Mad River

Лесли с самым что ни на есть скучающим видом разбиралась со счетами «Летнего домика». Ей только-только сообщили о перевернувшемся на дороге грузовике с кормом для лошадей и новой амуницией. Это была непредвиденная, но ощутимая трата, поэтому девушке пришлось искать срочное решение проблемы. Зазвонил рабочий телефон. Лесли затянулась сигаретой и поднесла трубку к уху. — Лесли Лэндерс слушает, — сказала она, массируя висок двумя пальцами. — Лесли, — с излишней доброжелательностью начал Джон, — в номере «10» постоялец взорвал курицу в микроволновке. Кого мне вызвать? Нужно ли в таком случае обращаться к шерифу? — Думаешь, её родственники обратятся в суд? — Чьи родственники? — Курицы, Кейли, — Лесли шумно вздохнула и снова затянулась. — Позвони в офис на всякий случай. Это же жестокое обращение с животными как-никак. Пусть десятый номер закроют, а жильца заселят временно в свободный. Сообщи, как поговоришь с шерифом. — Так точно. Как насчёт встречи, Лесли? Сегодня вечером в «Траш Нэст». Я угощаю, — заговорил парень, понизив голос. Иногда он говорил низким голосом специально. Ему казалось, что так он выглядит старше. — У меня нет времени на встречи, — девушка положила трубку, потому что в дверь постучали. — Войдите. В прихожую вошла ассистентка Лесли, Диана Мур. Её бывшая одноклассница и самая преданная поклонница. Иногда она подрабатывала официанткой в «Траш Нэст». Диана носила модную объемную стрижку из копны кудрявых рыжих волос, одевалась в брюки клёш и полосатые жакеты преимущественно розовых оттенков. Неизменной фишкой всегда оставались старинные блузы с рюшами и брошью. Мур была без ума от Джона Кейли, и Лесли надеялась, что рано или поздно ей удастся покорить его сердце. Внимание Джона предельно надоело девушке. Она готова была пожертвовать лучшую ассистентку, чтобы отделаться от него. — Приехал мистер Тейлор Хьюз, друг вашего отца, со своей супругой и детьми. Они хотят заселиться в лучший номер, — Диана говорила высоким голосом и делала громкий вдох перед началом каждого следующего предложения. — Он же совсем недавно был здесь. Опять приехал из Нью-Йорка? И почему сюда, а не в «Мэйпл Пруденс»? — Лесли встала с места и поводила сигаретой так, что дымок закрутился полупрозрачным вихрем. — Вероятно... ваш отец... — Ну конечно, очередная проверка на прочность, — юная Лэндерс понимающе улыбнулась и подошла к Диане. — Этот оттенок уже устарел, найди что-нибудь более актуальное, — протянула она, пощупав край розового пиджака Мур. — Я встречу и провожу их сама. Принеси ключ от двадцатого номера. Формальность за формальностью, и вот Лесли Лэндерс, закончив с заселением состоятельных гостей, стояла у ресепшн, выслушивая очередную «захватывающую» историю Джона. — Мы прижали этого Николаса Патрика и выбили из него сведения, — пафосно произнёс Кейли, выпятив грудь вперёд. Спортом он занимался с детства, так что форма у него была что надо. Школьных девчонок это крайне впечатляло, и иногда они прямо-таки преследовали его на хоккейных матчах. Лесли видела перед собой ребёнка. Только и всего. — Слушай, он нам кое-что рассказал, — Джон налег на стойку регистрации всем телом и сказал совсем тихо, таинственно: — Фотографии, которые мы нашли в комнате Калеба, заказал твой отец. — Правда? — Лесли не изменилась в лице. Она закатила глаза, зевнула и продолжила как-то лениво, совсем не стараясь: — Он, наверное, хотел вас запутать. Сам не знает, что говорит. — Нет-нет, это точно. Ты же сама говорила, что твой отец хочет завладеть фермой, помнишь? — Джон еле коснулся женской руки и поднял к Лэндерс непонимающий взгляд. — Ты ведь не знала об этом, да, Лесли? Девушка не отводила взгляд. Она могла бы ответить ему неправду, могла бы промолчать — в конце концов руководительница не обязана отчитываться перед подчинённым. Но Лесли хотела, чтобы он знал. — Кажется, ты не унаследовал проницательность матери, — жёстко отрезала Лесли, усмехнувшись. — Займись работой. Мне не нравится, когда сотрудники тратят время на болтовню. Мой отец платит тебе. Я плачу тебе. Если не нравится работа, уходи по собственному. Джон побагровел от вспыхнувшего гнева. Ещё немного и он непременно бы сорвался, но внезапно показавшаяся в дверном проёме Джулия сбила его с мысли. — Калеба Лэйна нашли. Мёртвого, — сиплым задыхающимся от бега голосом, прохрипела она, опираясь о дверь. — Люди шерифа и федерал у реки, изучают место, где нашли тело. Вы обязаны пойти со мной! Сейчас же!

* * *

Шериф Брукс, стриженный по-армейски, в ковбойской шляпе с загнутыми полями наблюдал, как его помощники вытаскивали тело Калеба Лэйна из воды. Мысли его были далеки от пугающей утренней находки. Его жена, Нора, была совсем плоха. Рассудок её помешался, она не узнавала себя в зеркале, не узнавала лицо и голос мужа, кричала, когда слышала голос больного сына. Харпер Брукс почти не спал ночью. Раньше ему приходилось заботиться лишь о сыне, и в этом ему помогала жена. Теперь, когда не только её тело, но и разум стали беспомощными, он остался совсем один. Порой ему мерещилось, что пульс в висках отзывается писком кардиографа. Когда ему всё же удавалось уснуть, перед глазами всплывал один и тот же ночной кошмар: он входил в комнату жены посреди ночи, но её кровать была пуста. Окно разбито, на осколках кровь. И стоны боли доносятся с улицы. Харпер будто и сейчас видел фотографии в газете «Уэйстфилд таймс», которые для Жанны Кейли сделал Калеб. Он знал, что это Калеб Лэйн. Однажды он видел мальчика с фотоаппаратом на дереве, растущем у их дома, напротив спальни жены. Столько гадких подробностей Жанна вынесла на общее обозрение. Столько боли вытянула из семьи шерифа. Бруксу трудно было справиться с этим. Его жену назвали сумасшедшей, а сына, героя, ветерана со множеством наград, «жертвой войны». Эллиот О’Доннел, директор школы и старый друг Харпера, убедительно просил его не заводить дело на мальчика. Никто, кроме шерифа Брукса не знал о том, что иногда Калеб Лэйн брал деньги у Жанны Кейли и приносил ей грязные сплетни со всей округи. Брукс почти был уверен, что Калеба убил кто-то, кому его фотографии испортили репутацию. Или целую жизнь... А сейчас окоченевшее, с посиневшей кожей тело мальчика вытащили на берег. К стеклянной оболочке застывших глаз пристали водоросли. В тёмных волосах путался мусор. Под ободранными ногтями застряли частички ила и грязи. Брукс не испытывал горечи утраты, какую бы испытал, узнав о смерти любого ученика Спринг Хилл. Дуглас Лэйн был поганым человеком. Его сын был не лучше. Харпер взглянул на мальчика с презрением. Теперь он не сунет нос туда, куда не надо. — Шериф, оставайтесь беспристрастны, — прочитав чувства мужчины, вежливо попросил агент Арчерд. Он кутался от холодного ветра в воротник тренча. — Нам предстоит много трудной работы. Мне понадобится ваша помощь, ведь вас уважают и любят в Уэйтсфилде. Вы должны обратиться к общественности. К тому же... — Никому нет дела до смерти щенка Лэйна. Он был отвратительным ребёнком, — пробормотал Брукс безучастно и кинул маленький гладкий камушек в воду. — Кейли обратится к общественности за нас, она любит копаться в грязном белье. Не утруждайте себя большим вовлечением. Этого не оценят, а вы выдохнитесь. — Вовлекаться в процесс — моя работа, шериф, — холодно ответил федеральный агент. Он не терпел халатного отношения к профессиональному долгу. Будь то официант, заваривающий кофе, или шериф округа Вашингтон, охраняющий покой граждан. Цель человеческого существования — совершенство, и каждый должен достичь совершенства в своём деле. — А теперь прошу меня извинить, я должен представиться вашему коронеру. Двадцатисемилетняя Сандра Такер, коронер в управлении шерифа, отличалась лёгким характером, быстрой, немного картавой речью, ярким внешним видом и отличными способностями к готовке. Всё это не мешало ей быть редким специалистом в своём деле. Сандра всегда находилась в состоянии детского возбуждения. Вероятно, так на неё влияли сладости, которые она могла поглощать в течении всего дня. Особенно её радовали лимонные пироги и миндальные карамельки из «Траш Нэст». Она улыбнулась агенту ФБР, обнажив ряд плохих от сладкого зубов. Во всём выражении ощущались дружелюбие и теплота. Она крепко-крепко обняла нового коллегу. — Специальный агент Кайл Арчерд, ФБР, — Кайл обнял женщину в ответ. — Сандра Такер, коронер, — Такер вынула из кармана две миндальные карамельки, одну съела и одну протянула Арчерду. Арчерд взял карамельку и отложил её в карман, поблагодарив коллегу. — Смерть насильственная. По первому осмотру, причина — удушение. Лэндон Вэб вам точнее скажет, что именно использовали. Я думаю, что это был ремень от брюк. Арчерда безмерно порадовала знакомая манера резко менять тему. К тому же официальный тон разговора заведомо внушал доверие. Без лишних слов, Сандра перешла к деталям: — На лице и шее можно заметить еле видимые синяки. Их пытались скрыть. Какая-то странная маслянистая основа и... Может быть, тальк, — Сандра присела на корточки и показывала Кайлу наглядно то, о чём говорила. — Видите, следы насилия пытались скрыть. Ещё примечательно, что одежда Калеба почти в полном порядке. Конечно, из-за нахождения в воде она промокла и испачкалась, но ни следов крови, ни порезов я не вижу. — Полагаете, одежду сняли перед тем, как нанести повреждения, а потом снова надели? Это кажется нетипичным, — Арчерд внимательно изучал тело мальчика. Он облачил руку в перчатку и дотронулся до неестественно белой шеи. На пальцах действительно осталось странное масляное вещество. — Поезжайте в морг к Вэбу, он вам много секретов откроет, — Сандра похлопала агента ФБР по плечу. — У вас выдастся трудная неделя. К ним подошёл Дэвид Спенсер. Он быстро зарисовал вид тела и потупил взгляд. В Уэйтсфилде редко происходили такие вещи. Последним громким случаем, пожалуй, была новость двухнедельной давности о бежавшем психе из «Психиатрик Кэр». Он, по предположению некоторых следователей, как раз осел в безмятежном городе. Полиция округа устроила облаву и перекрыла дороги, но, как оказалось, беглец всё же обошёл Уэйтсфилд. Вид белого, словно сделанного из фарфора мальчика несколько напугал Спенсера. Калеб напоминал живого призрака. Дух, не нашедший покоя. И ведь совсем недавно Спенсер видел его и Шона Райта, возвращающихся домой из школы. — Отвезёте меня к моргу, Дэвид? Думаю, с обследованием места можно закончить. Его явно убили не здесь. Тело сбросили в один из ливневых стоков, и из-за грозы большим потоком воды его вынесло в реку. После морга займёмся поиском «правильной» решётки, — Арчерд положил на язык миндальную конфету и улыбнулся. — Чертовски вкусно, Сандра! Такер изобразила поклон и рассмеялась. Понурый Спенсер поплелся к машине, Кайл последовал за ним. У машины вместе с другими любопытствующими стояла компания из трёх человек. Лесли Лэндерс, Джулия Этертон и, как полагал Арчерд, Джон Кейли, подписавшийся под заявлением шерифу об исчезновении Калеба. Выразительные светло-серые глаза Лесли улыбнулись агенту. Это чудное свойство — улыбаться глазами. Арчерд знал всего пару человек, кому это давалось так же легко, как юной Лэндерс. И всё же ему совсем не хотелось, чтобы компания несовершеннолетних видела тело у реки. — Специальный агент Кайл Арчерд, — как полагается представился Арчерд и показал всем троим удостоверение, будто они его никогда не видели. — Попрошу вас покинуть зону поисков. — Поисков? — Джулия язвительно усмехнулась. — Мне кажется, вы нашли всё, что искали, — она встала на мысочки и бросила взгляд к телу мальчика. Сотрудники шерифа грузили его в специальную машину. — И всё же, вы не должны быть здесь, — Арчерд взглянул на время. Часы на его руке промокли, когда он разбирал мусор, прибившийся к берегу вместе с телом. — Без четверти четыре, — подсказала Лесли. На её запястье поблескивали новенькие аккуратные часики на кожаном ремешке. — Уроки давным-давно закончились, специальный агент Арчерд. Джулия наблюдала за беседой подруги и федерального агента. Она не могла не заметить некоторую поверхностную связь... Связь эта была прозрачна, как нить утренней паутины, и всё же она ощущалась... Этертон вдруг захотелось вытворить что-то такое, что затмило бы «очарование» всеми обожаемой Лесли Лэндерс. Джулия раздула большой розовый пузырь клубничной жвачки и шумно его лопнула. Она взглянула на Арчерда многозначительно и ухмыльнулась. — Его убили в домике охотника. Того, что живёт на отшибе, — вдруг произнесла она и рассмеялась, когда все взгляды были обращены к ней. — Это крайне занимательная история...