Домой в Париж

Они уже столько раз срались на эту тему, что Аня реально уже заебалась в котелок Горшка вдалбливать, что, если ей нравятся авторы, которые ему не по душе, это еще не значит, что у нее нет вкуса. Она просто цокает неодобрительно языком, и в ответ на толчок еще сильнее его задницей толкает. - Мы уже сто раз это обсуждали, у меня уже мозоль на языке, Мих! Не против я того, чтобы ты театром занимался, я же вижу, что тебе это нравится. Ты этим горишь. - Она потирает затылок, пытаясь подобрать слова. Может, если бы Тодд не был одной из косвенных причин развода, она бы даже сходила на него. Как-то заинтересованность выказала, поддержала Миху, для него ведь это важнейшая работа. Он всегда об актерстве с придыханием говорил, а тут сам на подмоски выходит, сбылась его давняя мечта. Но, честно, сил уже никаких нет поддерживать Горшка, а в ответ получать шиш с маслом. - Только и ты с уважением к моему выбору относись. Я за тобой в театр не сумела бы пойти, это не мое. Я концерты люблю, эту энергетику бешеную! А актрисой никогда быть не хотела. Так что не обижайся. Для меня это важно, Мих, одобрение твое - повисает невысказанным. Конечно, твердолобости Князевой не занимать, она до конца со своей группой пойдет, даже если Горшенев совсем ее возненавидит за это. Это уже дело чести, тут ее гордость задета, а Анька, как и муж, очень гордая. У нее получится группу свою сделать успешной. Не сразу, но получится. Желание писать стихи у нее никогда не иссякнет - слишком сильно желание из реальности уйти в свои фантазии, особенно в такой трудный момент, как сейчас. Конечно, без Михи труднее музыку создавать даже при помощи Каспера и других толковых чуваков, тут лгать бессмысленно. С мужем иной раз очень хочется посоветоваться в порыве вдохновения. Но она терпит, не обращается за помощью. - Мааа, пап, ну вы чего так долго? - Саня, открывший окно, уже не выдерживает. Лицо у него невероятно скорбное.