You love rock and i love you

Музыка была слышна еще до прибытия на место назначения. Чем ближе музыканты подъезжали к долгожданному фестивалю, тем больше ощущали дрожь от предвкушения. Эти два дня точно запомнятся им на всю жизнь. Погода сегодня была очень плохой. Надвигался тайфун, и лил противный дождь. Kingdom of science прибыли не как выступающие музыканты, их выступление было завтра. Сегодня же они были в качестве посетителей фестиваля. Пусть погода и подвела, но она не смогла испортить хорошее настроение посетителей. Кто-то был в плотных дождевиках и с зонтами, кто-то лишь с одним зонтом, даже нашлись те, у кого всего перечисленного и в помине не было. Люди разговаривали, танцевали под песни для разогрева, кто-то уже успел полакомиться едой на фестивале, ну, а остальные ходили по горнолыжному курорту — месту проведения. Ген сразу ухватил Сенку под руку и потащил к главной сцене. Первыми выступали Red Hot Chilli Peppers. Остальная компания тоже разделилась на небольшие: Хром с Кохаку отправились к тележкам с едой, а Рюсуй и Юкио решили посмотреть выступления второй сцены. — Они совсем скоро начнут! — Асагири крепко держал своего спутника за руку, чтобы их не разделила толпа. Ишигами, казалось, немного смутило это, но отпускать Гена он благоразумно не стал. Возле сцены уже было до ужаса много народу. Вокалисту пришлось использовать всё свое проворство для того, чтобы проскользнуть меж людей поближе к сценической площадке. Оставшееся время до начала выступления Асагири и Сенку переговаривались друг с другом. Им пришлось встать почти вплотную друг к другу, потому что слышимость была плохая: они стояли в толпе, где галдеж окружал их с каждой стороны. Ген, почти пропуская рассказ музыканта о какой-то своей научной деятельности, просто рассматривал его. Ишигами сегодня был не с уложенными волосами. Верхняя часть волос была завязана в небольшой хвостик, а остальная часть волос покоилась на плечах. Это Кохаку постаралась над его прической, и стоило признать, что Ишигами она просто безумно подходила. Дождь все еще лил как из ведра. Асагири и Сенку были в дождевиках, которые взяли с собой перед выездом. Не сказать, что дождевики очень помогали, однако это было лучше, чем ничего. Ишигами все еще что-то увлеченно рассказывал. У него слегка слез капюшон дождевика, и Ген, заметив это, слегка притянул учёного за ворот поближе к себе, а затем натянул капюшон, чтобы капли не попадали на волосы. От неожиданности Сенку замолчал, похлопав глазами. Асагири как ни в чем не бывало посмотрел ему в глаза и произнес: — Так что ты говорил про коллайдер? Ишигами через мгновение пришел в себя и, ухмыльнувшись, продолжил рассказывать про t-кварк, обнаруженный весной этого года. Спустя полчаса наконец-то объявили о выходе группы на сцену. Автобус с выступавшими сегодня музыкантами попал в пробку, из-за чего начало фестиваля было задержано. Но в конце концов все благополучно добрались до места проведения. Red Hot Chili Peppers встретили шквалом аплодисментов и криков. У Гена загорелись глаза. До этого он ни разу не думал о том, что может увидеть свою любимую группу в живую, да еще и так близко. Это было похоже на несбыточный сон. Первые мгновения он сжимал руку Сенку, чтобы убедиться в реальности всего происходящего. Выступление было замечательным. Асагири и Ишигами от души повеселились. Они подпевали каждой песне, аплодировали и пританцовывали, заражаясь от толпы позитивом и просто наслаждаясь происходящим. Люди тут же забывали про плохую погоду, свои проблемы и ненастья, у них в душах оставалась лишь любовь к року, они жили этим моментом, отпускали все плохое. Рок объединил сердца присутствующих. Эмоции, полученные в этот момент, нельзя было передать словами. Они просто навсегда останутся в памяти как нечто незабываемое, как-то, что хочется испытать еще раз. Именно в этот момент Ген понял, что рок в его сердце занимает далеко не последнее место, он пронесет свою любовь сквозь года так, чтобы она не угасла. Группу провожали с оглушительными аплодисментами, визгами и возгласами. Чуть позже Сенку и Ген неспеша шли ко второй сцене, болтая обо всем. — Это было потрясающе! Under the Bridge мне больше всего понравилась сегодня! — Асагири широко улыбался и светился от счастья. — Представляешь, как же нам повезло попасть на выступление такой великой группы, как они. — Однажды и мы станем великими. Эти слова всколыхнули что-то внутри Гена, от чего он почувствовал себя странно счастливым. Асагири нежно посмотрел на Сенку и взял его под руку, положив голову на его плечо. Они молча так шли дальше, наслаждаясь моментом и разглядывая природу курорта. Затем Ген тихо произнес: «Да, мы обязательно станем».

***

Ближе к вечеру музыканты встретились всем составом недалеко от основной сцены. Сенку, проведший почти весь день в компании Гена, чувствовал в груди странную лёгкость и удовлетворение, несмотря на то, что он должен был сейчас волноваться из-за завтрашнего выступления. Ишигами был совершенно спокоен. Он лишь немного переживал за Асагири — по пути к месту встречу с остальными, тот вдруг сказал, что подойдёт позже и растворился в толпе. Сенку понимал, что беспокоиться за взрослого человека было довольно нерационально, поэтому пытался выгнать эти волнующие мысли, успокаивая Хрома, который был слишком взбудоражен предстоящим выступлением. Спустя некоторое время, как раз после того, как Рюсуй задал вопрос о местонахождении Гена, тот тут же появился из ниоткуда рядом с Сенку и закинул ему руку на плечи. — О, Рюсуй-чан, ты скучал по мне? — протянул Асагири и похлопал глазами. На первый взгляд, Ген выглядел совершенно как обычно. Однако Ишигами, несмотря на высший уровень притворства вокалиста, смог уловить его едва ощущаемое раздражение. Сенку уже хотел спросить, что произошло, но Асагири, будто предчувствовав вопрос, быстро отстранился. Он неловко улыбнулся и отвернулся, присев на уши Кохаку пустыми разговорами. Группа направилась на выход с курорта, так как первый день фестиваля уже подходил к концу. Музыканты приняли общее решение не оставаться до самого конца ночной вечеринки. В этот день к ним не подходили фанаты и не просили автографов или совместных фотографий, ведь никто не знал, как выглядят артисты. У Kingdom of science на самом деле была достаточно большая аудитория в стране, несмотря на то, что сформированы они были относительно недавно. Кажется, их песни недавно начали крутить в разных комбини. Это было невероятным достижением для их группы, поэтому они ожидали с нетерпением своего выступления. Уже завтра группа перспективных музыкантов сможет показать всему миру свои лица и воскликнуть: «Да, это мы! Мы перевернем японский рок с ног до головы, нас будут помнить!». И, казалось бы, когда-то неосуществимая мечта была рядом, стоило лишь протянуть руку до нее.

***

Ген плюхнулся на диван и взял в руки текста песен, которые ему предстоит исполнять завтра. Он мельком пробежался по строчкам, делая это больше из-за нервозности, а не из-за надобности, потому что текст запомнился идеально. Асагири впервые выступал на таком крупном мероприятии. Ответственность на плечах невероятно давила на него, заставляя заламывать пальцы и кусать губу в страхе и предвкушении. Отбросив листы, Ген прошелся рукой по своим мокрым волосам. Выйдя из душа, он не осмелился посмотреть в зеркало: знал, что его там ждет. Полностью черные волосы, без уже такого родного сплита. Асагири считал свое новое окрашивание трагедией всей его жизни, но у него не было выбора. Будь проклят лейбл, который предложил такой концепт, ради которого пришлось идти на такие изменения! Ген считал: конечно, здорово прислушаться к знающим людям, которые еще и хотят заключить контракт с их группой в случае удачного выступления завтра, но ему вообще не хотелось что-то менять в своей внешности, пусть и временно. Особенно цвет волос. Оборвав свои размышления, он взглянул на свой костюм для выступлений. Он был сделан по последнему пику рокерской западной моды и в него были вшиты вставки с научными терминами и формулами. Все костюмы группы были в таком стиле, это было чем-то вроде фишки Kingdom of science. Под тяжестью мыслей Асагири вздохнул и запрокинул голову, тупо пялясь в потолок. Его все еще не оставляла неожиданная встреча сегодня на фестивале. Увидит ли он еще раз этого человека? Ген выпрямился и резко помотал головой. «Нет, мне бы совершенно не хотелось увидеть его снова», — подумал он и вдруг снова почувствовал неясное раздражение. Чтобы унять беспокойство, вокалист вальяжно развалился на диване и включил телевизор. На экране стало показываться какое-то шоу, которое Асагири видел впервые. И все-таки, он успел за эти несколько дней соскучиться по американскому телевидению. Вскоре к просмотру присоединился Сенку, наконец-то вылезший из своей лаборатории, чтобы высушить вокалисту волосы, и под нытье Гена переключил с развлекательного канала на научный, который в конечном итоге своей нудностью заставил Асагири провалиться в крепкий сон.

***

Утро прошло крайне спокойно, на удивление. Сенку и Ген вместе приготовили завтрак, немного поболтали и собрали свои вещи. Ген предложил вызвать такси за его счет, а Ишигами был и не против. А кто откажется поездить на такси за чужой счет? Они больше не разговаривали, а в воздухе чувствовалось небольшое волнение, но никто его не прерывал. Обоих молчание успокаивало больше, чем пустые разговоры. Добрались до фестиваля без проблем, да и погода была лучше, чем вчера. Ген, завидев знакомую группу музыкантов, помахал им рукой и натянул дежурную улыбку. — Отлично, вы вовремя. Костюмы с собой? Волосы покрашены? Так, да, все вижу. Пойдемте скорее, нам должны сейчас показать закулисье и проинструктировать, — скомандовала бодрая Кохаку и зашагала в сторону второй сцены, музыканты довольно вяло поплелись следом. — Все помним, когда выступление? В пять часов, напомню. Так что в четыре часа чтобы были в гримерной как штык, а не гуляли где попало. Сенку, Асагири, не отставайте! Горнолыжный курорт едва успел открыться, а людей было уже много. Музыканты проходили мимо кемпинга, где люди постепенно пробуждались и активно переговаривались друг с другом. Кажется, Хром и Рюсуй краем уха уловили, как обсуждали их музыкальную группу, и до самого конца пути широко улыбались и громко восклицали о своей известности. Юкио первое время пытался их успокоить, но затем кинул эту затею и спокойно разговаривал с Сенку и Геном. Дойдя до фургончиков с их именами — что снова вызвало бурные обсуждения у Нанами и Хрома — музыканты разложили свои вещи и разделились на две группы, чтобы погулять по фестивалю, пока было время. Юкио, Ген и Кохаку отправились к разным фотозонам, а остальные — к трейлерам с едой. — Мне кажется, здесь можно пофоткать Гена в его маске, а потом поставить эту фотку на обложку следующего альбома, — задумчиво произнес Юкио, просматривая сделанные фотографии. — Нет, лучше поставить эту фотку, — Асагири ткнул пальцем в экран фотоаппарата. На экране отображалась неудачная фотография Кохаку, где она поскользнулась на мокрой траве и чуть не растянулась на земле. Ее лицо было забавно смазано, что очень рассмешило Гена. За что он позже уже успел получить возмездие. — Ну, не машите руками! Камеру разобьете! — недовольно воскликнул Юкио, ругаясь на своих спутников, которые решили устроить непонятные бои без правил. После того, как уставший Ген воскликнул: «Все! Я сдаюсь! Извини, что смеялся над тобой!» — Кохаку довольно хмыкнула и наконец-то оставила вокалиста в покое.

***

Они ещё немного пофотографировались, а затем присоединились к другой части группы. Каждый из музыкантов усиленно пытался скрыть свое волнение, которое бурлило под кожей, разгоняя кровь по телу. Было так беспокойно, что даже Кохаку с Хромом совсем не ругались, молча идя бок о бок. Сайонджи единственный излучал волны спокойствия, то и дело оттаскивая Нанами от разных сувенирных лавок, когда он в нервном порыве пытался потратить все свои сбережения. Время неумолимо продолжало свой ход, а это значило, что уже совсем скоро нужно было выходить на сцену. Музыканты разбрелись по фургончикам, чтобы привести себя в порядок. Кохаку взяла на себя ответственность помочь каждому из своих подопечных в этом. Она, как вихрь, носилась из фургончика в фургончик, раздавая команды и помогая с костюмами и причёсками. Вместе с этим она ещё и умудрялась фоткать музыкантов. Как окажется позже, на этих фотографиях лучше всех получился только Ген. Он почему-то всегда, абсолютно в любой ситуации получался так, словно сошел с обложек глянцевых журналов. Спустя долгое время сборов уже уставший Асагири решил проскользнуть к Сенку, несмотря на запреты Кохаку выходить из фургона. Вокалист, будто бы воришка, собиравшийся ограбить чей-то дом, перед входом оглянулся по сторонам, боясь нарваться на своего сурового менеджера, а затем зашёл к Ишигами. Тот сидел на стуле возле зеркала, почитывая научный журнал, прихваченный с собой из дома. Увидев ученого, большая часть беспокойства Гена тут же схлынула, он наконец-то смог вздохнуть спокойно. Ишигами его приходу совершенно не удивился и лишь кивком головы указал на небольшой диванчик рядом, куда Асагири тут же послушно сел. Ген оглядел музыканта и пришел к выводу, что тот выглядит очень привлекательно. Особенно Сенку шли вновь неуложенные волосы. Вокалист еще некоторое время полюбовался Ишигами, а затем легонько ткнул носком ботинка учёного по ноге, чтобы привлечь внимание, и надел на лицо маску для выступления. Сенку поднял взгляд и, кажется, подзавис. Асагири выглядел совершенно непохожим на себя. Грим на его лице явно еще был не закончен, однако уже с трудом узнавались знакомые черты лица. Ишигами не стал льстить себе и признал, что вряд ли бы смог узнать Гена, не предупреди его кто-нибудь. Волосы вокалиста были зачесаны назад, но, несмотря на все усилия Кохаку, прическа уже выглядела неряшливо, и пряди выбивались из укладки будто специально. — Убрал челку? — Да. Они хотели, чтобы меня было совсем не узнать, мол, это привлечет к нам ещё больше внимания, — Ген аккуратно потрогал невидимку, которой была убрана его длинная прядь за висок, а затем вздохнул. — Загадочность и все такое. Больше всего жалею, что пришлось временно перекрасить волосы. Я уже привык к белому цвету, непривычно. Еще и эта маска… Мне было бы проще без нее. Сенку пристально осмотрел вокалиста, подмечая, как из-за черной сценической маски, закрывающей только верхнюю половину лица, акцент на его лице сместился с лисьего прищура на тонкие губы, вечно растянутые в хитрой полуулыбке. Сейчас Ген не улыбался и выглядел из-за этого совсем по-другому. Более серьезно, чем обычно. Ишигами, почувствовав неясное смущение, отвернулся, кинув едва разборчивое: «Тебе и так идёт». Острый на слух Асагири тут же широко улыбнулся, намереваясь смутить ученого ещё больше какой-то глупой фразой, но такой удачный момент прервала вошедшая Кохаку, которая чуть ли не за ухо вытащила вокалиста из фургончика, чтобы закончить делать ему грим. За десять минут до начала выступления музыканты уже стояли за кулисами сцены. Рюсуй в сторонке очаровывал какую-то милую девушку, являющуюся, по всему видимому, менеджером выступающей группы. Сенку и Хром стояли, прислонившись к стене. — Как тебе наши костюмы? — задумчиво сказал последний, мысленно будто находясь совсем далеко отсюда. — Неплохо. Но достаточно непривычный стиль и у костюмов, и у альбома. Думаю, следующий надо сделать в более привычной нам стилистике. — Знаешь, почему-то мне хочется, чтобы она была здесь. Ну, моя мать, — внезапно выпалил Хром. — Чтобы видела меня на сцене. Сенку впал в ступор от произнесенной совершенно невпопад фразы. Учёный мельком взглянул на Хрома и увидел, что тот выглядел опечаленно. Как долго он хранил в себе эти мысли? Ему явно нужно было излить душу, и выбор пал на Сенку, который позволил своему другу высказать все. — Я вчера не смог дозвониться до нее, а сегодня уже не стал звонить. Глупо, наверно, думать об этом, да? Ишигами не нашелся со словами. Но, кажется, Хрому и не нужен был ответ. Он устало улыбнулся, легонько потрепав Сенку по плечу, а затем тут же обернулся, услышав знакомый голос. Это была Рури, которую провела за сцену Кохаку. Хром тут же подлетел к девушке, словно забыв о своих переживаниях, и начал что-то смущенно говорить ей. Рури рассмеялась и взяла его за руку, нежно поглаживая. Ишигами почувствовал облегчение и про себя поблагодарил девушку за столь удачное появление. Неожиданно его взяли за плечо и потянули, заставив развернуться. Конечно, это сделал Ген. — Юкио взял с собой фотик, давай сфоткаемся, — с улыбкой предложил Асагири, и Сенку не смог отказать. Вокалист притянул Ишигами поближе к себе, закинув руку ему на плечи. Неожиданно осмелевший, учёный положил руку Гену на талию, вызвав у того слегка удивленное выражение лица, тут же сменившееся на широкую улыбку. Юкио начал обратный отсчет, и когда он почти досчитал до конца, Асагири вдруг повернул голову и прикоснулся губами к щеке Сенку, оставив на ней легкий поцелуй, чтобы этот момент запечатлелся на фотографии. Буквально через секунду Ген отстранился, взъерошив перед этим волосы Ишигами. Вокалист стер с чужой щеки след от черной помады и, подмигнув, подошел к понимающе улыбавшемуся клавишнику и стал разглядывать получившийся снимок. Сенку зачем-то обернулся по сторонам, но никто, кроме Сайонджи, не увидел того, что сейчас было. На сцене ведущий уже объявил их группу, и Ишигами не успел обдумать произошедшее. Музыканты застолпились возле входа на сцену, пропуская уже выступивших, и Сенку поспешил к своим. Музыкант шел выступать с абсолютно пустой головой и неопознанным странным чувством в груди, как тугой узел, но зато с целым роем бабочек, заполонивших его нутро и заставлявших сдерживать лезшую наружу глупую улыбку. Музыканты, слегка скованные напряжением, расположились на своих местах. Рюсуй и Юкио проверяли инструменты, которые вынесли сотрудники фестиваля, Гитаристы — не расстроены ли гитары. Ген легонько стукнул по микрофону и сказал несколько слов, оставшись довольным качеством звука. Он глубоко вздохнул и улыбнулся. — Как вам фестиваль? Потрясающий, да? — Асагири почувствовал, как часть его напряжения уходит, когда толпа возбужденно загалдела. — Сегодня мы здесь, на этой сцене, для того, чтобы показать вам то, чего еще не было в японском роке, вы готовы? Толпа тут же одобрительно взревела и захлопала, и Ишигами кивком дал сигнал о начале. Первая песня началась с вступления клавишных, что вызвало возгласы слушателей. Клавишные инструменты были достаточно редким явлением для рок музыки этой страны, поэтому это и вызвало удивление, а затем интерес. Сенку очень ответственно подошел к этому альбому и к тому, какие впечатления он должен вызывать. За считанные секунды музыканты растворились в собственной музыке, передавая свой настрой зрителям через песни. Толпа приняла группу с распростертыми объятиями, а давние их слушатели сейчас явно ощущали некую гордость. Ген же, новый вокалист, внес значительные положительные изменения в звучание группы. Его голос был достаточно высоким и мягким, что добавляло песням определенный шарм и уникальность. Да и харизма Асагири не могла оставить людей равнодушными. Все это, вместе с некоторой таинственностью его сценического образа, играло на руку Kingdom of science. Идея лейбла, заключавшаяся в том, чтобы раскрыть личности всех участников, кроме Гена, очень даже неплохо работала: люди тут же начали им интересоваться и желали увидеть его без маски и грима. Обаятельность вокалиста, кажется, уже вскружила голову многим. После первых двух песен все волнение музыкантов испарилось, будто его и не было, они наслаждались выступлением, взаимодействовали с публикой и между собой. Асагири, все ходивший по сцене, то и дело ненароком оказывался возле Сенку и улыбался так, что у гитариста перехватывало дыхание. Толпа, впервые слышавшая новые песни, старалась тут же их подхватывать на припеве, и это зажигало внутри у музыкантов неясное, но приятное чувство. Выступление выдалось удачным, несмотря на некоторые ошибки в первых песнях из-за нервозности. Музыканты остались более чем довольны, а публика — тем более. Провожали группу бурными овациями и радостными восклицаниями. Кажется, после сегодняшнего дня дела у музыкантов пойдут еще лучше. Они выходили со сцены с эйфорией, но так же и с жуткой усталостью. Было решено разъехаться по домам, немного отдохнуть, а позже вечером встретиться в клубе, чтобы отпраздновать удачное выступление. Ген и Сенку добрались до квартиры достаточно быстро, несмотря на пробки. Асагири, едва переступив порог, тут же пошел смывать грим и приводить прическу в порядок. Ишигами же обессиленно сел на диван в гостиной. Он все никак не мог забыть то, что случилось перед выступлением. Кажется, на щеке все ещё ощущался фантомный след чужих губ. Сенку был неуверен, стоило ли из-за этого всего переживать, если их отношения явно шли в эту сторону. Ему просто казалось, что все происходило слишком быстро? Ишигами не был спецом в отношениях между людьми, его это мало интересовало, он иногда даже удивлялся тому, как смог найти друзей. Взаимоотношения с Геном были определено чем-то новым в жизни, и растерянный Сенку не знал, как себя правильно вести. Взаимодействия с людьми — это не то, что можно подсчитать в уме, высчитать результат до мельчайших деталей, как привык это делать в науке Ишигами. А Асагири был и вовсе непредсказуем. Иной раз учёному хотелось залезть в голову вокалиста, посмотреть, что и как у него работает, разобраться во всем. Но несмотря на то, что Сенку уже мог иногда уловить тщательно скрываемые настоящие чувства Гена, ему все время удавалось ускользать от ученого. Опутанный мыслями, Ишигами не сразу заметил, как много времени прошло и что Асагири уже давно вышел из ванной. Он коснулся холодными пальцами запястья Сенку, чтобы привлечь внимание. — О чем думаешь? Ишигами не ответил, лишь осмотрел вокалиста. Его теперь уже черная длинная прядь привычно обрамляла бледное лицо, а глаза из-под кружева ресниц спокойно взирали на ученого. Сердце внутри сделало кульбит. Сенку отсел от Гена на небольшое расстояние и серьезно сказал: — Мне кажется, мы слишком торопимся. Асагири понимающе кивнул, ощущая себя слегка растерянно. Несмотря на свое состояние, он прекрасно знал, что этот разговор состоится. Ген ждал этого, потому что Ишигами был не таким, как все. К нему требовался подход, и вокалист подыскивал, как можно подступиться и с какой стороны. Выбрав быстрый план действий, Асагири понимал, что немного торопит события, но угрызений совести не ощущал, а сейчас в полной мере испытал чувство вины, неприятно колющее в груди. — Я не отрицаю, что испытываю к тебе симпатию, — продолжал Ишигами, стараясь не брать во внимание свое смущение, — но мне нужно время, понимаешь? Хотя бы месяц. — Я понимаю. Прости, мне не стоило так торопиться. Я не... — Не извиняйся, — Сенку резко схватил Гена за запястье, прерывая его, и тут же отпустил. — Мне не нужны твои извинения, потому что я не считаю тебя виноватым. Просто дай мне месяц. Я хочу, чтобы все шло своим чередом, постепенно. Асагири кивнул, почувствовав, как что-то глухо отозвалось в сердце. Ишигами посмотрел Гену прямо в глаза и, не сдержавшись, заправил ему вылезшую прядку за ухо. Затем смущённо кашлянул и встал с дивана. — Через пятнадцать минут нам нужно будет уже выходить, успеешь собраться? Вокалист вдруг широко улыбнулся. — Успею.