Глазами ребенка все выглядит иначе

Саммари: Стив и остальные узнают обо всех обстоятельствах, которые привели к тому, что Тони стал ребенком. ___________________________________________________________________ Стива что-то беспокоило, но он никак не мог понять, что именно это было. Что-то будто притаилось в глубине его сознания несколько дней назад. Словно Стив о чем-то забыл или сделал что-то не так. Он прошелся по территории Базы, толком не понимая, куда и зачем идет. Он просто бродил кругами, не в силах ни на чем сосредоточиться. И в данный момент он как раз проходил мимо лаборатории, которую делили между собой Брюс и Тони. До того, как Брюс исчез. Джейн Фостер вышла из лаборатории и приветливо улыбнулась Стиву, пройдя мимо по коридору. Роджерс улыбнулся в ответ, не останавливаясь и все еще пытаясь понять, что же его так беспокоило. А потом его обостренный слух внезапно уловил звук, донесшийся из лаборатории до того, как дверь в нее закрылась. Несмотря на то, что он уже давно бросил свой щит и ушел, в нем, видимо, осталось еще что-то от Капитана. Потому что в тот момент, когда он услышал явный возглас боли, принадлежавший одному из его товарищей по команде, Стив мгновенно вскинулся, пытаясь определить источник звука. Роуди увидел Стива через полупрозрачный голоэкран, и видео, которое он смотрел, сразу же остановилось. Прежде чем Роуди успел смахнуть экран в сторону, Стив мельком увидел то, что на нем происходило. Видео было одинаковым, но показанным с разных ракурсов — это был Тони, привязанный к стулу, вмурованному в бетонный пол. Его лицо было покрыто синяками, ссадинами и кровоточащими порезами. Тони сгорбился, но линии его тела оставались напряженными, лицо было искажено от боли, и если бы Стива спросили о причинах этой боли, то он поставил бы все на то, что это были сломанные ребра. — Что произошло? — потрясенно спросил он еще до того, как успел подумать, и посмотрел на Роуди. У полковника было такое выражение лица, которое не смогла бы прочесть даже Наташа со всеми своими навыками. Но Стив мог бы поклясться, что уловил вспышку разочарования, прежде чем выражение Роуди превратилось в непроницаемую маску. — Это случилось до того, как Тони превратился в ребенка. Несмотря на то, что Стив увидел изображение лишь мельком, картинки будто выжгли на внутренней стороне его век. Как бы он ни старался, он не мог перестать видеть перед собой лицо Тони, покрытое синяками, кровью и искаженное от боли. — Как он... кто... — Это был псих, который его похитил, — просто ответил Роуди. — С ним была куча головорезов. Стив почувствовал себя так, будто весь его мир только что перевернулся с ног на голову. — Тони похитили? — как он мог об этом не знать? — Да. Он был похищен. Его довольно сильно избили, прежде чем нам удалось выяснить, куда его увезли. И тут в голове у Стива что-то будто щелкнуло и он мгновенно понял, что же не давало ему покоя все это время. Он не имел ни малейшего понятия, как и почему Тони превратился в ребенка. Тор, Пеппер и Роуди никогда не говорили об этом. Они сказали только, что это произошло, умолчав о том, что было этому причиной. И Стив вдруг понял, что никогда сам об этом не спрашивал. Даже не задавался этим вопросом. Чувство вины накатило на него всей своей силой. От невеселых мыслей Стива отвлек звук открывшейся двери лаборатории. Он оглянулся через плечо и увидел Наташу и Клинта. — Ты в порядке? — спросила Наташа, и Стив понял, что эти двое скорее всего следили за ним. Обычно Романофф делала это, когда начинала беспокоиться, а Клинт какое-то время таскался за ней, словно приклеенный. Стив кивнул, хотя и не был до конца уверен в своем ответе. Он снова переключил все свое внимание на Роуди, почувствовав, как два бывших агента ЩИТа остановились за его спиной. — Как долго его не было? — спросил он хриплым голосом. Роуди обвел взглядом всю троицу. — Мы отследили его через двенадцать часов после похищения. Они схватили его почти сразу, как только он вышел из отеля, где они с Пеппер проводили выходные. Выходные? Тони и Пеппер отсутствовали как минимум сутки, а потом Тони пропал еще на полдня, а Стив даже не знал об этом? Он почувствовал, как кончики его ушей запылали от стыда. — Что... что они с ним сделали? Выражение лица Роуди снова стало непроницаемым. Он посмотрел своими темными глазами на Стива так напряженно, что под этим взглядом стало почти неуютно. — Ты уверен, что хочешь знать? На самом деле Стив не хотел этого знать. Действительно не хотел. Правда. Но... это было ему необходимо. — Мы все хотим знать, — добавила Наташа, сохраняя бесстрастное выражение лица. Клинт ничего не сказал и даже не кивнул головой, он вообще старался не шевелиться. Какое-то время Роуди просто переводил взгляд по всей троице, и Стиву пришлось приложить немало усилий, чтобы не начать ерзать под этим пристальным взглядом. А потом Роуди кивнул. — Вы хотите, чтобы Тор тоже это увидел? — А он не смотрел? — Нет, — покачал головой Роуди. — Только последние кадры, связанные непосредственно с машиной. — Тогда давайте подождем Тора, — ответила Наташа, и Клинт достал из кармана свой телефон, чтобы ему позвонить. Тор присоединился к ним всего через пару минут. Он вошел в лабораторию и приветливо улыбнулся, прежде чем уловить напряженную атмосферу, царившую в помещении. — Вы меня звали? Стив кивнул головой, понимая, что у него нет ни сил, ни желания что-либо объяснять. Видео с камер снова появилось на голоэкране, только оно было уже не тем, что мельком увидел Стив. Тони все также сидел на стуле, но на его лице еще не было синяков и ссадин. Быстрым движением руки Роуди включил воспроизведение, и видео оказалось таким же ужасным, как и ожидал Стив. А потом стало еще хуже. Очень многое Роуди просто проматывал, ознакомившись с видео настолько хорошо, чтобы знать, в какое время что происходило. В общей сложности они увидели всего несколько минут, на протяжении которых Тони избивали все сильнее и сильнее в наказание за насмешки, от которых он, казалось, просто не мог удержаться. В итоге он обзавелся разбитой губой, синяком на щеке, помятой одеждой, кровавым порезом на скуле и растрепанными волосами, будто за них кто-то хватался и дергал. К тому времени как они добрались до важной части видео, Тони был изрядно потрепан. В какой-то момент Роуди даже сделал шаг назад и отвернулся, не желая лишний раз на все это смотреть. Видеть и слышать непоколебимую уверенность в голосе Тони, когда он сказал, что Мстители за ним не придут, было больно. Еще больнее было, когда он сказал, что они были бы счастливы, если бы он умер. Что им наплевать на него. Всегда было наплевать. Он верил в свои слова. И это было ясно написано на его лице. Тони был на все сто процентов убежден, что Мстители за ним не придут и не спасут его. И он оказался прав. Они не пришли. Не спасли его. Более того, они даже не знали, что он был похищен. Когда видео закончилось на том, что Воитель улетел с маленьким Тони на руках, они не могли смотреть в глаза друг другу. Они не могли себя заставить сделать это. На них давили вина и стыд, оседая в животах и обвивая своими шипами сердца. Клинт ушел первым. Он ни на кого не смотрел и не сказал ни слова, а просто развернулся и вышел за дверь. Наташа ушла следом за ним, хотя в коридоре повернулась и направилась в другую от Клинта сторону, скрестив руки на груди и низко опустив голову. На лице Тора отражалась серьезность, когда он остановился рядом со стулом Стива по пути к двери. — Кажется... нам есть за что извиниться, — тихо сказал он. — Я наделся, что мне больше никогда не придется испытывать стыд за свое поведение, но я ошибся. Стив слышал, как он тоже ушел, но так и не поднял взгляд. Он уставился в пол лаборатории, ничего не видя перед собой. Слова Тони будто на повторе звучали в его голове. Суровые и горькие в своей правде. Ты вообще меня слышишь? Мы больше не команда. Мстителей не существует, и даже если они находятся рядом со мной, то им искренне наплевать на то, жив я или мертв. Стив еще долго сидел там даже после того, как лабораторию покинул Роуди. В его голове снова и снова крутился один вопрос, ответа на который просто не существовало. Если бы Тони умер... действительно ли ему было бы все равно?