Академия Некромантии и Менталистики

      Лиам проснулся выспавшимся и совершенно счастливым. Вскочив с кровати, стал собираться, мыться, тщательно расчесываться — в итоге он привел себя в самое лучшее состояние, в котором можно быть.       Он — адепт Академии!       Лиам посмотрел на себя в зеркало и улыбнулся довольно. Светлые, серо-зеленые глаза блестели. Тонкие пепельно-русые волосы сейчас казались симпатичными. Лиам с удивлением обнаружил, что они отросли аж до уровня подбородка. Если разделить пробором, как носил Дарайн, получится очень даже ничего! Но когда он так сделал, то смутился — выглядело так, будто он повторяет за профессором. Поэтому собрал волосы на затылке в привычный низкий хвост и крутил головой перед зеркалом, улыбаясь. Теперь в отражении он видел волшебника. Юного мага даже! Дендра! Менталиста!       Лиам хихикнул.       Спустившись на завтрак, он встретился глазами с Комли, у которого отвисла челюсть. Найдин тоже смотрела с удивлением, но улыбалась.       — Кто ты? — спросил Комли. — Лиам, ты чего так прихорошился?       — Пойдешь со мной в полдень на кружок к Дарайну? — спросил Лиам весело, усаживаясь и накладывая себе побольше блинчиков, потому что проснулся аппетит.       — А у него есть кружок? — загорелся Комли.       — Ого, откуда ты узнал? — заинтересованно спросила Найдин.       — От одного старшекурсника, — сияя улыбкой, ответил Лиам, — он сказал, вход свободный!       — Ты с нами? — спросил Комли, не стесняясь приобняв Пали.       Та кивнула, с удовольствием прижимаясь.       Виск молчал, потупив глаза. Найдин ничего не говорила и, судя по виду, не собиралась.       — Ты ведь тоже, Виск? — спросил Лиам.       Виск вскинул глаза и расцвел:       — Да!       И после завтрака они впятером отправились в аудиторию менталистики.

***

      Когда они вошли, первые ряды трибуны были заняты адептами всех курсов, в сумме их было около двадцати. На удивление, здесь было немало некромантов. Компания первогодок стала рассаживаться, взволнованно перешептываясь.       — Ты точно уверен, что нам сюда можно? — шепнула Найдин Лиаму.       Тот помахал рукой Августу и Вив, которые обернулись. Другие тоже оборачивались, но даже не задерживали взгляд.       — Да вроде как, — ответил Лиам, усаживаясь.       — Вроде? — спросил Комли шепотом. — Что значит «вроде»?       — Интересно, зачем это? — Пали смотрела на центр зала.       Все повернули головы и рассматривали необычную инсталляцию.       По центру неподвижно стояли золотые весы, высокие, но с маленькими чашами. Справа и слева нависали огромные, сложные, круглые циферблаты, которые показывали время, причем секундная стрелка была большой и золотой, а центр круга открыт — золотые шестеренки мерно прокручивались.       — Думаешь, это иллюзия? — тихо спросила Найдин.       — Скорее всего, но кто ее сейчас держит? — ответил Лиам. — Возможно, какие-то артефакты…       Также друг напротив друга стояли балкончики на одного, высотой в одну ступеньку.       — Будут дуэли! — догадался Комли. — Точно дуэли!       Лиам пришел в восторг и ужас одновременно, но улыбался так счастливо, что Найдин пихнула его в бок.       В этот момент вошел Дарайн и сразу заметил наверху компашку из серых мантий.       — Всем доброе утро, — начал он с улыбкой, — сегодня у нас гости, и для них объясняю заново. Здесь происходят поединки между менталистами. Чтобы дуэль была наглядной, существуют специальные дуэльные артефакты. Как они устроены, лучше показать на практике. Третий курс, желающие?       Вверх поднялись несколько рук.       — Гивин, — вызвал Дарайн.       Адепт поднялся с места, спустился и прошел к весам. Он сосредоточенно снял перстень Академии, положил в чашу и отправился на балкон.       — Интересно, зачем снимать кольцо, — шепнула Найдин.       Как только Гивин взошел на свой постамент, вокруг него возникла сложная шарообразная иллюзия. Она состояла словно из нескольких слоев, которые напоминали аэрические барьеры, только пузырчатые и тонкие, каждый разных цветов.       — Это абстрактная, грубая, но весьма честная визуализация уровней Барьера Сознания, — стал пояснять Дарайн, — первый слой сейчас отсутствует, так как Гивин еще не поставил щит. Он будет белым. Как только соперник пробьется сквозь него — значит, уже увидит обстинанту. Следующий слой — желтый, это Велюм, то есть барьер перед линеарностью. Как только противник нарушит его — это будет означать, что он уже в памяти Гивина. Последний слой, красный, — блок, который Гивин выставил самостоятельно в своей обстинанте. Как только противник пробьет блок, дуэль будет закончена. Если не сможет в течение одной объективной минуты, дуэль также окончена. Его победой. Гивин, даже сдавая позиции, может возобновить щит, а также контрнападать. Мы всё увидим.       Лиам не мог отвести от профессора глаз. Сердце почему-то стучало быстрее.       — Что касается этих Циферблатов, — Дарайн показал на часы, — они будут показывать внутреннее время каждого. Если время замедляется, значит, его для Гивина замедляет противник, прикладывая силу и ослабляя защиту. Если время ускоряется, значит, Гивин прикладывает силу, чтобы атаковать. Чем быстрее двигается секундная стрелка, тем больше силы прикладывает Гивин.       Профессор улыбнулся.       — Это если кратко.       Он посмотрел на Гивина:       — Начинаем.       После этого профессор сел в первом ряду недалеко от Августа.       — Ларри, — сказал Гивин, глядя на сокурсника, — на поединок.       Тот тоже прошел к весам, снял перстень и взошел на постамент. Возникла и его иллюзия.       — Не забываем про лицо, — напомнил профессор.       Оба адепта выпрямили спины, расправили плечи и перестали хмуриться, внезапно обретя спокойный вид.       — Щиты, — скомандовал Дарайн.       Вокруг каждого возник белый внешний уровень Барьера. Он был лишь немного плотнее у Гивина, но это были достаточно тонкие преграды.       — Ничего себе, — выдохнул Комли.       — Да уж, — тоже слегка обескураженно сказала Найдин.       Профессор подождал несколько секунд и скомандовал:       — В бой.       Часы в этот момент стали тикать громко, причем ускорились и у Гивина, и у Ларри. Однако Гивин набирал скорость, и вскоре весь щит Ларри исчез, а его время резко замедлилось.       «Держит Велюм», — понял Лиам, почему-то болея за Ларри.       Гивин оставался на той же скорости и пробил шторку Ларри.       В этот момент Ларри, нахмурившись, стал очень быстро набирать скорость. Перед ним снова возник щит.       Схватка продолжилась.       Гивин разбил щит, разбил Велюм и, в конце концов, разбил блок.       — Победа за Гивином, — огласил Дарайн.       Гивин выдохнул и радостно повернулся к профессору, а присутствующие зааплодировали.       Лиам и Комли с восторгом переглянулись.       — Готов? — спросил Дарайн у Гивина, когда Ларри покинул балкон.       — Да, профессор, — Гивин собрался и посмотрел на следующего противника. — Алан, на поединок.       Адепты в сером попереглядывались, пошептались и коллективно поняли, что победитель выбирает себе следующего соперника и, судя по всему, вправе состязаться столько, сколько будет в силах.

***

      Очередь, которая долго кружилась между адептами, подошла к пятому курсу. Вызвали Вив.       — Прошли уже два часа, — шепотом сказал Комли, — а не заметно, правда?       — Сколько? — удивился Лиам.       Дуэли захватывали, хотя, казалось бы, ничего не происходило — только тикали часы. Но все равно чувствовались и напряжение, и борьба, и концентрация.       — В бой, — в очередной раз скомандовал Дарайн.       Лиам поразился тому, какой плотный у Вив, оказывается, щит. Такого они еще не видели.       — Ух ты, — восхитился Комли, — мне бы такой, а.       — Вот дойдешь до пятого, а там посмотрим, — хмыкнул Лиам, который видел огромную разницу между четверокурсником и Вив — щит был в два раза толще. А что же будет в конце пятого курса?       Само собой, она одержала победу меньше, чем за минуту.       — Победа за Вивьен, — огласил Дарайн с улыбкой, — ожидаемо, впрочем. Табид, спасибо, что дал ей шанс победить.       Все засмеялись, Вив тепло улыбнулась четверокурснику.       — Август! Август! — адепты выкрикивали имя, шутя «подсказывая».       Вив закрыла глаза рукой:       — Ну хоть вообще сюда не ходи…       — Август! Август! — хором скандировала молодежь, которая пришла поболеть, а таких здесь была половина, если не считать первокурсников.       Вив вздохнула и бросила:       — Август, на поединок.       Адепты зашумели и захлопали, пока Август выходил на сцену. Он снял не только перстень Академии, но и еще один. Лиам понял, что это артефакт, который Август сделал сам. Понял и обзавидовался.       Август взошел на балкон.       Вся пятерка новичков, включая даже сдержанного в эмоциях Виска, ахнула. Щит августа был в два раза толще, чем у Вив. Он был очень-очень ярким.       — Не поддаваться, Вив, — строго сказал Дарайн, — и не сдуваться, держись до конца.       Вив кивнула и сосредоточилась.       Судя по циферблату над Вив, сосредоточилась она на щите. Ее секундная стрелка шла ровно. А вот Август стал набирать скорость так быстро, что секундная стрелка полетела и следить теперь проще было за минутной.       Щит Вив погас. Хотя ее секундная стрелка не замедлялась, а шла ровно, по объективному времени. Она была более чем сконцентрирована, чтобы удержать Велюм. И держала его, прежде чем ее время замедлилось, не менее десяти минут, но все-таки Август разбил желтый барьер. Красный он разбил прямо следом, с разрывом всего в две секунды.       Вив выдохнула и взялась за поручень.       — Хорошо, Вив, — сказал Дарайн, — хорошая работа.       — Спасибо, — устало улыбнулась она и сошла с постамента.       Дарайн тоже улыбнулся:       — Победил Август!       Все еще раз захлопали, и профессор поднялся, чтобы закончить собрание.       — Ну что, друзья… — начал было он.       — Профессор Дарайн, — перебил Август, который и не думал спускаться.       Дарайн прервался:       — Уже? Сохрани попытки на второй семестр.       — Профессор Дарайн, на поединок! — повторил Август, вскинув подбородок.       Адепты притихли, потирая руки и перешептываясь, хихикая.       — Что ж, твое право, — сказал Дарайн и стал спускаться, подходя к весам.       — Напоминаю, — сказал он аудитории, пока снимал кольца и складывал их в чашу, — загадывать по одному, ждать пять секунд, не перебивать друг друга, ничего личного и ничего неприличного. Слева направо и снизу вверх.       — Чего? — спросил Комли.       Лиам смотрел не веря глазам. Неужели Август вот так может взять и вызвать профессора на дуэль? Что значит «попытки»?       — Есть какие-то попытки? — спросил он вслух, глядя, как профессор идет к постаменту.       Внезапно комнату наполнил яркий свет. Пришлось щуриться.       — Пять попыток в год, — сказал кто-то Лиаму на ряду ниже.       — Ничего себе… — Комли был потрясён, — это что, щит такой?       Вокруг профессора ослепительно светился щит его Барьера. В разы толще щита Августа.       — В бой, — сказал Дарайн.       Секундная стрелка Августа почти пропала. Он сжал челюсти и кулаки, хмурился и смотрел в глаза профессора так, будто ненавидит его.       — Зайчик! — раздался голос какой-то девушки.       И адепты засмеялись, потому что между Августом и Дарайном появился большой плюшевый заяц.       — Они что, загадывают профессору иллюзии? — спросила Найдин.       — Похоже на то… — ответил Комли.       — Лес!       Они оказались в вечернем зимнем лесу. Лиам закрыл лицо, глядя лишь сквозь пальцы. Его захлестывали эмоции. И этот щит… вчера… он просто…       — Сорока!       «Щит я держу и без артефактов, но сейчас я его снял…»       — Пляж!       «Потому что я всегда волнуюсь за тебя, вьюнок…»       — Лиам! — шептала и трясла его Найдин, — Лиам, твоя очередь!       Он не заметил, как прошло время, и поэтому сейчас хватал воздух ртом, в панике пытаясь что-то придумать. В голове проносилось сразу все и ничего. На ум шло только личное или что связано с Озером и артефактами. Или с Магистериумом. По центру зала горел камин, который загадал Комли.       На Лиама уже обернулись, но никто не торопил, потому что это было против правил.       Лиам задрожал, приходя в отчаяние.       Но иллюзия вдруг сменилась сама, точнее ее сменил Дарайн — пол и стены всего огромного зала покрыли белые цветочки вьюнка.       «Только ты умеешь так теряться», — услышал Лиам голос профессора. И это было странно до дрожи — будто он прямо внутри. Это не то же самое, что слышать голос. Это гораздо, гораздо более… близко.       — Черешня! — сказала Найдин.       Лиам сидел весь красный, как эта черешня, которая появилась по центру зала.       Профессор сошел с постамента, и комната показалась темной. Август тоже сошел. Адепты терли глаза, пытаясь освоить нормальное освещение.       — Победа, к сожалению, по-прежнему за мной, — иронично сказал профессор. Они с Августом пожали руки и стали надевать артефакты. Пока Лиам пытался собраться с духом, чтобы вообще встать, рядом с Дарайном образовалась целая стайка из адептов, которые все хотели о чем-то спросить.       Вив и Август, взявшись за руки, исчезли.       — Пойдемте обедать, — предложил Комли весело.       Лиам не хотел уходить. Он так хотел рассказать профессору про травинку, но сейчас чувствовал себя очень маленьким и до смешного слабым. И ему было очень стыдно, что он не смог придумать, что сказать.       — Ладно, — согласился Лиам.