Океан твоей мелодии

«Раньше он не мог сделать выбор, потому что не знал, что будет потом. Теперь он знает, что будет и потому не может сделать выбор».

Сонги бы с удовольствием отменил концерт, но билеты уже давно проданы, места заказаны, костюмы новые пошиты, и, по сути, весомой причины для отъезда не было. Всю ночь мужчина раздумывал над разговором с одним очень важным человеком, который и доверил ему Тэхёна. Ли будет потом тяжело искать оправдание вопросу «Почему не сделал то, что я приказал тебе?». Но он хоть попытается, да и сам Ким будет не в восторге от того, что долго планируемый концерт вот так отменят. Ли не понаслышке знает, что Тэхён любит заниматься музыкой, любит петь и отдаёт этому всего себя. На сцене он чувствует себя живым, нужным, желанным. Он любит безмерное количество зрителей и слушателей, что готовы визжать и кричать, только от того, что Ким кинет на них свой взгляд или же просто сделает какое движение в их сторону. Он для них как единственное спасение, так же, как и они для певца. Ведь если бы их не было, Тэхён бы завял как цветок, который не поливают. Сонги решил для себя, что угрозы, как таковой, нет, и можно свободно проводить концерт. Он же продлится всего каких-то два с половиной часа, а за это время вряд ли случится что-то плохое. Да и мужчина ему не объяснил точной проблемы, чтобы сразу поднимать панику. Когда на циферблате наручных часов большая стрелка уже коснулась шести, Сонги решил прервать свои раздумья и лечь наконец-то спать, погружаясь в темноту сразу, как только он прикрыл свои глаза. Его тело обрело покой, и вся усталость ушла на второй план. Проснувшись не, как обычно, утром, а уже ближе к одиннадцати, менеджер принялся набирать Тэхёна, так как волновался о том, что он снова куда-то убежит и они не успеют подготовиться к концерту. Честно, Ли очень любит Тэхёна. Любит как родного сына, которого у него никогда не было. Да, тот часто показывает свои капризы, свой непростой характер, не боится отстаивать свою точку зрения, и это немного раздражает мужчину, который на 20 лет старше него. Ещё тогда, увидев Тэхёна на прослушивании, он не мог поверить, что у этого ребёнка такой великий потенциал. Глубокий голос уже в то время был по-особенному завораживающим, цепляя всё внимание к себе. Лицом парень тоже был хорош, даже без лишней косметики, что только чуть подчёркивала всю естественную красоту. Через несколько коротких гудков трубку всё же сняли. На удивление, по ту сторону был слышен довольно бодрый голос, который свидетельствовал, что младший проснулся ещё раньше, а не только сейчас, и это в какой-то мере радовало старшего, ведь Тэхён сможет здраво принимать информацию. Ли рассказал ему о плане на сегодняшний день и о том, что после концерта они сразу поедут в отель, а там и в аэропорт успеют, и сегодня же отправятся в Сеул. В восторге от этой информации Тэхён не был, это было слышно по его не очень-то и веселому голосу. Про остальное Сонги смолчал, ведь незачем нагружать парня ненужной информацией. По окончании разговора ни о чём, Ли отложил телефон на тумбу, аккуратно разминая свои кости и принимаясь собираться, чтобы после поехать в отель к Тэхёну, забрать его оттуда и отправиться на стадион, а там уже провести генеральную репетицию перед выступлением.

***

На часах уже одиннадцать утра, и только сейчас менеджер удосужился позвонить Тэхёну, чтобы узнать, проснулся ли он. Правда, голос у мужчины был какой-то подавленный, как будто он чем-то озадачен и ещё довольно сонный. Это даже заставило Кима задуматься, сидя за небольшим деревянным столом на такой же небольшой кухоньке, попивая зелёный чай из разноцветной чашечки. Джулия тоже недавно проснулась, и сейчас Тэхён ожидал её на кухне, чтобы серьёзно поговорить об их прошлой ночи. По правде говоря, Ким жалеет немного о том, что переспал именно с ней. Она была у него первой, и он надеялся вчера, что не вспомнит детали их совместной ночи сегодня из-за количества выпитого ими алкоголя, но так получилось, что он помнит всё, и это был жирный минус для самого Кима. Тэхён не хотел бы помнить, он это понимает и раздумывает над произошедшим сейчас, когда голова уже болит не так сильно. Во время раздумий парня, из ванной комнаты как раз вышла рыжеволосая девушка, что обмотала своё стройное тело белоснежным полотенцем, так же, как и волосы, короткие прядки которых падали ей на лоб. Она медленным, но уверенным шагом подошла к Киму, сразу садясь на его колени и выводя из его собственных мыслей, которые так и желали, чтобы о них раздумывали. Они выглядели словно пара, что уже давно живёт вместе, и для них вот так сидеть за столом — это норма. — Доброе утро, Тэхён-и! Давно проснулся? — слащавым голосом произнесла девушка, целуя Кима в щёку, мягко ему улыбаясь и укладывая свои небольшие ладони на его плечи, ожидая от того хоть каких-то слов. Невольно воспоминания о прошлой ночи сами полезли в голову Кима. То как девушка настойчиво целовала его, как сжимала своими ладонями его плечи до красных отметин, оставляя такие красные полосы на его спине от своих ногтей, то как прыгала на нём, выстанывая его имя как можно громче, закатывая свои глаза в удовольствии. Она выгибалась и выглядела при этом очень красиво и сексуально, как будто это её стихия. А Тэхён… Он был как неживая кукла для секса: просто лежал и выполнял свою основную функцию. — Доброе утро, давно, — нехотя и сухо ответил он, отодвигая от себя девушку, что тут же застыла в непонимании из-за его действий, снова делая глоток чая, что уже успел остыть за это время. На действия Тэхёна девушка лишь недовольно окинула его взглядом, поднимаясь с его колен и складывая руки на своей груди, как будто протестуя, хотя это никак не волновало сейчас Кима, которому даже два плюс два было сложно сложить в таком состоянии, после небольшой посиделки вчера. Потому и такие действия юной девушки не вызывали у него каких-либо соответствующих эмоций. Она сейчас просто была похожа на капризного ребенка, у которого отобрали конфету. — Ты ничего мне не хочешь сказать? — сказала Джулия, стоя и наблюдая за Тэхёном, который даже не смотрел на неё в это время. Подняв взгляд на недовольную девушку, он и сам хотел бы знать, хочет ли ей что-то говорить или нет. Хотя, ответ и так очевиден: нет. Он не хочет сейчас ни с кем разговаривать, лишь побыть наедине с самим собой и по раздумывать над тем, что ему действительно нужно. А не вести беседу с особой, которая ему теперь неприятна. И дело не только в том, что они переспали, нет, а в том, что она ведёт себя по-другому, не так, как раньше. — Я жду, — подала она снова свой голос с недовольным тоном, хмуря свои крашеные брови, что выглядели на лице так, как будто так и должно быть с самого начала. Но даже такие её строгие слова не подталкивали Тэхёна к разговору. Он находился как будто в прострации, откуда выбраться ему поможет лишь один человек. И этот человек явно не она. — Послушай, — собравшись с мыслями, всё же произнёс парень, подбирая правильные слова, — всё, что было между нами этой ночью, это всего лишь на один раз, ничего более. Мне не нужны сейчас отношения, и дело даже не в тебе, а во мне. То есть, всё из-за моей карьеры, а ссоры и скандалы из-за одноразового секса мне и подавно не нужны, — он пытался сказать всё так, как есть, пытался сгладить хоть как-то углы, чтобы слишком сильно не задеть её. Но кто же мог предвидеть то, что даже такие слова ранят больнее ножа? — Одноразовый секс? Ты серьёзно? — опустив руки и потеряв весь запа́л, произнесла Джулия. — Я надеялась на то, что отдала свою девственность правильному человеку, и что ты не оставишь меня после этого одну. Но, оказывается, я ошиблась… — по щеке покатилась первая слезинка, которую девушка быстро смахнула, и Тэхён даже на несколько секунд почувствовал колкую вину за собой, хотя он не виноват в том, что какая-то там девушка захотела трахнуться с ним, зная, что он не сможет строить какие-либо отношения с ней. — Мне жаль, — негромко произнёс последние слова юноша, смотря пустым взглядом лишь на чашку с остывшим чаем, что так и останется недопитым. А девушка в свою очередь вытерла слёзы, что лились уже ручьём, в спешке одевая свою одежду, которая лежала на полу, и сразу же вышла из номера, громко хлопнув дверью, даже не попрощавшись с ним. Возможно она и простит его, но со временем, ведь первое время всегда тяжело забыть человека, который залез тебе в самое сердце. Тэхён по себе знает.

***

В моменты репетиций перед концертом время бежит мучительно медленно, и лишь музыка и другие люди не дают сойти с ума от одиночества. Менеджер постоянно посматривает на задумчивого Тэхёна, что всё время витал в своих мыслях. О чём он думал — Сонги не было понятно, да и если бы спросил, то не понял бы. Ким выглядел довольно отрешённым, как будто не находится в этом мире, но всегда внимательно слушал то, что ему говорят и выполнял это. Почему-то плохое предчувствие окутало тело мужчины, когда до начала концерта оставалось совсем ничего. Молодой певец сидел перед визажистом, что наводила красоту на его лице, покрывая пудрой прекрасную бронзовую кожу, из-за чего та стала намного светлее. И в этот момент, Ли показалось, что что-то здесь явно не так. Он чувствовал чужое фантомное присутствие у себя за спиной, но не придал этому особого значения, продолжая наблюдать за Кимом и его визажистом. Молодая девушка лучезарно улыбалась Тэхёну, продолжая наводить красоту на его лице, иногда что-то у того спрашивая, будучи всегда довольной ответом, иногда стесняясь и мило краснея от вопросов самого парня, что вызывало лёгкую усмешку у менеджера, который стоял в стороне. Спустя минут 20 Тэхён поднялся с кресла, подходя к зеркалу во весь рост и рассматривая себя в нём. Он выглядел, как всегда, потрясающе. Светлое лицо сияло при свете ламп, подведённые глаза чётко выделялись, делая взгляд более выраженным и сексуальным, на губах красовался еле заметный блеск, делая его уста более желанными и сладкими, волосы аккуратно уложены назад, лишь несколько прядок свисали на широкий лоб придавая ему брутальности даже в столь юном возрасте. На нём были надеты чёрные облегающие кожаные штаны, что очерчивали всё, что можно и нельзя, слишком хорошо и чётко. Сверху были белая свободная футболка и чёрный пиджак, а на шее красовался тонкий чёрный чокер. Насмотревшись на себя в зеркало, несколько раз покрутившись перед ним и рассотрев себя со всех сторон, Тэхён вздохнул, натягивая на своё лицо пока что лёгкую улыбку и глядя на своего менеджера. — Сколько там ещё до начала? — спросил Ким, смотря исключительно на Сонги, хотя было ощущение, что он смотрел сквозь него, ведь взгляд был пустым, а не таким, как всегда: радостным, детским, полным захватывающих чувств от предстоящего выступления, немного азартным, покоряющим сердца молодых девушек и не только их. Было ощущение, что за эту вот ночь его полностью опустошили, оставили тело без души. И Тэхен соврёт, если у него спросят об этом, и он скажет, что не думает так же. — Ещё 15 минут, и будешь выходить, — спокойно ответил Ли, замечая теперь в глазах певца некую грусть, которая была и перед вчерашним концертом: необъяснимая и в тоже время такая знакомая. Всё-таки не пустые его глаза, есть в них чистая, как вода, печаль, что заполняет молодого юношу до краёв, желая вырваться наружу.

***

Пятнадцать минут пролетели слишком быстро. Тэхён не успел погрузиться полностью в свои мысли, как его вытолкали на сцену со словами: «не грусти и выходи уже скорее к своим фанатам». И не думая уже ни о чём, Ким надел на лицо «маску» с лучезарной улыбкой, выходя на сцену перед тысячами зрителей, поражая их своей красотой. Знакомые лица на дальних рядам иногда подавались на глаза, когда он, выйдя на сцену, приветствовал всех, осматривая большой стадион, где яблоку негде было упасть. Он был заполнен людьми, которые пришли посмотреть на прекрасного молодого парня, что покорил их своим голосом и внешностью. И вряд ли они знают, что за этой маской счастья скрываются самые печальные мысли и горькие чувства. Из-за всей этой суматохи он сразу и не заметил самого главного гостя, что стоял прямо перед сценой и сверлил его проницательным и внимательным взглядом. Когда Тэ его наконец заметил, то даже на несколько секунд потерялся, застывая на месте, как живая статуя, но быстро пришёл в себя, осознавая, что он здесь не один, и петь вместо него никто не будет, так же, как и давать публике то, чего они так желают. Ненужные сейчас чувства Тэхён отложил подальше, закрывая их в металлической коробочке на несколько замков, чтобы не доставать сейчас, не поддаться искушению, а оставить на потом, когда не будет никого, кроме него самого. Ким постоянно взглядом натыкался на голубоглазого, даже когда пытался не смотреть на него. Ему до мурашек на коже хотелось кинуться в объятия старшего, сказать о том, как он сильно по нему соскучился, после поцеловать со всей любовью и нежностью, что есть в нём, чтобы доказать правоту своих слов. Все его мысли заполнил лишь он один, в то время, когда Ким должен думать только о своих фанатах. Тэхён решил, раз это последний раз, когда он видит его, то он насмотрится на него вдоволь и покажет себя с самой лучшей стороны, отдастся ему на этом концерте, а не другим людям, которых он забудет до того, как улетит. Он смотрел в его глаза, цвета безграничного океана, и никак не мог отвести свой взгляд, желая утонуть в них раз и навсегда, не ища спасения ни в ком и ни в чём.

***

До окончания концерта оставалось совсем немного. Тэхён пел прощальную песню, которая ему казалась безумно грустной. Ни в какой стране он не испытывал столько печальных эмоций, как в этой. И певец даже знает в чем именно эта причина. Прикрыв утомлённые глаза, что то и дело смотрели лишь на одного человека, он и не заметил, как в уголках скопились маленькие слезинки-бриллиантики, что медленно и мучительно скользили вниз по его щекам, опаляя нежную кожу. Неужели жизнь настолько несправедлива, что забирает самое дорогое, не дав познать его ценность? Неужели ей так хочется сделать несчастливую душу более несчастной, чтобы та болела, разбиваясь в дребезги вместе с юным сердцем, которое никогда не знало о любви? Неужели она настолько жестока к таким, как Ким, потому что они достигли своих вершин и не имеют право быть счастливыми? Тэхён не хочет верить в то, что это конец. Конец, у которого не было и начала. Открыв измученные глаза, он сразу вцепился грустным взглядом в Чонгука, что продолжал внимательно смотреть на него, как будто и не отрываясь от Кима ни на секунду. Тэхён не жалел, что встретил столь прекрасного человека здесь. Жалел лишь о том, что с ним он быть не может. Поймав лишь на несколько секунд взгляд грустного Тэхёна, Чон развернулся и ушёл. Просто ушёл, забирая сердце Кима вместе с собой, опустошая этим его полностью и навсегда. Больше нет Ким Тэхёна, есть лишь оболочка, внутри которой — пустота. Хрустальные слёзы уже без остановки лились рекой по его мягким щекам, пока он неверяще смотрел вслед уходящему парню. Он бросил его одного. Одного среди целой толпы, не беспокоясь о том, что он затеряется и больше не найдёт любимые глаза, что пленили его сердце, забирая с собой. И не только сердце, но и чистую, наивную душу. Всё в этом мире потеряет краски, как только Чон уйдёт. А тот уже уходит, не оглядываясь на рыдающего Тэхёна, что желал бы ещё на мгновение встретиться с ним взглядом, ища в них поддержку, которую не озвучил бы никто. Но он не обернётся, не помашет на прощание, не одарит последней улыбкой, лишь молча уйдет, оставляя юношу, который без взвешиваний отдал ему всё самое ценное, что у него было. По окончании песни Тэхён ушёл со сцены, не говоря прощальной речи своим фанатам, которые плакали вместе с ним, пытаясь забрать хотя бы частичку его боли. Но ему было не до этого сейчас. Подуйте кто-то на Тэхёна, ему сильно болит.

***

Протискиваясь между людьми, что кричали и даже рыдали без остановки, Чонгук направлялся к выходу, не оборачиваясь назад. Пока он шёл, то чётко чувствовал на себе жгучий взгляд и был уверен на все сто, что это взгляд именно Тэхёна. Покинуть заполненный стадион было неимоверно тяжело из-за большого количества людей, что то и дело не давали пройти дальше. Наверное, не нужно было так близко подходить к сцене, ведь нормально продвинуться к выходу — та ещё пытка, не для слабонервных. Но, всё же выйдя из этой вопящей толпы, он наконец вдохнул чистый воздух, что обжигал лёгкие своей прохладой. На улице осень, и, как-никак, уже немного похолодало. Поэтому стоило бы одеваться чуть теплее. Поправив на себе лёгкую ветровку, Чон подошёл к своему чёрному автомобилю, дверь в который ему открыл молодой водитель, садясь в салон, что так приятно пах натуральной кожей, осматривая двоих парней, что сидели рядом и ждали приказа главного, ведь команду нужно было подать и другим людям, что сидели в других, таких же, автомобилях. На мгновение ему стало жаль мальца, потому как тот является единственным родственником Монстра и все удары нелёгкой судьбы понесёт на себе. Но он слишком близко к своей цели, чтобы вот так отступить от неё из-за какой-то жалости. Если бы не такие подставы Кима-старшего, Чонгук не пошёл бы на крайние меры, прибегая к слишком плохим поступкам с его стороны, но другого выхода нет, он устал сидеть и ждать смерти, когда та и так ходит по пятам. Дождавшись, наконец, окончания концерта, когда Тэхён уже зашёл за сцену, скрываясь с их поля зрения, Чон откинулся на спинку сиденья с кожаной обивкой, переводя свой взгляд на лобовое стекло авто, думая о своём. Взвесив все за и против, он понимал, что уже нет пути назад, потому лишь легко улыбнувшись уголками губ, он подал голос: — Вперёд, — негромко проговорил Чон, и все, кто был в машине, кроме самого Чонгука и водителя, вылетели наружу, держа в руках оружие. — Поехали, — обратился он уже к водителю, и тот, понятливо кивнув, начал выезжать с парковки, внимательно наблюдая за дорогой, пока Чон в свою очередь закурил одну сигарету, выдыхая сизый дым в салон автомобиля, полностью расслабляясь, прикрыв голубые глаза, видя всплывшего в этот момент Тэхёна перед ним, смотрящего на него с той же печалью. Люди в чёрных одеждах и с разным оружием сразу кинулись к стадиону, а тогда и к народу, что находился там, стреляя в небо, чтобы те начали покидать это место, это сработало, наводя на людей панику и шок от происходящего. Люди Чона кидали ближе к сцене дымовые шашки, которые заполняли дымом большое пространство, из-за чего паника только усиливалась, и люди пытались выбежать, смутно видя, куда именно они бегут. По приказу один из людей Чонгука, сделал неслышный клик по кнопке, что находилась на небольшом пульте, и половины сцены как и не было. Она взорвалась с громким звуком, сотрясая землю под собой, поднимая слишком много пыли вокруг. Из-за взрыва небольшая территория загорелась, а люди всё быстрее пытались покинуть это место, чтобы выжить. Никто не понимал, что именно сейчас происходит, кидаясь к выходу, у которого уже некоторые попрощались со своей жизнью. Небольшая группа людей Чонгука забежала за сцену, где и была их главная цель, сразу же стреляя в персонал, что встречался им на пути, дротиками со снотворным, ведь в приказе было сказано, что никто не должен пострадать внутри. Они приближались с каждой минутой всё ближе к гримёрке молодого певца, очищая себе путь к ней и останавливаясь возле деревянной неприметной двери, которая была закрыта. Отойдя немного, один парень, прицелившись, выстрелил в замочную скважину несколько раз и, подойдя к двери и взявшись за металлическую ручку, потянул на себя. Но открыв дверь, они там никого не обнаружили. Их встретило уже пустое, покинутое помещение.

***

Выбежав через чёрный ход, Тэхён, задыхаясь, посмотрел назад, держась за левый бок, что уже болел от большой нагрузки, идя довольно быстрым шагом к какому-то переулку, боясь быть пойманным кем-то из тех людей, что устроили подрыв. Он ничего не успел понять, когда зашёл за сцену, слыша сначала приглушённые звуки выстрелов, крики людей, а после и довольно громкий взрыв. Его в тот миг накрыла паника и боязнь за свою жизнь, и тогда всё просто перемешалось в одну кашу: крики, выстрелы, что раздавались рядом, суматоха, что была среди людей на стадионе и персонала; испуг, не прикрываемый ничем. Из состояния шока его вывел Сонги, который встряхнул Тэхёна за плечи и грубо приказал быстро собрать вещи, что находились здесь, и бежать через чёрный ход на улицу, а там уже и через переулок, где его будет ждать их машина, чтобы отвезти в безопасное место. Ким бежал как мог, но одышки было попросту не избежать, потому он и остановился всего-то на несколько минут, сгибаясь пополам и упираясь руками в свои колени, прикрывая чуть красные глаза и тяжело дыша через рот. Он не чувствовал себя в безопасности, но бежать уже не мог, слишком тяжело, он и так устал: и морально, и физически. Почему-то именно сейчас снова хотелось расплакаться, находясь в одиночестве, чтобы никто не побеспокоил его. Открыв глаза и уже выпрамляясь, он уже было хотел сделать шаг, но кто-то бесшумно подошёл к нему сзади, хватая его поперёк груди одной рукой, а второй перекрывая ему всякую попытку глотнуть воздух, прикрывая платком рот и нос. Ким пытался всячески выскользнуть из рук напавшего на него человека, но эти попытки были бесполезны, ведь как Тэхён уже потом понял, этот платочек был с хлороформом, потому он начал погружаться во тьму, медленно обмякая в руках мужчины, что его крепко держал.

***

Очнулся Сонги от того, что его тело окутало влагой и холодом. Он, как рыбка, хватал воздух ртом, часто открывая его и закрывая, расширяя свои глаза, что становились всё больше, пытаясь понять, где он находится. Долго думать не пришлось. Он на том же стадионе, точнее за сценой, а над ним стоит один человек со склада из стаффа, держа в руке стакан с водой. Ли долго смотрел на юного парня, после поднялся резко, чем и напугал того юношу. Голова в этот момент безжалостно заболела, от чего все мысли перемешались в кучу. Он пытался вспомнить, что произошло, и эти воспоминания не заставили себя ждать. Ли осел обратно обессиленно на пол, хватаясь за голову, прикрывая глаза и вспоминая слова, что сказали ему вчера. «Отменяй концерт и летите в Корею, иначе может случится беда, и если мой Тэхён пострадает, то потом сильнее пострадаешь из-за этого первым ты, Сонги», — говорил ему тогда мужчина, сверля его самым злым и обеспокоенным взглядом. Открыв глаза он вспоминает снова про Тэхёна, которого благополучно должны были доставить в более безопасное место, чем это. И взяв в руки мобильный телефон, он набрал несколько раз один и тот же номер, номер Кима, но всё безответно. Трубку на том конце никто не поднимал. Набирая уже в двадцатый раз, Сонги снова услышал долгие и раздражающие гудки и кинул телефон на стол. Не отвечает. И это больше всего волновало Ли в этот момент. Осталась вся надежда лишь на то, что водитель отвёз его в назначенное место и Тэхён просто благополучно уснул, не слыша телефонного звонка. Ведь если с ним что-то случится, то не сносить Сонги своей головы, и в этом он не сомневается.

***

Самое невыносимое пробуждение, подобно пытке, настигло Тэхёна. Веки было тяжело открыть, а тело нестерпимо ломило от боли, которая взялась из ниоткуда, заставляя певца болезненно промычать. Всё же когда он разлепил свои глаза, перед ним предстало совершенно незнакомое место, точнее незнакомая комнатка. Небольшое пустое помещение в приглушённом свете, которое давала маленькая лампочка в центре, не вызывало ни малейшего доверия, особенно, если ты ещё и прикован цепями к металлическому стулу. Ким не думал, что когда-либо с ним подобное случиться. Да и думать о подобном — бред. Жизнь иногда не справедлива к некоторым людям, не готовым столкнуться с подобной реальностью. Хотелось кричать, звать на помощь, но сказать хоть какое-то слово не получалось, выходило лишь громкое мычание, и Тэхён не сразу понял из-за чего это. Оказывается, у него во рту была какая-то ткань, завязанная на затылке, больно стягивая некоторые прядки волос. Парня сражу же через несколько секунд настигла паника, и он желал поскорее оказаться снаружи этой сырой комнаты, что пропахла плесенью, глотнуть свежего воздуха, а лучше, чтобы это оказалось лишь плохим сном. Ким дёргался в металлическом стуле, пытаясь высвободить хотя бы руки, но цепи больно впивались в нежную кожу, оставляя после себя красные следы, что становились похожими на раны. Слёзы сами неосознанно бежали по щекам юноши, что всё ещё были в пудре, смывая её вместе со здравыми мыслями. Мыслить трезво было невозможно из-за такого состояния, ещё и в таком положении. Возможно, самым страшным было не то, что он привязан и один сейчас, а то, что кто-то может зайти сюда, через единственную дверь, что была прямо напротив Кима, которую он не сразу заметил. Полностью металлическая, за которой не слышно ни единого шороха. Самые пугающие мысли лезли в его юную голову. Они были о том, что, возможно, он кому-то перешёл дорогу, и теперь ему мстят. Возможно, это какие-то хейтеры, что хотят избавиться от него раз и навсегда. А может быть, его просто хотят убить из-за конкуренции или же просто устроят ему самые болезненные пытки. Дверь скрипнула, и Тэхён зажмурил глаза, готовясь к худшему, но ничего не происходило, была такая же тягучая тишина, не прерываемая ничем и никем. Рискнув, Ким приоткрыл глаза. Пелена от слёз всё ещё застилала его глаза, и лишь проморгавшись, он сумел разглядеть перед собой парня американской внешности. Из-за этого Тэхёна даже немного передёрнуло. Он был совершенно не знаком юному певцу, это пугало ещё больше. Парень напротив рассматривал Тэхёна, подходя к нему всё ближе, держа руки в карманах свободных штанов. Подойдя, тот гаденько улыбнулся, хватая Кима больно за подбородок и поднимая вверх, так, чтобы он смотрел ему прямо в глаза. Сердце в этот момент билось уже в ушах, заглушая все звуки вокруг, ладони вмиг вспотели, в общем как и весь Тэхён, в его глазах читался неприкрытый страх. Ему действительно было очень страшно именно сейчас, ведь до этого он был здесь один, и ему не грозила опасность, кроме как умереть от голода. Но вот сейчас перережут ему глотку, и Тэхёну придет конец. — Он очнулся! — крикнул парень куда-то к двери, отпуская подбородок Кима и аккуратно отходя на несколько шагов назад, как будто ему и не следовало вообще подходить так близко. Дверь оставалась слегка приоткрытой и за ней теперь слышалось множество голосов, иногда крики и смех. Длилось это не так долго, через время в комнату зашло несколько человек с какими-то приборами, размещаясь возле Тэхёна, который совершенно не понимал, что происходит и зачем это всё. Он пытался разглядеть хоть что-то, но повернуться было тяжело и больно из-за сковывающих его руки, грудь и ноги цепей. Он искренне не понимал, что вообще происходит и узнавать не особо хотел. Разные люди ходили туда-сюда, снова громко переговариваясь о чём-то не особо важном и интересном. Множество фраз были какими-то грязными и непонятными для Кима. Лишь спустя несколько минут они притихли, а за дверью, видимо там был коридор, послышались глухие шаги, что не спеша приближались. И чем ближе они становились, тем страшнее становилось Тэхёну. Дверь со скрипом открылась, а в проёме появился мужчина, лицо которого разглядеть было тяжело из-за плохого освещения. Тот не заставил себя долго ждать, проходя сразу во внутрь под свет единственной лампочки, прикрывая за собой тяжёлую дверь. Сердце Тэхёна пропустило удар, когда он увидел лицо того самого мужчины, и он бы не поверил, что это он, но такие прекрасные небесно-голубые глаза есть только у одного человека. У владельца его сердца. Ким не хотел верить в то, что видит сейчас. Перед ним стоит человек, заполнивший собой все мысли Кима, засунув руки в карманы штанов карго, сверху красовалась лишь черная свободная футболка, обтягивая мышцы рук. Впервые Тэхён видит его таким обычным и впервые не хочет видеть его сейчас, в этой ситуации. Он сам готов теперь застрелиться, лишь бы его догадки оказались чистой выдумкой. Чонгук останавливается в двух шагах от Кима, разглядывая его, как будто впервые в своей жизни, всматриваясь в медовые глаза, в которых всё ещё стояли непролитые слёзы. — Развяжите ему рот, — прозвучал такой незнакомый холодный голос, что Ким и забыл вообще как дышать. Какой-то парень подошёл сзади, развязывая и снимая тканевую ленту со рта Тэхёна, открывая ему наконец полноценную возможность дышать, но Ким всё продолжал неотрывно смотреть на Чонгука, как и он на него, не веря собственным глазам. Неужели столько времени Тэхен питал не только ложную надежду, но и подпитывался ложной добротой со стороны Чона? Певец хотел бы озвучить не только этот вопрос, но и тысячу других подобных. Узнать правду: для чего всё это? Хотелось бы узнать и то, что он собирается делать с ним. Убить? Пытать? Поиздеваться и отпустить? Ответа у Тэхёна, к сожалению, не было. — Принеси, — указал Чон на какое-то устройство, смотря при этом на одного юношу, что стоял явно позади Тэхёна, ведь он не видел того, к кому обращается старший. Тот парень быстро и без колебаний среагировал, поднося поближе аппарат и ставя его слева от Тэхёна. — Знаешь ли ты, что это и для чего? — обратился более мягким голосом уже явно к Киму, ведь смотрел лишь ему в глаза, надевая на руки какие-то странные большие рукавицы песчаного цвета. Тэхён молча повернул голову влево, дрожа всем телом, внимательно осматривая то устройство, что стояло рядом, а после обратно поворачивая голову к Чонгуку, чуть сглатывая. Тэхён видел как-то такую вещь, но для чего это и как её использовать — он никогда не знал. И знания ему такие не нужны были, по крайней мере до сей поры. — Не знаю, — тихим голосом произнёс юноша, опуская взгляд к ногам Чонгука, чуть сжимая ладони на подлокотнике стула, судорожно и тихо вздыхая. Ему было сейчас страшнее, чем до этого. Намного страшнее. — Я покажу тебе, — лёгкая ухмылка появилось на прекрасном лице Чонгука, а он сам подошёл к пуско-зарядному устройству, беря в руки присоединенные к проводам небольшие металлические прищепки, напоминающие кусачки. — Это, — кивнул он на устройство, после опять смотря на Кима, как будто кроме них, больше никого и нет, — пуско-зарядное устройство для зарядки аккумулятора автомобиля. Заряд может содержать шесть, двенадцать или же двадцать четыре вольта, — один из парней постарше включил это устройство, а Чонгук соприкоснул между собой эти металлические прищепки, из-за чего от них пошли искры, и Тэхён в этот момент сильно дёрнулся на стуле, вызывая тихий смешок со стороны Чона. — Как правило, металл хорошо пропускает электрический ток, правильно? — он смотрел лишь в глаза Кима, и это пугало второго просто не по-детски, из-за чего по щекам уже сами бежали маленькие капельки слёз. — Правильно, — сам ответил голубоглазый, тяжело вздыхая. — И если я сделаю так, — Чонгук подошёл ближе к Тэхёну, с двух сторон прикасаясь к цепям на груди младшего кусачками, из-за чего тот получил неплохой такой разряд, вскрикивая от неожиданности. Долго Чонгук не удерживал их и через пять секунд отстранил зажимы, дабы Ким не ушёл в отключку, — то ты ощутишь такой же разряд на себе, — слегка улыбнулся старший, снова смотря в глаза, что бегали по комнате. — Я объяснил всё, и, надеюсь, тебе было понятно. Чонгук смотрел на Тэхёна, что сильно дрожал. Да, Ким знал, что металл хорошо проводит электрический ток сквозь себя, и так как он был практически окружён им со всех сторон, то ток прошёлся по каждой клеточке его тела, причиняя не мало боли. А точнее — очень даже много. Никогда Тэхёну не было так больно физически. Когда певец поднял голову на Чонгука, то увидел, как тот трёт между собо металлические прищепки, пуская множество искр от них. Люди, что находились в комнате, молчали, лишь наблюдая за процессом и выполняя указания мужчины. — З-зачем ты это делаешь? — всё же осмелился спросить Ким, облизывая свои губы, что немного потрескались. Глаза грозились тут же закрыться, но Тэхён держался, да и вряд ли ему позволят отключиться сейчас и спокойно побыть в пустоте своих снов и страхов. — Хорошо, я подойду ближе к делу, Тэхён, — голос как будто наполнился за долю секунды самым опасным ядом. — Твой брат, — задумчиво произнёс он, будто правильно подбирал следующие слова, — он плохой человек, который задолжал мне очень крупно. Если быть точнее — свою жизнь, — Тэхён слегка нахмурил брови, не понимая, о чём идёт речь. Неужели его брат влез в долги и поэтому так мало времени уделяет ему, отрабатывая деньги? Или же он кого-то убил и не появляется так часто, чтобы не нашли его? У Тэхёна было много вопросов, а ответов не было. — А я тут причём? — хриплым и немного дрожащим голосом спросил Тэ, глядя в голубые глаза, что стали намного ярче и яростнее за эти несколько секунд. — Думаю, он быстро прибежит ко мне, если узнает и увидит, как сильно страдает его младший брат из-за его же поступков, — ядовито усмехнулся, обнажая верхний ряд белоснежных зубов. «Так выходит я лишь живая приманка?» — подумал Тэхён, прикрывая глаза и давая своим чувствам волю, плача уже не сдерживаясь. — У меня к тебе есть несколько вопросов, — сказав это, он присел на корточки перед парнем, заглядывая ему в лицо. — Ну не плачь, Тэхён, иначе тебе будет больнее, — снова в голосе сталь и безразличие, как будто общается он совсем не с человеком, а бесчувственным и бездушным предметом для битья. Хотя таким Тэхён теперь и является. — За каждый неправильный или же не понравившийся мне ответ, я буду бить тебя током, — снова поднявшись на ноги, он стал ходить из стороны в сторону, держа руки за спиной, с серьезным выражением лица. — И так, скажи мне, Тэхён, где сейчас находится твой братец? — Я не знаю, — уверено и резко ответил Ким, получая за это по лицу от одного из людей Чона. Маленькая струйка крови медленно стала стекать с уголка губ к подбородку, быстро засыхая. — Это неверный ответ, — подошёл поближе к Тэхёну, прикасаясь кусачками уже к цепям, что были на его руках, пропуская сквозь тело парнишки двенадцать вольт, из-за чего Ким опять закричал, вздрагивая в стуле, сжимая ладонями подлокотники, что тоже били его током. Когда уже спустя 8 минут, Чонгук отстранил кусачки от цепей, парнишка плакал, прикрыв глаза, не зная, что ему делать. — Я правда не знаю, — дрожащим голосом сказал Тэ, думая о том, что это уже явно конец, что тут, в сырой комнате, он и умрёт. Чонгук же наблюдал за этим зрелищем, явно ликуя внутри. Такие издевательства были ему по душе, думал Тэхён. Раньше он был другого мнения о Чоне: влюбился в него, считал самым прекрасным человеком в мире и подарком судьбы. Теперь же нарастала уверенность в том, что Чонгук та ещё мразь, получающая удовольствие от причинения боли другим. В комнате повисла тишина. Все молчали, и лишь щёлканье слышалось в ней. Прерывать тишину боялись все, кроме Чонгука, что здесь был единственным, кого стоит боятся. — Я спрошу по-другому, — вздохнул Чон, понимая, что ему сложно будет с этим парнем. — Ты знаешь, кем является твой брат, где находится, чем занимается? Имеет ли он людей, которые продадут его за кусок хлеба? Имеет ли врагов, кроме меня? Много ли людей в его окружении? — он задавал вопрос за вопросом, Ким даже не успевал ничего осознавать, из-за того, что его мозг уже отказывался здраво обрабатывать информацию. — Он не посвящает меня в такие подробности, ничего я не знаю! — Тэхён повысил голос, смотря ненавистно в глаза, которые так любит, даже тогда, когда их владелец такой монстр. Чонгука явно подобный ответ не устроил. О том, что Намджун вообще ничего не говорит своему родному брату — он подозревал, но такое обращение к себе он не потерпит, особенно со стороны того, кто ему ненавистен. Особенно со стороны Кима. Подойдя опять ближе к младшему, Чонгук кивнул, чтобы включили самый большой заряд, смотря уже взаимной ненавистью в карие глаза, с гаденькой усмешкой прижимая металлические кусачки уже к телу Тэхёна, чуть ниже его рёбер, слыша его громкий и болезненный вопль, который надолго запомнится каждому присутствующему. Отстранив зажимы, он увидел лишь то, как парнишка теряет сознание, уходя в отключку, расслабляясь наконец всем телом, а из его носа небольшой струёй стекает алая кровь прямиком к слегка пухлым губам. Окинув глазами последний раз тело без сознания, Чонгук снова молча ушёл.

***

Спустя 2 дня

Ночью Корея прекрасна. Везде светятся огни различных вывесок: баров, отелей, ночных клубов, ресторанов и круглосуточных магазинов; фонарные столбы в ряд освещают почти пустую улицу. Этим можно и восхищаться, и пренебрегать, ведь большой роли оно не играет, разве что для людей, которые напились и не видят дороги. Черный невзрачный автомобиль проезжает по центральной дороге, сворачивая куда-то в сторону и заезжая на стоянку для машин, паркуясь у самого края. На улице давно ночь. Окна отеля отчётливо виднеются издалека, хоть некоторые из них прикрыты шторами, но это не мешает свету из комнат просачиваться сквозь них. Выйдя из машины, мужчина двигается ко входу пятнадцатиэтажного здания. Прохладный ветер пробирается под осеннее пальто, что немного растёгнуто, сразу обволакивая холодом носителя этой вещички, но тот и бровью не повёл. Уже привык к этому. Внутри помещения было намного теплее, чем снаружи, или же так просто казалось из-за резкого перепада температуры воздуха. Пройдя ресепшн, мужчина ещё довольно молодого возраста поднимался вверх по лестнице на второй этаж, думая о своём. Его не покидали мысли о том, что что-то могло случиться в то время, пока он был на работе. Зайдя в довольно большой номер, он кинул осеннее пальто на большую двуспальную кровать, попутно беря в руки пульт и включая плазму, что висела на стене напротив кровати. Экран со вспышкой включился, показывая новости, которые, как всегда, не были особо важными для мужчины. Намджун подошёл к небольшому шкафу-купе, отодвигая одну дверцу в сторону, ища в нём вещи, в которые оденется после принятия теплого душа, в полуха слушая то, что говорили в новостях по телевизору. –… и последняя новость на данную минуту. В Америке, два дня назад, после окончания концерта известного молодого корейского певца — Ким Тэхёна, произошли террористические действия, в следствии которых погибло несколько десятков человек, 5 из которых дети и подростки, что до сих пор находятся на опознании, — на этом моменте Ким повернулся лицом к экрану плазмы, рассматривая всю картину происходящего, на которой были изображены трупы, накрытые чёрной пленкой, полуразрушенная сцена и немного опалённый стадион, что, видимо, тушили довольно долго. — Также нам объявили, что сам Ким Тэхён бесследно пропал во время террористического акта. Полиция не обнаружила ни единой зацепки. Менеджер отказывается давать какие-либо объяснения и комментарии по этому поводу. Потому полиция Америки… — сбоку от телеведущей на экране появилась фотография Тэхёна, который улыбался своей прекрасной квадратной улыбкой, а внизу написано о том, что он пропавший без вести. — Какого хрена… Намджун уже ничего не слышал, что говорили дальше, хмуря немного свои тёмные брови и всматриваясь в экран, на котором было изображение его пропавшего единственного родного человека.