Академия Некромантии и Менталистики

      Лиам проснулся от мелодии, которую издали часы. «Завтрак», — догадался он и снова закрыл глаза. Однако часы не замолкали, и пришлось встать и одеться.       — Ну и видок, — сказал Комли с улыбкой, — ты плохо спал?       Лиам сел рядом и вздохнул:       — Снова, кажется, бессонница началась.       На лице Комли появилось так много сочувствия, что Лиам улыбнулся.       — Дружище, крепись, — сказал Комли так, будто у Лиама кто-то умер.       — Да она у меня с детства, — смеясь, сказал Лиам. — Я вот что думаю: а пойдем в библиотеку?       — Пойдем, — покладисто согласился Комли ничуть не протестуя, вопреки ожиданиям Лиама.       Они отправились на поиски восточной башни, в которой располагалась библиотека. Комли рассказывал один очень забавный случай драки:       — И потом я начистил ему рожу, потому что…       Лиам вдруг остановился. Комли остановился тоже, прислушиваясь. Из-за двери, которую они проходили, доносились шум и треск.       — Что там? — шепотом спросил Комли.       Лиам достал свой список и вычислил, что здесь аудитория Тектоники.       — А… похоже, кто-то практикуется, — сказал Лиам.       Комли заинтересовался, подошел и уже взялся за ручку, чтобы заглянуть, но вдруг шум прекратился.       — Недостаточно, — сказал голос пожилой женщины.       — Но профессор… — раздалось от адепта в ответ.       Комли округлил глаза и посмотрел на Лиама.       — Недостаточно, — отрезала женщина.       — Дайте мне попробовать еще! — вдруг отчаянно взмолился адепт. Его голос надломился. Он был таким, будто на кону вся жизнь.       — Сейчас же не конец семестра, — внезапно вспомнил Комли, — а практика… я не понимаю… Разве испытания не в конце семестра?       — Я не вижу смысла оставаться здесь еще дольше, — сказала профессор, — мне жаль, Патрик. Правда, жаль.       — Но я же менталист! — чуть не заскулил адепт. — Профессор, скажите!       Лиам ничего не понимал, в груди поднялось волнение.       — Иди, Патрик, — внезапно раздался мужской голос.       Лиам сразу понял, чей он.       — Профессор, вы же говорили, что достаточно!       — Так, хватит, — разозлилась женщина, — ты не заявил вовремя. Это нужно было сделать год назад. Профессор Дарайн тебе уже не поможет.       — Тивелла, это моя вина, — раздался голос Дарайна, — я сомневался. Патрик, оставь нас с профессором.       Раздались пауза и шаги.       Лиам и Комли синхронно отскочили.       Из аудитории вышел бледный юноша от силы на пару лет старше. Он даже не взглянул на первогодок, лишь ушел быстрым шагом прочь, вытирая глаза рукавом.       Лиам снова прилип к двери, но профессора разговаривали так тихо, что ничего нельзя было разобрать.       — Пошли, а то засекут! — шепнул Комли.       Лиам согласился, и они продолжили путь, отчего-то тоже ускорив шаг. Оба нахмурились.

***

      Библиотека была огромной, в десять раз больше, чем Лиам себе представлял. Внизу располагались читальные столы, освещенные яркими сферами. За столами никого не было. Библиотекаря тоже не было — кажется, он даже не подразумевался.       Они с одинаковым ошеломлением рассматривали пристенные стеллажи, которые уходили на десять метров ввысь, где вместо потолка вдалеке светился купол самой башни. Между стеллажами летали медленные каменные плиты. На одной из которых, видимо, к нужной полке поднимались два старших адепта в черном.       — Смотри, некроманты, — шепотом сказал Комли очевидную вещь. Он помедлил и добавил: — Лиам, давай тоже попробуем встать на эти штуки?       Лиам огляделся. Ни одной плиты вокруг не было.       — Они только наверху, — сказал Лиам тоже шепотом.       Комли нахмурился.       — Мне кажется, их надо позвать, — он собрался и обратился к плите наверху: — Госпожа плита, спуститесь, пожалуйста.       Поодаль раздался короткий смешок. Лиам и Комли повернули головы и увидели еще одного некроманта со старших курсов. Он был высоким, худым, почти наголо бритым и чем-то напоминал птицу.       — Плиты слушаются только адептов третьего курса и старше, — сказал он вполне миролюбиво, но чуть-чуть свысока. — Книги тоже не будут открываться, пока вы не закончите второй курс.       — А как мы тогда будем учиться? — удивился Комли.       — Программные книги будут доставляться каждый семестр в ваши комнаты, — улыбнулся некромант и прищурился, — какое похвальное рвение к учебе, надо же.       — Да не то чтобы… — пожал плечами Комли, — просто скучно.       Лиам, оробевший перед адептом, который казался опасным, вдруг понял, что Комли не чувствует ровным счетом ничего необычного в их собеседнике.       — Прокатить? — немного хищно сказал некромант, переведя глаза на Лиама.       — Конечно! — сразу обрадовался Комли. — Было бы здорово! Я, кстати, Комли, а это Лиам.       Комли искренне улыбнулся и слегка ткнул Лиама локтем.       — Угу, — выдавил из себя Лиам.       — Меня зовут Корнелл, — представился некромант и взглянул на ближайшую плиту, которая сразу же повиновалась его мысленному зову и, сдвинувшись с места, медленно опустилась на пол. Вблизи она оказалась действительно большой.       Все трое взошли на гранитную серую глыбу, и она медленно стала подниматься ввысь.       — А почему внизу никого нет? — спросил Комли.       — Какое любопытство, — ухмыльнулся Корнелл, — что ж... Не все любят читать в библиотеке. Ментальные сферы над столами… Как бы вам объяснить проще… Они помогают очень точно запоминать прочитанное, но как следствие, не дают отвлекаться на посторонние мысли. Вместо двух часов здесь легко можно провести четыре. Отвлечь могут только мелодия часов или прикосновение другого человека.       — Жуть… — заключил Комли шокировано.       — Но перед семестровыми здесь битком, — продолжил Корнелл, которого забавляла реакция новичка, — некоторые оставляют часы в комнатах и сидят по ночам. Сон ведь тоже пропадает начисто, как и… физиологические сигналы. То есть они есть, а их осознания нет. Это — «Сферы Внимания». Как и вся менталистика, они ужасны. Но при этом спасают жизни.       — Что это значит? — вздрогнув, спросил Лиам.       — О, ты вскоре поймешь, — усмехнулся Корнелл в ответ.       — Объясни, пожалуйста! — настоял Лиам вдруг так, что Комли удивился его напору.       Корнелл удивился тоже, но скрыл это, прищурившись.       — Менталистика будет первым занятием, и Марвин расскажет что к чему, не переживай.       — Кто такой Марвин? — спросил Комли, непонимающе моргнув.       — Профессор Дарайн, — свысока усмехнулся Корнелл, которому явно нравилось подчеркнуто называть профессора по имени.       Лиам не понимал, что это может значить. Презрение? Этот вопрос Лиам задать не решился.       Плита поднялась уже до упора и замерла у верхней полки. От высоты у Лиама немного кружилась голова и подкашивались колени.       — Чем дольше вы учитесь, — сказал Корнелл, — тем выше она может подняться.       — Выходит, ты пятикурсник, — заключил Комли.       — Да. Один из немногих, — довольно подтвердил Корнелл. — После Рубежа на факультете нас осталось всего пятеро.       Повисло молчание. Лиам почти оглох от нахлынувшего страха.       — Остальные… умерли?       Корнелл расхохотался.       — Вы скоро все узнаете.       Количество загадок росло, словно снежный ком. Сердце Лиама заходилось в панике.       — Ты рано начал волноваться, — сказал ему Корнелл, прочитав первокурсника, как открытую книгу. — Ближайший год вам ничего не угрожает.       Комли нахмуренно молчал, слушая разговор.       — А почему ты стал некромантом? — вдруг спросил он.       — Ну... Пришлось мне по душе, — ответил Корнелл.       Плита стала медленно спускаться.

***

      Комли полулежал на широком подоконнике витражного окна в пустом коридоре верхнего этажа. Лиам приткнулся на полу рядом.       — Странное чувство, — сказал Комли. — Этот профессор Дарайн, кажется, какой-то жуткий тип. Я даже задумываюсь о том, чтобы выбрать некромантию, если честно.       Лиам испугался.       — Не надо! Я… я точно буду на менталистике… — попросил он как-то жалобно. — Останься, пожалуйста, со мной.       — Судя по всему, менталистика не менее жуткая, — сказал Комли хмуро, — да и учиться хочется у кого-то другого, если честно. Не доверяю я этому «Марвину».       — Не называй его так, — смутился Лиам, сам не понимая почему. — Мы ведь… мы ведь еще ничего не знаем, правильно?       — Ну… тоже верно, — покладисто согласился Комли.       Некоторое время они молчали, и каждый находился в своих мыслях.       — Кста-а-а-ти, — оживился Компли внезапно, — я ведь не знаю твою стихию!       Лиам закрыл лицо руками. Он не знал, что говорить. Правда просилась наружу.       — Комли, я… Я… Я очень слабый! — простонал он.       — Разве это важно? — добродушно фыркнул Комли. — Просто скажи, что. Вода? Земля? Огонь?       — Воздух, — тихонько выдавил из себя Лиам.       Комли захохотал.       — Так ведь от воздуха огонь только разгорается!       Лиам убрал руки от лица и вытер навернувшиеся было слезы.       — Особенно от слабого! — заявил Комли с улыбкой и вдруг потрепал Лиама по голове. — Да не раскисай ты, дело же не в силе, правильно? Главное, читать побольше книжек, и все экзамены пройдешь на раз-два!       Лиаму стало легче. Радость Комли была сильно ощутима. Раньше ничьи эмоции так не захватывали и не окутывали Лиама. Он улыбнулся.       — Ну тогда, наверное, не зря мы дружим.       Комли задумался.       — Хм… жаль, конечно, что будем ходить на разные занятия…       Лиам тяжело выдохнул. Точно. Занятия. На которых он не сможет… ничего сделать. Он зажмурился и изо всех сил постарался поднять ветер. Но прошла минута предельного усердия, а воздух даже не колыхнулся.       Комли встревожился:       — Что такое? Голова болит?       — Да… — Лиам открыл глаза и выдохнул. — Это все бессонница.

***

      Этот и следующий день Лиам и Комли проводили в прогулках по замку и его изучении. Становилось понятнее, где что находится. Они успели заглянуть в очень интересные аудитории.       Одна из них, аудитория Гербологии, напоминала зимний сад. Лиам будто попал внутрь Ботанической Энциклопедии. Следуя странному порыву, он шел вдоль ровных рядов разных растений, накрытых стеклянными колбами, и искал маленький цветочек у самой земли. Наконец найдя его, Лиам улыбнулся. Комли, следовавший за ним, посмотрел вопросительно.       — Что это? — спросил Комли, удивленно глядя на большущий горшок.       — Вьюнок полевой, — ответил Лиам, зачарованно глядя на неприметное вьющееся растение с продолговатыми листочками и белыми круглыми пятнышками цветов.       — Смотри, земля совсем сухая, — задумчиво сказал Комли.       — Ему… Нужно больше воды первые несколько лет, — вспомнил Лиам, — он сначала пускает длинные крепкие корни и только потом перестает так много пить…       «Пойдем, вьюнок полевой…»       Внутри Лиама поднялась настоящая буря. Будто озарение снова было близко. Неужели…       — Интересно, он ядовитый? — спросил Комли, сбивая с мысли.       — Да, — ответил Лиам, находясь в прострации, — да, ядовитый.       Внезапно прозвучал незнакомый голос, а стеклянный купол поднялся сам, воспарив вверх.       — Верно, но яд опасен только для животных.       Они испуганно обернулись. Позади них стояла женщина, та самая профессор в темно-зеленой мантии, которую Лиам видел в Профессориате.       — Корни Конвольвулюс арверсис обладают широким спектром целебных свойств.       На вьюнок стала из ниоткуда капать дождевая вода, которую призвала профессор.       — Например эликсиры из него могут снять боль, бальзам заживляет раны и останавливает кровь, спиртовая настойка лечит почки, легкие, укрепляет кишечный тракт. А в сочетании с магией творит настоящие чудеса.       Женщина тепло улыбнулась.       — Я Сильвия Брист, профессор Гербологии. А вы?       Свои имена назвали одновременно:       — Лиам.       — Комли.       — Что ж, приятно познакомиться, — кивнула профессор, — правда, не окажись вас здесь, мы встретились бы только через два года.       — Почему? — спросил Лиам.       — Потому что до прикладной магии нужно еще дожить, — пошутила профессор.       Лиам напрягся, но ничего не сказал. Профессор Брист казалась доброй.       — Впрочем, коли вам интересна неволшебная медицина, — сказала она, — я могу выписать вам пару полезных книг. Если, конечно, у вас найдется на них время.       — Мне точно не нужно, спасибо, — пробурчал смущенный Комли, — я тут, скорее, за компанию.       — А я… наверное, хотел бы почитать, — задумчиво сказал Лиам. — Ботаническая Энциклопедия — моя любимая книга.       Профессор Брист оживилась:       — Правда? Ну тогда жди, первого сентября вам принесут семестровые наборы, и я позабочусь о том, чтобы твой был пополнен Лечебником Фридриха Висса. Это, можно сказать, основы. Если читать даже совсем по чуть-чуть, за год точно управишься.       Лиам улыбнулся, но он до сих пор не знал, продержится ли целый год.       — Если доживу, — тихо сказал он.       Профессор Брист перестала улыбаться и склонила голову набок:       — Не припомню, чтобы в вашем наборе были смертельно больные…       — Да не слушайте его, — вклинился с широкой улыбкой Комли, машинально приобняв друга в защитном жесте, — он страшный пессимист!       — Вот как, — вновь улыбнулась профессор, — выше нос. Лиам, заходи в Профессориат, если захочешь задать мне вопрос. Там ты найдешь мой кабинет. Где бы я ни была, я услышу стук в дверь и открою, если буду свободна. Мои занятия заканчиваются в пять.       — Спасибо, — тихо сказал Лиам.

***

      Другой странной находкой с важным знакомством была аудитория Артефакторики. В полумраке адепты рассматривали полки с многочисленными ювелирными украшениями, плечики с мантиями, инкрустированные предметы обихода. Всё это было ограждено магическими барьерами. В центре зала стояли высокие столы без стульев, всего шесть, зато с множеством приспособлений для резьбы, выделки, шитья, плавки металла. Это все напомнило Лиаму мастерскую отца.       — Они делают все эти вещи? — восхищенно спросил Комли, который моментально пришел в полный восторг. — Правда? Это… Потрясающе.       Лиам вспомнил подвеску и перстни профессора Дарайна.       «А у этого золотого петушка в цацках…», — всплыли слова волшебника на рынке.       — Получается, здесь делают предметы, которые содержат какую-то магию, — заключил Лиам.       — Какой догадливый молодой человек, — раздался голос в полумраке.       И вновь Лиам узнал пожилого мужчину из Профессорской. Из темноты к ним вышел полностью седовласый старик с безукоризненной осанкой. На нем была тёмно-синяя мантия.       — Здравствуйте, профессор, — Лиам почему-то даже слегка склонил голову, уж больно важным выглядел маг.       — Здравствуйте, адепты, — строго и сдержанно приветствовал их профессор.       — Вы, наверно, чувствуете, когда в ваших аудиториях кто-то есть, да? — бесцеремонно спросил Комли, в очередной раз демонстрируя абсолютное отсутствие робости.       — Это сигнальные чары, магия Печатей, — без утайки ответил профессор. — Мы всегда знаем, где находится каждый адепт. И вы, ребята, довольно активны, надо сказать. На редкость. Подавляющее большинство новобранцев в это время заняты пикниками.       Лиама слегка передернуло от уровня контроля, которым обладали профессора.       — А можно приходить смотреть? — выпалил Комли с надеждой.       — Можно, — снова легко ответил профессор. — Только вот мои занятия пересекаются с вашими лекциями, и вы просто не сможете заглянуть сюда.       Комли поник.       — Ладно… Ясно… А может быть, можно почитать какую-то книгу?       Профессор неожиданно улыбнулся:       — Если так хочется, я дам руководство по ювелирному делу. Это немагическая книга, но вы сможете приходить сюда в любое время и тренироваться в выплавке драгоценных металлов. В ящиках каждого стола есть камни и металлы для учебных целей.       — В смысле, золото? Просто так? — опешил Комли.       — Золото, серебро, платина, — подтвердил профессор, — их можно переплавлять сколько угодно. А еще недрагоценные кристаллы для отработки огранки. Магию, впрочем, способны воспринимать только драгоценные камни.       — А если в артефакте много крупных драгоценных камней? — спросил Лиам осторожно.       — Вы правильно догадались, — ответил профессор, — у каждого камня свои магия и цель, свои действие или противодействие.       — Потрясающе! — воскликнул Комли.       Профессор посмотрел на него внимательно.       — Кстати, фуэры отлично управляются с артефакторикой, если, конечно…       — Дойдут до третьего курса, — понял Лиам.       Профессор приподнял бровь:       — Верно, молодой человек.       Комли пылал от нетерпения. Фуэры — это же маги огня. Это про него.       — Тогда, профессор… пожалуйста…       — Я Артур Леви, — наконец представился старик.       — Профессор Леви, я хочу учиться артефакторике! — немедленно заявил Комли.       — Похвально, — улыбнулся профессор. — Тогда постарайтесь набраться сил.

***

      От разговора в аудитории Артефакторики Комли не мог отойти еще долго. Ему не терпелось приступить к делу. Лиам, в свою очередь, снова не спал, как всегда отключившись без сил на пару часов после восхода солнца. Под его глазами залегли темные круги. Он уже устал крутить в голове одно и то же, одни и те же вопросы.       «Ты протянешь не больше недели…»       «Нас осталось всего пятеро…»       «Дайте мне попробовать еще!»       «Феноменально, но недостаточно…»       «Тогда постарайстесь набраться сил…»       «Это моя вина, я сомневался…»       «Дарайн никому не помогает, кроме своих…»       — Похоже, новичкам они дают только немагические книги, — задумчиво рассуждал Лиам на следующий день за завтраком, — я не понимаю, почему такие интересные предметы начинаются только на третьем курсе?       — Ну, наверное, прикладная магия — непростая штука, — пожал плечами Комли, делая кристально логичный вывод. — Ты слышал профессора Леви, надо набраться сил.       — Думаешь, он про магическую силу? — спросил Лиам.       — Конечно, а про какую еще? — хмыкнул Комли. — Нас, наверное, будут учить, как набираться сил, правильно? Вот поэтому я хочу скорее на стихийную магию, там всё расскажут про силу, я уверен!       Лиам упал на свои руки, с трудом сдерживаясь, чтобы не заплакать.       — Тебе нужно что-то делать с этой бессонницей, — Комли погладил друга по голове. — В наших списках есть Лазарет, может, сходим, пока учеба не началась?       — Нет, — покачал Лиам головой. В глубине души он боялся, что Академия начала его убивать, как то зелье, которое дал Дарайн.       — Ну… ладно, — вздохнул Комли, — но если все будет совсем плохо, мы пойдем, хорошо?       — Хорошо, — тихо ответил Лиам.

***

      Время до шести вечера тянулось бесконечно. После обеда Лиам и Комли устали слоняться по каменным коридорам и вылезли на природу, если так можно назвать покрытый редкой травой холм между замком и Озером. На этот раз они взяли с собой пледы, которые пришлось, дрожа от страха, просить у мертвяка-слуги. Тот их, на удивление, понял.       Комли рассматривал облака, примостив голову на коленях Лиама, который неотрывно следил за барашками на ряби Озера. Он точно знал, что в Академии происходит что-то плохое. Но не понимал, что.       — Ты рад, что волшебник? — спросил Лиам друга, который уже почти уснул, пригревшись на медленно заходящем солнце.       — Очень, если честно, — ответил Комли, — это самое лучшее чувство на свете. Хочу уметь всё и быть… самым сильным магом на планете. Сделать себе кучу артефактов и поднимать пламя выше облаков…       Лиаму стало тоскливо. Он представил, каково это — обладать такой мощью. Наверное, ты становишься очень высокомерным… Может, именно поэтому все маги, выходившие из Магистериума, обычных людей даже не замечали… Кроме одного.       Разговор не клеился, но они и не пытались. Приближение Торжественного ужина нависало над ними, заставляло сердце биться чаще. Лиам ощущал, что волнение Комли — радостное и больше напоминает предвкушение. Сам Лиам чувствовал, будто идет на казнь.       Часы у обоих издали тихую мелодию.       — Пора, — вздохнул Комли и грузно поднялся на ноги.       Лиам последовал его примеру.       — Оставим плед?       — Ну да, — махнул рукой Комли, — потом вернемся. Ну. На счет три. Раз. Два. Три.       И пространство исчезло вместе с силой притяжения.