Ты мое проклятье

"Я не хочу, чтобы они падали на колени. Надо сделать так, чтобы к моим ногам упали их головы.".

(с) Великолепный век.

Завязать жертве рот, специальными талисманами сцепить руки и ноги было делом техники, а дальше скрыться так же через входную дверь, ведь времени было совсем немного. Сатору Годжо мог вернуться в любую минуту. Маг действительно разминулся с похитителем буквально на несколько коротких минут и тут же нахмурился. Входная дверь приоткрыта, хотя даже в сонном состоянии Сатору отчетливо помнил, что закрывал ее. Тонкие брови тут же сошлись на переносице, Годжо толкнул рукой входную дверь, ставя пакет с едой на банкетку в коридоре, не разуваясь, направляясь в сторону спальни. Если ему повезет, то сегодня еще один проклинатель отправится на тот свет. Если не повезет, то... Хотя больше не повезет тому, кто посмел-таки у него умыкнуть Эйшу. А ведь наутро, когда девушка проснется, у него были весьма приятные планы, и так нагло их портить… Одним словом, тот, кто их разрушил, не жилец. Однако мысли о том, что он быстро и даже почти безболезненно просто убьет гада, померкли, стоило голубым глазам увидеть на подушке характерные следы крови и будильник, которым, похоже, Нэкоцу и оглушили. Ладони сжались в кулаки, по рукам тут же поползли отчетливые силовые вены, сила на короткую долю секунды вырвалась из-под контроля, выбивая напрочь стекла в окнах. Маг тут же взял себя в руки, выдыхая, проводя ладонью по лицу, стараясь успокоиться, но пальцы от злости просто потряхивало. Шаг, за ним еще один, Сатору подошел к окну, с которого сиротливо осыпались мелкие осколки. Эйша, когда увидит, будет на него ворчать, но сейчас эта мысль лишь мелькнула где-то на периферии сознания, тут же исчезая. Шаг вперед, потоки воздуха не создавали сопротивления, позволяя Годжо свободным падением устремиться вниз, приземляясь на фонарный столб, который перекосило от силы мага, что нет-нет, а вырывалась наружу, лизала окружающее пространство, не затрагивая людей, но заставляя проклятья в ужасе разбегаться в разные стороны от мага, который, словно ищейка, устремился вперед, словно знал и чувствовал, куда именно увезли его возлюбленную. Что ж, он не планировал так рано начинать избавляться от верхушки. Клану Камо просто не повезло, что древнее омерзительнейшее ископаемое решило снова воплотиться именно там и именно в гнездо одного из трех великих кланов утащить его похищенную невесту. Зерно здравого смысла в этом решении на самом деле было: оно наиболее укрепленное и защищенное, на виду у всех магов клана, поэтому просто так заявиться туда без объявления войны и начать крушить все вокруг было непозволительно даже Сатору. Нет, конечно, он мог так поступить и с легкостью избавиться не только от Камо, но и от Дзенинов, и даже от осточертевших старейшин, но тогда он станет врагом магического мира номер один. А он своей тактикой избрал не революцию, а реформы и смену поколений. Однако алая кровь возлюбленной на подушках сорвала магу резьбу. Сколько они с Эйшей ни обдумывали варианты развития событий, сколько она ни говорила ему, что выпутается сама в случае похищения, а он просто придет за ней, Годжо отчетливо понимал, что ее не послушает. Он зверел, чуя опасность для своих драгоценных учеников, чего уж говорить о единственной любимой женщине в его жизни? Причем изначально встречи с Нэкоцу не несли в себе никакого романтичного подтекста, да даже заинтересованности! Он всегда знал, что в его плане излишние привязанности только добавят дыр, он будет наиболее уязвим. Ему с головой хватало подопечных в лице Амаи и Мегуми, учеников, но кто ж знал, что у судьбы настолько преомерзительнейшее чувство юмора? Поначалу встречи с Эйшей не несли в себе даже намека на романтику. Он просто проверял девушку, ее силу, ее причастность к магическому миру, хотел лишь перетянуть на свою сторону еще одну значимую фигуру. А потом... Действительно, а когда все началось? Когда его чувства к ней начали меняться? Сейчас это было не важно. Как и то, что он уничтожит, ну или порядком потреплет один из самых могущественных кланов. Отбрехается потом как-нибудь. Ему не привыкать. А вот даже мысль о том, что Эйша сейчас где-то в руках этого фанатичного урода, заставляла кровь в венах кипеть не на шутку! Его, кажется, не ждали так быстро или просто решили, что у него духу не хватит сунуться на территорию клана Камо, но стражники на воротах даже не решились его останавливать. Просто убежали куда подальше, хотя даже так сила, что рвалась из-под контроля, уничтожившая ворота, задела и их, превращая в трупы. Он просто развеивал их подобно проклятьям, устремляясь вперед. Тяжелые шаги по внутреннему двору традиционного японского дома, голубые глаза выхватывали малейшее движение, засекая убегающую в ужасе прислугу. Кто-то уже успел доложить о проникновении, и из дома выбежала охрана, удивительно преданная клану, раз не убоялась гнева сильнейшего мага. И Годжо хватило бы одного щелчка пальцами, чтобы воспользоваться «Пурпурным» и сравнять здесь все с землей, но на крыльцо дома вышел мужчина. В солидных годах, он выглядел уверенно и невозмутимо, стукнув тростью по деревянному настилу, устремив на вторженца взгляд разномастных глаз. - Как это понимать, Годжо Сатору? Магу пришлось глубоко вдохнуть и очень медленно выдохнуть, чтобы не прихлопнуть гада прямо здесь и сейчас. Он мог выследить Гето по остаточному присутствию проклятой энергии, а после того случая в Сибуе и вовсе понять, что перед ним то самое существо, что посмело вселиться в тело лучшего друга, было проще простого. Его тогда переполняла такая злоба, что он запомнил все до последней вспышки, до последнего отпечатка. Крылья носа широко раздувались, когда маг сделал еще один глубокий вздох, насыщая легкие кислородом. Одна рука поднялась, складывая пальцы в знакомую всем магам до боли фигуру - использование «Пурпурного», что дрожало сейчас на самых кончиках, грозя сорваться в любую секунду. - Думаю, в ответе ты не нуждаешься. Вернешь ее по-хорошему, или мне таки упокоить тебя, мерзкое существо? - Сатору прищурил голубые глаза, а пальцы чуть дрогнули. Маг без дальнейших слов предупреждал, что будет с окружающими и вообще всем кланом Камо, если ему немедленно не отдадут Эйшу. Мужчина напротив замолк, смерив Годжо внимательным и долгим взглядом. Он превосходно держал на лице маску невозмутимости, не выходя из роли главы клана, в тело которого вселился, и никак не выдавая окружающим своей истинной сущности. Хотя с проклятой техникой Камо Нобунаги можно было и не скрываться, с легкостью держа под контролем всех людей этого дома. - Второй раз на одни и те же грабли, Сатору, - не стал маг прикидываться дурачком и делать вид, что не имеет ни малейшего понятия, почему к ним на порог явился разъяренный Годжо. - Личные привязанности создают бреши в твоей идеальной защите, разве ты это не понял еще в случае с Гето? Ты не смог избавиться от тела лучшего друга, в результате чуть не угодил в западню. Теперь неудавшаяся госпожа Годжо не только сама в опасности, но и для тебя является слабостью, которой легко воспользоваться, - Нобунага поспешил назидательно покачать указательным пальцем, видя, что Сатору начинает терять терпение. - Не горячись. Ты ведь не знаешь, где она, а твой «Пурпурный» хорош тем, что сносит все подчистую. Или сам хочешь обустроить своей невесте могилу? Сатору оскалился, походя на вздыбившегося белоснежного волка. Но руку опустил. Действительно, он погорячился. Использовать «Пурпурный» сейчас чревато последствиями. Эйша хоть и поглощает проклятую энергию, еще и скажет спасибо за сытную трапезу, рисковать не стоило, кто знает, в каком она сейчас состоянии? Вдруг без сознания? Тогда он действительно рискует ее уничтожить ненароком. - Итак, - маг хоть руку опустил, из боевой стойки не вышел, выкидывая ее в сторону, уничтожая решившего наброситься на него слугу, отчего брусчатку перед домом снова окропило кровью. - Говори, где Эйша. Нобунага закатил глаза с таким видом, словно разговаривал с последним упрямцем. - Я хотел немного приодеть ее для приличия, все-таки госпожу вытащили прямо из кровати, но раз ты так жаждешь ее видеть... - он вальяжно откинул руку в перчатке, поманив кого-то пальцем из глубины дома. Приближающийся силуэт приобретал все больше черт по мере того, как солнечные лучи озаряли его. Выхватили босые ноги, шагающие по доскам, тонкие лодыжки, край знакомой ночнушки... Рядом с главой клана нарисовалась фигура Нэкоцу, растрепанной после сна и похищения, с рассеченным виском, из которого на правую половину лица натекла кровь. Девушка оказалась почему-то не связана ни веревками, ни талисманами и шла словно по доброй воле, но глаза ее были закрыты. - Советую не делать глупостей, - предупредил Нобунага, под контролем которого находилась сейчас Нэкоцу. - Сволочь... - прорычал Сатору, который хотел было броситься к Эйше, но которому пришлось остаться на месте. Родовая способность Камо сейчас слишком сильно портила магу жизнь и кровь, ведь так хотелось разбежаться и врезать этой мрази, а еще лучше упокоить его. Все отчетливо ощутили, как от мага во все стороны расходятся темные волны проклятой энергии, как она давит на окружающих людей. - Тебе конец, - сжатые кулаки, резкий рывок вперед, невидимый чужому глазу с использованием проклятой энергии, и Сатору оказался снова на своем месте только уже с Нэкоцу на руках. Один только вид крови девушки, что залила ей приличный участок кожи, заставлял кровь в венах превратиться в кипящую лаву. Не сказать, что Камо ждал от выскочки Сатору послушания и переговоров. Его первоначальный идеально выверенный план обернулся крахом из-за маленькой неучтенной детальки - той самой девушки в руках мага. Нобунага так и не добыл достоверных доказательств, но сам был уверен на девяносто девять процентов, что Нэкоцу и есть та самая коварная пешка Годжо, все сходилось именно к ней. Фигура, голос, необычные глаза, походка - он сумел запомнить это во время битвы в Сибуе. К тому же слишком подозрительным совпадением был факт, что именно после Хеллоуина Сатору внезапно обзавелся невестой, и хоть Камо думал сначала все проверить и узнать способности девушки, это оказалось задачей, требующей слишком больших временных затрат. Сведения о Нэкоцу были уничтожены, кроме общеизвестных, подобраться к ней было невозможно из-за ищейки Годжо, оберегающей девушку двадцать четыре на семь. А залечь на дно и разработать новый план не позволял факт, что существование самого Камо было раскрыто, и Сатору станет копать, в кратчайшие сроки найдя ниточки, ведущие в новое укрытие. Поэтому не осталось ничего, кроме как под видом шантажа совершить риск и подлость. В итоге все привело к открытой конфронтации. Годжо четко дал понять, что наплевал на мнение старейшин и свою репутацию, что не уйдет отсюда, оставив Нобунагу в живых. Раз так, значит ситуация сводилась к простейшему раскладу: сегодня выживет только один. - Я же сказал не делать глупостей... - вздохнул маг с усталым видом, потерев точку между бровей. Выпрямившись, щелкнул пальцами и сказал: - Нападай. Эйша в руках Сатору тут же вскинулась, выуживая из складок подола нож, целясь магу точно в горло, но вонзая в плечо. Точно в мышцу, минуя все важные артерии, словно Годжо за секунду успел удачно уклониться, но он понимал, что этого не делал - от такой подставы не успел среагировать. Как и произнести хоть что-то, когда накинувшаяся на него и вполне себе вменяемая Нэкоцу тихо произнесла: - Прости, любимый, - она его даже умудрилась незаметно поцеловать в щеку в знак утешения. - Подыграешь? Откинешь меня к этому ублюдку? Сатору выпал в осадок повторно. Сначала с того, что ему только что самым наглейшим образом продырявили плечо, чего с ним не случалось вот уже больше десяти лет! А затем с того, что поганка Эйша все это время находилась не только в сознании, но и никак не подчинялась этому древнейшему ископаемому! Он тут волновался, может даже поседел, если бы цвет его волос и так не был серебристо-белым, отчего в целях хоть какого-то обретения душевного равновесия хотелось врезать Нэкоцу по ягодице! Годжо оскалился еще больше, морща нос, показывая ряд зубов из-под верхней губы. Эйша пусть на нем хоть миллион ран оставит, но швырять ее к этому маразматику он не собирался! Еще чего не хватало! Он и в подростковом возрасте умудрился подраться с девочкой на руках, так неужели не справится и сейчас. - Лучше держись за меня крепче, любимая, - поистине безумная, полная торжества усмешка и Сатору кинулся вперед, задействуя свои техники, нападая на Камо, практически не обращая внимания на его тщетные попытки хоть что-то ему противопоставить. Тот не понял, что только что произошло. Влил еще своей проклятой энергии в Нэкоцу, заставив ту дернуться и чертыхнуться от боли, впиваясь ногтями Годжо в плечи. Состояние и так оставляло желать лучшего, девушка держалась в сознании на адреналине и упрямстве, иначе гудящая из-за удара голова давно отправила бы ее в небытие, откуда она вырвалась с таким трудом. Последнее, что она помнила до обморока - удар будильником по виску, а следом темнота, из которой вырвал поток чужой проклятой энергии. Очевидно, Камо хотел взять ее под контроль, как марионетку, и сперва у него даже получилось, пока сознание Эйши не пробудилось от чужеродной энергии, управляющей телом. А дальше поглотить его энергию и развеять технику было делом собственной способности, приходя в себя в момент, когда Нобунага заставил выйти в одной ночнушке во двор, а кожу обдал мартовский холод. Но эта сволочь явно не оставляла надежд на управление телом Нэкоцу, пытаясь подчинить технике, заставляя мысленно сражаться и преобразовывать все в топливо для своих умений. Давалось это трудно из-за двоящихся в голове мыслей и боли, а резкие выпады Годжо делали лишь хуже, сбивая вестибулярный аппарат с толку. Грохот, переругивания мужчин между собой, потоки воздуха и бешеной проклятой энергии смешались в одно смазанное действо, где приходилось титаническими усилиями воли ловить концентрацию. Нэкоцу уловила момент молниеносного поворота Сатору, оказываясь лицом в сторону врага, вскидывая руку, смертоносным боевым веером посылая впитанную проклятую энергию обратно. Словно пара десятков кинжалов, она врезалась в стену дома, барабанящим звуком настигая уворачивающегося Камо, с каждым последующим становясь все ближе к жертве. Шух! И вот, в ладонь мужчины впился тот самый нож, посланный вместе с техникой, вгоняясь в плоть до середины лезвия, пригвождая мага на месте. Сатору только подумал, что лучше бы Эйша целилась в голову, чтобы сразу и наверняка задеть это проклятое во всех смыслах этого слова существо. На физическую оболочку тому было практически без разницы, маги только моргнуть успели, как рука пошла вверх, разрывая кожу, мышцы, сосуды и сухожилия, сращивая все обратно при помощи обратной техники, которая была доступна проклятьям. - Прости, милая, придется тебе потерпеть еще немного, - новый пасс рукой и от внушительной части старинного особняка не осталось и следа. Дерево крошилось как хрупкая глина, стекла трескались, пластик и вовсе напоминал детскую игрушку в руках взрослого. А тот гад взял и снова увернулся! Вдобавок, он прибег к новой тактике. Понимая, что девчонка отчего-то не поддается его технике, Камо бросил эту затею, решив давить числом. Быть может, справиться с Годжо Сатору у него и не выйдет, но сбежать - вполне возможно, чтобы на сей раз затаиться, поскольку план убить мага руками его же невесты не сработал. Чертова пешка! Техника контроля окутала весь дом Камо, вызывая на поле битвы новых противников. Магов всех имеющихся рангов, простых людей - всех. Она не сработала только на противниках: на Нэкоцу по неизвестной Нобунаге причине, а по поводу Сатору он был не удивлен - его защита была непробиваема по всем фронтам. Ну, почти. - Нападайте! - крик мужчины огласил начало не равного по числу боя, маги и слуги бросились к Годжо одномоментно, совсем не отдавая отчета своим действиям. Вот уж чего бы Сатору хотел избежать, так это бессмысленной бойни, понимая, что это чертово проклятье в очередной раз пытается от него удрать! «Не в этот раз!» - маг мигом оказался перед противником, который этого совершенно не ожидал, пока слуги клана Камо сбились в одну кучку, убивая друг друга без его помощи. Хотя некоторых и зацепило его техникой. Годжо безумно ухмыльнулся, вступая в рукопашную. Удар по челюсти ребром ладони, блок, снова удар по шее, кулаком в переносицу, укрепляя тело при помощи техники, действуя так быстро, что человеческий глаз просто не успевал уследить за магом, которому было подвластно само время. Снова удар, схватить за руку, нанося атаку пяткой в солнечное сплетение, еще и дергая на себя, слушая противный хруст ребер. Немного перестарался. Но того, кто посмел использовать тело Гето, просто разорвать голыми руками было мало! Сатору схватился теперь обеими руками за голову, нанося удар коленом в нос, разбивая его, основательно вминая в череп, который, кажется, треснул, ведь направление было снизу-вверх, похоже, кость вошла точно в мягкий мозг проклятья. Или просто раскрошилась, уткнувшись в барьер из проклятой энергии, обеспечивая долгую и болезненную смерть. Пальцы уже нащупали шов, чувствуя под подушечками неровности ниток. И все это не отпуская Эйшу, которой пришлось зажмурить глаза, так как вестибулярный аппарат протестовал с каждой секундой! Снова мерзкий хруст, чавканье, в одну руку вонзились зубы проклятья, которое явно не собиралось сдаваться так просто, но не могло вырваться, будучи запечатанным на территории Годжо. Когда и, самое главное, как он смог ее сотворить, оставалось загадкой для всех, кроме самого мага. Применение техники и наконец-то обезображенное, переломанное в нескольких местах тело, упало на землю, а Эйша теперь сидела на здоровой руке мага, в то время как из второй упрямо продолжала хлестать кровь, только теперь уже в двух местах. Первая осталась от раны, оставленной ножом, а другая потоком лилась из прокушенной этим гадом руки, он каким-то образом умудрился ему раскрошить несколько костей и разорвать сосуды. Но все это казалось мелочью на фоне того, что любимая теперь была цела и находилась у него. Правда, о ее состоянии маг совсем не успел подумать, заметив, что Нэкоцу била крупная дрожь, лишь после расправы над своим врагом. - Сатору... отмени территорию... - Эйша совсем ослабла от темпа битвы, а аура внутри территории мага и без того была мощной, давя на магов в полностью боевом состоянии, простых людей попросту убивая на месте, так чего говорить про ослабленную девушку? Звон в голове превратился в гулкое давление, висок разнылся, а под носом Нэкоцу обнаружила горячую кровь. И то случайно, накрывая ладонью рот, чувствуя дикий наплыв тошноты и слабость, а еще холод, от которого окончательно промерзли ноги, даже нутро постепенно леденело. - Иначе я сейчас сознание потеряю, и привести меня в чувства ты вряд ли сможешь, - проворчала она. Тот вздохнул. Хотел было полностью взять Нэкоцу на руки, но раненая плохо слушалась, отчего пришлось обойтись малым: отменить территорию, постараться удобно пристроить девушку на здоровой руке, позволяя ей навалиться на здоровое плечо своим телом. Маги, которые приходили в себя после использования техники "главы клана", тут же бросились вперед, но один только взгляд сейчас не скрытых повязкой или очками голубых глаз вызывал желание немедленно заработать сердечный приступ или хотя бы обморок! - Подойдете, и вы все трупы, - злобная рычащая интонация. Было видно, что Сатору еще не до конца успокоился, что сила нет-нет, а неподконтрольно рвется наружу, и он будет в столь неадекватном взвинченном состоянии до тех пор, пока с Эйшей не будет все нормально. Маг медленно вышел с чужой территории, не рискнув рисовать печать перемещения, просто вышел на дорогу, поймав первую же попавшуюся машину. Шокированному водителю, который пытался что-то возмущенно высказать, сунул из кошелька прямо в руку всю имеющуюся наличность, заботливо уложил Нэкоцу на заднее сиденье, а водителя весьма аккуратно вытащил из машины, сам усаживаясь на пассажирское сиденье, вжимая педаль газа в пол, чтобы как можно скорее добраться до Сёко. Несчастному лишь бросил напоследок, что тот сможет забрать свою машину по такому-то адресу. Эйша на заднем сидении спустя несколько минут притихла, что заставило Сатору нажимать на педаль газа сильнее. Он бы окончательно запаниковал, если бы не видел в зеркале заднего видения, что грудная клетка девушки поднимается и опускается, обозначая вполне равномерное дыхание - видимо, Нэкоцу просто отключилась, чтобы не терпеть боль, зябко поджимая колени к животу, пряча руки на груди. К сожалению, дорога до техникума таким способом заняла у мага время, Эйша успела окончательно продрогнуть, а Сатору взбеситься до крайности, рискуя вспыхнуть по любой неприятной причине. Оказавшись на парковке, он выскочил из авто, вытаскивая девушку и беря на руку, чуть ли не бегом помчался в сторону лазарета. Облегчением было то, что Сёко оказалась именно там, стоило голубым всевидящим глазам мага разглядеть это. О входной двери Годжо уже не беспокоился, вынося ее пинком, заставив школьную подругу вздрогнуть от неожиданности и повернуться, уже готовясь рявкнуть на единственного человека, что таким бесцеремонным образом мог заявиться в ее обитель, но осеклась. - И в какую передрягу ты влез на этот раз?.. - Не задавай сейчас вопросов, - Годжо широкими шагами преодолел расстояние до кушетки, опуская на нее девушку, отходя в сторону. - Давай, делай свой бум, бах и прочее, - не приказ, просто сухая просьба, но Сёко отчетливо видела, что у Годжо дрожат пальцы, а челюсти так плотно сжаты, что всерьез можно было начать опасаться за зубы мага. Иери хватило двух секунд, чтобы осмотреть мага, заметить его раны, на которые ему явно было плевать. Зато не плевать на холодную, как труп, девушку с рассеченным виском, явно потерявшую прилично крови. Вопросов было много, но лечение первоочередно, и Сёко без лишних заминок занялась, как она предполагала, той самой невестой Годжо, вокруг которой в последнее время было столько шума. - Вижу, дело серьезное, - не начало расспросов, скорее объяснение своих действий, - я зафиксирую травмы. Вдруг пригодится, когда будешь расхлебывать неразбериху. Более Иери не произносила ни слова. Осмотр, снимки и заполнение кратких заметок заняли больше времени, чем применение обратных техник, зарастивших рассечение на виске, даже потерю крови удалось немного восполнить, нормализовать давление, отчего кожа Нэкоцу вскоре вновь приобрела краски. - Она в норме, - маг дала понять, что с одним пациентом закончила и теперь Эйша просто отдыхает, повернулась к Сатору. - Разбудить, чтобы ты успокоился? - Нет. Пусть отдохнет, восстановит силы, - маг поднял руку, на которой не хватало куска плоти, больше на рефлексах, чем показывая, что подругу детства ждет еще одна нелегкая работенка. А ведь на этом парне она не применяла проклятых техник курса с третьего! - Потом сама проснется, - Годжо доверял Сёко так же, как себе или Гето в прошлом, пока у друга не сорвало резьбу и их мир не разделился на до и после. Отошел к шкафу, отодвигая створку, вытащил теплое одеяло, которое бережно накинул на Эйшу, даже по бокам подтолкнул, чтобы драгоценное тепло не выходило наружу. - Я могу ее забрать? - магу, похоже, было глубоко пофигу на собственные раны и приличную кровопотерю, у него у самого губы были нездорового синеватого оттенка, но все это было столь мелочным на фоне желания как можно скорее отнести Эйшу к ним домой. - Куда?! - резко не поняла Иери, куда этот бестолковый парень намылился. Подскочила, вставая между ним и спящей девушкой, раскидывая руки в стороны, после чего резко влепила магу по лбу. - Ты себя видел?! Я тебя с ранами видела последний раз... еще в студенчестве! Я могу не доставать вопросами на тему, откуда ты такой побитый притащился и каких проблем создал, но отпустить раненого, раз пришел уже, не могу! А ну садись. Не получишь свою ненаглядную, пока я не закончу. - У-у-у... - вдруг подала из-за спины Сёко голос Эйша, прикладывая ладонь к излеченному виску и жмурясь. Сатору тут же положил здоровую руку Иери на плечо, отодвигая ту в сторону, обеспокоенно склоняясь над явно очнувшейся от громких воплей Нэкоцу. У мага даже дыхание перехватило, и он напрочь забыл о том, как надо дышать и что вообще делать, только голубые глаза обеспокоенно бегали по женскому лицу, улавливая хоть малейший признак того, что девушке все еще больно. - Эй... ша? - голос подвел, сорвавшись на хрип, заставляя закашляться, прислоняя кулак к губам, отворачиваясь, пока Сёко бубнила что-то на тему влюбленного по самые уши идиота. Нэкоцу ответила не сразу, разлепляя глаза и обводя взглядом слишком светлое помещение, щурясь от яркого света холодных ламп. К счастью, голова уже не напоминала разбитый, свалившийся с вершины колокол, хотя в теле ощущалась дикая слабость, а еще что-то было не так. Эйша понимала, что в одной ночнушке продрогла до костей благодаря этому придурку Камо. - Мне лучше... - наконец еле слышно ответила она, накрывая горло рукой, слегка прокашлявшись, попыталась сесть. И тут вдруг в голове переключился тумблер, и с языка посыпались вопросы: - А что с кланом Камо? Только не говори, что ты оставил там бардак и просто ушел?! - встрепенулась девушка, едва не соскальзывая с кушетки прямо на пол, - Надо же оповестить директора и мою мать! Спрятать твоих учеников! Подготовиться к тому, что старейшины обвинят тебя в нападении и вынесут приговор! Мы должны первыми выдвинуть обвинения и свести ущерб к минимуму! И... А! Что с твоей рукой?! Сатору только оставалось удивленно брови приподнять. Типичный офисный работник. Не успела до конца в себя прийти, как тут же задала миллион и еще столько же вопросов. Однако последний вызвал едкую усмешку на красивых губах. - Неужели ты забыла, как собственными руками вонзила мне в эту самую руку нож? – Годжо, правда, не учел, что за время битвы кровь из разрезанной мышцы лилась не переставая, отчего у него сейчас была залита примерно половина тела. Благо кровь успела свернуться, оставшись запекшейся коркой, а то был хоть и небольшой шанс умереть от кровопотери. Наблюдавшая за этим, Сёко не переставала удивляться и шире открывать рот, роняя челюсть на пол. Воспользовавшись удивленной заминкой Нэкоцу, встряла в разговор парочки, почему-то предчувствуя переругивания: - Да что у вас, черт возьми, случилось?! Бытовая поножовщина на почве ссоры? А потом собственная невеста решила тебя загрызть?! - указала она на укус на руке Годжо. - Вообще-то это было ради того, чтобы ублюдок Камо думал, что я все еще нахожусь под его контролем, и подпустил к себе, тогда бы тот нож благополучно оказался у него в черепе! - горячо возмутилась Нэкоцу, цепляясь за локоть Сатору и с беспокойством осматривая, бросая взгляд на Иери с надеждой в бирюзовых глазах. - Но ты все опять сделал по-своему... - Вот еще, позволю я тебе босыми ногами ходить по голой земле и марать об эту мерзость свои руки, - Сатору недовольно фыркнул словно сам был большим пушистым серебристым котом, но было видно всем и каждому, что забота девушки ему приятна. - И не переживай ты так, - маг склонился, оставляя на лбу Эйши, рядом с линией роста волос, теплый поцелуй, - у нас есть почти сутки, чтобы решить все вопросы. А учеников тревожить не будем, незачем беспокоить молодежь. - Но... - Нэкоцу явно было что еще сказать, бирюзовый взгляд беспокойно бегал по лицу и раненой руке мага, мысли в голове метались от одной к другой. И если прямо сейчас вскочить и помчаться решать проблемы не позволяло собственное состояние, то один момент они могли уладить на месте. - Руку тебе все равно надо вылечить. - Вот именно! - напомнила о себе Сёко, хватая паршивца за локоть и потянув на кушетку с противоположной стороны, чтобы присел, пока она будет его лечить. Сатору хотел было поначалу отмахнуться, кровь идти перестала давно и можно было для начала доставить Эйшу домой. Но раз она очнулась, то можно немножко с этим повременить. - Ладно уж, - вздохнул маг, протягивая подруге детства покалеченную конечность. Хотя собственные раны - то, о чем Годжо думал в самую последнюю очередь. Иери с его ранами провозилась минут двадцать. Сёко не забывала во время процесса ворчать и выпытывать у парочки подробности передряги, в которую они угодили. Годжо пытался юлить, но от пары вопросов все равно не ушел, тем более что Эйша, чтобы ее не сморил обратно сон, не только наблюдала за лечением, но и участвовала в диалоге. Картина вырисовывалась тревожная: хоть они и ожидали, что рано или поздно на Нэкоцу случится успешное нападение, девушка думала, что до открытого боя, который можно истолковать неверно, не дойдет. Что она сама разберется в стане врага, но у Сатору на почве волнения за нее сорвало крышу. Она бы ощутила себя настоящей дамой в беде, за которой пришел рыцарь, если бы так сильно не беспокоилась, как теперь этого самого рыцаря от казни спасать. Хотя примерный план действий оказался наметан в голове за то время, пока Годжо латали, и здорово помочь в нем могли зафиксированные Сёко травмы. Годжо и сам знал, как будет действовать и что делать. Шутка ли, у него похитили невесту, при этом едва ли не размозжив ей голову?! Да за такое и убить было мало! В магическом мире все давно поняли одну простую истину: Сатору как змея, полезный, мирный, пока его не тронут, но если наступили на хвост, то дело дрянь. К тому же весь прошедший месяц маг не забывал копать и собирать информацию, подключив все свои фигуры. И пока выходило так, что даже если его немедленно вырвут на совет старейшин и прикажут уничтожить (чего не случится ни под каким предлогом, так как эти древние ископаемые знают, что он так просто лапки не сложит и убить себя не даст, а в процессе будет уничтожена львиная доля Японских островов), он сможет выкрутиться, устроив так, что придется запустить полноценное дело. А это опять-таки невыгодно для верхушки. Годжо только дай палец, он им руку по плечо откусит. - Спасибо, - кратко поблагодарил маг, положив ладонь на зажившее плечо, разминая руку круговыми движениями, проверяя, все ли в порядке. - Ну, нам теперь можно и домой. Эйша с этим согласилась. Все-таки для ряда решения проблем нужен был ее телефон, который остался дома. Одеться и привести себя в приличный вид не помешало бы, хоть раны ей и вылечили, кровь на теле все равно осталась. Нэкоцу не слишком хотела расставаться с теплым одеялом, но пришлось, опасливо спуская ноги с кушетки на пол. Боли уже не было, но слабость осталась и, что удивительно, в целом девушка чувствовала себя неважно, но смогла встать самостоятельно. - Ну, вот куда побежала?! - недовольно пробубнил Сатору, тут же подходя к Эйше, нависая над ней с таким видом, что невольно в голове пробежали мыли о том, что он сейчас даст ей по попе в воспитательных целях. Может так и поступил бы, не будь девушка ослаблена после битвы. Нагнулся, чтобы зацепить рукой одеяло, накинул на рыжую макушку, заворачивая девушку как в какой-то кокон, только после этого поднимая на руки. - Одеяло потом верну, - Годжо ослепительно улыбнулся Сёко, которая лишь помахала рукой в выпроваживающем жесте, массируя пальцами переносицу. Нэкоцу не стала сопротивляться и даже возмущаться или ворчать. Напротив, она благодарно улыбнулась, удобно устраивая голову у Сатору на плече, прислоняя горячий, пышущий жаром лоб. - Все нормально с рукой? - с легким беспокойством поинтересовалась она, стараясь гнать угрызения совести, любезно напоминающей о ножевом ранении от самой Нэкоцу. - Все хорошо. Поверь, бывало и хуже, - Годжо вспомнил тот день, когда у него уехала крыша. В тот момент отец Мегуми в нем так конкретно дырок оставил: распорол горло и грудную клетку, даже в голову клинок вонзил с целью проткнуть мозг и уж точно отправить юного мага на тот свет. А Сатору, словно насмехаясь над ним, не только выжил, но и ответно надрал ему задницу. - Ты молодец. Хорошо держалась, хотя я порядком за тебя переволновался. Маг знал, что Эйша - девушка сильная, что она может и сама выбраться из передряги. Но в тот момент, когда он увидел кровь на подушке и будильнике, мир словно перестал существовать, отключив мозги, затопив их эмоциями. - Я так и поняла. Судя по тому, как быстро ты примчался и насколько отчаянно бился, крышу у тебя из-за меня сорвало окончательно, - Эйша думала, что из-за случившегося сегодня чувствовала только тревогу за Сатору, но стоило произнести эти слова вслух, поняла, что ей все-таки приятно. Пусть Годжо не признавался ей в любви, как это представляет себе любая девочка, его страх за нее, беспокойство и готовность помочь говорили сами за себя, обо всех его чувствах. - Я уже в порядке. Ну, почти... - Нэкоцу приложила ко лбу запястье, подозревая, что у нее к вечеру поднимется температура, а после сегодняшней прогулки в одной ночной рубашке она основательно заболеет. Сатору и сам понимал, что шансы подхватить простуду у девушки весьма большие. А проклятыми техниками такое не лечится. Придется, как они окажутся дома, самому идти в аптеку, запасаться лекарствами и пичкать ими девушку, чтобы та совсем не расхворалась. - Ничего. Отдых, лекарства и вкусная еда тебя быстро на ноги поставят. Я ведь как-то говорил, что буду о тебе заботиться, - Сатору вышел из здания, где у входа его ждал Идзити, который должен был отвести их домой. А то собственная машина Годжо осталась на подземной парковке у них дома, а человек, у которого он бессовестно угнал транспорт, должен был в скором времени прийти и забрать свою машину. Если, конечно, от шока он верно расслышал нужный адрес. Загрузившись на заднее сиденье и заботливо уложив голову Эйши себе на колени, Годжо наконец-то позволил себе немного расслабиться, запрокидывая голову назад, прикрывая глаза и шумно выдыхая, но с какими-то одному ему понятными нотами горечи. Нужно было многое переварить, и, увы, история на сегодняшнем бое не заканчивалась. Как и сказала Эйша, старейшины и кланы какое-то время будут трепать ему нервы и пытаться самозащиту всячески выдать за промах, чтобы повесить на Годжо какое-нибудь наказание. Он у них давно как бельмо на глазу, которому закон не писан. Но ничего, со всеми их нападками можно справиться. Главное, чтобы учеников не тронули. - Все будет в порядке, - от собственных мыслей отвлек тихий женский голос и прикосновение. Эйша поймала мужскую ладонь в свою, переплетая пальцы в знак поддержки. - Ты не один. Я помогу тебе со всем справиться, и не спорь. Ты ведь не забыл? Даже сильнейшему в мире человеку нужна поддержка. - Спасибо, - Сатору и сам понимал, что в ближайшее время ему будет несладко. Особенно первые несколько дней. Сейчас клан Камо оклемается, и посыпятся в совет старейшин на него претензии в количестве сотен и тысяч миллионов. Длинные пальцы ласково зарылись в коралловые волосы, чуть почесывая, перебирая прядки, лаская девушку как большую кошку. - Твоя помощь мне точно пригодится. Но старайся не перенапрягаться. - Я ведь не фарфоровая, - буркнула Нэкоцу, - не волнуйся. План действий у меня уже есть, и то, что официально я обычный гражданский, которого без причины похитили маги, нам только на руку, - голос ее становился тише, а рыжие ресницы опустились. Сложно было удерживать себя в сознании, когда ты более-менее удобно лежишь, тело наконец отогрелось, а волосы приятно и ласково перебирают ловкие пальцы. Годжо мешать не стал. Позволяя девушке провалиться в спокойный восстанавливающий сон без сновидений, пока они пробирались по вечерним токийским пробкам, времени прошло прилично. Маг, едва они заехали на подземную парковку, отправил Идзити в аптеку за лекарствами от простуды, наказав купить все, что может пригодиться: от температуры, кашля всех видов, насморка и больного горла, ну и противовирусное в придачу. А сам занес Эйшу к себе в квартиру, представляя, какой в ее стоит дубак из-за выбитых несколько часов назад окон. На завтра надо обязательно вызвать замерщика, а сейчас, удобно пристроив девушку в своей кровати, Годжо залез в телефон, заказывая на двоих поздний завтрако-обедо-ужин. Эйша не просыпалась еще минут сорок, до прихода курьера. Сатору как раз ушел его встречать в прихожей, когда девушка оторвала тяжелую голову от подушки, ощущая, что температура все-таки поднялась. Потому и сон был чуткий, неполноценный, Нэкоцу прекрасно слышала, как они приехали домой и как маг послал своего подчиненного за лекарствами, как вздыхал все это время рядом. - А почему мы здесь?.. - прозвучал тихий и чуть хриплый вопрос в адрес зашедшего в комнату Годжо. - А где нам еще быть? - Годжо как раз зашел в комнату, держа в одной руке большую курьерскую сумку с горячей едой, а в другой меаленький пакет с лекарствами, которые принялся раскладывать на прикроватной тумбочке, изучая, что для чего применяется. - Если ты о том, почему мы в моей квартире, то... - тут маг неловко отвернулся, почесав в затылке, взлохматив и без того растрепанные белые волосы, вздохнув, явно готовясь заслуженно получить по одному месту. - Ну, ты в нее вернешься только дня через три, может чуть больше. Но, - тон тут же изменился, становясь громким и суетливым, наполненным оправданиями, - все необходимое я принес. Даже про зубную щетку и косметичку не забыл. - Сатору, - несмотря на легкое, но уже немного неприятное ощущение в горле, Эйша напрягла голосовые связки, сощурила бирюзовые глаза, одолеваемая нехорошим предчувствием. Годжо уже ждал заслуженных претензий, но с удивлением заметил насмешливую улыбку девушки, которую та попыталась скрыть. Все-таки слегка позабавил факт, что страшный всесильный маг боялся гнева любимой женщины и хоть был простофилей по части романтических ухаживаний, в повседневной жизни старался быть заботливым и внимательным. - Что ты сотворил с моей квартирой? - тут Нэкоцу прибегла к неожиданной технике, приподнимаясь на постели и оказываясь рядом. Годжо привык к ее ворчанию и вредности и потому ожидал нечто подобного, еще не зная, что в арсенале этой дамы есть и такой инструмент, как обманчивая ласка и обольщение. Закинув руки на мужскую шею, Эйша словила его в капкан, приближаясь к красивому лицу и промурлыкав: - Признавайся. - Ну... - Годжо пришлось запрокинуть голову назад, чтобы предательски не тонуть в двух бирюзовых океанах глаз Эйши. - В твоей спальне пострадали окна. И удивительно, что только они, а не стены, пол, потолок и еще с несколько десятков этажей вниз, вверх и в стороны, с учетом того, как сильно бушевала в нем проклятая энергия в тот момент, когда он понял, что случилось с его невестой. - Там сейчас холодно, а ты болеешь, - добавил маг, прикрывая глаза и готовясь заслуженно получить по шее. И вот всегда так. Ты можешь быть грозой магического мира, держать в страхе проклятья особого ранга, трепать нервы совету старейшин и вообще показывать всем, что управы на тебя нет, но стоит влюбиться, крепко и всерьез, и ты начинаешь бояться гнева своей второй половинки. Скорее даже не так, ты до смерти не хочешь ее расстраивать и делать так, чтобы в вашей жизни начинался разлад. Секунда, вторая, третья - Эйша продолжала молчать. Вздох, и места под левым глазом коснулись губы девушки, после чего она отстранилась. - Ладно, на сей раз не буду ругаться, хватит и того, что тебе самому немного совестно передо мной, - решила Нэкоцу, что трата нервов на сегодня окончена и ее ворчание может оказаться даже несправедливым. - В качестве наказания поможешь мне отмыть запекшуюся кровь с волос. Сатору выдохнул с заметным облегчением. Шутка ли, Эйша очень дорожила своей квартирой, и одному только богу было известно, ссора какого масштаба ждала его. Но удалось обойтись без последствий. А помочь помыться девушке он только рад. - Тогда идем в ванную, - закинув на одно плечо пижаму и халат для Нэкоцу, Годжо поднял девушку на руки, направляя свои стопы, в голове уже набросав план действий. Помыть, высушить волосы феном, накормить едой и лекарствами, а затем уложить в постель, оставив все проблемы на завтрашний день. Он и так успел решить самую важную часть из них, пока девушка отсыпалась. Предупредил директора, напряг Нанами и Мэй, Сёко тоже досталось. Все были при деле. А он может позволить себе отдохнуть до завтрашнего дня. - Это, конечно, не твоя кровать, но с замерщиком окон я договорился на завтра, - говорил маг, накрывая Эйшу одеялом до самого подбородка, снова вздыхая, глядя на электронные часы, которые показывали начало двенадцатого. - Не так я планировал этот день. Совсем не так, - Годжо снова начинал не злиться, но немного закипать, сжимая руки в кулаки и сводя брови на переносице, даже в глубине горла что-то очень недовольно клокотало. - А у тебя были какие-то планы? Помимо тех, которыми ты обычно грузишь мое утро в выходной, не выпуская из постели, - Эйша позволила себе улыбку, но, заметив помрачневшее выражение лица, вытянула руку, погладив Сатору по щеке. - Конечно, сегодня много неприятного произошло, но есть и хорошее во всем этом. Во-первых, мы разобрались с тем гадом. Ну а во-вторых... его стараниями я теперь заболела и буду вынуждена находиться дома еще какое-то время, на работу ведь ты меня не отпустишь. А значит я полностью в твоем распоряжении. - Ты, как всегда, не обращаешь внимания на некоторые важные даты, - Годжо вздохнул, залез в верхний ящик тумбочки, вытащил из него небольшую бархатную коробочку, подкинул вверх и ловко поймал в кулак. - Сегодня Белый день, и по традиции сегодня моя очередь дарить тебе подарок на тот очень вкусный шоколад, - Сатору цыкнул, взлохмачивая свои волосы еще больше, грозя в скором времени довести их до состояния топорщащихся иголок подобно Фушигуро. - Я понимаю, что все должно быть иначе и вообще. Но я хочу сделать тебе предложение сегодня. Годжо открыл футляр, где на мягкой подложке лежало небольшое аккуратное кольцо с весьма крупным камнем. Лазурного оттенка цвета моря, необычной огранки, колечко оказалось весьма изящным, а еще Эйша от него отчетливо уловила проклятую энергию. - Оно обладает таким же эффектом, что и артефакт в твоем колечке на животе, - пояснил Сатору. Проблем больше всего было именно с камнем: найти, уговорить коллекционера отдать, отдать его артефактору, чтобы сделал все по высшему разряду, так как обычный ювелир с такими вещами работать не может. Бирюзовые глаза смотрели долго и испытующе сначала на кольцо, затем на мага. Сатору прямо видел, как застопорились в женской голове мысли, обдумывая все его слова по очереди. То, что на дворе четырнадцатое марта, Эйша не то чтобы позабыла, просто подобные праздники для влюбленных она не праздновала и потому не ждала, что Сатору что-то подарит. Тем более что это будет обручальное кольцо и что маг всерьез подкрепит свои слова о помолвке делом настолько скоро. Думала, пройдет минимум год, прежде чем он об этом действительно задумается. Нэкоцу приподнялась на постели, наваливаясь спиной на изголовье кровати, поднимая на Годжо взгляд. И вдруг по губам ее поползла коварная усмешка, а рука изящным жестом откинула прядь волос. - Хочешь сделать предложение - делай. Ничто не мешает тебе встать на колено и попросить моей руки.