меня аж передёрнуло, когда он похотливо облизал свои потрескавшиеся губы. — Ты чего? Я же тебя совсем маленькую знаю. Откровенно говоря соседа я считала чуть ли не педофилом. Он всегда как-то странно на меня поглядывал, и мои родители даже мне запретили с ним разговаривать и никогда не оставляли его одного наедине со мной. — Дядя Гоша, мне плевать как давно вы меня знаете, я вас не приглашала. — Я знаю, что ты одна, — и он улыбнулся как маньяк, при тусклом свете лампы блеснули две его золотых коронки на нижних зубах. — Дома же рядом располагаются. — Он буквально отшвырнул меня и вошёл в дом. — М-да уж. — Оглядел отклеенные обои и гнилой пол. — Ну ты можешь не стесняться и ко мне зайти. — Он надвигался, засунув руки в карманы штанов. — Покормлю и… Хватаю какую-то доску что уже года два стояла в прихожей прислонённая к стене и замахиваюсь на него. — Пошёл вон! — Эй? Эй? Полегче. Ты же… Бью его доской по руке, что он выставил, и доска переламывается на двое, а он морщится и трёт её. — Поля, ну зачем так? — Паника наступает и оглядевшись, я хватаю телефон и вырвав его из розетки, кидаю в него. — Девочка моя. Паника так накрыла меня, что я готова была из окна выпрыгнуть, лишь бы он свалил. Мне даже показалось, что у соседа стояк. — Не бойся меня, — он нервно улыбнулся, продолжая наступление. — Тебе не… Бегу от него в сторону кухни и тут же хватаю нож, что валялся в раковине. Он даже дойти до меня не успел, когда я выскочила в коридор с ножом и помчалась на него. Заметив у меня в руке нож, сосед тут же выскочил из дома, а я поспешила запереть дверь на все замки. Меня всю трясло. Я ещё долго не могла успокоиться. Так и не заснув, пошла в школу. По пути всё оглядываясь, чтоб не столкнуться с соседом. В школу я пришла достаточно рано и просто сидела на скамейке у раздевалки и скучала. Постепенно стали приходить люди и, к моему сожалению, я снова успела нарваться. Причём не у обычного учителя, а на саму директрису. Она сразу с порога бросила на меня недовольный взгляд и поманила к себе. С неохотой поднявшись, иду к ней, и тут же чувствую, как её пальцы весьма крепко, но не до боли, сжимают мою шею сзади. Плечи машинально взлетают вверх, но её это не останавливает и меня ведут в кабинет директора. Она отпустила меня только в кабинете. Я молча стояла, а она сняла с себя пальто и подойдя к шкафу, открыла его, достав вешалку и повесив на её пальто, убрала в шкаф. Просто стою, глядя на свои кеды, которые никак нельзя было выдать за сменку. Директриса же прошла и села за свой стол у окна и смерила меня таким тяжелым взглядом, что мне стало совсем не по себе. — Есть, что сказать? — Только качаю головой. — Что с лицом? — Пожимаю плечами всё ещё молча. — Шишкова, мне уже не первый раз жалуются учителя, что они вызывали твоих родителей в школу, а те не приходят. Полгода! Есть, что сказать? — Смотрю на окно и только поджимаю губы слыша, как женщина тяжело вздыхает. — Почему трубку никто не берёт? Ты хоть что-то знаешь? Стоишь тут и молчишь. Разговаривать с директрисой не желательно, это я поняла за все годы моей учебы тут. Когда я только пошла в школу она была учителем математики и химии. Перейдя в пятый класс, она стала завучем. А вот спустя ещё несколько лет, стала директором. Лично все мы считаем, что она не брезговала идти по головам. Подсиживать, и прочее, чтоб завладеть долгожданной должностью за такой короткий срок. — Шишкова, чтоб сегодня твои родители пришли в школу. — Они не могут. — Надо же, ты оказывается умеешь говорить! — С притворным удивлением сказала она и как-то самодовольно ухмыльнулась, откинувшись на спинку кресла и зачем-то стала барабанить пальцами по столешнице. — Не знала. Отвожу взгляд в сторону, не в силах смотреть на неё дальше. — Я всё сказала. Не придут, так в гости зайду. Ясно? — Киваю и уже готова идти к двери. — Я не отпускала, — слышу её голос. — Так что с лицом? — Ударилась. — Об что? — Об дверной косяк. — Она поднимает одну бровь и всем своим видом говорит о том, что не верит. — Ладно, свободна. Про родителей не забудь. Да блефует она, ей смысла нет тащится в мою помойку. Просидев шесть уроков, я поспешила свалить домой. Оказавшись на улице у меня появилась цель не попасться на глаза соседу. — Поля! — Вздрагиваю, услышав его голос и не останавливаясь, бегу к своему дому. — Поля! Слышу, как он бежит за мной, достаю ключи и забежав на крыльцо, тут же начинаю отпирать дверь. — Давай просто поговорим, — он добегает до крыльца, а я влетаю в дом и прямо перед ним захлопываю её, заперев. Сердце бешено стучит, и я сползаю на пол. — Полина, ну не будь такой! Просто открой! Сердце никак не замедлялось, когда я встала и пошла к себе. Есть хотелось, но еды не было, и я просто закрыла глаза, обняв подушку и решила поспать. Когда не было совсем еды, я рано ложилась спать. Вот только утром просыпалась злая и голодная. Так я и заснула, но проснулась уже вечером от громкого стука. Надеюсь это не сосед. Выйдя из комнаты, смотрю в сторону кухни, думая, взять ли мне нож. Пока я думаю, стук, кажется, становится злее. В этот раз я не стала открывать сразу, а решила спросить: — Кто? — Голос ото сна был хрипловатый и живот неприятно ныл от голода. — Шишкова, ты ничего не напутала? — Раздался строгий голос директрисы, и я подскочила на месте. — Открывай быстро! Это было сказано таким тоном, что я как-то даже побоялась ослушаться и открыла дверь, впустив её в дом. Директриса, как зашла, тут же придирчиво огляделась. — Где родители? — На работе. — Оба? — Она закрыла дверь и похоже не собиралась уходить. — Да. — Точно? — Отодвинув рукой меня в сторону она беспардонно стала заглядывать в каждую комнату. Даже сапоги не сняла. — Что за помойка? — Это мой дом. — Да вижу, что твой, — она недовольно посмотрела на меня. — Как давно одна живёшь? — Что? — Я не слепая, чтоб понять, что у тебя что-то стряслось. И многие из учителей делились своими подозрениями со мной, что ты живёшь одна. Да и просто, неужели двое взрослых людей, которые, тем более, работают, не смогли бы поклеить обои? Тебе тут не страшно? Пол сгнил до такой степени, что я землю вижу. А плесень? Ты понимаешь, что вообще не желательно жить рядом с плесенью? Дом выглядит заброшенным. — Не правда. Я тут живу. И родители мои тоже. — Да? — Она вернулась на кухню и открыла холодильник. — Пусто. И в шкафах пусто. Чем ты питаешься? И тут мой желудок подал признаки жизни. Не вовремя и весьма громко. — Родители в магазин зайдут после работы. — Хорошо. Подожду. — Эм… они на сутках. Оба. — Полина, кого ты пытаешься обмануть? — Но я говорю правду. И тут входная дверь открывается и в прихожей появляется Гоша. — Вижу что меня жда… — Он резко замолкает при виде директрисы. — А вы кто? — Не важно, — она встала так что полностью закрыла меня собой. — Ты кто такой и что тут забыл? — Эм… я сосед. Я пришёл… — Как пришёл, так и уйдёшь, — она направилась к нему и буквально стала выталкивать его из дома. — Пошёл вон! — Женщина, что вы себе позволяете? — Это что ты себе позволяешь, извращенец чёртов, — процедила она сквозь зубы и ухватила его за член так, что сосед взвыл от боли, согнувшись пополам. — Я тебе там всё оторву, если хоть раз увижу тебя возле Шишковой. Даже смотреть и дышать в её сторону не смей. Она толкнула его с такой силой, что он кубарем слетел с крыльца. Слышу его тяжелый стон, и директриса со всей силы хлопает дверью. — Собирайся, поедешь ко мне. — Но… — Или ты хочешь остаться наедине с этим? Собирай вещи, Шишкова, иначе так поедешь. — Да я родителей подожду. Она только покачала головой и подойдя ко мне, схватила за руку и потянула за собой. — Погодите, я правда не хочу с вами. — Мне плевать чего ты там хочешь, — распахнув дверь я боялась, что увижу соседа, но его не было и директриса потянула меня к своей Тойоте Камри. — Я всё сказала. — Но я даже дверь не заперла, — пытаюсь не дать себя насильно усадить в машину. — Думаешь, там есть что воровать? — Она насильно затолкала меня на заднее сидение и заблокировала дверцы. Разблокировала только тогда, когда села за руль и тут же снова заблокировала. — Поживёшь у меня. — Вы всех так легко к себе жить зовёте или я особенная? — Не у всех родители пропадают на полгода. Только вздыхаю, откинувшись на спинку. Вообще не понимаю с какой целью она решила меня забрать. Ехали мы долго и в полной тишине. В машине так тихо было, что я слышала, как она дышит. Да тут даже моё сердце стучало так громко, что казалось, его прекрасно слышно. — Приехали, — директриса жила в шестнадцатиэтажке на четырнадцатом этаже. Высокий белый дом, на территорию которого чтобы попасть, надо проехать через ворота. Не люблю, когда так дворы огораживают, гулять негде, всё в заборах. — Светлана Алексеевна, а вы одна живёте? — Да, — она смотрит на меня через зеркало заднего вида. — А что? — Ничего. Может ей одиноко и вот она решила, чтоб кто-нибудь против своей воли составил ей компанию? Выйдя из машины, я огляделась. Даже детской площадки нет, одна сплошная стоянка. И как тут с детьми жить? — Пойдём, — директриса опустила руку мне на плечо и повела к одному из трёх подъездов, а именно к первому. В подъезде было чисто и даже где-то стояли цветы в горшках. Всю дорогу от машины и до самой квартиры её рука была у меня на плече. Ей просто нравится меня трогать или она думает, что я сбегу? — Поскольку ты живёшь у меня, значит жить будешь по моим правилам. — Я вроде не просила ее меня забирать. А ничего у неё ремонт в квартире, хороший. Всё в светлых тонах, а на полу паркет. Даже как-то непривычно, что у неё нет плесени и гнилого пола. Мне как-то неловко, по сравнению с её квартирой, мой дом настоящая помойка. Даже стало понятно почему она так сказала когда вошла. — Есть же хочешь? — Ну… — Мне вот вообще неловко ей об этом говорить. — Кухня прямо. Кухня у неё была просторной и ни фига не пустой. Один диван со столом уйму места занимали. Красный кухонный гарнитур даже как-то резал в начале по глазам, но я быстро привыкла. — Руки помой, — сказала вошедшая на кухню директриса и кивнула мне на раковину. — У меня есть плов. Могу разогреть тебе. А я даже не помню, когда последний раз его ела, поэтому сразу согласилась. Сама директриса не ела, просто стояла, облокотившись об кухонный гарнитур, и смотрела на меня. Честно, это даже как-то пугало, но я настолько была голодной что старалась этого не замечать. — Дать добавки? — Спросила она, когда тарелка опустела. — Не стесняйся, тут тебя всё же откормить надо, слишком схуднула. — Говорит, как будто я для нее скотина на убой, но киваю и она положила в тарелку ещё плова. — Тебе деньги хоть оставили? — Нет, — или я просто не смогла их отыскать. Может мои родители и позаботились о моем дальнейшем существовании. — А еды? — Ну, то что было, то уже съедено. — А тот сосед с замашками извращенца. Он часто к тебе заглядывает? — Да не особо. Я его всегда выгоняю. — Она кивнула, словно сама себе. — Когда доешь, то иди в ванную, тебе надо помыться. — Так я чистая. — Я сказала, что ты помоешься, значит помоешься, нечего со мной спорить. — Опять включился директор. — У меня нет сменной одежды. Она подняла бровь и как-то странно на меня посмотрела. — Я же тебе говорила, чтоб ты вещи взяла. — Не помню такого, она меня просто вывела и насильно к себе в машину посадила. — Ладно, сейчас посмотрю что-нибудь. Она вышла, а я стала есть намного медленней. Вообще не понимаю, что ей надо? И не в лом же было самой лично ехать ко мне домой или классная испугалась? — Ты всё ещё ешь? — В руках у неё было полотенце и футболка. — Так. — Глаза у неё недобро заблестели. — Быстро в ванную. Пришлось быстро доедать и взяв полотенце с, как оказалось, весьма длинной футболкой и идти в ванную. — Можешь воспользоваться моим шампунем, — она зашла следом и показала мне на бутылку шампуня. — И давай в темпе, нечего медлить и дверь не запирай. — Почему? — Не особо горю желанием, чтоб меня голой видела директриса. — Замок заедает тут, запрёшься и дверь вскрывать придётся, — и она вышла, а я уставилась на дверную ручку. Ну, тут, наверное, нет никакого смысла обманывать, правда ведь? Надеюсь, она не зайдёт, когда я буду мыться. Шампунь у неё был с запахом кофе. Быстро помывшись, вытираюсь и натягиваю на себя футболку. Она точно не этой женщины, слишком длинная, на мне вообще, как платье смотрелось. Сложив свои вещи аккуратно в стопочку, выхожу из ванны. Директриса сидит в большой комнате на диване и смотрит телек. Увидев меня, она тут же выключила его. — Ну наконец-то, — поднявшись она посмотрела на вещи у меня в руках. — Думала тебя пойти поторопить. — Дома я обычно куда дольше моюсь, чем тут. Пока вода была, надо пользоваться. — Оставила бы в ванной, — она кивнула на мои вещи. Откровенно говоря, мне было не по себе находясь рядом с ней. — Надо тебя уложить, — она огляделась. — Ну, точно не в этой комнате. И она повела меня в соседнюю комнату, что находилась дальше по коридору. Как я поняла, у неё в целом двухкомнатная квартира и она привела меня в свою спальню. — Эм… — Вопросительно смотрю на неё. — Я типо тут спать буду? — Да. — И так спокойно об этом говорит. — А вы где тогда? — Она одарила меня таким взглядом, что я почувствовала себя умственно отсталой. — Как ни странно, тоже тут, и на этой кровати. Перевожу взгляд с неё на кровать и обратно. Мне как-то совсем не в радость лежать в одной постели с этой женщиной. — Я могу и на диване. — Нет, не можешь. — Она зло посмотрела на меня, как будто хочет ударить, если я еще раз заикнусь про диван. — Да зачем вам как-то утруждаться? Я не обломаюсь и спокойно переночую на диване. — Я даже собралась выйти из комнаты, но она не дала. — Шишкина, — строго сказала она. — Не нарывайся. Я сказала, что ты спишь на кровати, значит так оно и будет. Мне было ужасно неудобно, да и неловко проходить и ложиться в кровать. Да, откровенно говоря, мне было страшно. Особенно страшно, когда директриса стала переодеваться прямо при мне, абсолютно не стесняясь. Укрывшись с головой одеялом, я жду, когда весь этот стриптиз закончится и она ляжет спать, просто хочу новый день и свалить домой уже наконец. Чувствую, как она ложится рядом и тут происходит то, что я никак не ожидала — она протянула руки и схватив меня, притянула к себе, обняв. Я же лежу в полном шоке и кажется мне, что на ней нет лифчика. — Светлана Алексеевна? — Перепуганным голосом начала я. — М? — Вы бы могли не обнимать меня? Ну, или хотя бы не так крепко к себе прижимать? — Голос у меня предательски дрожит, но явно не из-за холода. — А что так? — Действительно — Ну… — ну, как-то неловко говорить, что мне в целом неприятно и то, что её грудь упирается мне в спину. — Просто я не люблю спать с кем-то. — Привыкай. — В смысле?! Я же у нее только на ночь, правда же? — Но мне жарко, — пытаюсь отцепить её руки от себя. — Да? Шишкова, прекрати врать, иначе за враньё буду наказывать физически. — Да вы не имеете права меня трогать. Вы мне никто! Вообще, пришли и забрали просто так. Она только вздохнула и крепче прижала меня к себе. Я же пытаюсь активно вырваться и тут женщина просто берёт и закидывает на меня свою ногу. Я скривилась, пытаясь скинуть рукой её ногу с себя и тут же застыла, когда моя рука задела её голый зад. — Ну что так робко? Смелее. — Слышу её издевательский тон. Она даже ослабила свои объятия, и я медленно, как в фильме ужасов, оборачиваюсь. Хоть и было темно, но я всё равно смогла разглядеть её обнаженное тело. — А-а-а! — Закричала я так, что испугалась сама и, похоже, испугала саму директрису. Я уже готова была вскочить на ноги и убежать, но она тут же зажала мне рот и навалилась сверху. — Что кричишь? — Недовольно прошипела она мне в лицо. — Спи давай лучше, завтра в школу. Хотя, если тебе так не спится, то можем заняться кое-чем куда интересней. Она убрала ладонь от моего рта. — Лучше поспать. — Поспешно говорю и внимательно слежу за ее движениями. — Тогда заткнись и спи, — она слезла с меня и тут же обняла. И всё же ночью я и не могла толком спать, было не особо комфортно, что она обнимала меня и тем более голая, меня пугала вся эта ситуация. — И да, после уроков ждёшь меня. — Задумываюсь и поджимаю губы. — Зачем? — Испуганно спрашиваю. — Потому что я так сказала. — У нее аргументов нет? — Не придешь, пожалеешь. Всё, спи.