Приударный фест

Андрей шёл по коридору гостиницы тяжёлой поступью смертника. Лёгкая вечерняя прогулка настроение, конечно, подняла. А вот оравший на всю ивановскую Black Sabbath из распахнутой настежь двери их номера веры в лучшее никак не добавлял. Андрей остановился посреди коридора и тоскливо обернулся. Соблазнительная потёртая дорожка советского паласа радушно приглашала в побег, от всего этого недоразумения заныкаться поглубже. Но, к вящему сожалению Андрея, его истинный путь лежал вперёд, а не назад. На баррикады, чтоб их, прямо в сердце этого дебоша одного актёра. Что Горшок зажигает один Андрей даже не сомневался. В противном случае дверь, таки, была бы хотя бы прикрыта. Этот же безумный явно приглашал присоединиться к огоньку. Жаль, дураков не нашлось. Андрей решительно нырнул в дверной проём, немедля застыв прямо на пороге. Горшок дрейфовал по номеру, сжимая в руке бутылку пива и щеголяя голой задницей. Тщедушное его тело всё дёргалось в крупных конвульсиях, которые он, вероятно, трактовал как танец. Он с удовольствием рвал глотку, подпевая Оззи «на рыбе». Андрей грустно осмотрел Миху, окинул взглядом номер, с удовольствием отметил, что стёкла-окна-зеркала ещё целы, и стал прикидывать, откуда бы вообще начать чинить эту ситуацию. В этот момент Горшок, в немыслимом па скрутив позвоночник, обернулся к Андрею, тотчас озарившись челом. И полез, конечно, немедленно обжиматься. - Господибоже, Миха, сначала змея своего приодень, потом уже… ну, остальное вот это вот твоё. Андрей ловко вывернулся от нахлынувшего, как цунами, Михи и наконец плотно закрыл дверь номера, для верности подёргав ручку. Миша, не получив в распоряжение желаемой опоры, на ту же дверь рухнул всем телом, проехавшись носом по косяку, пока беспорядочно оседал на пол. Откровенно говоря, порой складывалось впечатление, что у Михи конечностей значительно больше, чем требуется функциональному человеку. Иначе, откуда бы взяться всем этим рукам-ногам, в мольбе вытянутым к Князю. Дескать, сам не удержал – сам и подымай. Так же обескураживало Михино молчание. То есть, он, конечно, не затыкаясь, булькал в тон Оззи на псевдо-английском, но ни на одно осмысленное слово пока не решился. Князь вздохнул ещё горше. Схватил раздобревшими ручищами Михино голое туловко и одним броском отправил к ближайшей кровати. Миха, как послушный снаряд, полетел было по заданной траектории, но на подходе к спасительному горизонтальному положению, запнулся нога об ногу и грохнулся вниз, припечатавшись носом о борт кровати. - Ёб твою налево, Мих, сколько у тебя ног вообще? Миша, благополучно устроившись у кровати, шумно втянул кровь, обильно сочившуюся из носа, и расхохотался. Андрей закатил глаза. Бегло осмотрел номер. Бельё, полотенца, даже, сука, коврики – всё, блядь, белое! Вы тут отель держите или поликлинику, в самом деле? Князь совершил очередной подход в своём любимом упражнении «тяжёлые вздохи», стянул футболку и приложил к носу Михи. Тот прижал ткань к носу, шумно вдохнул, после чего прокомментировал случившееся. Жаль, забыл перейти с «птичьего» языка на человечий, отчего Андрей благосклонно хмыкнул и даже, будто, злиться стал как-то поменьше. - А с этой твоей кувалдой, всё равно, надо что-то делать. То есть, одеть её надо, без вариантов. Нахрена ты вообще причиндалами сверкаешь, если даже и зрителей нет? Миша живо ответил всё ещё «на рыбе», причём, толкнул какую-то, видимо, очень важную в его голове речь, почти на целую минуту, периодически заглядывая в глаза и добавляя что-то интонационно похожее на «понимаешь, да?». Ещё б Андрей не понял. Да тут вообще всё понятно, если уж на то пошло. Скучно было человеку, что непонятного-то? Хотелось общаться. А на живца, как говорится… Вот и распустил этого своего червяка… Хотя, тут уже, конечно, удав. Андрей, отправившись в ванную, подхватил всё же белоснежное полотенце, обильно пропитав его водой из-под крана и отжав. Опять дополнительные расходы. Ну и ладно. Что ж поделать, если эта их золотая жила и есть основной источник всех расходов и мытарств. «Золотая жила» тем временем нацепил на себя княжескую красно-чёрную футболку и сидел, довольно оглядывая себя, и время от времени стукая пяткой о пятку. «Трёхлетка, ей-богу». - Сюда иди, горе луковое. Андрей, опустившись на колени, осторожно оглаживал лицо Михи влажным полотенцем, стирая кровь. Миша довольно жмурился, подставлялся, предлагая то подбородок, то щёку. Хватило Князя ненадолго. - Пиздец, Мих, не могу, когда он на меня так смотрит. Дай сюда. Андрей грубо стянул с Миши собственную футболку, получив обиженный взгляд, и накинул её на пах Горшка. Последний двинул очередную бурную тираду на несуществующем языке, вдруг закончив её осмысленным: «Колпак». Князь аж замер, так интересно стало, что же к колпаку привело. Очевидно, конечно, что даже по трезвым извилистым Михиным ассоциациям до сути дела не добраться, но, всё равно, завлекательно-то как! Миша с негодованием отбросил футболку и, упираясь всеми своими бесчисленными, кажется, конечностями в пол, поднял туловище, продемонстрировав Андрею слона в комнате во всём великолепии его… хм… хобота. - Хуй! – громогласно и на чистом русском провозгласил Миша, - соразмерен масштабу личности его носителя! Ну просто «ого». Других слов не подобрать, сплошные междометия роились в Андреевой голове, пока он недобровольно близко лицезрел этот Михин «масштаб личности». «Масштаб» тем временем игриво болтался из стороны в сторону, оставаясь, спасибо хоть на этом, по-прежнему вялым. - Потрясающе, Мих. Если я всё правильно понял, Кропоткин отдыхает, конечно. Миша с удовольствием покатился, хотя и шутка была не особо, прям, шутка, не то, чтобы удачная. Покатившись, снова споткнулся о кровать какой-то из ног, но тут уже повезло – рухнул на неё всем телом, дёрнулся всего раз, и самодовольно затих. Андрей от души послал в небо парочку благодарностей. Накрыл наконец шельмеца одеялком и принялся за собственный вечерний туалет. К полуночи облачившись в пижамные шорты, Андрей, не удержавшись, украдкой поднял Михино одеяло, прекрасно зная, чем это чревато – очередным незамутнённым охуеванием, чем же ещё. - Пиздец, Мих, честно, - пробормотал Андрей в громогласно тарахтящее тело, - масштабы у тебя, конечно… Ни в рот, ни в жопу, ни в пизду. Впечатляюще, короче. Правда, непонятно нахуя. И тихо посмеиваясь отправился на боковую.