Безымянный

      Тэхен не прикасался к книге следующие два дня. К нему заходил Хосок, и он озадаченно чесал макушку на то, что, оказывается, отвоевал у толпы не тот пакет. На вопрос, о чем книга, Тэхен с красным лицом отвечал, что там тупые бредни про макароны. Они порубились в приставку, запивая пивом сумерки. Друг рассказал, что Чонгук съехал от них и теперь живет недалеко от Тэхена, чему сам Тэхен был несказанно не рад. До нового семестра оставалось две недели, и он поддался уговорам сходить на вечеринку, чтобы совсем не проваляться все каникулы в депрессивной кровати. Там он встретил и Соен, которая устроила пьяное представление с выяснением отношений у всех на виду. Тэхен выслушивал ее потоки обид, грязи и прочих рандомных претензий с каменным лицом. Дав ей закончить свой эмоциональный монолог, он пожал плечами, развернулся и уехал домой. Принял душ, натянул на мокрое тело домашнюю одежду и рухнул на кровать, желая провалиться в сон, когда вибрация выволокла пьяный разум.       Соен: Прости, Тэхени. Я была неправа. Извини, если сможешь. Я люблю тебя и очень скучаю.       Соен: Ты вправе злиться. Но и меня пойми. Ты хочешь расстаться?       Тэхен вертит в руках телефон, думая над ответом. Можно закончить все здесь и сейчас, но та самая трусливая часть, что цеплялась за общепринятые нормы, командует пальцам написать это:       Тэхени: Нет.       Соен: Я приеду? Можно?       Тэхени: Завтра       Он откидывает телефон, не рассчитав силу, и тот соскальзывает с кровати. Простонав недовольно, Тэхен сползает на пол на четвереньки, и взгляд цепляется за край корешка, что торчит из-под кровати. Подцепив пальцами книгу, он выуживает ее и растягивает саркастическую улыбку. Макаронная история, чтоб ее… Тэхен касается пальцами змей и чуть одергивает руку от неожиданности, потому как металл более чем теплый, почти горячий.       — Ладно, — сам себе рычит и устраивается на кровати, открывая книгу там, где он закончил.       Тэхен прочитал, как Нонему на пути к Слизняку преодолел скалы, Мёрзлые земли и Тихие каньоны, и напрягся, когда текст начал мрачно гласить, что Нонему ступает по Зыбучим болотам, не подозревая об опасности.       — Блядь, убирайся оттуда, — забеспокоился он. Но Орион заходил все дальше и дальше сквозь корявые деревья. Туман так обволакивал всадника, что не было видно, насколько сильно увяз конь в черной грязи, и только когда Орион встал как вкопанный, Нонему спрыгнул, оказавшись в ловушке болота и увязнув выше колена.       — Давай же, мой мальчик, вперед, — подбадривал Нонему, — давай, Орион, давай! Ко мне, — тянул поводья всадник, стискивая зубы. Тэхен видел, как напрягается его шея и мускулы, видел отчаянье в глазах, когда конь увяз наполовину туловища, и брызнули слезы, когда Нонему взвыл по животному: — Орион! Не бросай меня! Борись! Орион! Ко мне!       — Орион! — кричал Тэхен, пробираясь к ним сквозь туман и черную вязкую грязь. — Держись, Нонему! Я иду!       — Нет! Орион! — нечеловеческий крик разнесся над болотами, когда Тэхен обнаружил всадника с одними только поводьями в руках. Слезы лились градом по красивому лицу, что скривилось в ужасе. Нонему и сам увяз по грудь, но от горя не мог, никак не мог думать о своем спасении.       — Нонему! Держи! — Кинул толстую ветку всаднику Тэхен, взобравшись на кочку почти рядом с парнем.       — Орион… — как в бреду шептал парень, уходя все глубже под толщу черни.       — Нонему, блядь, держи ебаную ветку! — заверещал, обращая на себя внимание.       — Ким Тэхен? — увидел наконец парень и устало потянул руку к ветке, которая оказалась дальше, чем он мог бы дотянуться.       — Не сдавайся, тянись, — кричал Тэхен, сползая с кочки в грязь, чтобы ветка оказалась ближе.       Когда Нонему наконец ухватился, Тэхен потянул, что есть силы, но никак не выходило вытащить его.       — Сука, еще больше половины книги, ты не можешь сдохнуть, — шипел он и зарычал от того, как натянулись его мышцы от неистовой силы, что взялась неведомо откуда. И вот над поверхностью показалась грудь и на удивление тонкая талия, и вот весь Нонему лежал рядом на кочке, уставившись невидящим взглядом наверх, где неба видно не было, лишь белый плотный туман. Одежда намокла, окрасившись в черный, и облепила крепкое тело. Тэхен скользнул по силуэту взглядом, но, конечно, только потому, что хотел удостовериться, что с ним все в порядке.       — Я дал ему это имя, — прошептал Нонему и зажмурил глаза, пуская по вискам соленые дорожки.       — Мне очень жаль, — все, что нашелся ответить.       — Орион… — выдохнул парень и обмяк.       — Ну, заебись, — проскулил Тэхен, понимая, что его спутник без сознания, а он на кочке среди малоприятного места, затянутого туманом.       — Кто-о-о здесь? — напугал громкий и глубокий зычный голос. Парень подергал за руку Нонему, но тот не реагировал.       — Еб твою… — судорожно прошептал Тэхен, загнанно озираясь по сторонам. Он положил руки на мокрую грудь всадника и начал трясти интенсивнее. — Нонему, Нонему! Вставай…       — Кто-о-о здесь? — еще громче повторил голос.       — Это же просто сказка, — сам себе шептал Тэхен, — про долбанные макароны и смерть коней. Нонему, пожалуйста, мне страшно.       — Кто-о-о ты, дитя? — из тумана показалась огромная склизкая голова с маленькими глазками на концах рожек.       — Т-Тэхен, — сбивчиво произнес парень, плотнее прижимаясь к телу без сознания. — К-Ким. Ким Тэхен.       — Прия-а-атно познако-о-омиться, — поклонилась голова. Остальное туловище, вероятно, скрывал плотный туман. Голос тягуче прогремел: — Что-о-о привело вас в сто-о-оль опа-а-асное место, мальчики?       — Вы Слизняк? — неуверенно спросил Тэхен, поднимаясь на ноги.       — К ва-а-ашим услу-у-угам, — протянул голос.       — Мы пришли, чтобы узнать, где можно найти пшеницу. Где она растет? — увереннее произнес он.       — М-м-м, — басисто прозвучало и, кажется, Тэхен даже уловил задумчивость на огромной морде, — я не зна-а-аю.       — Но мы шли сюда… Потому что он сказал, что вы знаете, где что растет в Грезах? — нахмурился парень и часто задышал. В мыслях промелькнуло почему-то, в каком горе будет Нонему, когда, очнувшись, поймет, что его конь погиб зря.       — Очеви-и-идно, что не-е-ет, — протянул Слизняк, — но-о-о…       — Но? — с надеждой вскинул брови Тэхен.       — Но-о-о…       — Сука, — прикрыл глаза. Это уже начинало надоедать.       — Я зна-а-аю, кто зна-а-ает… — задумчиво провибрировала голова.       — Ну, так и? — нетерпеливо подгонял Тэхен.       — Хм-м-м…       — М-м-м, — простонал парень и с силой поджал губы, чтобы не выругаться на этого медлительного и, видимо, не очень умного Слизняка.       — Сфи-и-инкс.       — А поподробнее? — раздражался Тэхен.       — На севере империи. О-о-он та-а-ам.       — А мы-ы-ы где-е-е? — передразнил, уперевшись руками в бока.       — На самом Юге, — хрипло прозвучало снизу.       — Нонему! — воскликнул Тэхен, падая на колени перед ним. — Нам нужно к какому-то Сфинксу. Слизняк так сказал, — затараторил парень, зачем-то судорожно водя руками по телу. Как будто хотел удостовериться, что тот цел и в порядке.       — Я слышал, — слабо прозвучал всадник и умудрился добавить скептической ноты: — Но не «нам», а мне.       — Но я хочу помочь!       — Ты исчез на два дня, — слабо проговорил Нонему, приподнимаясь на локтях, — а я и без тебя справляюсь.       — Отлично бы ты справился под трясиной, — съязвил Тэхен.       — Благодарности ждешь? — зыркнул всадник и медленно принял сидячее положение. — Спасибо, что вытащил. Можешь снова исчезнуть.       — О, а мы, оказывается, капризная принцесска? — сложив руки на груди, вылупился с вызовом Тэхен, но убийственный взгляд черных глаз охладил желание демонстрировать свои высоты в сарказме.       — Тэхе-о-о-он, вре-е-емени ма-а-ало, — прогремел голос.       — Именно поэтому ты так быстро излагаешь суть, — под нос пробормотал себе парень.       — Гре-о-озы-ы уже разруша-а-аются. Я слы-ы-ышу, как земля-а-а трещит, как рассыпа-а-аются ска-а-алы, как…       — Тогда мы пойдем, пожалуй, — протараторил Тэхен, поднимая грузное слабое тело на ноги.       — Куда? — усмехнулся Нонему, пошатываясь. — Ты хочешь пешком на Север идти?       — А ты что предлагаешь? Сидеть и ждать на этой кочке?       — Нет, — возмутился Ночной всадник. — Откуда такая прыть, чужак?       — Я… — пылко начал Тэхен, но действительно сам не понял, откуда столько энтузиазма. Возможно ли, что он все же проникся этой сказкой и приключениями Нонему, или же зрелище утопающего мужчины, похожего как две капли воды на Чонгука, возымело такое действие? — Я не знаю. Но, если помощь не нужна, то ладно.       — Нам нужно на чем-то выбраться, — сдался Нонему, — по болотам идти пешком не меньше суток, а до Севера пешком мы и за месяц не дойдем.       — У-у-у меня-а-а есть дру-у-уг, — снова возникла морда из тумана, — о-о-он доста-а-авит ва-а-ас.       — Если тебе надо за ним сходить, то мы, видимо, все же пешком, — пробурчал Тэхен и получил легкий тычок в бедро кулаком.       — Я-а-а позову-у-у, — сказал Слизняк и резко втянул воздух, из-за чего парней тоже потянуло в его сторону, и они оба повалились с кочки в грязь. Пока они вошкались, пытаясь подняться, Слизняк приготовился звать. Нонему успел стиснуть уши Тэхену ладонями, свои же попытался зажать плечами, как прозвучало громогласное, сотрясающее землю и жижу: — ФА-А-А-КЕ-Е-ЕЛ!       — Вот черт, — прошипел Тэхен и поспешил зажать руками уши всадника, перед тем как прозвучало еще громче:       — ФА-А-АКЕ-Е-ЕЛ!       — Нонему! — воскликнул обеспокоено, когда почувствовал теплую влагу на левой ладони. Кровь… Но следующий вдох Слизняка предвещал еще более громогласный зов.       — ФА-А-АКЕ-Е-ЕЛ! — прозвучало в самой черепушке, разнеслось вибрацией по всему телу и отключило сознание.

***

      Тэхен медленно приходил в себя. Не открывая глаз, он чувствовал что-то мягкое и теплое под головой, его правая рука и нога была перекинута через это же приятное что-то. Тэхен пальцами зарылся в нежный длинный ворс и слегка сжал, растянув улыбку от ощущения шелковистого меха, пока не наткнулся на что-то твердое под ним.       — Ты наконец проснулся, малыш, — зычно, но по-доброму прозвучало откуда-то сверху, и Тэхен широко распахнул глаза.       Перед ним расстилалось чистейшее ночное небо, усыпанное звездами, и пустыня с небольшими скалами. Он перевел взгляд на свою руку, дыхание ускорилось, потому как под ней он опознал огромную лапу с когтями, покрытую шелковистой белой шерстью. Тэхен вскрикнул, выскочил из смертельных объятий и бросился прочь.       — Ну, куда же ты, малыш? — еще добрее прозвучал низкий голос, заставив парня замереть.       — Ты все равно догонишь, да? — с дрожью в голосе спросил Тэхен, медленно разворачиваясь. Он зажмурился и не имел смелости открыть глаза, так страшно было увидеть это нечто. — Ты съешь меня?       — Нет. — Веселье в голосе все же помогло разлепить глаза, и те раскрывались все шире и шире, потому что перед ним сидел самый настоящий дракон, покрытый белой длинноватой шерстью, что колосилась, хотя ветра не было. Сквозь нее на брюхе проглядывалась блестящая чешуя. Глаза-блюдца смотрели тепло, и угрозы как будто не предвещали. — Я — Факел. Слизняк просил вам помочь спасти мой мир, тебе не стоит меня бояться.       — Здравствуйте, — невпопад ляпнул Тэхен и потоптался на месте, неловко оглядевшись. — Где Нонему?       — Там. — Большой мордой Факел мотнул в сторону большой скалы неподалеку.       — Я… Схожу, посмотрю, как он. Можно? — все еще неуверенно произнес парень и попятился в указанную сторону, опустив взгляд. Тэхен застыл. — Кто меня помыл? И переодел? Откуда эти вещи?       — Нонему… — ответил дракон и улыбнулся. Почему-то Тэхен был уверен, что тот улыбнулся. Это было ясно по прищуру огромных глаз.       — О, — разволновался парень, — прям догола меня раздевал?       Дракон ничего не ответил, лишь похлопал огромными глазищами, не понимая, что именно смутило парня. Тэхен поежился и, краснея, двинулся к скале, где должен был быть Нонему. И он там был… Черт побери! Он был там! Стоял под небольшим водопадом, поток воды разбивался о мощную спину, смывая с подтянутого тела вязкую грязь. Взгляд, подобно воде, скользил по привлекательным рельефам и изгибам, пока не застрял на той самой точке, которая напрягалась, когда Нонему переносил вес тела с одной ноги на другую. «Окей, это очень красивая задница!» — пропищал внутри себя Тэхен. — «Хватит пялиться. Хватит, блядь, пялиться!»       Вероятно, Тэхен визжал не только про себя, потому как Нонему повернул голову вполоборота и, заметив своего спутника, обернулся к нему лицом. Полностью. Со всем, чего Тэхен видеть бы не хотел.       — Блядь, — прошипел он и отвернулся.       — Проснулся? — крикнул сквозь шум воды всадник. Тэхен лишь покивал и, не оборачиваясь, зашагал прочь. Правда, перед тем, как скрыться за скалой, он все же кинул взгляд и поймал момент, когда Нонему снова отворачивался, и да, даже в спокойном состоянии член был внушительным. Но какого черта он поставил себе эту галочку — он разберется позже. В смешанных чувствах Тэхен вернулся к дракону, которого пусть уже не боялся, Нонему ведь жив-здоров, но все равно еще относился с долей подозрения. Глаз зацепился за две огромные статуи, стоящие вдалеке среди бескрайних песков.       — Это Сфинкс? — загорелись глаза.       — Нет, — утробно хохотнул Факел, — это лишь первые ворота к нему.       — Не понял, — нахмурился Тэхен.       — Сфинкс допускает к себе далеко не всех, поэтому стоят эти ворота. Они отсеивают слабых духом и заблудших.       — Но, — замер парень, — но…       — Первое испытание — это доверие, — прозвучало со спины. Тэхен обернулся и, слава небесам, этот Апполон оделся. Пусть и на мокрое тело, что в свете луны красиво сияло.       — Кому?       — Раз мы вместе идем через ворота, то, стало быть, друг другу, чужак.       — А ты что, доверяешь мне? — Тэхен тупо уставился на Нонему.       — Ты спас мне жизнь, — хмыкнул парень, — поэтому да, я тебе доверяю. А у тебя есть причины не доверять мне?       — Я не знаю, — напрягся Тэхен.       — Подумай об этом, когда мы будем идти к воротам, — деловито произнес Нонему и встряхнул мокрыми волосами.       — Но нам помогает дракон, — вылупился Тэхен, — настоящий! Летающий! Зачем переться так далеко? — прищурился, пытаясь навскидку определить расстояние до статуй.       — Нельзя, — с сожалением пробасил Факел. — Территория за пределами ворот запретна для драконов.       — Вот фак, — прошипел Тэхен.       — Сдуй тебя ветер, я иногда совсем не понимаю, что ты говоришь, — покачал головой Нонему.       — И все равно доверяешь мне?       — У меня нет выбора. Если хочу спасти себя и всех, кто мне дорог, я должен довериться.       Тэхен почувствовал себя неловко, вернее, ему стало невозможно стыдно и одновременно страшно. Он уставился на свои босые ступни, что слегка зарылись в песок, и пошевелил пальцами, раздумывая, сможет ли пройти эти ворота. Довериться… Ему… Человеку, который так сильно похож на него.       — Тэхен, без тебя я не смогу пройти эти ворота, — тихо сказал Нонему почти у самого уха, чем заставил дернуться. Всадник нахмурился. — Ты меня боишься?       — Да, — на автомате выпалил Тэхен, — нет. Не боюсь, но… Мне страшно.       — Довериться?       — Да, наверное.       — Что я могу сделать, чтобы ты не боялся?       — Не быть похожим на него, — еле слышно пробормотал Тэхен и громче добавил: — Все нормально. Пойдем к этим гребаным воротам и доверимся по полной…       Дорога до статуй оказалась короче, чем предполагал Тэхен. Приближаясь, он мог рассмотреть исполинские изваяния. Обращенные друг к другу, они угрюмо смотрели вниз. Губы сомкнуты, будто они сдерживали рвущиеся угрозы. Слишком подавляющее впечатление они создавали, и Тэхен опустил взгляд, решив, что будет смотреть прямо перед собой. Нонему шел рядом и тоже рассматривал статуи, но вдруг споткнулся и полетел было вперед. Неведомой скоростью вдруг обзавелся Тэхен, и сам не понял, как поймал всадника и на автомате сжал чужую талию ладонями.       — Спасибо, — кивнул Нонему и оглянулся на предмет, который теперь торчал из песка.       — Палка? — прищурился парень, наблюдая за всадником, который потянул эту самую палку и отшвырнул в сторону, когда из песка показались косточки кисти. — Блядь!!! — воскликнул Тэхен. — Это… Блядь! Это рука? Человеческая, мать твою, рука?       — Да, — спокойно ответил Нонему. — Не истери, иначе не пройдем.       — Вы не говорили, что можно не пройти! — верещал Тэхен. — Это кость человека! Нахуя ты меня сюда привел?       — Если ты не соберешься, — тихим тоном начал всадник, — то следующий путник может споткнуться о мою кость… — Тэхен приготовился кричать дальше, но лишь воздух застрял в легких, когда услышал «мою»… Нонему не даст Тэхену погибнуть здесь — ясно как день. Грудь ходуном вздымалась от накатившего волнения, когда он сделал первый неуверенный шаг вперед, но почувствовав крепкий, вместе с тем аккуратный хват на своей руке, застопорился.       — Почему ты встал? Пойдем! — не понимал замешательства Нонему и беспокойно разглядывал опешившего парня.       — Нет, — замотал головой Тэхен и попытался вырвать руку, которую стискивали до боли. — Отпусти. Я не могу. Нет. Я не педик.       — Что ты несешь? — повысил голос Ночной всадник и потянул за руку спутника. — Нам нужно пройти эти ворота. К Сфинксу иначе не попасть!       Сверху послышался каменный треск, и парни вскинули головы. Яркий свет начал просачиваться сквозь размыкающиеся губы статуй, песок с лиц изваяний затягивало в их рот и закручивало бешенным клубком.       — Что это? — Тэхен, кажется, впадал в еще большую панику, тело напрочь отказалось слушаться хозяина и замерло в ожидании.       — Бежим! — крикнул Нонему, он умоляющим взглядом смотрел и почти шептал: — Пожалуйста. Тэхен, доверься, прошу. Дай руку… Доверься. Пожалуйста, Тэхен!       Парень снова вернул глаза наверх, рассматривая все увеличивающийся ком яркого света, что опасно кружил во ртах исполинов. «Его костей не будет в этих песках», — мелькнуло в голове Тэхена. Он сам схватил руку Нонему и помчался что есть мочи, не глядя никуда, только вперед, рядом с ним, с человеком, которому доверился, который доверился ему. Он стискивал зубы оттого, как старался бежать быстрее, утянуть его с собой, уберечь, помочь, не подвести, что не заметил, как два световых шара устремились вниз. Когда горячая мощная волна ударила в спину, их тела швырнуло вперед так сильно, что Тэхен успел разглядеть предполагаемое место приземления…       — Тэхен! — не своим голосом крикнул Нонему.       — Тэхен! — слышится женский голос, и через мгновение холодные руки ложатся на, казалось, полыхающую спину, — Боже, Тэхен, да ты весь горишь!       Он всем телом крупно содрогается, когда обнаруживает себя уткнувшимся в угол между кроватью и стеной. Мамины руки истерично оглаживают спину.       — Тебе что-то приснилось, Тэ? — развернув к себе сына, беспокоится Анги.       — Мама? — приходит в себя парень, промаргивается и ошалело начинает искать глазами книгу. Они прошли? Получилось? Нонему жив?       — Тэхен, там Хосок пришел. Мне сказать, что ты сам позвонишь? — сочувствующе произносит мама.       — Да, — часто кивает, чувствуя, как капли пота капают с челки.       — Ага, еще чего, — вваливается друг, не церемонясь.       — Хосок, — извиняющимся тоном начинает женщина, но Тэхен вскидывает ладонь.       — Ладно, мам. Все в порядке…       На электронных часах снова полдень. Друг вытаскивает нервного Тэхена прогуляться по набережной, но мысли его в Грезах. Он гуляет, не слушая Хосока, корит себя за то, что пошел на поводу вместо того, чтобы остаться дома и дочитать книгу. Тут же одергивает себя: настолько увлекся какой-то книжкой, что потерял связь с реальностью? Ведь вот она — его жизнь. В этом городе, с этими людьми, которые переживают за него. Эти мысли заменяет яркий и невозможно реалистичный образ Нонему, и почему-то этот образ стоит под тем водопадом. Что с ним сейчас? Как он? Жив ли? Не вышло ли боком его безоговорочное доверие Тэхену? Вдруг возник вопрос:       — Хосок, как твой брат?       — А? Ты со мной? — пытается шутить друг. — Нормуль. Переехал к себе, я вот от него уходил и решил к тебе заскочить.       — А здоровье у него как? — вдруг спрашивает Тэхен.       — Да блин, — мешкается Хосок. — Да как-как? Нормуль тоже.       — Ясно, — непонятно, что именно хотел услышать Тэхен, но то, что с Чонгуком все хорошо, почему-то вселяло уверенность, что и его прототип из книги тоже цел.       — Про тебя все время спрашивает. — Хосок косится на друга. — Я чего-то не знаю?       — В-в смысле? — Дыхание сбивается, вдруг болезненно сердце заходится.       — Ты мне скажи, — хмыкает друг.       — Нечего рассказывать, — отводит взгляд.       — Я завтра снова к нему пойду, хочешь со мной? Поможем мебель собрать новую, — предложил Хосок. — Завтра кровать придет. Большая такая!       — Нет, спасибо.

***

      Малой Тэ: Привет. Ты писал, что с тобой можно поговорить.       Брат Хосока: Конечно, малой :) Когда и где захочешь.       Малой Тэ: Сегодня? Вечером свободен?       Брат Хосока: Да. Где тебе удобно встретиться?       Малой Тэ: Ты же вроде недалеко от меня теперь живешь? На районе есть сквер со статуей. Знаешь? В 8 можешь?       Брат Хосока: В 8 буду ждать тебя там. До встречи, малой) я очень рад, что ты написал. Правда)))       Тэхен еще долго пялится на переписку, сам не верит, что осмелился написать и договориться о встрече. Что он ему скажет? Что залипает на него? Что он не педик, но активно дрочит на него уже какую неделю? Или, может, все же попросит пару советов, как сделать римминг своей девушке? Все тело нервно вибрирует не под стать расслабленной позе за столиком, который он занял, пока Хосок оплачивал апельсиновый фреш, гамджа-дог и пасту. Но почему-то, главное, чего он боялся в эту секунду — это вернуться домой, открыть книгу и прочитать, что Нонему погиб, что императрица не получит свои макароны, что по его вине Империя Грез уничтожена. По неведомой ему причине больше это не казалось смешным и забавным. Не теперь, когда есть вероятность, что какой-нибудь рандомный путник может споткнуться в песках о руку Нонему. Курчавые макароны возникают перед опущенным носом Тэхена, и он горько усмехается, вот бы можно было их взять в Грезы, чтобы Нонему больше не подвергал себя опасности.       Попрощавшись с другом, он спешит домой. Уже почти семь вечера, а ему хотелось успеть принять душ и привести себя хоть в какой-то порядок перед встречей, насколько это возможно в его состоянии, но, залетев домой, Тэхен встречается взглядом с Соен…       — Тэхени! — налетает девушка. Мама, видимо, решив оставить пару наедине, нашла срочные дела и удалилась. — Я так скучала, — крепко прижимается Соен и капризно дует губы.       — Соен… Ты не вовремя. — Приходит в себя Тэхен и хлопает девушку ладонью по спине, приветствуя.       — Мы же договаривались, — обескураженным взглядом смотрит девчонка. Черт, и правда, ведь договаривались. — Мне уйти? Снова?       — Нет, я просто… — чешет затылок парень, пытаясь зацепиться взглядом хоть за что-то, — не очень хорошо себя чувствую.       — То есть для прогулки с Хосоком ты чувствовал себя хорошо, а чтобы посидеть со своей девушкой дома, так это сразу нет сил? — подрагивающим голосом выпаливает Соен.       — Не начинай, — устало клонит голову.       — Тэхен, просто скажи, и я уйду. Не мучай ни меня, ни себя. — Девушка складывает руки у груди и смотрит твердо своими огромными темными глазами, которые выдают ее с потрохами, намокнув сиюминутно.       — Чем займемся? — нехотя спрашивает он, проходя в квартиру.       — Давай просто посидим, пообнимаемся, — пожимает плечами Соен, позволив себе расслабиться, потому что не выгнали за дверь, не выставили как ненужного котенка.       — Хорошо, — бросает Тэхен, цепляясь взглядом за книгу.       Малой Тэ: Я не приду. Извини.