Ты мое проклятье

"Кстати, а что такое простуда?"

(с) Хеталия и страны Оси. Америка.

После задания на мосту Ясохати четверка первокурсников магического техникума вернулась в свою альма-матер. Всем, кроме Итадори, рекомендовалось отправиться к Сёко на лечение серьезных ран, но уставшие ученики предпочли расползтись по комнатам и выспаться как следует. Благо, удачно начались выходные, и ребята успели бы вдоволь отдохнуть перед следующей учебной неделей. Фушигуро на следующий день в лазарет все-таки отправился. Ему в драке в очередной раз пробили голову, в целом кости трещали, и хоть это все было привычно, боль парень не любил. Сёко, посмотрев на него, вздохнула, посетовала, что вечно он голову не бережет, и если так продолжит, то рано или поздно будет двинутый, как учитель Годжо, но с помощью своих обратных техник подлечила его. - А Амаи не заходила? - слезая с кушетки, вдруг поинтересовался парень. Тревожило его состояние девушки, и даже не столько полученные раны, сколько факт, что она заболела. А вела себя так, словно это пустяки какие-то. - Нет. Она ведь и сама обратными техниками владеет, зачем ей? Эй!.. - прикрикнула девушка, заметив, что Мегуми полез в медицинские шкафчики, набирая антипростудный комплект: градусник, жаропонижающее, противовирусное и вообще все, что могло пригодиться. Вот подсказывала ему интуиция, что лучше это все добро сразу прихватить с собой. - Спасибо, я пошел, - словно так оно и надо, Фушигуро невозмутимо вышел из кабинета под крикливые вопросы Сёко, пытавшейся вызнать у парня, что там с Амаи. На пороге нужной комнаты он оказался быстро. Прислушался, за дверью стояла тишина. Но все равно постучался. Даже так: стучался настойчиво и непрерывно, с каждым следующим ударом по дереву хлопая ладонью все сильнее. Парень уже готов был барабанить в дверь ногами или и вовсе идти и просить запасной ключ от комнаты девушки. Мало ли, что там с ней могло случиться? Вдруг она там сознание потеряла? Или что похуже? Тревога и паника начинали делать свое дело, Фушигуро уже готов был всерьез начать барабанить по двери, даже руку, сжатую в кулак, занес, как она наконец-то открылась. Видимо, Мегуми настолько ушел в свои мысли, что не услышал, как девушка по ту сторону встала и таки соизволила открыть. - Мегуми? - Амаи недоуменно смотрела на парня, захотелось даже себя ущипнуть, чтобы понять, что ей это не снится и не мерещится. Девушка встала с огромным трудом, пришлось приложить немало сил, чтобы добраться до входной двери. Ведь расстояние в несколько метров внезапно превратилось в пару-тройку километров. Голова болела, гудела, и казалось, что там поселилась команда отчаянных рудокопов, а каждый стук по ту сторону комнаты отзывался нестерпимой болью и подкатывающей к горлу тошнотой. Фушигуро занесенную для удара по двери руку опустил, но молчал пару минут, рассматривая девушку перед собой. При этом тонкие темные брови все больше сходились к переносице, и без того темно-синие глаза становились почти черными, губы сжимались в тонкую полоску. Амаи уже устала ждать, когда парень что-нибудь скажет, как к ее лбу прикоснулась его прохладная ладонь, сам Мегуми недовольно проклокотал: - Как знал! Ты почему к Сёко не пошла? Ты сама хоть лечишься?! Жаропонижающее принимала? Обезболивающее? И что за хриплый голос?! У Инумаки после использования техники и то лучше звучит! - с каждой следующей фразой клокотание превращалось в рычание, Фушигуро напоминал гавкающую собаку, бесцеремонно врываясь в чужую комнату, хватая Амаи за руку и ведя за собой к кровати. Девушка с каждым сказанным словом морщилась все сильнее, голова и так трещала нещадно, а тут создавалось такое ощущение, что поселившийся внутри рудокоп бьет кувалдой по мозгам, намереваясь превратить их в кашу. Соображать получалось с трудом, а тут еще и парень сыпет какими-то непонятными для нее словами и явно что-то требует. - Мегуми, потише, умоляю, - взмолилась Годжо, когда ее подвели к кровати, куда усадили. Хотя девушка была даже рада принять хоть какое-то положение, кроме стоячего, а в идеале вообще лечь, растекаясь лужей по простыне. Когда она села, незастегнутая рубашка распахнулась, открывая на обозрение парня криво, очень криво намотанные бинты вокруг живота и грудной клетки. Не заметить он этого не мог, в первую секунду по инерции устремив взгляд на движение ткани, во вторую так же стремительно отводя обратно уже на рефлексах, как только понял, что рубашка расстегнута, а под ней, кроме бинтов, ничего нет. Хотя успел понять, что те серьезные раны еще не зажили, раз Амаи даже забинтовалась. Ну хоть это сделала. - Фр-р!.. - издал Мегуми непонятный недовольный звук, похожий на фырчание животного, смирившегося с тем, что орать и вдалбливать нравоучения в одну бедовую голову сейчас бесполезно. - Ясно все с тобой. Звучало как приговор. По сути, это он и был, Фушигуро понял, что девушку в таком состоянии не оставит и следовало проверить ее температуру и холодильник, накормить и дать лекарств, а уж потом оставить в долгожданном покое. На какое-то время. Еще не забыть обязательно навешать претензий одному белобрысому придурошному в повязке, который научил свою подопечную изгонять проклятья, но не простуду. Наклонившись над кроватью, Мегуми взбил руками подушку, пристроил ее к изголовью так, чтобы Амаи могла лечь, но корпус держать под наклоном. - Ложись пока, - парень положил ладони на ее плечи, чуть надавливая и наклоняя девушку назад, - можешь прикрыть глаза, но постарайся пока не засыпать. Померяем тебе температуру, потом выпьешь обезболивающее и сможешь подремать, пока я буду готовить еду. Наверняка же не ела еще сегодня ничего. - Не хочу есть... - Амаи отрицательно покачала головой, но положение, в которое ее уложил Мегуми, приняла. Прикрыла глаза рукой, а то даже дневной свет причинял боль. - И я буду в порядке. Полежу несколько дней и снова буду в строю. Я всегда так делаю. Девушка даже не понимала, что собственными словами делает только хуже, ведь из ее слов получалось, что лечиться она не умеет от слова совсем! У нее наверняка даже примитивной аптечки в виде обезболивающего и йода с зеленкой нет! Так уж получалось, что учить ее, как надо лечиться, было некому. Сатору всегда оказывался где-то в дальних уголках земного шара, когда она заболевала, а возвращался, уже когда выздоравливала. И это еще хорошо, что она никогда не болела ничем серьезнее обычной простуды, перенося все на ногах. Девушка слушала какое-то шуршание: Мегуми что-то доставал из пакета, отчего проснулось любопытство, заставляя убрать руку с глаз, замечая в его руках какой-то продолговатый предмет, который он протянул в ее сторону, вытащив перед этим из футляра. «И что с этим делать?» - Амаи именно такими глазами смотрела на парня, когда он протянул доселе неизвестный предмет в ее сторону. Фушигуро смотрел на нее несколько секунд, чувствуя себя дураком с протянутой рукой, в конечном счете снова впал в раздражение и запыхтел. - Так, ясно... - выдох, чтобы успокоиться, все-таки перед ним девушка, еще и простуженная. Понимание, что она совсем не знает, что с ней происходит и как это состояние урезонить, только больше подливало масла в огонь желания пойти и настрочить учителю Годжо гневное сообщение, а еще лучше - позвонить и прорычаться как следует. Но это подождет. - Я только градусник засуну, не бей и не подумай, что домогаюсь, - Мегуми немного отодвинул с плеча Амаи рубашку, пристраивая в подмышку градусник, прижимая его женской рукой. - Вот так и держи. - Х-хорошо... - Амаи заметно растерялась, но поплотнее прижала руку, немного не понимая, что именно делает Мегуми, но решая ему довериться. Зла он не желал - факт, явно пытался помочь. Но девушка никогда не думала, что это гадкое состояние как-то лечится. Обратная техника не работала, а вот сон помогал, хоть и спустя несколько дней. Пришлось сидеть, смотря, как Фушигуро прошел на маленькую кухоньку, открыл холодильник, в котором уже несколько дней не было продуктов от слова совсем. Так, хлеб в морозилке, немного яиц, стандартный набор приправ и специй да рис в шкафчике. Результат поисков парня явно не удовлетворил, судя по раздавшемуся цоканью языком. Во время болезни с такой температурой и так есть не слишком охота, но надо, поэтому в ход шли легкие блюда, где бульона было побольше. Мегуми асом в готовке не был, чтобы из столь скудного набора создать что-нибудь подходящее, поэтому тут требовалась помощь друга и собственного холодильника. - Так, что там у тебя с температурой? - решив сходить за всем необходимым чуть позже, Фушигуро сначала вернулся к Амаи, присел на край кровати, посмотрел на значение на градуснике. Нахмурился. - У тебя температура под сорок! Сейчас пьешь то, что я тебе даю, и можешь пока поспать. Потом разбужу, чтобы ты поела, - тон у парня был беспрекословный, как и взгляд. Отложив градусник на тумбочку рядом, Мегуми поправил на плече Амаи рубашку, еще и застегнул несколько пуговиц, развел шипучую таблетку от головной боли в стакане с водой. Амаи чувствовала себя странно. В душе поселилось смятение, неуверенность и даже смущение. Она не могла припомнить в своей жизни случаев, чтобы за нее кто-то так же волновался. Непривычно и потому дико неловко. Хорошо лицо пылало от высокой температуры, а не то бы Мегуми сейчас отчетливо увидел алую краску смущения. - Спасибо тебе большое, - девушка смущенно улыбнулась, принимая стакан с водой и растворенной в нем таблеткой для головы. Выпивая, немного морщась от неприятного привкуса, надеясь, что ее не стошнит, а то желудок то и дело сворачивался в узел. И непонятно было, от голода или он, наоборот, отвергал сейчас все, что в него попадало. - Но не напрягайся сильно. Ты, кстати, как себя чувствуешь? - вопрос достаточно внезапный, но девушка очень и очень смутно помнила только появление Юдзи и Нобары и то не была уверена в том, что это не было игрой разума. А так последнее четкое воспоминание обрывалось на том, что они одолели проклятье и потеряли сознание. А потом девушка просто обнаружила себя в своей комнате. Фушигуро вопроса сперва не понял, это ведь не он тут болеет. Потом до него дошло, что Амаи видела его позавчера в... не слишком вменяемом состоянии, когда ему снесло башню и в переносном, и в почти прямом смысле, догадался, чего вдруг девушка побеспокоилась и спросила. - Все нормально. Я сходил к врачу, она меня подлечила, - Мегуми накрыл своей ладонью верхнюю половину лица Амаи, гася в ее глазах свет, - спи, пока разрешаю. Амаи на эти слова выдохнула с заметным облегчением. Уж больно она волновалась за этого парня. Хоть она и сама тогда его подлечила, видимо, до конца не смогла. - Я буду учиться лучше контролировать обратную технику, чтобы лечить всех вас, - пообещала девушка больше самой себе, чем Мегуми, который считал, что в первую очередь ей надо позаботиться о себе. А то неровен час помрет от элементарной простуды! Годжо в то время переложила подушку, чтобы было удобнее, накрылась одеялом и легла на бок, явно собираясь поспать. Она не знала, что парень собирается делать, но раз ей дали время отдохнуть, то шансом воспользоваться стоило. Первым делом Фушигуро решил раздобыть еды. Он тихо вышел из комнаты, вернулся в свою, набрав из холодильника и шкафов продуктов, к своему неудовольствию отметив отсутствие тофу. Так что пришлось идти к Итадори в надежде найти искомое. Юдзи удивился не столько приходу друга, сколько тому, что он не на кормежку пришел, а позаимствовать продукты. Узнав о том, что Мегуми собрался готовить удон для заболевшей Амаи, чтобы та приняла таблетки, парень не только тофу дал, но и навязался с Фушигуро, так что вернулись в комнату девушки они уже вдвоем. И пока Итадори занял место главного повара, Фушигуро набрал номер учителя Годжо и приложил трубку к уху. Гудки звучали недолго и оборвались до зубной боли знакомым голосом учителя и директора, который что-то кричал чуть подальше о том, что неприлично отвечать на телефонные звонки, когда с ним разговаривают! - Мегуми! Как прошло ваше задание? - голос Сатору звучал чересчур бодро. Еще бы, ведь утром он успел нанести внезапный визит Эйше, повесить полочку, вкусно позавтракать, а теперь еще и нервы директору трепал. Не жизнь, а одно сплошное веселье! Годжо всегда придерживался мысли, что жизнь надо проживать весело и азартно, словно гуляешь по лезвию ножа. - В отчете прочитаете, - Мегуми на подробности поскупился и, в отличие от лучезарного и особенно жизнерадостного сегодня учителя, был как хмурая грозовая туча, что сейчас разверзнется бранью. Вдохнув побольше воздуха, глянул в сторону спящей Амаи, свернувшейся клубком и полностью спрятавшейся под одеялом от озноба. - Вы почему Амаи не поведали о такой "прекрасной" в жизни вещи как простуда? Вы вообще в курсе, что она может болеть? - парень не удержался от порции яда в голосе. - Раны, может, за счет Рюночи у нее и затягиваются не как у обычных людей, но температурит она как все, так еще и на опасные задания в таком состоянии мотается! А вы вроде глазастый, а ни черта не видите! С той стороны первые несколько секунд раздавалась тишина. Похоже, Годжо обдумывал свалившуюся ему как снег на голову, которая не была прикрыта барьером, информацию. То, что Амаи может болеть и лежать с температурой, для него явно стало открытием года. Как-то маг не думал о том, что раз ее тело просто переполнено проклятой энергией и оснащено удобными обратными техниками, то она может на своей собственной шкурке знать, что такое простуда и все вытекающие оттуда последствия. - Скажу честно. Я действительно не знал об этом, - голос на миг показался серьезным и даже с нотками беспокойства, но тут же сменился обратно на веселый и даже задорный, а еще приправленный капелькой ехидства. - Но раз ты в курсе, то быстро сможешь поставить ее на ноги! Уж присмотрите там с Юдзи и Нобарой за младшей, Мегуми! - Сатору! Я с кем разговариваю?! - послышался на заднем плане в трубке разъяренный голос директора. - А, ну все, Мегуми, пошел я! - и не успел Фушигуро даже пикнуть в ответ, в телефоне снова раздались гудки. Парню оставалось лишь с округлившимися от удивления глазами посмотреть на потухший экран, цыкнуть и убрать мобильник в карман штанов, в который раз мысленно окрестив учителя Годжо непроходимым беспечным идиотом. Что в его с Цумики воспитании он звезд с неба не хватал, что тут отцом года его нельзя было назвать. - Чертов учитель, - буркнул недовольно Мегуми, подходя к хлопочущему у небольшой плиты Итадори. Тот как раз заканчивал готовку и жарил тофу, что-то тихонько напевая себе под нос. Увидев Мегуми, улыбнулся, перевел взгляд на другой конец комнаты, смотря на клубок из одеяла и говоря почему-то совсем уж тихим шепотом: - Мегуми, как думаешь, стоит приготовить побольше? Может, Рю тоже голодный? - Юдзи еще во время задания беспокоило состояние Амаи и ее проклятого духа, который в обычные дни был тем еще проглотом, а тут не вылезал из тела хозяйки уже довольно приличное время. Юдзи его тогда даже горяченькими свежеприготовленными онигири в Сайтаме выманить не удалось. - Похоже, на нем тоже сказывается болезнь хозяйки, - задумчиво ответил Мегуми, тоже бросив взгляд на кровать Амаи. Он дракона не видел со дня их последнего задания, да и не удивило его в принципе, что Рю не показывался, когда девушка в таком состоянии. Когда самого Фушигуро лихорадит, его шикигами тоже не высовываются, да и контролировать их присутствие тяжелее. Поплывут мозги от температуры - поплывут и очертания духов. - Думаю, сегодня обойдемся малой кровью. Есть как не в себя они оба начнут, когда станут выздоравливать. - Понял! - Итадори даже пальцы к виску прислонил, словно честь отдавал. Если Рю в своем обычном состоянии мог сожрать половину блюд в столовой, то, что с ним будет после нескольких дней болезни хозяйки и вынужденной голодовки, представить было страшно. Явно придется готовить очень много, питательное и очень сытное. - Надо будет тогда хорошенько закупиться продуктами. Кстати, удон готов! - Юдзи палочками выловил золотистый жареный кусочек тофу, положил сверху на лапшу и посыпал мелко порезанным зеленым луком. Мегуми успел лишь мысленно удивиться, что парень так быстро с ним управился, вроде разговор с учителем по телефону вышел совсем коротким. - Тогда пора вытаскивать зверька из спячки, - пока Итадори разыскивал пиалу и наливал в нее удон, Фушигуро подошел к своеобразному одеяльному гнезду, присел рядом на край кровати и потянул за уголок одеяла. Уголок отдаваться не захотел, втянувшись обратно кое-кем с той стороны мягкой баррикады, потому пришлось сунуть руку внутрь, отбирая ткань и все-таки выуживая на свет божий белокурую девичью голову. - Амаи, пора просыпаться, - откинув уголок в сторону, Мегуми пальцами коснулся спутавшихся волос, отодвигая их с лица в сторону, заправляя за ушко. Годжо недовольно сморщилась, явно пытаясь сжаться и стать еще меньше, чтобы не растрачивать драгоценное тепло. Девушку немного трясло из-за температуры, взгляд был чуть мутным, когда она медленно осмотрела мага. Светлые ресницы опустились, моргнув, стараясь не дать проваливаться обратно в сон, которого буквально требовал организм. - Мегуми?.. - голос после сна был еще более хриплым, а выглядеть чуть бодрее не получалось от слова совсем. Послышались шаги, Фушигуро кто-то не очень вежливо пихнул в сторону, и теперь Амаи смогла смутно разглядеть склонившегося над ней Юдзи с миской, наполненной чем-то горячим, в руках и палочками. - Выглядишь ты скверно. А температура совсем высоко, наверное, поднялась, - волнуясь за девушку, Итадори наклонился, касаясь губами лба Годжо-младшей, своим жестом моментом вырывая ее из состояния полудремы, заставляя застыть в шоке с широко раскрытыми глазами. Застыл с широко раскрытыми глазами даже Фушигуро, моментом поднимая кулак и щедро опуская его на голову Юдзи. Быстро, четко, не отдавая мозгам отчета в том, почему он вообще это делает, просто отвесил другу оплеуху, ударив так, что Итадори аж присел, подогнув коленки и опустившись на несколько сантиметров вниз, да так резко, что тарелка вылетела из-под удона и собрала его обратно, не дав ему расплескаться. - Дурак, ты что делаешь, ты же ее шокировал! - гавкнул Мегуми, беря Итадори за воротник и отодвигая на пару десятков сантиметров от девушки. - Ты ж меня так совсем без мозгов оставишь, паршивец! - рявкнул в ответ Юдзи, запустив руку себе за шею и потрепав макушку и затылок. - Сам корми ее в таком случае, - с этими словами в руки Фушигуро перекочевала горячая пиала. Амаи радовалась в этой ситуации только одному: головная боль у нее прошла и она соображала более-менее адекватно. Хотя сообразить, что в ее комнате делает Юдзи, для сонного и болеющего организма было тем еще подвигом. Девушка, медленно моргая, переводила взгляд с Итадори на Мегуми и обратно, еще пару раз моргнула, складывая ладонь на лоб и тут же краснея от неловкости. Раньше ее в лоб никто не целовал, потому было непривычно, неловко и так далее со всеми вытекающими последствиями. - Я лишь хотел проверить, насколько высокая у тебя температура, - заметив на себе пристальный взгляд, Итадори неловко улыбнулся, переведя взгляд на девушку, еще раз почесав розовую макушку, куда пришелся удар Фушигуро. - Мне получше, - Годжо кивнула головой, показывая, что теперь она все поняла. - Получше тебе будет, когда ты поешь, примешь лекарства и поспишь, - бурчал, как недовольный котелок, Мегуми, забрав у Итадори палочки и ложку, присев на край кровати рядом с девушкой. Для начала поставил все добро, что было в руках, на прикроватную тумбочку, чтобы помочь Амаи занять более удобное положение для кормежки, наваливаясь спиной на изголовье кровати. Юдзи в этот момент удачно поправил подушку, чтобы Годжо-младшей было мягко. - Все есть необязательно, но хотя бы чуть-чуть надо, - Мегуми вооружился для начала ложечкой, набирая легкий бульон и кусочек тофу, протягивая в сторону девушки. Амаи вздохнула, дуя на горячую еду, только после этого ее проглатывая. Пусть есть не хотелось, но легкий светлого оттенка бульон организм принял весьма благосклонно, тофу тоже был вкусным. Хотя было немного неловко и непривычно. В комнате двое одноклассников, один из которых сейчас сидит и кормит ее как маленькую девочку. Непривычно, но до чего же приятно. Хотя смотреть точно в синие глаза Мегуми было отчего-то неловко. - Спасибо, - всего одно слово, но Годжо постаралась вложить в него все свои чувства. Благодарность, то тепло, что ребята, особенно Мегуми, дарили сейчас ей, ту заботу, что они показывали. - Раньше я всегда болела одна. - Я… - Мы уже в курсе! - перебил Итадори начавшего говорить Фушигуро, - Пока ты спала, а я готовил, Мегуми звонил учителю Годжо и такую взбучку ему устроил за то, что тот ни сном, ни духом про то, что ты болеть умеешь! Молодчина, Мегуми! - Юдзи был так восхищен, что хлопнул друга по плечу, а тот чуть не расплескал бульон по кровати. - Ничего особенного я не сделал, - заскромничал парень, набирая в ложку бульон заново и потихоньку скармливая болеющей девушке, на Итадори глянув так грозно, что тот руки убрал, поняв, что за подобные жесты ему самому в следующий раз этот удон за шиворот зальют. - Ну, просто как-то так всегда получалось, что я болела, когда Сатору был в командировке, а когда он возвращался, я уже чувствовала себя нормально, - Амаи съела еще ложку бульона. - Да и болею я достаточно редко. Всегда хватало просто отдохнуть, выспаться, и я возвращалась в норму. - Но это не повод с таким плохим состоянием ходить на задания. Особенно когда они такие сложные! - Юдзи гордо почесал указательным пальцем под носом. - Вы с Мегуми одолели проклятье особого уровня. А мы с Нобарой целых два. Правда, вчера нас троих директор все равно отчитал... - Итадори вздохнул. Взбучка от этого дядьки приятной не была. Все трое тогда несколько часов провели на коленях, выслушивая о том, как им повезло, что они смогли справиться с теми проклятьями. И что старших надо было слушаться, и вообще… - Мне, видимо, от дяди Яги прилетит чуть позже, - Амаи вздохнула. В отличие от ребят, она его выслушивала с самого детства. - Не прилетит, - Мегуми подцепил палочками немного лапши, подул и отдал Амаи, - он уже проорался и выпустил пар, тем более мы ему сказали, что ты слегла с температурой, поэтому на ковер не явилась, - тут Фушигуро, пожалев совесть Амаи, не стал рассказывать, что после слов о температуре Годжо-младшей Яга взбеленился еще больше. Оно и понятно было, никто из ребят сам был не в восторге, что девушка поперлась на задание в таком плачевном состоянии, директору тут тоже нечему было радоваться. - Не думаю, что он будет вызывать тебя специально после болезни, чтобы напомнить обо всем и отчитать. Но больше так не делай. Если чувствуешь себя плохо или странно, скажи об этом. Амаи стало еще более неловко. До прошлого года она на все задания таскалась исключительно одна. И пусть почти полгода странствий с Ютой ее немного изменили, какие-то моменты было все еще сложно переделать. - Я постараюсь... - не стала напрямую обещать девушка, но сама себе поклялась, что постарается сообщать ребятам о том, как она себя чувствует. - Кстати, Юдзи, удон очень вкусный, - Годжо улыбнулась, на что парень гордо почесал указательным пальцем под носом, даже немного вздернув подбородок. - Я старался, - Итадори льстило, что девушке нравится его стряпня. - Если захочешь добавки, не стесняйся! И Рю если голоден, то пусть выходит! Мне не трудно еще приготовить, - маг старался убедить девушку, что стесняться нечего и ему не сложно хоть весь день у плиты провести. - Рю спит, - Амаи отрицательно покачала головой. - Он очень устал в битве, а тут еще эта простуда. Так что он несколько дней проспит, восстановит силы. - И тебе надо поспать, - заметив, что удон больше в девушку не лезет, Мегуми решил, что и на этом с нее хватит, для температурящего человека она сегодня даже много поела. - Но сначала лекарства, вылечишься быстрее, - передав почти пустую тарелочку стоящему рядом Юдзи, Фушигуро поднялся, принес со стола полуторалитровую бутылку воды. - И пей воду. Пить надо много, когда болеешь, - открутив крышку, он передал бутылку Амаи, на всякий случай поддерживая ее за донышко, чтобы девушка не облилась. А таблетки ей выдал Итадори, выдавив себе на ладонь жаропонижающее и противовирусное. Амаи выпила лекарство, в изнеможении укладываясь обратно на подушку. Пока Итадори, вспомнив, что у него еще остались охлаждающие пластыри, ненадолго ушел к себе, оставив парочку наедине. - Спасибо, Мегуми, - еще раз поблагодарила девушка парня, вытащив из-под одеяла ладонь, чтобы положить ее на темную макушку, поглаживая торчащие, как иголки у ежа, пряди. Теплая улыбка, ладонь скользнула ниже, на горячую шею, ниже на крепкое плечо, по руке, наконец обхватывая чуть прохладные в сравнении с ее пальцы, прижимая ко лбу, прикрывая глаза от удовольствия. - У тебя рука прохладная, приятно, - пояснила свой внезапный жест девушка, улыбаясь чуть шире и еще более довольно. Мегуми не нашел, что сказать в ответ на это, невольно отводя взгляд и через секунду возвращая его обратно, наблюдая, как на губах Годжо-младшей расплылась блаженная улыбка. Вздохнул, решив дать своей ладони побыть на горячем лбу еще немного, пока кончики его пальцев не согреются. - Сейчас Юдзи принесет пластыри, будет полегче, - чтобы сказать хоть что-то, Фушигуро вспомнил об Итадори, и тот как раз вернулся в комнату, судя по звуку закрывшейся двери. Налепив пластырь на лоб, мальчики прибрали посуду, оставили воду и лекарства на тумбочке, подоткнули одеяло под тело Амаи, чтобы тепло не выходило, и готовы были оставить ее в тишине и покое. - Вечером зайдем, - пообещал Фушигуро, прежде чем задернуть шторы в комнате, поправить пластырь на голове девушки и невольно погладить ее по светлым волосам, прежде чем окончательно покинуть спальню.