Вильяр Уникус: истории

Взрыв. Очередной, громкий взрыв, прозвучавший где-то уже совсем недалеко за спиной. Толпа вздрогнула. Десятки людей вскрикнули и еще усерднее стали молиться Богу-Императору. Дети заплакали еще сильнее. - Да быстрее там давайте!- прокричала какая-та старуха, которой уже лет шестьдесят было. Яфана лишь сильнее прижала к себе Жамата, брата ее подруги Рияты, которого держала на уже сильно уставшей руке, пока тот, в свою очередь, продолжал плакать и сжимать ее шею. Сама подруга сейчас работала в мастерской по производству патронов и непонятно было, где она сейчас находится. Девушке пришлось забрать мальчика, потому что объявили о срочной эвакуации. - Там, впереди, пошевеливайтесь!- прокричал старик без руки и глаза, что стоял рядом с ними. Толпа продвигалась медленно. Слишком медленно. Баррикады, которые они с таким трудом строили все это время по коридорам, чтобы остановить врага, теперь лишь мешали людям эвакуироваться в тыл. От мысли, что они сами, своими собственными усилиями, заперли себя здесь, становилось тошно. Однако это чувство каждый раз исчезало, стоило позади вновь прозвучать очереди из пулемета или очередному приглушенному взрыву, что эхом раздавался по коридору. - Боже-Император помилуй... Боже-Император помилуй... Боже-Император помилуй...- шептала Яфана, однако своего собственного голоса она не слышала, так как вокруг все громко кричали, матерились, молились, требовали и умоляли, пока Жамат над ухом продолжал плакать не переставая ни на секунду. Другой рукой она сжимала Арнуза. Ее давний друг детства, а с недавних дней - ее первый парень. На фронт его не отправили, дядя Бафат сделал его слесарем на мануфакторуме по производству стабберов. Сейчас он стоял прямо рядом с ней, вплотную прижимаясь к ней из-за толпы, при этом держа за правую руку Омуса, десятилетнего кузена, сына дяди Бафата. Периодически девушка смотрела на лицо парня. Обычно красивое и миловидное, сейчас оно было искажено гримасой волнения и страха. Ему тоже было страшно, но сам факт того, что он был рядом с ней, было, пожалуй, единственным, что успокаивало девушку. Он с ней. Он рядом. Он не бросит ее. - Да быстрее там, ебать вас всех! - Давайте, сзади уже бои! - Быстрее давайте, Трона ради! - Нас тут всех убьют нахуй! Быстрее! Кое-как толпа продвигалась вперед. Шаг за шагом, толкаясь друг с другом, люди шли к узкому проему между двумя частями баррикады, которую по другому обойти было невозможно. Было страшно. Очень страшно. Женщины и старухи, с которыми жила Яфана после смерти мамы, рассказывали ей, что будет, если она попадет в плен к солдатам. Как ее разденут и будут насиловать толпой, пока она не умрет. Причем не по одному, а сразу по трое. Яфана больше всего боялась именно этого. Но еще больше она боялась за Жамата. Ему было всего четыре годика. Он ничего не умел делать, а никого больше, кроме нее, у него сейчас не было, так как сестра была непонятно где, а родители уже давно погибли на фронте. У самой девушки семьи тоже уже не осталось. Отец погиб на фронте, а мама умерла от хажаты. Потому теперь Яфана и Жамат были сами по себе вместе с Арнузом и его семьей. Взрыв. Куда более мощный, чем обычно. Совсем близко от них. Толпа вновь вздрогнула и пригнулась, закричала, заплакала, а затем стала еще усерднее пытаться двинуться вперед. - Давайте! Да давайте же! Идите вперед! - Ну же! Двигайтесь, блять! Двигайтесь уже! - Продвигайтесь там! Иначе всех убьют! Со всех сторон девушку сдавливали другие люди, кто своими плечами, кто - вещами, запихнутыми в простыни и различные сумки. Но они все же продвигались, пока, наконец-то, не добрались до самой баррикады. Она представляла из себя две длинные кучи всякой мебели и мешков со строительным мусором, доходивших до самого потолка. Та, что шла от правой стены, была выставлена вперед и своим левым концом перекрывала правый конец другой, задней баррикады. Между ними и был проем, в который все бежали. Яфана еще крепче сцепилась в Арнуза, боясь его упустить в этой тесной толпе. Она не хотела остаться без него. У нее больше никого не было. Проем между баррикадами был тесный, всего два метра в ширину и длиной где-то в три. Именно из-за этого люди не могли быстро преодолеть препятствие - слишком тесно. Взрыв. Вновь крики. Вновь слезы. Вновь молитвы. Жамат продолжал плакать, а рука, которой девушка его держала, все сильнее уставала и болела. Однако, поменять ее нельзя было, потому что иначе придется отпустить Арнуза. А этого делать было никак нельзя. Еще где-то минута - и они смогли пройти через проем. Обогнув баррикаду, они оказались на открытой дороге, по которой люди, которые проходили проем, свободно бежали. Вот только впереди виднелась уже другая толпа, которая собиралась из тех, кто бежал по другим коридорам. Становилось понятно - им снова придется ждать, снова придется идти через толпу. - Боже-Император...- только и сказала девушка. Ею все сильнее одолевало отчаяние. Они не выберутся. Не сбегут. И ее будут насиловать толпой, пока не умрет... - Идем, скорее!- произнес Арнуз, начав идти вперед и отгоняя от девушки плохие мысли. С ним ей всегда становилось спокойнее. - Сейчас!- девушка решила воспользоваться случаем и наконец-то сменить руку, которой она держала Жамата. Правая рука, выпрямившись, отозвалась резкой болью, но одновременно с этим - и облегчением. Жамат продолжал плакать во всю, но девушка не обращала на это внимания. Пусть плачет. Вначале надо было выбраться. Подбежав к людям, они начали продвигаться вперед за ними, пока позади них к ним подбегали новые. По одному, по два, по три или же целыми группами. Кто с вещами, кто с детьми, кто вообще ничего. В основном - подростки, старики, инвалиды, беременные. У всех на лицах паника, многие держат аквиллы или иконы. Почти все молятся, почти все дети - плачут, особенно младенцы. Многие уже начинали орать о том, что те, кто был впереди, продвигались быстрее. Снова все начинали толпиться и прижиматься друг к другу... Выстрелы. Оглушительно громкие, исходящие от баррикады, которую они только прошли. Люди все согнулись и присели. Многие пытались закрыть ладонями уши. Было невероятно громко. Уши пронзило острой болью. Бамат вновь закричал, сжав шею девушки еще сильнее. Затем - все прекратилось. - Асми!!!- прозвучало откуда-то сзади, а затем страшный шум вновь возобновился. Девушка обернулась и смогла разглядеть, что это было. Один из солдат стрелял из чего-то, что было вставлено в "амбразуру" - дырку в баррикаде, которые они часто оставляли по приказу начальников бригад. От самой же баррикады уже бежали люди, которые поднимали руки и что-то кричали. Пару секунд и вновь все прекратилось. - Асми!!!- продолжил кричать один из тех, кто бежал к ним,- Асми уже там!!! Люди шокировано начали повторять это ужасное слово, от которого кровь стыла в сосудах. Асми. Ужасные иномирские солдаты, которых достогуб нанял за деньги, чтобы подавить восстание. О них ходили страшные слухи, но все знали - они были куда страшнее, нежели планетарные солдаты. И вот теперь, они здесь. За баррикадой. - Быстрее там!!! - Продвигайтесь!!! - Ну же, вперед, давайте!!! Люди начали кричать и пытаться пробиться вперед, но Арнуз схватил девушку и побежал назад. - За мной! Девушка не стала спорить и побежала за парнем. Растолкав людей, он побежал в сторону одного из коридоров, мимо которого они до этого пробегали. Оттуда до сих пор выбегали люди, но парень не обращал на них внимания. Как можно быстрее они пробегали установленные здесь небольшие баррикады, за которыми стояли солдаты с самодельными стабберами. - Куда вы!?- прокричала женщина, которая в момент осталась позади них. - Асми уже там!- прокричал Арнуз в ответ. Люди, что были перед ними, резко остановились, в шоке уставившись на них. - Чего, блять!? - Асми за баррикадой!- повторил парень. Пробежав коридор, парень свернул направо, судя по знакам - в жилблок с комнатами-восьмерками. Пробежав прихожую, парень завернул в левую комнату, увлекая за собой и Омуса, и Яфану с Жаматом. За ними в комнату вбежали сразу две женщины и мужчина с четырьмя детьми, после чего все уселись на кровати, пока другие люди расходились по свободным комнатам. Девушка усадила брата подруги на кровать и пыталась отдышаться. Внутри нее словно все варилось в кастрюле. - Что... Что ты задумал?- все же смогла спросить Яфана у своего парня, пытаясь перекричать плачущих детей других людей, что забежали к ним. - Сидим здесь... и ждем. Так хоть... под огонь не попадем. Сможем... сдаться... - Но ведь... Ведь они все...- попыталась что-то возразить девушка, но боль в ребрах не давала этого сделать. - Другого выбора нет. Сбежать уже не выйдет. Поздно,- сказал парень и его голос звучал обреченно. Было понятно - выбора уже действительно нет. Оставалось только уповать на Бога-Императора. Весь жилблок за пару минут наполнился людьми, которые также решили переждать бой и сдаться достогубовцам, после чего все начали ждать. В коридоре звуки боя становились все более громкими и частыми. Взрывы от гранат, выстрелы из стабберов - все это теперь звучало не отдаленно и приглушенно, как раньше, а страшно близко и громко. Спустя какое-то время все услышали, как бой шел уже в коридоре между жилблоками. Там, где они бежали лишь недавно. Люди молились. Кто про себя, кто в голос. Одна из женщин, что была с ними, поставила на стол икону Бога-Императора, вставала на колени посредине комнаты и стала молиться, приложив лоб к полу и рыдая. Яфана тоже молилась. Просила прощение за все то, что она сделала. Обещала, что больше никогда не будет грешить, что будет хорошей женой и матерью, как и подобает девушке. Бои продолжались. Громкие и страшные. А они продолжали молиться в духоте, без всякой воды и слушая рыдания детей. Но вот - все прекратилось. Резко и без предупреждения. Теперь выстрелы и взрывы были слышны где-то вдалеке. Потом послышалось, как дверь в жилблок открылась. - Здесь есть солдаты!?- прозвучал чей-то громкий строгий голос. - Здесь безоружные и дети!!!- прокричал Арнуз. - Всем выходить по одному из комнат, которые назовут! Кто без детей - поднять руки. Что-то выкинете и сразу стреляем! Первая комната - на выход, быстро! Это была их комната. Они тогда вбежали именно в первую комнату жилблока. Первой пошла женщина с маленькими девочкой и мальчиком одного возраста. Второй - мужчина с девочкой. Третьей - женщина с девочкой. Следующим пошел Арнуз с Омусом. И только потом пошла сама Яфана с Жаматом. В холе оказались асми. Их легко было узнать по особой броне. Здесь их было двое и они оба целились в нее из своих лазганов. Девушка вместе с Жаматом прошла дальше, в коридор. Там стояло еще больше солдат, в то время, как Арнуз с Омусом и остальными стояли у стены, лицом к ней, держа детей за руки. Свободные руки они держали за спинами. - К стене,- грубо произнес один из них, указывая на стену,- Ребенка на пол и держать за руку. Свободную руку - за спину. Девушка подчинилась и встала у стены. Ей было страшно. Вдруг прямо сейчас ее и остальных женщин начнут насиловать? А вдруг они будут насиловать и детей? Яфане было страшно об этом думать, но еще страшнее было думать, что это может увидеть Жамат. Он не должен был этого увидеть. Вскоре из жилблока вывели всех людей, кто там спрятался и их повели колонной по одному, приказав опустить головы вниз и пригрозив расстрелом любого, кто попытается сбежать. Через минуту они уже были рядом с баррикадой, мимо которой они с таким трудом прошли тогда. Тут лежало несколько тел их солдат, от которых растекались лужи крови. Девушку замутила, но она, держа Жамата на руках, продолжила идти. Примерно за десять минут они добрались до школьного спортзала. Тут уже было множество СПО-шников, что стояли вдоль стен с лазганами и штыками. - Всех детей сдать солдатам!- произнес строгий властный голос. Все внутри сжалось. - В смысле сдать!?- возмущенно спросила какая-та женщина. - Мы не отдадим детей!- произнес еще кто-то и все подхватили эти слова. Яфана крепче сжала Жамата. Она не могла его отдать... - МОЛЧАТЬ!!! Громкий мужской голос пронесся по спортзалу и все резко замолчали. - Все дети отправляются в детдома! С вами разберутся отдельно! Неподчинение приказу - расстрел на месте! Спорить никто уже не стал. Всем было очевидно - это бесполезно. Они действительно убьют любого, кто будет сопротивляться их приказам. - Жамат,- произнесла Яфана, сев на колени перед мальчиком,- Послушай меня, сейчас тебя увезут. Это ненадолго, слышишь меня? Я скоро приеду за тобой, хорошо? - Нет... Я не хочу без тебя...- начал говорить Жамат, от чего Яфане стало еще больнее. - Так надо, Жам. Веди себя хорошо, слушайся взрослых, понял меня? - Не хочу!- уже заплаканным голосом начал говорить ребенок. В этот момент темная фигура появилась рядом с ними и две мощные руки подхватили ребенка. Тот в ответ заверещал я и стал брыкаться, но асми было все равно на его слабенькие удары. Яфана хотела закричать, возмутиться... Но сдержалась. Не может и будет только больше проблем. - Все будет хорошо, Жам! Я скоро приеду!- прокричала девушка, пока брат ее подруги уносили вместе с остальными детьми. - Всем сесть на пол рядами!- отдали им следующий приказ,- Колени под себя, головы на них, руки сцепить перед собой. Кто встанет без разрешения и резко двинется - расстреляем на месте. Как можно быстрее все сели на пол плотными рядами. Яфана и Арнуз сели рядом, затем их со всех сторон окружили другие люди и они начали ждать. Время шло, в зал приходили все новые и новые люди. У них тоже забирали детей, после чего их заставляли садиться и ждать. Ждать пришлось долго, но затем им все же приказали встать, построиться в колонну и двигаться вперед. Они покинули школу, выбрались на пешеходную дорогу и стали идти. Шли они еще дольше, чем сидели. Судя по знакам, они прошли пять дистриктов, почти целый обдис. Яфана к тому моменту уже окончательно выбилась из сил. Она не знала, сколько уже не спала, ноги страшно болели, хотелось пить и есть, но она все равно продолжала идти вместе с Арнузом. И вот, наконец-то, их привели на склад, где вновь заставили всех сидеть на полу. Одновременно с этим солдаты регулярно приказывали рассчитаться по двадцать человек, после чего эти люди вставали и их уводили в одну из дверей в стене склада. Никто не знал, куда их уводили, но спорить или спрашивать не решались. Мало ли что может произойти. Постепенно, очередь подобралась к ним. - Восемнадцать. - Девятнадцать. - Двадцать,- сказал Арнуз. - Двадцать один,- рефлекторно продолжила девушка, но потом вспомнила, что это лишнее. Только через секунду она поняла - Арнуз должен уже уйти. Без нее. - Встать!- отдал приказ асми. Девушка испуганно посмотрела на любимого, а тот, ничего не говоря, впился в нее губами. Она почувствовала его язык у себя во рту, затем - прилив возбуждения. Затем Яфана попыталась ответить, но не успела, так как парень уже отстранился. - Я люблю тебя,- прошептал он. - И я тебя,- быстро ответила Яфана. Парень встал вместе с остальными людьми. - За мной колонной по одному! Все двадцать человек скрылись за дверью и вновь наступила тишина. Пару минут ничего не происходило, пока из той двери не вернулся асми, что их отводил. - Рассчитаться! - Первая!- громко произнесла девушка. За ней последовали другие номера, вплоть до двадцати. - Встать! Все подчинились и колонной по одному направились к двери. За ней оказался узкий коридор, а дальше - станция троллейбуса. Увиденное стало для девушки шоком. Перрон был завален рядами дымящихся трупов. Они лежали на краю наваленные друг на друга. Среди некоторых куч уже работали детриты. По обе стороны от перрона стояло по четыре грузовых троллейбуса. Сразу стало понятно - их привели на расстрел. Сейчас их убьют. Это конец. - Боже-Император...- прошептала девушка, остановившись. - Всем встать в ряд здесь, живо!- приказал асми, указывая на самую маленькую кучу трупов. Девушка подчинилась, но стоило ей подойти к куче, что стояла перед той, к которой им приказали подойди, как она, к своему ужасу, увидела Арнуза, после чего остановилась, пока остальные стали идти мимо нее. Его тело лежало с краю, вместе с теми, с кем он рассчитался до двадцати и ушел. На его теле, в районе груди, был ожог, а его кофта подпалилась и сейчас источала дым. Его глаза были открыты и смотрели в потолок. Девушка задрожала, чувствуя, как внутри нее все обрывается. Она любила его. Искренне любила. Мечтала, чтобы он был ее мужем и отцом ее детей. А теперь - он мертв. И его труп лежал прямо перед ней. - Ты! Мелкая! Двигай давай! Тебе не там стоять!- приказал грозный голос. Девушка не послушала. Ей уже на все было плевать. Мощная рука схватила Яфану и потащила с такой силой, что сопротивляться было бесполезно. Затем ее провели несколько метров и поставили у конца уже построившегося ряда. - Но мы же сдались!- проговорил возмущенно чей-то голос вдалеке,- И мы не воевали за бунтовщиков! - Заткнулись все!- приказал тот же голос, что приказывал до этого девушке,- Целься! Весь ряд асми, что стоял перед ними, нацелил на них свои лазганы. Яфана закрыла глаза. Это был конец. Сейчас она, Яфана Кальсим, шестнадцати лет от роду, дочь Бифаны Кальсим и Даора Тасута, умрет... Секунда... Две секунды... - Отставить! Все тело вздрогнуло - девушка посчитала, что сейчас в нее выстрелят, но потом она все же поняла, что именно только что услышала. Открыв глаза, Яфана увидела, как гвардейцы поднимают лазганы к потолку. - Так... Ну в общем... Их отпускаем. Всех,- проговорил асми с каким-то недоумением, словно и сам не понимал, что сейчас говорил. - В смысле, командир?- удивленно спросил еще кто-то. - Все... помилованы,- ответил "командир",- Приказ господина прим-комиссара Алтанзора. Всех гражданских сопроводить в желтую зону и держать до окончания боевых действий. Было сложно поверить в услышанное. У девушки просто не укладывалось все это в голове. - Мы... Мы помилованы!- прокричала какая-та женщина в их ряду. Остальные также начали радостно что-то говорить и возносить благодарности Богу-Императору. - Ну получается, что да,- сказал асми,- Так, этих всех на выход. Остальных тоже готовить к отправке. - Так, все слышали. Разворачиваемся и на выход отсюда!- проговорил другой голос. Их ряд повернулся и стал возвращаться на склад, в то время, как сама Яфана, едва переставляла ноги и чувствовала лишь колоссальную скорбь внутри себя. Ее помиловали. А ее любимый, Арнуз, погиб. И все из-за того, что они немного неудачно сели и потому он попал в последнюю расстреляную группу. Просто не повезло. Кое-как девушка смогла добраться склада, который уже весь вопил от радостной новости, после чего легла на пол и начала рыдать. Ей радоваться совсем не хотелось. Ведь теперь у нее в этой жизни не осталось совсем никого.