Верь в мою веру в тебя

      Время бежит с чудовищной скоростью. Через пять месяцев он получит диплом, через пару недель — полетит в Москву на хакатон, а сегодня — совершенно особенный день. С небом цвета металлической стружки, заиндевелыми деревьями и мелким, пробирающим до костей дождиком. День рождения Влада. О, стоило только Розанову узнать о нём, как он больше не мог найти себе места, лихорадочно соображая, что можно (и нужно!) подарить Могилину по такому поводу. В своей простоте, Женя так прямо и спросил Влада, на что получил неожиданный ответ:       — Да забей. День как день.       И ещё что-то в духе «лучший мой подарочек — это ты». Но ведь это было совсем не то, на что рассчитывал Женя. Конечно, времена пышных застолий, детских праздников и толпы родственников на пороге давно прошли, но Розанов всегда отмечал свои и друзей дни рождения так, чтобы их компании было, по крайней мере, весело потом это вспоминать. И уж от кого-кого, а от Влада такой флегматичности вряд ли можно было ожидать. Но будто одного этого было мало, последнюю неделю Влад почти пропал с радаров. На сообщения отвечал редко и неохотно, туманно говоря «сейчас занят» и «давай попозже». Сколько не бился, Женя не могу найти объяснения апатии Влада и его резкому игнору. «Просто занят человек» — пожимал плечами на эту новость Тимофей, «Моральный паразитизм и эмоциональные качели» — уверенно заключал Пашка. Мириться с таким положением дел Розанов был не намерен, а потому, призадумавшись, он смог прийти к следующей мысли: «Может, это у него просто в этом году нет настроения из-за раздрая с его лучшим другом? Тимуром, кажется». Зацепившись за это, молодой человек озадачился вопросом, как ему исправить всю ситуацию (ведь в случившемся есть доля и его участия). Женя успел пройти все семь стадий принятия за одну ночь, бессонно ворочаясь в своей кровати, а на утро, резко сев на кровати и почувствовав прилив решимости, Розанов сам себе объявил: «Я с ним поговорю!». И плевать, что от одних только воспоминаний о том, как зло и жестоко Тимур выглядел, когда до полусмерти бил своего лучшего друга, у Жени пробегал холодок по спине и подкашивались ноги! Об этом Розанов старался вообще не думать, чтобы не терять свой боевой настрой. Но газовый баллончик перед встречей лучше всё-таки преобрести. Так, на всякий случай.       Только этого ведь недостаточно. Разговор — это не подарок, нужно что-то более вещественное, что-то, что можно, в прямом смысле, подарить. Каждый человек хоть раз в своей жизни сталкивался с всепоглащающим и обезоруживающим кризисом поиска идеального подарка. Когда множество предметов вокруг становятся либо «безвкусными», либо «бесполезными». И как хочется быть непременно оригинальным! Кружки, носки, подарочные наборы, пена для бритья, футболки — всё мимо. Что можно подарить такой оторве, как Влад? Первыми вариантами были губозакатывательная машинка и смирительная рубашка, но первой в природе не существует, а вторая бы, весьма вероятно, так пришлась Могилину по вкусу, что в один прекрасный (и недалёкий) день он бы нарядил в неё самого Женю. Подумав ещё, Розанова осенило, и, не меделя ни секунды, молодой человек собрался и побежал в магазин.

***

      Подарок Владу был куплен и дожидался своего часа в коробке. Двадцать восьмого января Женя встал рано и на цыпочках прокрался из своей комнаты к прихожей. Родители спали, и Розанову не хотелось утруждать себя придумыванием объяснения для своей ранней прогулки. Пару дней назад он обратился с просьбой раздобыть без лишнего шума адрес Влада к Тимофею. Тимофей от одногруппников узнал, что Влад снимает квартиру с Денисом, а от друзей последнего парень получил все интересовавшие его сведения. Страшно представить, что бы ещё мог Тим нарыть для него, учитывая, что ответ на свой запрос Розанов получил через каких-то полтора часа. Единственное, что Тимофей не уточнил — так это что Могилин уже почти месяц как не появлялся дома. И узнал Женя об этом после часа в автобусе, тридцати минут, потраченных на дорогу от остановки по убитой в хлам дороге до новостроек, и сеанса самоедства перед дверью неизвестной ему квартиры. Женя был готов встретиться лицом к лицу как с Владом, так и с Тимуром. Хотя, во втором случае его лицо, скорее всего, сначала встретилось бы с кулаком парня, а потом и с бетонным полом подъезда. Но вопреки всем ожиданиям после нескольких минут долбёжки кнопки звонка ему нехотя открыл всклокоченный и заросший щетиной Денис в трусах и вылинявшей зелёной майке. Парень сквозь сонно прищуренные щёлки глаз смотрел куда-то мимо Жени, ожидая от последнего любой интенции перед тем, как он захлопнет дверь и продолжит спать, уткнувшись лицом в подушку.       — А Влад и Тимур дома? — осторожно спросил Женя, стараясь незаметно заглянуть через плечо Дениса вглубь квартиры. Вероятно молодой человек уже настолько привык, что его друзей постоянно кто-то выискивает, что не стал даже уточнять, а что это за важный хуй бумажный припёрся к нему в восемь утра и ещё докапывается?       — Влад тут уже месяц не появлялся, а Тимур только-только свинтил из дома к Софе. Она вроде в больничку отъехала.       — Как в больницу? А что с ней? — не на шутку разволновался Женя, чувствуя огромный укол вины за то, что не был в курсе судьбы девушки. После расставания они так больше и не общались. Розанов решил в полной мере взять на себя роль мудака, и как бы не было велико его желание сохранить приятельские отношения с Завадой, предлагать ей дружбу у парня язык не повернулся. «Милая, твои нынешний и бывший парни замутили, но не переживай, зайка, они ведь это не со зла, а из большой, крепкой мужской дружбы» — примерно так бы, скорее всего, для Софы звучали любые попытки примирения. Пока девушка сама не выходила на связь, Розанов предпочитал её не тревожить, и вдруг выясняется такое…       Окинув скептическим взглядом страдальца перед собой Денис решил, что провести ближайший час в дверях — ему совсем не улыбается, и, почесав затылок, отступил назад.       — Повезло тебе, что Тимура нет, он-то твою физиономию видел. Ну не стой над душой, Ромео, заходи, раз пришёл.       — Да я, вообще-то только к Владу… — осёкся Женя, понимая, что идущий босиком в кухню парень его больше не слушает. Помявшись ещё немного на придверном коврике с коробкой в руках, Розанов прошмыгнул внутрь и закрыл за собой дверь.       Дома было… Как-то неуютно что ли. Воздух душный, спёртый, в прихожей лежало четыре пакета с мусором, которые собирались, но так и не донесли до помойки, по полу валялась обувь, а на зеркало была нацеплена какая-то мишура чисто ради символического украшения к празднику, который уже закончился.       — Можешь не разуваться, — кинул из кухни Ден, за что Женя был ему очень благодарен. Поскольку тапочки ему не предложили, Розанов уже представлял себе незавидную судьбу своих белых носков. Оставив коробку и верхнюю одежду, молодой человек пошёл на пробивавшийся сквозь жалюзи лучик света и оказался в тускло освещённой из-за полуперегоревшей лампочки кухне.       Денис открывал очередную банку энергетика (на подоконнике стояло не меньше дюжины уже пустых), умудряясь при этом курить и выпускать дым через нос. Почувствовав сильный запах сигарет, Женя непроизвольно поморщился.       — Чай? Кофе? А, кофе кончился. Надо попросить Тимура взять по дороге домой, хотя, он, наверное, потом сразу на работу поедет, и вернётся только завтра… Ладно, сам закажу доставку.       — Я ничего не буду, спасибо, — Женя неловко сел на пластиковую табуретку и сложил руки на коленях, — Так что там с Софой?       — Сам не особо понял. Из того, что мне удалось узнать от одногруппников: её забрали после обморока или что-то типа того. Ну Софа и до этого уже пару раз лежала в диспансере, Влад говорил, у неё какие-то беды с башкой и РПП.       — О Боже, это она из-за меня…       — Не, не парься, это у неё сезонное. Когда они с Могилиным встречались, Софа три раза в дурку уезжала.       «Прекрасно её понимаю» — вздохнул Женя.        — Хотя и не исключено, что в этот раз именно ваш с Владом тандем довёл её.       Розанов внутренне замер и напрягся, как ожидающий нападения кобры сурикат.       — Да мы с Владом сдружились, но…       — Ой, ну давай без вот этого вот: «Не сосались, не ебались — лишь за ручки подержались». Я вас двоих запреметил ещё тогда на балконе. Но, конечно же никто меня слушал! Если вдруг, ну может быть, тебе интересно — я с тех пор приглядывал за вами с Владом, и, надо сказать, вы друг друга стоите, хотя я и не думал, что всё зайдёт настолько далеко. Думаю, ты и так уже понял, что Тимур распсиховался, когда сделал то же самое открытие. Только в отличие от меня, ему это оказалось не настолько безразлично.       — Я хотел с ним поговорить.       — Зачем? — Денис удивлённо задал такой простой вопрос, что у Жени разом сдуло все его заранее заготовленные ответы и мысли на этот счёт. Знаете это чувство, когда долго прокручиваешь в голове все слова, которые непремено должен сказать, а в самый ответственный момент, они просто исчезают из твоей памяти? И в какую прострацию это вгоняет!       — Э… Ну, чтобы объяснить ему… То есть, чтобы помирить…       — То, что вы — пидорасы, Тимур уже и так знает. А мирить его с Владом дело неблагодарное — захочет, сам придёт, а если — нет… Что сказать? Его право.       Женя хотел возразить, но ничего не ответил. Влад, по сути, имел в виду то же самое, когда сказал, что это их с Тимуром дело. А уж он этого парня знает подольше Розанова. Молодой человек прикусил край нижней губы и шумно выдохнул. Заметив, как парень перед ним загрузился, Денис усмехнулся: иногда он и сам удивляется, что может выдавать что-то настолько глубокомысленное. Ну а хули ему, «Психология» четвёртый курс!       — А как насчёт Влада? Ты сказал, что он уже месяц тут не появляется. Где он живёт сейчас? Снимает отдельно квартиру?       — Не, у него сейчас полная жопа дома, так что с деньгами всё печально. Живёт день там, день сям. У друзей, у коллег, на работе, если возможность есть, вариантов много.       — А что у него дома? — сразу зацепился за ниточку Женя, — Влад как-то упомянул что у него есть две сестры, и больше ничего не рассказывал. И что с его родителями?       Денис поджал губы, недовольный тем, что сболтнул лишнего. Ну вот кто его за язык тянул?       — С матерью всё ок — женщина-огонь, работает медсестрой, тянет двух девчонок. Влад помогает им, как может, — пожал плечами парень и отвернулся к холодильнику.       — А с отцом что? — Женя и так понимал, что скорее всего никакого положительного ответа на этот вопрос не получит, но всё же решил по крайней мере попытаться попробовать.       — Бля. Это такой ебучий пиздец, что объяснить тебе его сможет только сам Влад, я в эти дебри не полезу. Скажу только, что он недавно помер. Если хочешь найти Влада, то, скорее всего, он будет дома, но я бы тебе посоветовал его сейчас не трогать.       — Вообще я хотел поздравить его с днём рождения… — собственные слова сейчас звучали очень нелепо. Женя и представить себе не мог, что происходит у Могилина, зато теперь стали ясны причины его замкнутости и внезапного тотального игнора. Послушаться совета и оставить его одного? Но ведь до этого Влад всегда пытался решать все проблемы самостоятельно и заканчивалось это либо расквашенной физиономией, либо состоянием парня, будто с минуты на минуту сам Могилин упокоится с миром.       — А можно адрес его дома?       Ден фыркнул и сел на табуретку напротив Жени.       — Пацан, имей совесть, я себя и так уже треплом чувствую. Хочешь чтобы Влад и со мной в контры вступил? Он вообще никогда и никого к себе не зовёт. Даже Софу. Даже меня. Там только Тимур был.       — Но тем не менее адрес ты знаешь, не так ли? Не хочешь говорить, ладно. Тогда скажи, где работает Тимур, я приду к нему и сам спрошу, — пошёл ва-банк Женя, не сдаваясь. Уж если он и успел научится чему-то от Софы, пока они были вместе, так это тому, как нужно выкручивать кому-то руки, чтобы добиваться своего. Розанов этим не гордился, но заметил, что время от времени такая тактика может быть очень результативной.       — Долбоёб? Тебя всей чайханой в асфальт закатают, если вдруг что-то узнают от Тимура. А я потом опять крайним буду. Нет, нет, мне должно быть кристально поебать на всё, я не хочу ввязываться в это дело, — Денис покрутил пальцем у виска и с досады присосался к банке энергетика. Хотя парень и выглядел ужасно несчастным от того, что не смог вовремя остановиться, его тоже не устраивал текущий разлад в компании. Женя понял, что пришло время дожимать Дена. Юноша открыл заметки на телефоне и подтолкнул смартфон к Денчику.       — И правильно, не нужно ни во что ввязываться, я беру всё исключительно на себя. Кстати, какой кофе нужно заказать: растворимый или натуральный?

***

      Однако это прогресс! Женя успел уже наизусть выучить адрес, который ему дал Денис, пока ехал в такси. Розанов с грустью замечал, что уже близится обед, а значит, на то, чтобы отхэппибёздить Влада уйдёт гораздо больше времени, чем он закладывал изначально. Что ж, солнце ещё высоко, да и торопиться ему некуда, так что Розанов чётко вознамерился довести до конца начатое.       Итак, Женя стоял перед лестницей, ведущей в пятиэтажную не то общагу, не то коммуналку. На удивление, это был почти центр города, что, к несчастью, не делало фасад дома ухоженнее. По передней стене почти под самую крышу ползла уже заметная трещина, немного прикрываемая тянущейся к чьему-то подоконнику лозой дикого винограда. Окна первых этажей были наглухо закрыты решётками, а под ними можно было наблюдать многолетнюю свалку из чужих окурков. Всё это вкупе с окружавшими дом изрисованными граффити ржавыми гаражами вызывало тяжкий вздох и невольную мысль «примерно так выглядит жильё почти всех героев «Мужского/Женского», где хоть раз упоминается слово «сожитель».       Женя взбежал по лестнице и дёрнул на себя оказавшуюся незапертой дверь входа. На удивление, внутри дома запах курева был сильнее, чем снаружи, и Розанов безошибочно мог определить его источник. «Прожжённая» — вот первое слово, которое приходило на ум при виде пожилой женщины с короткими фиолетовыми волосами, которая сидела на месте консьержки, разгадывала «Тёщин язык» и курила прямо тут же, время от времени поворачиваясь к приоткрытой форточке.       — Здравствуйте, — поздоровался Розанов, надеясь привлечь внимание консьержки, которая даже не взглянула на постороннего посетителя.       — «Область памяти для временного хранения данных», пять букв, первая «б». База, батарея, блок… Не, не, не… — бубнела себе под нос женщина, упорно игнорируя наличия перед ней незнакомца, так что Жене пришлось повторить своё приветствие, и только после этого дама с перегаром одарила его раздражённым взглядом.       — Сорок четвёртая комната, не подскажете, где?       — А вам зачем?       — Да я тут хотел по-дружески кое-кого проведать…       — Ну я тоже много чего хочу, и что теперь? Ходят тут всякие, а потом в лифте все кнопки выжженые, а на лестнице нарисована реклама всякой гадости.       Тётя явно была недовольна тем, что её отвлекли от медитативного процесса решения кроссворда и хотела повредничать.       — Знаем мы таких друзей. Одно название. Шашни вы крутите, любовнички недоделанные.       Розанов удивлённо уставился на женщину, не понимая, кляузничает ли она на него, или… Нет, это исключено. Когда кто-то один случайно узнаёт о вашей крепкой в засос мужской дружбе, то начинает казаться, что об этом догадываются все вокруг. Женя выдохнул и решил, что лучшей тактикой в общении с очаровательной незнакомкой с химзавивкой будет элементарное самообладание.       Однако не успел парень ничего ответить, как дверь за ним открылась и в подъезд влетела молодая девушка в чёрной одежде с большими накладными наушниками на голове, из которых было прекрасно слышно, что именно слушает их владелица. Женя застыл на месте, несколько сбитый с толку. Действительно, было что-то знакомое в острых чертах лица девушки, её льдисто-серых глазах и тёмных бровях вразлёт. Даже кольцо септума в носу и уже начавшие проявляться тёмные круги под глазами придавали ей сходство с братом. Розанов как будто смотрел на женскую версию Влада, как бы странно это не звучало.       — Здрасте, баб Нюр, — даже интонации голоса у девушки и Влада были довольно похожи. Не обращая внимание на застывшего, как истукан парня, девушка костяшкой среднего пальца постучала по столещнице стойки.       — Валя, а ты чего не в школе? Опять прогуливаешь? — насупилась женщина, ещё немного, и она бы точно начала отчитывать девушку.       — Баб Нюр, у нас расписание так-то каждую четверть меняется, — усмехнулась Валя и наконец выключила музыку в наушниках. Удивительно, что после такого она вообше ещё могла хоть что-то слышать, — Да и зачем мне ходить на физру или ОБЖ, если я по ним всё равно ОГЭ сдавать не буду?       — Зато на мальчиков время всегда найдётся, — фыркнула женщина, кивая на Женю, — К тебе в сорок четвёртую заявился.       — Ко мне? — удивлённо вскинула бровь Валя, глядя на незнакомого ей парня, который до этого всё время таращился на неё.       — Вообще-то нет, не к вам.       — К маме что ли?       — Нет.       — К Вике? Одноклассник?       — Мне так-то двадцать два, — смутился Женя, обиженный тем, что его до сих пор принимают за школьника. Может начать отращивать бороду мли усы? Хотя, с его растительностью на лице это будет смотреться не столько солидно, сколько комично: Влад помрёт со смеху. Кстати про него, — Я к Владу. Мне сказали, что он сейчас здесь. Мы учимся в одном универе.       — Да, Влад с утра к нам заходил… — рассеянно кинула девушка и пожала плечами, — Ладно, пошли. Аж самой интересно стало увидеть кого-то кроме Тимура. Баб Нюр, вот, мама просила отдать вам платёжку за месяц.       И, оставив на стойке квиток, девушка пошла в сторону лестницы. Что ж, раз приглашение было получено, то почему бы им не воспользоваться?       — Попробуйте «буфер».       — Чего? — не поняла консьержка, вернувшаяся к разгадыванию кроссворда.       — Пять букв, первая «б», должно подойти, — сказав это, Женя припустил за Валей, нагоняя девушку, пока та совсем не скрылась из виду.       Подниматься долго не пришлось, на четвёртом этаже они вышли в коридор и пошли вдоль ровного ряда дверей, на каждой из которых висел номерок. И правда, настоящая общага.       — Ты Влада с днюхой поздравить пришёл? — наконец подала голос девушка, нажимая на кнопку звонка.       — Да, вот подарок ему принёс.       — Не очень вовремя, если честно. А что в коробке?       — Да там…       — Валя, ну наконец! Давай, давай, заходи, я Влада на пару часов спровадила, чтоб тут всё успеть подготовить. Ты коржи для медовика купила?       — Купила, купила. Свежих не было, только вчерашние, — буркнула девушка, снимая с плеча рюкзак и проходя внутрь. Женя почти нос к носу столкнулся с красивой молодой женщиной. На вид ей было не больше сорока, на её лице почти не было морщинок, чёрные вьющиеся волосы были подколоты крабиком, а в ушах игриво поблёскивали большие золотые кольца. Моргнув несколько раз, женщина и Женя уставились друг на друга.       — А вы? — одномоментно проговорили оба и, улыбнувшись, отступили на шаг.       — Здравствуйте, я Женя Розанов, друг Влада. Извините, что я так без предупреждения к вам врываюсь, хотел просто поздравить его с днём рождения. Если я не вовремя, то…       — Вовремя! Очень даже вовремя! Заходите, заходите. Ой, ну наконец-то Владюша хоть кого-то к нам позвал кроме своего Тимура. Да ты не стесняйся, снимай пальто. У нас гости явление нечастое, возьмёшь тапочки Влада? Вика, скотч был в оранжевом органайзере на подоконнике! Хотя я не уверена, что им можно будет приклеить растяжку к стене.       Женщина, словно пчела, носилась из одного угла комнаты в другой, умудряясь при этом доделывать макияж, собирать обрезки бумаги с пола и распаковывать принесённые Валей коржи. Это и правда была самая обычная комната, чуть побольше той, в которой жил сам Женя. Здесь не было ни кухни, ни ванной, лишь один высокий стеллаж, выполнявший роль ширмы, и отделявший от общего пространства стоящую в углу у окна двухэтажную кровать и письменный стол, за которым кто-то сидел. В центре комнаты перед диваном расположился раскладной стол, на котором уже стояли какие-то салаты, закуски и прочая снедь. Не считая шкафа, холодильника и пары полок — это и было всё помещение. Ощущение тесноты несколько давило на непривыкшего к такому Розанова, и он не знал, куда себя можно деть.       — Если тебе нужен туалет — он в конце коридора, направо, там увидишь.       — А, спасибо. Извините, как вас зовут?       — Лиза, — кинула через плечо женщина, совсем как ребёнок стащив с тарелки ломтик сыра. Из-за стеллажа-ширмы высунулась голова девочки лет тринадцати и строго проговорила:       — До возвращения Влада не кусочничать!       — Да я просто попробовать.       — Ма!       — Ну всё-всё, не стыди меня перед гостем, — махнула рукой женщина, возвращая своё внимание к Жене, которому воспитание не позволяло обращаться к чужой матери, пусть даже и очень молодо выглядящей, просто по имени, — Зови меня «мамой». Ужасно не люблю это «Елизавета Олеговна», мне отчество будто десять лет лишних прибавляет. Вика, поздоровайся, это Женя, он к нам отмечать день рождения Влада пришёл.       Розанов, вообще-то рассчитывал просто отдать Могилину подарок в руки, но внезапно оказался приглашённым на семейный праздник. Интересно, как Влад отреагирует на его появление дома, когда вернётся? Наверняка удивится! Хотелось бы Жене в этот момент видеть его лицо.       — Валя, не раздевайся, мне тут подарок для Влада пришёл на пункт выдачи, сходи забери, а то мне ещё торт сделать нужно.       — Блин, а раньше сказать не могла? — девушка цокнула и, опять нацепив на голову наушники, толкнула дверь и вышла в коридор, задевая Женю плечом. Лиза покачала головой       — Ты не робей, Валечка на вид девушка резкая, но на самом деле…       — Распихивает свои грязные носки по всей комнате! — усмехаясь, протараторила девочка.       — Вика! Ну не при гостях же!       Розанов начинал проникаться симпатией к этой семейке и по-немногу осваиваться. Здесь было даже по-своему уютно: вид кропотливо создаваемого собственными руками праздника не мог не умилять — всегда чувствуется, когда в атмосферу праздника искренне вкладываются. Вика была наредкость деловитой и при этом весёлой и острой на язык девчушкой, которая словно присматривала за собственной матерью, не давая ей опустошить праздничный стол и руководя финальными приготовлениями по украшению комнаты. Мама Влада в простодушно-дружеской манере хлопотала вокруг Жени и без остановки расспрашивала обо всём на свете, и с каждым ответом Розанова становилась всё более и более экзальтированной.       — Так ты на программиста учишься? — широко расскрыв глаза переспросила она.       — Ну, вообще на информационной безопасности, там есть некоторые нюансы… Хотя сейчас я понимаю, что больше хочу уйти в стезю разработчика прикладного программного обеспечения.       — Очуметь! Ну наконец Влад завёл себе хорошую компанию, а то всё по гаражам, да по квартирникам ходил! Он у меня пацан хороший, хозяйственный, но шалопай шалопаем. Я то своё время упустила, не до нотаций было, так он распустился совсем. Ты, парень приличный, интеллигентный, уж с ним так посерьёзнее будь, я разрешаю, — то ли шутя, то ли на полном серьёзе говорила Лиза, будто сватала сына. К этому времени Женя и мама Влада переместились на общую кухню. Розанов вызвался помочь с приготовлением торта, и хотя из кулинарных знаний у него была лишь прочитанная пять минут назад на упаковке от коржей инструкция, молодого человека это не остановило. Всё равно заняться ему было нечем, а желания приносить пользу было хоть отбавляй. К тому же выяснилось, что Лиза тоже не очень хороша в готовке, по крайней мере, Женя хотел так думать, потому что их непосредственное участие в производстве торта поделилось следующим образом: Розанов делал всю работу, пока мама Влада, присев на подоконник, одну за другой курила сигареты, отвлечённо говорила с Женей и время от времени давала ему советы по сборке медовика.       — А когда Влад в восьмом классе учился, он выиграл городскую олимпиаду по математике. При том, что он всегда по алгебре перебивался с четвёрки на тройку и много прогуливал. Ну представь, мэр на награждении жмёт директору руку, говорит «Побольше бы таких способных ребят!», а у Влада в это время выходит неаттестация в четверти! Тут уж пришлось ему хорошую отметку нарисовать. Да только счастье длилось недолго, в девятом классе и техникуме он на всё забил. Совсем перестал стараться, — закатила глаза Лиза, стряхивая пепел за окно. Женя в это время старательно намазывал корж смесью сметаны и сгущёнки. До этого парню ещё пришлось помучаться, чтобы открыть банку без кольца и открывашки, которой магическим образом не было ни у Могилиных, ни у всех тех соседей, в чьи двери Жене приходилось стучаться.       — А мне показалось, что Влад всегда прикладывает очень много усилий. Он часто работает и сильно выматывается.       — Это правда. Он работать пошёл с четырнадцати лет, с шестнадцати уже жил отдельно, только я не это имею в виду, — вдруг Лиза надолго замолчала. Она уже докурила очередную сигарету, но не выкидывала её, крутя между пальцев и глядя на потемневший фильтр. Женщина прищурилась, так что в уголках глаз появились тонкие морщинки, и впервые Розанов увидел соверешнно новое выражение на лице матери Влада: разочарование и печаль, — Ему нельзя так жить.       — Что вы…       — Я думала, что у меня нет никакого морального права отчитывать его за гулянки и запрещать ему рано взрослеть, хотела дать ему свободу, а по итогу мы все плотно присели ему на шею, не давая продохнуть. Больше всего я боюсь, что он наступит на мои грабли и возьмёт на себя слишком много ответственности, к которой не будет готов. Посмотри на это, — Лиза обвела рукой кухню, — Жить вчетвером в комнате в общаге, работать от заката до рассвета, и видеть, как мимо проносится твоя молодость — разве это не страшно? Это болото, из которого почти не возможно вырваться. И худшее, что затягивает тебя в эту пучину: не лень, не бесхребетность, а чувство долга.       Женя так и застыл с лопаткой в руке, не зная, как ему реагировать на этот поток сознания. Бывают такие моменты, когда хочется выговориться первому встречному, чтобы облегчить свои мысли, но что делать человеку, который стал случайной жертвой чужого лопнувшего терпения? Розанов решил не возникать и просто дать женщине выговориться, раз уж на то пошло.       — Думаю, Влад тоже начал это понимать, и поэтому пошёл в универ, но и там его надолго не хватило: старые привычки нельзя так просто откинуть, если на то нет сильной мотивации. В конце концов без цели учёба в университете ни на что не повлияет. А какие у Влада планы на будущее?       «Мой горизонт планирования ограничен одной неделей» — вспомнились Жене слова Влада. А ведь и правда, Могилин всегда жил настоящим, и Розанову это даже виделось чем-то крутым, но, кажется, в такой системе имелись и свои немаленькие минусы.       — Мы недавно договорились посмотреть вместе кино. Не самая дальновидная мотивация, но для начала сгодится.       Мама Влада улыбнулась и наконец выкинула бычок в окно и встала на ноги.       — Я рада, что вы с ним нашли общий язык.       — Потому что никто давно не звал Влада посмотреть вместе фильм?       — Потому что я три из четырёх лет его обучения в универе ни разу не слышала, чтобы он говорил об учёбе. А тут он и над каким-то проектом работает, и куда-то с одногруппниками выезжает, и домой новых друзей приглашает. Тебе это, может, не очевидно, но Влад заметно оживился. У него наконец прявилась цель, и, возможно, это ты.