Мой сорванный голос.

Переступаю порог, мысленно думая, что меня ожидает. Школьные стены влетали флешбеками в мою голову. Я здесь стану тем, кого прижимают к стене или по ту сторону буду я? Была и там, и там. И, честно, везде говно. Конечно, разное, но если его украсить тем, что тебя боятся и считаются с твоим мнением, это все-таки остаётся говном. Тем говном, где мне постоянно нужно защищать себя. Постоянно содранные костяшки, нервы и бесчисленное количество кремов. Я родилась явно не там, где девушки пекутся о своей внешности больше, чем о защите. Девяностые годы внесли в эту деревню те несворачиваемые повороты. Безработица и время героина. И что здесь могло остаться, кроме тех, что пережили девяностые здесь? Учителям поднимали зарплаты, лишь бы те остались и доучивали нас. Некоторые вели по нескольким предметам, ибо больше некому. До города три часа по убитой дороге, не виданной асфальта. Ничего в этой деревне нет. Ничего, кроме проблем. Не горела желаем вливаться в новый коллектив в одиннадцатом классе в середине ноября, но у судьбы другие планы. Катастрофически. А вообще, где тот человечек, отвечающий, кем быть людям? По какому принципу я не родилась в Монако? Хотя, если сравнить Африку и нашу деревню, мне ещё повезло. Воды дохера. Честно, я не жалуюсь на свою жизнь. Да, деревня полное днище, но природа- это то, что даёт вдохнуть свежим воздухом. И эта деревня бы встала с колен, если бы был толковый путеводитель. Но его нет, он заполняет свои карманы, пока у нас отсутствует освещение на улицах. Окидываю кабинет взглядом. Человек двадцать с интересом, а кто-то с ухмылкой смотрят на меня. Кто-то видит во мне лишь новенькую, с которой можно познакомиться, а кто-то конкурента. Разношерстные ребята с первых минут не вселяют в тебя доброжелательность, но по сравнению с принятием меня в приюте, эта разница катастрофическа. Здесь я чувствую себя комфортно даже с тем дебильным парнем на задней парте. Кто ему разрешил с ирокезом в школу припереться? Я слышу его идиотский смех, находясь возле доски с разницей в пять парт. — Ребята, познакомьтесь с новой ученицей — Волковой Василисой, — говорила женщина. Я подняла руку вверх в жесте «привет». — Ближе познакомитесь на перемене, а сейчас надо разбирать предложение. Присаживайся на свободное место. Даже твоё расположение в классе говорит о желании учиться. Это нам сказала учитель биологии, толковая женщина. Строгая, но когда она была в настроении, мы общались без умолку целый урок. Я прошла к первому ряду и дошла до третьей парты. Конечно, была свободна первая парта, но сидеть у носа училки — не горело. Так как я в учёбе не гуру, а скорее «иди с глаз и не мешайся», место мне было с тем парнем с ирокезом, но оно уже занято чуваком с длинной чёлкой. Остановилась возле парты, за которой сидела русоволосая девушка с двумя косичками. Интересно, её волосы прямо до копчика достают? А если она расплетётся, то будет похожа на Рапунцель? Косы объёмные. Десятку даю, что непослушные. Как она не устает их мыть? — Можно? — указываю на стул рядом с ней. — Конечно, — она мило улыбнулась, собирая свой пенал с учебником на свою сторону. Сажусь рядом, доставая тетрадку и ручку. Оглядываю класс, а все внимательно смотрят в учебник. Решив пойти их примеру, спрашиваю у своей теперь уже соседки: — Можно? — указываю на учебник. — А-а-а, да, конечно. Ещё не получила? — она взглянула на меня, и то мизерное расстояние между нами дало слишком великолепное представление о ней. Зелёные глаза и пышные ресницы. А какой у неё маленький курносенький носик! Похожа на миленького ребёнка. — Неа, опоздала же... Дальше весь урок проходил в идеальной тишине. Учитель решила проверить уровень моих знаний, давая всевозможные простые задания. На «четвёрку» еле-как наскребла, чем удовлетворила Ирину Николаевну. Кстати, она наш классный руководитель по совместительству с завучем школы. Ну попадос-то какой. Хотя она достаточно добрая. Долго ли продержится на своём месте? — Меня Настя, кстати, зовут, — сказала моя соседка, поднимаясь вместе со звонком и собирая свои вещи. — Меня Вася, — я протянула ей руку, и её ладонь оказалась в моей. Тёплая ладонь приятно обволакивала мою. Не хотелось прекращать это, но толпа, что прорывалась к выходу, решила за меня. — Пойди в библиотеку и получи учебники, — давала наставления Ирина Николаевна. Я кивнула и двинула на выход. Осталась одна в классе, так что библиотеку придётся искать собственноручно. Выхожу из класса, выбирая, в какую сторону идти. Вправо или влево? Справа я пришла, так что ту дорогу видела, а вот ещё налево не ходила. И только я делаю шаг в выбранном мною направлении, меня окликают: — Василиса? Я обернулась и увидела Настю, что стояла и мило улыбалась, держа в руке сумочку. По её взгляду было видно, что ждала она именно меня, а не просто решила оповестить о чём-то. — У нас урок в другом крыле и на первом этаже. — А-а-а, понятно. Мне в библиотеку надо. — Ну она всё равно в другом крыле, — она шире улыбнулась доброй улыбкой. Улыбка, за которой ничего не скрывается. Чистая и непорочная. Привлекательная и открытая. За все время, проведенное в прошлой школе, где каждый, как шакал нападал на младшего, дабы боялись его, научилась самому главному правилу: «Не верь никому». Ни разу это правило не подвело, и, когда толпашка пацанов из класса предложили покататься на мотике, зная, что это моя мечта, я отказалась. "Ты чё боишься?". "Ссыкунья", "До водопада и обратно два часа дороги" "Давай с нами, вместе веселее, научим тебя ездить на нем." -Чутье не подвело, а те выродки изнасиловали Маринку, да так, что та повесилась через месяц, а они так и остались учиться в этой школе. Передеревушка—Недогородок маленький, и деть из нашей школы их некуда, да и дело быстро замяли, проблемы никому не нужны. Решила вести себя осторожно по отношению к Насте, все-таки я новенькая, а она может быть просто подлизой. Поглубже заберется под кожу, да так, что хер вытащишь, и пустит в твою кровь яд. Девять месяцев. Всего девять месяцев. Тяни. -Понятно. Спасибо за наводку. -Я улыбнулась для формальности и пошла в сторону Насти. -Пойду. -Взмахнула рукой в сторону крыла. -Я могу проводить. -Пристально смотря на меня, произнесла девушка, а я думала, как тактичнее избавиться от неё. В глаза говорить "я сама справлюсь" слишком жёстко. Я могу ошибаться, ведь человек ещё та тварь со своими проблемами и косяками в голове, а кидаться в её распростертые руки, дабы она несла по течении, так же не хотела. Топор в спине ожидай от друга, именно он идет за тобой, а твой враг смотрит тебе в глаза. Я понимаю абсурдность и глупость этой ситуации, но легче одной. -Я сама, скоро звонок. -Улыбнувшись, направилась в библиотеку. Проблем не возникло с обнаружением хранителя книг. -А чё так много? -Складывая в рюкзак уже пятый учебник, в недоумении поинтересовалась. На столе оставалось лежать порядка десяти книг. -А тебе сколько надо? Три или вообще электронные, скажи, надо? -Фыркнула женщина с волосами темно-фиолетового цвета. -Мне этих хватит, остальные не надо.-Отобрала, посчитав самые необходимые учебники: русский, физика, литература, английский, алгебра. Женщина с широченными глазами вылупилась на меня, подбирая слова. -Я неаккуратная, нечистоплотная, несерьезная, да и притом тащить эти баулы домой нет необходимости, ограничусь этими. Вы вообще ощущали какие они тяжёлые? А мне ещё детей не рожать, в общем, вообще никак не нужны. Вышла из кабинета, а женщина что-то кричала вслед, включив светильник в своей голове. На урок опоздала, забыв какой вообще идёт. Голова начинала болеть, сил становилось все меньше. Геометрия. 220 кабинет. Пройдя минут пять по коридорам и наконец найдя тот самый кабинет, уверенно постучалась, просовывая голову в щель. -Можно? -Нужно! -Раздраженно ответил сероволосый мужчина с огромными очками и не менее огромными линзами. Опешив на секунду, я открыла до конца дверь и шагнула к нему. Блять, а если я перепутала класс? Оглядевшись на учащихся, засомневалась. Ну, только не это. -Васелис. -С первого ряда потянулась рука, и, приглядевшись, я увидела Настю. -Да не ошиблась ты. -Рассмеялся парень с первой парты, откидывая ручку. -Макаров, замолкни! -Рявкнул учитель, а я направилась в сторону, где видела ту руку девушки. -Можно опять с тобой сесть? -Спросила у девушки, садясь на стул и доставая из портфеля вторую тетрадку. -Да, в принципе, ты же села. -Он всегда такой...?-Я подбирала слова, пока смотрела на учителя. Тот отрывался на Макарове, тыча пальцем ему в тетрадь. -Какой? Противный? -С интересом на меня смотрела Настя, а я повернулась в её сторону, встретив взгляд. -Мудак. -Ну да, думаю, он уйдет из школы. -В пол голоса мы разговаривали, а учитель совсем потерял интерес к уроку, переводя всю свою энергию ученику. И как он возвращается живым домой?Если здесь распинается для учеников. -От него жена ушла к молодому студенту, так что он отрывается на парнях, а бывает, и на девушках. Один раз Самсоновой...-Она показала пальцем на рыжеволосую девушку, сидевшую позади нас. -Шлюхой. -Ммм. Какие страсти. -Самсонова увидев то, что мы смотрим на нее, помахала нам рукой, улыбнувшись. То же самое сделала и я. Урок прошел, следом ещё один. Все время мы сидели с Настей. Иногда я зависала на незнакомых мне людях, принимая и анализируя их энергетику. У каждого своя, незабываемая, где-то странная, привитая временем и обстоятельствами, но своя. Например, учитель геометрии ни разу не садился на стул, один раз ему предложили туда кнопку. Он очень эмоционально общается и не может сдерживаться. Ирина Николаевна — божий одуванчик, и ученики у нее под крылом. -Тебе в какую сторону? -Спросила Настя, надевая куртку и идя по улице. -Туда. -Кивком показываю в сторону, неизвестную мне. Яна скинула деньги. Надо сходить в магазин и поесть чего-нибудь углеродного. -О, мне тоже туда. -Всполохнулась девушка, лучезарно улыбаясь. Сначала мы шли молча, обходя лужи, потом начали обсуждать уроки. Она казалось такой открытой девушкой, которой не хватает общения, а я ей мило предоставляла темы. Как оказалась, класснуха была осведомлена, какая ученица к ним перейдет и не по своей доброте душевной, а по факту не закрывающийся ртом, рассказала обо мне немного информации. -Ты с приюта?-Осторожно поинтересовалась Настя.-Прости, если не хочешь говорить, то не надо. -Она подняла руки, быстро проговаривая слова. -Да ничего страшного. Да, оттуда. -А кто тебя забрал? -Тетя. -Ааа...-По ней было видно, как она хочет ещё интересоваться и как горят ее глаза, но ведь я не хочу эту тему поднимать. -А в приюте было плохо? -Так скажем, лучше туда не попадать. -Тебе дальше куда? Мне в ту сторону. -Она показывает рукой на светофор и дорогу. -А мне туда. -Я увидела магазин и ткнула в его сторону. -Ты на автобусе или пешком? -Хотелось бы на автобусе, но думаю прогуляться. -Спокойно отвечаю ей, пока она переминается с ноги на ногу. Она так мило выглядит и постоянно смотрит за моей реакцией на её слова. -Домой не хочешь?-Тихо задала вопрос Настя. -Прогуляться хочу. -Вновь отвечаю ей с маленькой улыбкой. -Ну ладно, тогда, до завтра?-Она наклонила голову и все так же улыбалась. -До завтра. -Я не сдержалась и легонько щёлкнула ее по носу, на что та начала смеяться и, едва касаясь, толкнула меня плечом. Мы разошлись, каждая своей дорогой, как я поняла, она живёт неподалеку от школы и, соответственно, ходит пешком. На автобус мне надо было в другую сторону, хотя на нем я уже передумала ехать, так что пошла в магазин и купила несколько сырков с газировкой. Села в одном дворе на качели и стала медленно раскачиваться и есть то, что приобрела. Возможно, жизнь начинает направляться в нужное ей русло, ведь школа не кажется таким пустырем, как предыдущая, а ученики — ублюдками. Все-таки проблема маленьких городов заключаются в том, что все друг друга знают, все знают о всех. Ты не сможешь покурить за домом, ведь все доложат родителям, которые общаются с директором, а потом та посмеётся тебе в лицо. Там тебе не скрыться и не затеряться, ведь каждый уголок изучен и под наблюдением. А что ещё делать там, где нет кинотеатра, театра, музеев и детских площадок. Следить за всеми. В принципе, этим занималась и я, ведь как только мы придем в школу, мы будем обсуждать то, что видели вечером. Да, это такое стадо, которое вчера избивало пацана, а потом начинают слушать от него деревенские вести, закончив диалог оплеухой. Это по-своему весело и необычно, ведь деревня не засыпает от детей, которые развлекаются, как могут. По-своему, местами глупо и опасно, но ведь развлекаются. Вот они толкучкой в пятнадцать человек идут зарезать свинью для шашлыка одного из этой толкучки. "Пацаны, батя бухает, даже не заметит, что одного хряка нет". Конечно, заметил, ведь этот хряк так просто им не давался и укусил троих, те и заорали. Прибежали соседи на это представление, а вот на следующее утро вся школа гудела о тех неудачниках-поварах. Ведь свинья не побрезгует человечиной, и мало того, чтоб ее заколоть нужен нож, так ещё и сноровка вместе с силой. А толкучка не всегда сила, а скорей дисбаланс. "Ты это делай!" ,"Нет ты!","Закрыли рты, держите его, он убегает!" Да и это оказалось не он, а она, притом беременная, а тем поварятам высказали все дома. Возможно, подростки бы и справились с ней, но они знают о последствиях, не то что пятиклассники. Сижу и раскачиваюсь, а качели неприятно скрипят. В кармане завибрировал телефон, и я поняла, что так и не набрала Яне. -Привет, москвичка. -Привет, питерчанка.- Аня засмеялась, а я заулыбалась, услышав ее смех. -Ну, как ты там? Прижилась, не обижают, кормят? -Да все норм, никто не обижает, хотя я, возможно, сегодня получу вечером. -Это ещё почему? -Утром она хотела от меня непонятно чего, ну я и рассказала Стасу, что родаки умерли, хотя тот по-моему нихера и не понял. -оооо.-Она звонко рассмеялась и продолжила. -Ее надо было предупреждать, что утром ты похожа на варлока, и ничего дельного от тебя не получить, ну, кроме заклинания или порчи. -Ха-ха-ха. Ты прикинь, я сегодня проснулась от того, что она стояла над душой, видите ли я не слышала будильник. -Вася, твои будильники остопиздили уже всех. Все просыпаются от них, но не ты. -Подруга мудро рассуждала, и я представляла ее лицо в этот момент. Она всегда говорит, что знает меня лучше всех и все мои действия видит наперед. Я, конечно, поржала над ней, но тогда она сказала с умным лицом и поднятым вверх подбородком, что меня ждёт падение. Я не успела опомниться, как она поставила подножку, и я завалилась в грязь. Впрочем, в ней она оказалась не менее быстрой, чем я. -Да, да, да. Мои будильники.-Я закатила глаза. -Выкину нахер твой мобильный, когда будем жить вместе. -А с хера ли ты его выкинешь? -Ну а зачем он тебе нужен, ведь только со мной общаешься. -Все-то ты знаешь. -У меня пароль есть от твоей странички. -Понятно.-Мы замолчали, и спустя несколько минут не напрягающей тишины я задала вопрос. -Ну. как тебе Москва? -Да как-как, живу тут с турком одним, я днем работаю, он ночью, редко пересекаемся, но зп побольше будет, чем у нас, раза в три. -Ясно, как там дела с морем? -Всё в ажуре. Вот заработаю побольше бабок, тебе как раз к тому времени исполнится восемнадцать, и рванем отсюда. -Ага. -Я засмеялась, вспоминая, как она уехала в свои восемнадцать в Питер и вернулась оттуда спустя полгода. Не сложилось, не склеилось. -Че ага, а как там твоя тетка, норм? -Да странная она, пиздец. -В каком месте странная? -Молчаливая, надменная, хмурая. -Я начала перечислять, вспоминая Наталью Васильевну. Ее образ легко всплыл в моей голове, и даже там, где я могу фантазировать, она была строгой. -Она странная, что взяла вас, дебилов, к себе, хотя бабки-то за вас получать будет опекун. -Да зачем ей бабки от нас? У нее дом нормальный, машина, сама не уродище, а очень красивая женщина, и мы два дебила. Что-то не клеится. -То, что с батей вашим не общалась раньше и вы ее не знаете? -Вот именно. -Да с вашим батей мало кто мог общаться, кроме трудовика и вашего соседа. Он ж как выпьет, так в осла превращается, и драка неизбежна. - А, точно, вспомнила, почему же к нам никто не ходил по праздникам. -Да ладно, забей, и сама на рожон не лезь, я-то тебя знаю. -Предупреждала Аня, на что я опять закатывала глаза. -Понятно. Ладно, я пошла, а то замёрзла пиздец на качелях сидеть. -Всю пизду отморозила?-Заржала Аня. -Именно, Шерлок. На часах было полвосьмого вечера, а я и не заметила, как проговорила почти три часа с Яней. У нас так всегда, обычно мы редко переписываемся и перезваниваемся, но зато когда наступает тот момент, когда откладываются все дела, мы заседаем на несколько часов, обсуждая, а иногда и просто молча. С ней можно молчать и находить там ответы. Она не подгоняет, а также копошится в этом молчании. Многие говорят, что она странная, и боятся ее, но на самом деле человек она отменный. Да, ее шутки порой бывают обидные и удрать она может совсем не понарошку, но она отличный собеседник, чувствующий, что тебе надо. Порой эта тишина и ее слова необходимы мне, а порой она ломает дверь в своей комнате от того, что ее никто не слышит. Под эти удары попадаю и я, когда оттаскиваю от двери, а потом и она ведь только тогда она успокаивается. Это человек со своей системой внутри и механизмом действия, отличающимся от многих. Она может спокойно заржать посреди улицы, матеря прохожего за его уебский пиджак, а может сама себе говорить, какое она чмо, которое все на свете проспала и не умылась утром. Да, она колючая, порой громкая, но самый честный человек из всех, что я встречала. Я шла и думала о ней, понимая, что опоздала. Опоздала по всем фронтам. Утром был неприятный разговор с Натальей Васильевной, и она явно не похожа на ту, что спокойно отпускает диалог. И она спокойно не отпустит меня. Почему я не пришла раньше? Я не боялась, но не хотела сюда идти и вновь ссориться. Между тем, средь спокойной обстановки, я хотела бы на нее смотреть. Несмело открываю дверь и делаю первый шаг в пустоту. Темнота приветливо встречает меня с распростертыми клешнями, норовя зайти глубже. Тишина предупреждает, это перед бурей. Это ненормально. Я свечу фонариком себе на кед и снимаю его. -Ну и где ты шлялась?-Я повернула голову в сторону кухни и увидела Наталью Васильевну, что вместе со своим вопросом включила свет. Лучше бы я ее не видела и не возвращалась домой. Стоит с распущенными, взлохмаченными волосами, оперевшись о стол. Ее тело напряжено, а холодный взгляд готов меня убить. Столько ненависти не каждый день или даже жизнь увидишь в глазах почти незнакомого мне человека.