Вредные советы, или На пути к сердцу миледи

Сердце Адриана пропускает удар. Что-то во взгляде Маринетт сейчас кажется ему знакомым и вместе с тем - немного пугающим. Наверное, какая-то "безуминка", присущая обычно Алье, а сейчас вдруг вспыхнувшая яркой искрой в лазурных глазах. Но с чего бы? Всё-таки девушки - очень странные существа, думает Адриан. Сердце возобновляет свой ход в ускоренном темпе. И вопрос "какой список?" не успевает сорваться с уст юноши, потому что руки действуют вперёд головы и уже достают из кармана потёртый листок. Нино в этот момент испытывает схожие ощущения. Потому что его старая подруга Маринетт редко на кого смотрела так странно: пугающе и испуганно одновременно. Тем более на Адриана. И, не говоря ни слова, Ляиф с интересом наблюдает за тем, как Маринетт, не отрывая взгляда от ничего не понимающих глаз Агреста, подтягивает к себе листок. Её чуть раскрасневшееся лицо бледнеет по мере того, как она пробегает глазами по знакомому списку. Почти знакомому. - Что-то не так? Обеспокоенный голос Адриана не достигает слуха Маринетт, которая решает перечитать список повторно. Ей же показалось? Показалось, верно? Но вот её взгляд вновь натыкается на три дополнительных пункта, вписанных между предыдущими строчками, и безошибочно опознаёт быстрый почерк Альи. "Нет" значит "Да" - зачёркнуто. "Розыгрыш" - зачёркнуто. "Телесный контакт"... Господь всемогущий, это ещё что? Дюпен-Чен поднимает голову, чтобы взглянуть в два зелёных глаза, которые она, судя по всему, видела намного чаще, чем думала ещё минуту назад. - Маринетт? Кажется, это тоже говорит Адриан. Его нежно-персиковые губы шевелятся. Но вот услышать его она не может. Слишком уж громко орёт её подсознание. Адриан Агрест - это Кот Нуар! Ха-ха-ха! Съела? В то время как лицо Маринетт всё ещё сохраняет аристократическую болезненную бледность, внутренности её содрогаются от рвущегося наружу смеха. И в то же время в носу щиплет, а на ресницах собирается влага. Кажется, она вот-вот расплачется. Или разразится хохотом. Или и то, и другое одновременно. Чувствуя близость к истерике, Маринетт резко срывается с места и выбегает из кабинета, чтобы одноклассники не увидели её в последний учебный день в столь неприглядном состоянии. Ну, и чтобы немного поорать в женском туалете, естественно. Вот только выполнить задуманное у Маринетт не получается. Лишь оказавшись за дверью, она тут же натыкается на вернувшуюся из уборной подругу. Решительно сверкнув глазами через стёкла очков, она кладёт руки ей на плечи, чтобы остановить. Маринетт безвольно подчиняется: несмотря на то, что в груди её бурлит целая гамма самых разных чувств, тело её, наоборот, вдруг становится мягким и податливым. Кажется, если бы кто захотел скрутить его в узел - эта затея увенчалась бы успехом. - Ага, хорошо, что ты пришла, - Алья притягивает подругу ближе к себе и говорит уже тише: здесь, в пустом коридоре, каждое слово отдаётся лёгким эхом и при желании их можно услышать даже через стену. - Видела эти следы, а? Зомби-жук, блин... Из него врунишка ещё хуже, чем из тебя. Но не волнуйся, девочка моя, у меня уже есть план. Я, по-моему, не говорила... Алья резко замолкает, когда дверь класса открывается, и в коридор выходит всё ещё обеспокоенный Адриан. Плотно прикрыв створку, он с волнением смотрит на мертвенно-бледное лицо одноклассницы. Её голова наклонена вбок, а глаза смотрят куда-то сквозь него, словно она спит стоя. - Маринетт, - он, немного смущённый присутствием Альи, всё же решает потрясти руку брюнетки, но тут же бросает её, так как та не реагирует на прикосновение, - ты чего? Я сказал что-то не то? Ты обиделась? - С ней всё в порядке, - отвечает Сезер нарочито бодро. - Просто переутомление. Ты же знаешь, наша староста вечно берёт на себя так много обязанностей! Адриан понимающе кивает: да, об этом он, конечно, знает. Просто не ожидал, что всё настолько плохо. Да и реакция её показалась ему уж слишком неожиданной: ничего же вроде не предвещало беды? Даже урока по сути-то не было. Но вот она стоит перед ним, белая, почти прозрачная, как привидение. Качается из стороны в сторону, словно тоненькое деревце на ветру. И руки дрожат мелкой рябью. Воспользовавшись секундной заминкой, Алья с жалостливой улыбкой подталкивает подругу себе за спину. Та, как и прежде, не сопротивляется и, извиваясь, словно гусеница, прячется за широкими плечами рыжеволосой девушки. Сезер воинственно поправляет очки. Чёрт знает, как ей удаётся сделать этот жест по-настоящему величественным, но даже Адриан чувствует: сейчас что-то будет. И это что-то связано с ним и не сулит ему ничего хорошего. Мысли о Маринетт невольно отступают на второй план: тут уже о своей жизни надо беспокоиться. - Л-ладно, тогда я... - Адриан, не глядя, нащупывает ручку двери. - Там у меня, э-э-э, Нино остался один, так что-о-о... - Не спеши, - Алья с обворожительной улыбкой припечатывает ладонью дверь. - Нино подождёт. Лучше скажи-ка мне, ты все пункты уже выполнил? Сезер игриво стреляет глазами в сжатый в пальцах Адриана список. - Нет, - отвечает юноша, покрываясь лёгким румянцем. - Остался последний. - "Телесный контакт"? - Да. Сезер с трудом удерживается от вздоха облегчения. - Отлично. Тогда идём, - она бодро хватает Адриана под локоть, другой рукой цепляя рукав подруги. - И ты тоже. Пригодишься. - Н-но я... Удивительно, на на этот раз лёгкий заикающийся возглас принадлежит не Маринетт, а её возлюбленному. Который, к слову, выдавил его, скорее, просто для приличия. Ведь, как известно, неостановимую Алью Сезер побороть просто невозможно (по крайней мере, человеческими силами), поэтому Адриан даже особо не сопротивляется и тащится вслед за одноклассницей. В конце концов, что настолько ужасного она может с ним сделать?.. Ему даже немножко интересно. Чего все трое не заметили, переходя к соседней аудитории, - так это хитрющую физиономию Аликс, выглядывающую в стеклянное окошко классной двери. Что происходило в коридоре, она практически не слышала. Но абсолютно точно знала - то, что будет происходить дальше, будет намного интереснее, чем бессмысленное сидение в классе. Алья тем временем, втащив в пустой кабинет лучшую подругу (которая всё ещё пребывала в состоянии пластичной гусенички) и её возлюбленного (который за последние несколько секунд так напрягся, что стал похож на монумент в честь самого себя), берёт с подставки у доски указку и хлопает ею по ладони. "Страшновато", - думает Адриан, всё ещё под впечатлением от смачного звука шлепка. "Пурум-пум-пум", - думает Маринетт, чьё подсознание, чтобы избежать обморока, перешло к тактике превращения в кашицу. - Итак, юный падаван, слушай сюда. Нет-нет, садиться не надо, - обманчиво-ласковым голосом предупреждает Сезер, внимательно следя за одноклассником и покручивая в пальцах тонкую указку. - Я вижу, что у тебя всё хорошо... Тут Адриан снова краснеет, потому что точно направленный взгляд Альи попадает ровнёхонько в сход его челюсти. - Поэтому давай-ка мы закрепим результат. И изменим пункт "Телесный контакт" на пункт "Великий обольститель". - Ам... И что это значит? - Это значит, дорогой Адриан, что ты, - указка волнами прорезает воздух сверху-вниз, обрамляя силуэт блондина, - будешь обольщать. - Не понял? Я думал, что и так занимался этим всё это время. - Да, но это были только цветочки. Настало время перейти к ягодкам, - Алья недвусмысленно дёргает бровями, отчего внутри у Адриана что-то неприятно ухает. - Я тебе уже объясняла, что прикосновения неминуемо ведут к появлению влечения. Особенно неожиданные. - Ну, с этим у нас никогда проблем не было, - блондин неловко чешет затылок, припоминая примерно миллион случаев, когда он непреднамеренно оказывался в объятиях своей напарницы. - Прекрасно, - сквозь зубы щебечет Алья, чья улыбка сейчас напоминает оскал Венома. - Значит, нам определённо стоит выйти на следующий уровень. - Окей... И что мне надо делать? - Быть плейбоем, - невиннейшим тоном отвечает Сезер. - Ущипни её, шлёпни по заднице или что-то в этом роде. Девушки это любят. Отчего-то Адриан тут же бросает взгляд на Маринетт. О, боги, она ведь всё ещё здесь и слышит всё это?! Но переживает он зря. Ведь в голове одноклассницы всё ещё пусто. Пурум-пум-пум. - Боюсь, я... Кхм, - Адриану приходится прокашляться, представляя тот момент, когда его рука опустится на округлость миледи, и даже внутри этой фантазии тяжёлая ладонь напарницы тут же врезается в его щёку. - Боюсь, я не смогу. Мы не на той стадии отношений. - Так вот, значит, ты их в эту стадию и переведёшь, - не унывает Сезер, кружа указкой вокруг его лица, словно в попытке его загипнотизировать. - Н-нет, - Адриан неуверенным движением отстраняет от себя указку и отгоняет мысли, которые Алья с таким рвением вгоняет в его голову. - Я не смогу. Это как-то слишком. - Ничего не слишком! Адриан... - Алья глубоко вздыхает, спешно меняя тактику. Нахрапом его не возьмёшь: надо прибегать к помощи аргументов. - Давай я тебе объясню. Это только тебе кажется, что я предлагаю что-то несусветное. На самом деле девушки относятся к этому намного проще. Смотри: ничего сложного и криминального. С этими словами Алья шлёпает Маринетт по ягодице, и этот шлепок срабатывает для неё, как будильник. - Ай! - брюнетка подрыгивает, за секунду возвращая себя из сонного царства в реальность. - Алья! - Ой, только не говори, что тебе не понравилось! - Сезер сверкает глазами, безмолвно приказывая "подыграй мне", и поворачивается к Адриану. - Давай, иди сюда. Потренируемся немного. В ответ юноша лишь испуганно мотает головой, но Алью это не останавливает, и одним ловким движением она притягивает его почти вплотную - но не к себе, а к лучшей подруге. Одноклассники замирают друг напротив друга и, кажется, перестают дышать. - У меня уже есть парень, - поясняет Сезер с хитрой улыбкой и откладывает указку обратно на доску. "Удивительное зрелище, - думает журналистка, возвращаясь и глядя на красное лицо Агреста и бескровные щёки Дюпен-Чен. - Они словно поменялись местами". - Начнём с лёгкого. Просто положи руку ей на спину. А потом чуть ниже. И крепко сожми. "Начнём с лёгкого, ага, ну да", - нервно повторяет про себя Адриан, абсолютно не понимая, как его могло затянуть в этот калейдоскоп невозможных событий. Неужели он правда сейчас стоит перед своей одноклассницей, одной из лучших подруг, милой, скромной и умной Маринетт, самим средоточием невинности, и... готовится ущипнуть её за зад?! Невероятно... Что бы на это сказала Ледибаг?.. Но что было более невероятным - так это нулевая реакция его подруги. Маринетт всегда вела себя рядом с ним немного скованно, но обычно это выражалось в милом заикании, путанице в словах и яркой жестикуляции, из-за которой страдали ближайшие предметы и люди. Но сейчас... Сейчас Маринетт была другой. Молчаливой и как будто бы немного... заинтересованной. Она не смотрела на него с укором, но опять же: что-то было в её взгляде, что заставило Адриана испугаться. И её, и этой ужасной затеи, выдуманной Альей. - Но... Эм... Я... Упс. Кажется, мозг Адриана, испытавший тотальный перегруз, тоже даёт сбой, и с его уст вместо "Я не уверен, что Маринетт всё это одобряет" срывается лишь бессвязный лепет. Но, к счастью, Алья понимает его, увидев, как его указательный палец показывает на брюнетку. - Не переживай об этом: Маринетт не против помочь. Вы же такие хорошие друзья. Правда же? "Ну да. Друзья. Я просто не знал, что друзья оказывают друг другу и такие услуги", - думает Адриан, кивая и пытаясь считать мысли своей одноклассницы. Но та лишь сверлит его непонятным взглядом и молчит, не выказывая ни малейшего недовольства. И довольства тоже. - Тебе нужен ещё один мастер-класс? - Алья не выдерживает томящего ожидания и скрещивает руки на груди. - Нет-нет! Я... Ну, тогда... - Адриан пытается положить руки на талию брюнетки, но в последний момент испуганно убирает их. - Если ты не против, я... - Да кто ж о таком спрашивает! - рычит Сезер. - Действуй! Решительно! Адриан сглатывает. Больше всего на свете ему сейчас хочется решительно сбежать. Хотя, если честно... - Моргни, если тебе будет неприятно, - шепчет он, вглядываясь в лицо одноклассницы. Он ожидает, что веки Маринетт вот-вот сомкнутся. Но нет! Её глаза широко открыты, целых секунд двадцать, которые кажутся ему часами. Со стороны Альи вновь раздаётся раздражённый вздох. И тогда он решается: кладёт руку на девичью талию. Адриан чувствует, как Маринетт вздрагивает, и его ладонь снова взлетает выше, почти до лопаток. - Кхм-кхм, - тут же отзывается Алья, с азартом наблюдающая за представлением. - Ниже, Адриан. Ниже. Талия у Маринетт тонкая. Точёная. И в то же время мягкая. Адриан чувствует всё это даже сквозь ткань пиджака, и - о, святые квами! - ему на мгновение хочется скользнуть пальцами под него, чтобы ощутить кожей её тепло. Но делать этого он, естественно, не будет. Потому что ему предстоит нечто более ужасное. Его ладонь спускается на пару сантиметров ниже и предательски намокает. Чёрт, он вообще, абсолютно, от слова "совсем" не привык к таким вещам. Да, он миллион раз касался талии Ледибаг, но в этом не было ни малейшего намёка на пошлость. "Да и сейчас нет, - успокаивает он сам себя. - Это всего лишь дружеская помощь". Но несмотря на эту мысль, ладонь Адриана всё же скользит выше, не в силах преодолеть этот барьер между талией и ягодицами, именуемый ремнём. - Не елозь уже, - рявкает Алья и поднимает кверху кулак. - А то спину ей сотрёшь. Представь, что персик на сочность проверяешь. Жмяк-жмяк. - Протестую! Я протестую! Все трое резко оборачивается: кто с разочарованием, кто с облегчением, когда в класс золотым вихрем, абсолютно неэлегантно, влетает Хлоя Буржуа. Она в долю секунды оказывается между сладкой парочкой, отпихивает Маринетт и вешается на шею своего давнего друга. - Адрианчик, это, конечно, нелепо, просто нелепо, но если тебе так уж нужно потренироваться, используй лучше меня! - она злобно зыркает глазами в Дюпен-Чен, словно та отняла у неё что-то очень ценное. - Поверь, после этого тебе уже и не понадобится никто другой. - А я голосую за Маринетт! - кричит Аликс из дверей. Адриан кидает взгляд в коридор, а точнее, на группу остальных девчонок из своего класса, и в ужасе округляет глаза. И долго они там стоят?! - Ч-ч-что? Глядя на хихикающих Милен, Джулекку, Роуз, сомнений у Адриана просто не остаётся. Они стоят там достаточно долго. - Я не... Боже. Извините. Маринетт, извини меня. Он не решается взглянуть в глаза Дюпен-Чен. Но даже если бы и решился - вряд ли сумел бы прочитать в них хоть что-то вменяемое. "Единственный выход, - думает Адриан, - бежать". Отцепив от себя руки Хлои, он пулей вылетает из помещения. Буржуа - за ним. - Не забудь всё, чему я тебя учила! - кричит Алья ему вслед, выглянув из коридора, но тут же получает со стороны одноклассниц укоризненные шики: урок же ещё не закончился! Извинившись перед шушкающимися девочками, Сезер возвращается обратно в класс и прикрывает за собой дверь. Маринетт, которая за последние минуты не шелохнулась, всё ещё стоит на прежнем месте белее снега. - Послушай, дорогая, всё наладится. Такого наша принцесса точно не выдержит. Режим берсерка наконец выключается. Включается режим заботливой мамочки: Алья нежно приобнимает подругу за плечи и заглядывает в её пустые глаза. На самом деле, ей немного страшно: она ещё ни разу не видела Маринетт настолько неживой. Неужели этот след от укуса так сильно её подкосил? - Я сделала всё, что могла. Но если и это не сработает, мы придумаем что-нибудь ещё. Ты... Ты что, смеёшься? Эй, ты чего? Сезер отстраняется и на всякий случай приподнимает очки: может, стёкла её обманывают? Но нет: брюнетка действительно смеётся. Искренне, но немного прерывисто: словно вот-вот задохнётся. Всё, что остаётся Алье, с удивлением наблюдать, как Дюпен-Чен потихоньку оттаивает, оживает, и смех её постепенно выравнивается и становится нормальным. Почти заливистым. Но всё же с нотками истерики. - Я... Я просто... О, боже, - Маринетт вытирает выступившую на глазах слезинку. - Я просто думаю, что сегодня у меня будет очень интересный патру-у-уль, - на последнем слове она снова ударяется в смех и даже склоняется от давящих на живот спазмов. - Причём тут вообще патруль? В ответ Маринетт лишь машет рукой и, всё так же скрючившись, выходит из класса, оставив лучшую подругу в полном недоумении. - Бедняжка, совсем умом тронулась от горя. *** Ледибаг приходит на место встречи сильно заранее, что абсолютно не в её стиле. Ежедневные патрули и так отнимают много сил - физических и моральных, чтобы тратить время на глупое ожидание. Но сегодня она просто не смогла усидеть дома: к концу дня её практически ломало от любопытства. Даже руки чесались от напряжения. Действительно ли Кот Нуар сделает то, что задумал? Действительно ли он окажется Адрианом Агрестом? Да, Маринетт всё ещё сомневалась и с нетерпением ждала ответы на эти два зудящих вопроса. Вот только Кот Нуар на встречу не спешил, и Ледибаг, усевшись на краю крыши, принялась со скучающим видом рассматривать появляющиеся на небе точки. Но она мало что понимала в астрономии и могла найти максимум тройку созвездий, кроме Медведиц, и потому мысли её снова начали вертеться вокруг двух блондинов. Точнее, скорее всего... вокруг одного?.. Удивительно, конечно. Но ещё утром она с ужасом представляла сегодняшний патруль. Даже хотела снова пропустить его, чтобы избежать подколов по поводу её вчерашнего "кусачего" поведения. И как же всё изменилось! Конечно, ей всё ещё было очень неловко из-за своего поступка, но эта неловкость не шла ни в какое сравнение с предвкушением потрясающей воображение сцены, когда Адриан Агрест (ну ладно, Кот Нуар) будет пытаться ущипнуть Ледибаг за пятую точку. Глупо захихикав, Ледибаг с блаженной улыбкой откинулась назад на вытянутых руках. Адриан Агрест... Кот Нуар... На самом деле она довольно быстро приняла тот факт, что они с вероятностью, близкой к 100%, могут оказаться одним человеком. Ну, за исключением школьного тупняка. Дома она с удивлением осознала, что, если не слишком заморачиваться из-за опасности раскрытия, вся эта ситуации выглядит очень даже приятной. Удачной. Но сегодня Маринетт была настроена очень воинственно. Всё-таки Кот Нуар собственноручно раскрыл ей свою личность, пусть и случайно. И теперь Маринетт в качестве отмщения собиралась запечатлеть в своей памяти каждое неловкое движение, каждый дрогнувший мускул его лица, каждое проявление румянца, когда он будет строить из себя Казанову. В общем, сегодня Ледибаг была твёрдо намерена повеселиться. Даже несмотря на то, что сейчас сама она всё же ощущает странное волнение по поводу всей этой ситуации, до конца оценить которую её мозг всё не сумел. - Добрый вечер, миледи. Оглянувшись через плечо и увидев незаметно подкравшегося напарника, Ледибаг с упавшим в желудок сердцем поднимается на ноги и улыбается. Старается сделать улыбку как можно более стандартной. Но уголки губ предательски лезут всё выше, по мере того как в голову лезут воспоминания о сегодняшнем дне... и фантазии о следующих мгновениях. - Добрый вечер, Кот, - она пытается разглядеть в позе напарника любой, малейший намёк на волнение. Но тот спокойно становится рядом с ней, указывая раскрытым шестом в темноту вечернего города. - Приступим? - Что, вот так сразу? - растерянно отшатывается Ледибаг. - Эм... Ну... А чем ещё ты хотела заняться? Я что-то забыл, да? Мы же вроде просто патрулировать собрались. Как обычно. - А... Да, - Ледибаг мысленно хлопает себя по щекам. - Конечно. Патруль. Чувствуя себя очень неловко... Нет, скорее, чувствуя себя полной дурой, Ледибаг первой спрыгивает с крыши в сторону Эйфелевой башни, даже не проверяя, следует ли за ней напарник. Она прекрасно знает, что это так. Ветер хлёстко ударяет её по лицу, смывая с лица намечающийся румянец. Чёрт. Может, он и не думал сегодня ничего делать? Эта мысль неожиданно поселяет в сердце Ледибаг разочарование. Которое лишь растёт с каждой секундой абсолютно привычного патруля. Они пересекают центральную площадь Парижа, бегут по крыше оперного театра, прыгают по верхушкам клёнов в вечернем парке... И ничего. Кот всё это время покорно движется сзади, даже не пытаясь вырваться вперёд и поравняться с напарницей. И его молчание сегодня кажется Ледибаг уж слишком гнетущим. Она замедляется, пока не видит сбоку от себя чёрный силуэт, ткань которого блестит в тусклом свете звёзд. - Так, э-э-э... - Ледибаг приходится прокашляться, так как голос внезапно отдаёт заметной хрипотцой. - Как день прошёл? - Мур-р-красно. - О, было что-то интересное? - брюнетка тут же ухватывается за реплику, несмотря на то, что ответ напарника представляет собой самый дежурный каламбур. Без фантазии. - Да нет, не то чтобы, - пожимает плечами блондин. Ледибаг замолкает. Ждёт, что напарник продолжит разговор. Спросит что-то в ответ. Но Кот Нуар упрямо молчит. Лицо его остаётся по-прежнему спокойным и расслабленным, движениям - плавным и отточенными. И сердце Ледибаг снова охватывает волнение. Может, я всё-таки ошиблась? Напридумывала себе... Она вновь вырывается вперёд, чувствуя, как ещё сильнее наполняется разочарованием. Проклятье! Нет, конечно, её не слишком расстраивало отсутствие вечернего обольщения. А вот тот факт, что Адриан Агрест и Кот Нуар, видимо, всё-таки не являются одним человеком, удручал. Она ведь уже успела погоревать по этому поводу, успокоиться, порадоваться и с восторгом представить их будущих детей с обручами в виде накладных ушек. А теперь что? Всё это на смарку? Стоп-стоп-стоп. Хватит уже рубить с плеча. Всё может оказаться вообще не так, как кажется. Просто не думай. Не думай ни-о-чём. Ухватившись за эту мысль, Ледибаг глубоко вздыхает и делает очередной длинный прыжок. В конце концов, у неё патруль. Она имеет право сосредоточиться исключительно на своём маршруте. И не думать о всяких там соблазнительных блондинах. Хотя бы минут пять. Погружённые каждый в свои мысли, напарники прибывают к финальной точке маршрута спустя полчаса, так и не проронив ни слова. - Ну что, кажется, сегодня снова без акум, - Ледибаг с улыбкой хлопает в ладоши и отворачивается, готовая попрощаться и с напарником, и со своими странными фантазиями, - тогда до завтра? - Нет, пджди. От взволнованного тона напарника в груди героини вновь поднимается волна сладкого предвкушения. И когда рука Нуара обхватывает её запястье, Ледибаг едва успевает скрыть плотоядную ухмылку, прежде чем с невинным видом повернуться к нему и бодро спросить: - Да-да? На несколько секунд Нуар зависает. И Ледибаг внутренне прыскает, сохраняя на лице спокойную заинтересованность. Этот смущённо-растерянный вид она где-то уже сегодня видела. Нет. Никаких ошибок быть просто не может. Это он. ЭТО ОН. Восторг, распирающий её грудную клетку, заставляет её мягкую улыбку подрагивать. И в любой другой момент Нуар наверняка заметил бы это. Но сегодня его голова забита другими вещами. - Я хотел кое-что сказать тебе, - говорит он, в то время как его глаза бегают из стороны в сторону, словно не могут решить, за что бы ухватиться. - Т-то есть сделать... То есть... Ледибаг закусывает губу, чтобы удержаться от смеха. И нет, она не собирается упрощать напарнику задачу. - Котёнок, мне уже пора, - она вырывает руку, усердно куксит лицо и нагло врёт, потому что в коем-то веке дел у неё не слишком-то много. Оставляя напарника позади, Ледибаг медленно вышагивает к краю крыши. Но сделав несколько шагов, успевает испугаться. Потому что Кот Нуар молчит и бездействует. Чёрт. Эдак он меня и отпустит! Она замедляет свой шаг до скорости улитки. Даже останавливается, чтобы потянуться и сладко зевнуть. И ровно в тот момент, когда её руки протянуты в небо, что-то касается её талии. - Ох! От неожиданности Ледибаг дёргается и разворачивается на сто восемьдесят градусов, оказываясь нос к носу со своим напарником. Вот же бесшумный Кот! В одно мгновение осознав, что на её талии лежат его руки, Ледибаг вспыхивает. Проклятье! Она ведь знала, что он это задумал. Была к этому готова. И всё равно тело выдало эту предательскую реакцию! Ледибаг вдруг чувствует, что не может пошевелиться. Прямо как тогда, в классе. Вот только сейчас причина не в слишком неожиданном открытии. Не в панике, окутавшей разум и доводящей до истерики. А в зелёных глазах. В глазах, в которые она так часто смотрела и которые не могла разглядеть. В глазах, в которых плещется коктейль из страха всё испортить и решимости завоевать свою любовь во что бы то ни стало. В глазах, за показушной самоуверенностью которых прячется чуткое сердце и всепоглощающая забота, которые она так давно принимала как должное. То, как Нуар смотрит на неё... Она впервые по-настоящему замечает это. И не может ничего поделать с дрожащими икрами. Дрожь становится крупнее, когда пальцы Нуара опускаются ниже. Совсем немного - но это уже намного больше, чем Адриан позволил себе в классе. Ледибаг чувствует, видит по складке между его бровями, плотно сжатым губам, как сильно он напряжён. Да и она сама напряжена не меньше. Пытается расслабиться, но мышцы пресса упрямо сжимаются, не давая сделать глубокий вздох. Городской пейзаж вокруг темнеет. Очертания домов и высокий силуэт Эйфелевой башни расплываются, лишь для того, чтобы подсветить изумрудный блеск ласковых глаз. Ледибаг обмякает. Прикрывает глаза. Будь что будет. И наконец расслабляется. Впрочем, романтичность момента быстро сходит на нет. Потому что ничего не происходит. Одна лишь рука Нуара не прекращает движение. Медленное, тягучее. Раздражающее. Один миллиметр в десять секунд. Это становится откровенно скучно. Даже бабочки, порхающие в животе, выжидательно замирают. И у Ледибаг начинает дёргаться глаз. - Чёрт, - Нуар выпускает напарницу из объятий, всплескивает руками и хватается за голову. - Нет! Не могу. Не могу! Он отходит в сторонку, не прекращая причитать и мерить ногами крышу. В сотый раз за этот вечер Ледибаг чувствует разочарование. - Что ты там не можешь, Котёнок? - Относись к этому проще, - тихо уговаривает себя Нуар, и Ледибаг, слыша слова Альи, невольно усмехается. - Словно персик на сочность проверяешь. Жмык-жмык. - Жмяк-жмяк, - на автомате поправляет его Ледибаг, не успевая вовремя захлопнуть рот. Она сказала это совсем тихо. Но кошачий слух напарника, увы, был слишком хорош. - Что... - Кот Нуар медленно оборачивается. - Что ты сказала? - Я... - брюнетка и сама не замечает, в какой момент начинает нервно теребить в руках йо-йо, - ничего вроде не говорила. - Нет, ты точно что-то сказала, - Кот быстрыми, размашистыми шагами сокращает расстояние между ним и напарницей. - Я слышал. И ты... - на несколько секунд он замирает, чуть опустив голову. - Твоё сердце снова так бьётся. О боже, Ледибаг... Только не говори мне! Ты была там?! - Не понимаю, о чём ты, - брюнетка толкает напарника в грудь, но тот ловко перехватывает её руку и снова привлекает её к себе. - Ты была там, - со всей уверенностью заключает Кот Нуар, которого может обмануть что угодно, но только не алый цвет лица, сливающийся с пятнистой маской. - Я... Ну... - она изо всех сил старается не отводить взгляд, но получается откровенно плохо. Из Кот Нуара вышел был отличный прокурор. - Я мимо пролетала. - И решила заглянуть в окно какого-то там чужого коллежа? - с сомнением спрашивает Нуар. - И не пытайся, миледи. Окна были закрыты, я точно помню: ты бы вряд ли смогла что-то расслышать, даже если бы это было правдой. Так что ты... О боже, ты... В ускоренном темпе проматывая в памяти события сегодняшнего урока от Альи, Адриан вспоминает и неловкий момент с Маринетт, и бросок кобры, то есть Хлои, и выпученные глаза его одноклассниц. И не может сдержать улыбки. Хорошая новость: круг возможных лиц сократился до восьмерых девчонок. Плохая: восемь - это всё ещё не одна. Мозгами пораскинуть придётся. - Ты учишься в моём классе, - и снова: никаких вопросов. Лишь констатация факта. - И ты меня каким-то образом раскрыла. - Ну... В определённый момент это стало совсем не сложно, - сдавшись, Ледибаг красноречиво касается своей челюсти. - Да... Пожалуй... - Нуар зеркалит движение напарницы. - Но я... Я просто поверить не могу. - Я тоже долго не могла, - пожимает плечами Ледибаг. - Ох... Дай мне минутку. Он отпускает руку девушки, делает шаг в сторону и закрывает лицо ладонями. Нуар действительно справляется за минуту. Но все шестьдесят секунд единственным его телодвижением остаётся моргание, будто процессы Кота Нуара пришлось аварийно приостановить. - Так значит, сегодня ты... - его пальцы зарываются в собственные пшеничные волосы, делая причёску ещё более растрёпанной. - Ты знала, что я собираюсь делать. И просто проверяла меня? - Да, мне было любопытно. Я ведь знаю, что... Уф... - холодная ладонь, обтянутая в тонкий спандекс, касается разгорячённого лба. - Знаю, что в жизни ты далеко не такой Казанова. - Ох... - из груди Нуара вырывается тяжёлый вздох. - Я и не знал, что женщины могут быть такими коварными. - Ты даже не представляешь, насколько, - смущается Ледибаг. Когда-нибудь он ещё узнает про список... - Ладно! - на лице Нуара в одно мгновение исчезают все следы растерянности. - И что бы ты сделала, если бы... я решился? Огрела бы меня, небось? - Я... Не знаю. - Проверим? Хитрый прищур. Знакомая полуулыбка. Одна секунда - и Нуар снова притягивает напарницу к себе. Прижимает к своей груди, даже не пытаясь скрыть, как сильно колотится его сердце. И с наслаждением подмечая, что сердцебиение девушки тоже становится быстрее с каждой секундой. Она удивлена. Но, кажется, не напугана. И она не отталкивает его. Снова. "Надо побыстрее рассказать ему, что последний пункт исполнять всё-таки не следует", - думает Ледибаг, чувствуя себя очень странно. Ведь теперь, когда он знает, что она знает, вся эта ситуация выглядит так, будто Ледибаг дала ему своё официальное разрешение на все эти непотребства. Но оттолкнуть его почему-то не может. И дело тут не только в праздном любопытстве. - Моргни, если тебе будет неприятно, - шепчет он. И Ледибаг моргает. От неожиданности. Потому что эти слова она сегодня уже слышала. Он так быстро раскрыл меня? Или это просто его стандартная фраза? Но не успевает Ледибаг окончательно испугаться, как Нуар, улыбнувшись, ослабляет хватку и берёт ладони в напарницы в свои руки. Теперь между ними сквозит сантиметров тридцать свежего вечернего воздуха, и этот воздух кажется обоим слишком холодным. - Я понял, миледи, - без всякого разочарования говорит Кот. - Ну что ж... Мне ещё многое нужно обдумать. Но ясно одно: в понедельник наши маски наконец спадут. - Сомневаюсь, - хмыкает брюнетка. - Ты уже обещал мне что-то подобное не так давно, помнишь? - На этот раз я тебя не подведу. Подключу дедукцию, мистер Багсон. - Ладно, мистер Котмс, - хихикнув, Ледибаг обводит рукой место укуса на лице парня и кривится от смущения. - Только замажь это, ради Бога. А то не солидно как-то. Нуар на это лишь хитро ухмыляется. - Ни за что, моя Леди.