Академия Некромантии и Менталистики

      — Это называется «Вечная Мудрость», — раздался рядом голос Дарайна. Всего пару минут назад они переместились из его кабинета в главный зал Магистериума. И сейчас Лиам, словно маленький ребенок, смотрел, задрав голову, на огромную сфероподобную сложную золотую конструкцию на высоте не менее пяти метров и стольких же в диаметре.       Центр, если очень присмотреться, был двумя драгоценными камнями — большим рубином и изумрудом поменьше. А вокруг них в разных направлениях вращались будто бы орбиты — разные кольца. Самое крупное плоское, будто лента, содержало какую-то длинную фразу на обеих сторонах.       — Готов поспорить, — сказал Лиам медленно, — что на большом кольце написано то же самое, что на моем ремне.       — Один может открыть больше другого, но никто — всего, — кивнул Дарайн. — Вон тот пояс из крупных золотых монет — это сорок Магистров Магии.       — Ага, тогда ясно, что такое средний и тонкий… — прищурился Лиам. Он пытался сосчитать количество Старших Магов.       — Старших сто двадцать, — сказал Дарайн.       — А Младших? — спросил Лиам.       — Триста шестьдесят. Втрое больше.       Лиам прикрыл глаза. Сердце колотилось. Сразу столько ключей. Столько информации.       — Не думай слишком усердно, — мягко сказал Дарайн, — а то опять разболится голова.       — Но ведь… но ведь точно есть… главные десять Магистров. Те, число которых умножено на три, чтобы получилось сорок.       Дарайн промолчал.       — Погодите-ка, — продолжал Лиам с закрытыми глазами, походя сейчас на рыночного провидца, — есть, возможно, и главный. После него, допустим — трое, трое, трое. Потом тридцать остальных.       Послышался напряженный шумный выдох:       — Открой глаза. Смотри внимательно. Что ты видишь еще?       Лиам послушался и всмотрелся в центр. Камни и сама сфера висели в воздухе. Больше ничего.       — Ну, один из артефактов — точно создает барьер вокруг Магистериума… — лихорадочно вдумывался Лиам, — а второй…       «Магистериум не любит делиться секретами…» — вспомнился профессор Леви.       — Второй создает барьер в барьере, — проговорил Лиам, — но барьера не видно, значит, это барьер ограничения радиуса действия…       Он посмотрел на пол — мрамор пола под «Вечной Мудростью» был уложен радиально и, кажется, очерчивал именно границу действия.       — Не может быть, чтобы при чьей-то смерти кто-то лез наверх и вручную убирал монетку, — сказал Лиам, — они ведь еще и подписаны… Это… Иллюзия. И она же скрывает аэрический барьер, который точно тут есть. Возможно, иллюзия прячет что-то еще…       Дарайн склонился к его уху и прошептал:       — Блестяще, вьюнок.       Лиам покраснел. От шепота профессора по телу пробежали мурашки.       — Разве мы не торопимся? — спросил Лиам.       Дарайна негромко окликнул взрослый маг лет тридцати.       — Профессор, — улыбнулся он, — надо же, прошли десять лет, а вы не изменились.       — Привет, Гревис, — ответил Дарайн и пожал руку бывшему адепту.       Лиам подумал, что это очень странно. И Дарайн, и Гревис выглядели практически на один возраст. Разве что у профессора в уголках глаз и на лбу были тонкие морщины, а в золотые волосы на висках закралась редкая, только вблизи заметная седина.       — Увы, мы спешим, — сказал Дарайн, положив руку на плечо Лиама.       — Подумать только, — усмехнулся Гревис, — теперь вы и правда похожи на профессора.       По пути к пункту их назначения с профессором здоровались абсолютно все. Те, кто сильно старше, говорили «Марвин», а остальные обращались только «профессор». Лиам шел и чувствовал, как грудную клетку распирают гордость и счастье. Он в белой мантии. Он рядом с Дарайном. Теперь Лиам — в точности как тот адепт, который сопровождал профессора, когда они встретились впервые у Магистериума.       — Так, — Дарайн остановился у какой-то двери. — Ты помнишь легенду?       — Да, — посерьезнел Лиам.       Профессор резко выдохнул, медленно вдохнул, расцвел в своей фирменной улыбке и зашел вместе с Лиамом в кабинет.       За столом сидел хмурый маг в черной мантии, на которой был герб Империи — два скрещенных скипетра над фигурой льва и корона вверху.       — Здравствуйте, полковник Хидер, — дружелюбно сказал Дарайн.       — Здравствуйте, профессор… — Хидер вскинул бровь и посмотрел на Лиама еще более удивленно. — Чем могу помочь?       — Это Лиам Кавелье, — сказал Дарайн, положив руку на плечо Лиама, — ему очень нужно увидеть брата, Саддави Кавелье, который служит в Парвинии под руководством капитана Нариза. Уверяю, обстоятельства крайне серьезные.       — Дайте мне минуту, — сказал Хидер и встал из-за стола. Полковник бережно поднял с полки тяжелый и большой артефакт в форме плоской печати-монеты с камнем по центру. Он уложил печать на стол, коснулся камня своим перстнем, и перед ним раскинулась карта Империи.       — Как, говорите? — переспросил полковник.       — Саддави Кавелье, — спокойно повторил Дарайн.       Лиам только радовался, что на нем ментальный артефакт защиты, который дал Дарайн.       — Саддави Кавелье, — тихо произнес полковник, закрывая глаза.       Карта Империи стала двигаться, увеличиваться, потом превратилась в карту Парвинии и совсем приблизилась куда-то в пустое поле.       — Да, есть такой, — подтвердил полковник, а потом пристально взглянул на Лиама и снова закрыл глаза. У Лиама сжалось сердце.       — Как жена, кстати? — живо поинтересовался Дарайн. — До меня дошли слухи, что вас уже можно поздравить с пополнением.       Хидер отвлекся, открыл глаза и усмехнулся:       — Как такие слухи могут просочиться в Академию?       — Ну как обычно, — улыбнулся профессор, — птичка в клювике принесла.       — Ишь какая птичка, — хмыкнул Хидер, — пробивная.       Лиам уцепился за эту фразу. «Пробивная». Это значит, возможно, что вокруг всей территории замка есть барьер, но не просто барьер ограничения действия некромантического и ментального артефактов, а, скорее всего, аэрический барьер, который замаскирован точно так же, как и «Вечная Мудрость», иллюзией. Она, должно быть, скрывает и сам замок, и, получается, Озеро, потому что ни Академии, ни Озера нет на картах — Лиам обыскался в детстве… Вряд ли бы Озеро оставили без прикрытия, верно? Но это же какой силы должны быть артефакты!       — Нам на два дня, — сказал Дарайн, — переночуем и вернемся завтра вечером.       — Ладно, — согласился Хидер, — только не замерзните там насмерть.       Дарайн подошел и протянул полковнику ладонь. Тот поставил на нее печать и жестом подозвал к себе Лиама, которому поставил такую же.       — Спасибо, — улыбнулся Дарайн, — жене привет!       Лиам чуть склонил голову на прощание и юркнул за профессором, который вышел из кабинета без промедления.       — Полковник может проверить наличие брата? — заволновался Лиам.       — Может, — сказал Дарайн, пока они шли по коридорам, — вот только он в упор не вспомнит, о каком солдате шла речь. И как тебя зовут.       — У него плохая память? — спросил Лиам, спускаясь по лестнице вслед за профессором.       Тот усмехнулся:       — У него слабый щит.

***

      Магистериум, оказывается, имел и подземные уровни. Здесь было прохладно и темно. На стенах вместо факелов светились голубые кристаллы. Лиаму стало не по себе.       Наконец Дарайн остановился перед одной из дверей и сказал Лиаму:       — Назови настоящее имя. Повторяй за мной.       И они вошли.       По центру огромного зала, залитого светом круглых печатей-порталов, стоял фантом. Лиам сразу понял, что это фантом — по тонким плечам и по капюшону рубиновой мантии, который нависал над лицом.       — Марвин Дарайн, — профессор показал печать на ладони, — штаб капитана Нариза в Парвинии.       Лиам посмотрел на Дарайна и тоже показал фантому ладонь.       — Лиам Сэмби, — тоже уверенно сказал, — штаб капитана Нариза в Парвинии.       Фантом взмахнул рукой. Слева, рядом с другими порталами, появился их. Все порталы были светящимися кругами в символах, просто огромными печатями в воздухе. Лиаму было тревожно, потому что за ними, казалось — «ничто», черная беспространственность.       — Дай мне руку, — мягко сказал Дарайн и подвел Лиама к порталу.       Фиолетовое свечение от печати ложилось на точеное лицо профессора. Лиам так залюбовался, что не успел осознать — они вошли в портал.

***

      Первое, что почувствовал Лиам — холод. Пронизывающий до костей холод. Он открыл глаза. Перед ними стоял зрелый бородатый мужчина в толстой военной шинели, штанах, меховой шапке и перчатках. Он улыбался.       — Ну наконец-то! — он посмотрел на двух гостей в тонких белых мантиях. Слишком изящных. Слишком бессмысленных здесь.       — Здравствуй, Нариз, — приветственно улыбнулся профессор.       — А вы, надо полагать, адепт? Как вас звать? — Нариз посмотрел на Лиама и протянул ему руку.       Лиам ее пожал, смутившись, и сказал:       — Лиам Сэмби.       — Штабс-капитан Пятого подразделения Магического Дивизиона Имперской Армии Младший Маг, фуэр, Двал Нариз, приятно познакомиться! — выдал Нариз с хохотком.       Лиам смутился еще больше. Он никогда не видел суровых военных. Еще и магов… Он, выходит, тоже когда-то учился в Академии?       — У меня тут припасена кое-какая экипировка для вас… — Нариз подошел к скамье под узкой амбразурой — горизонтальным окном. Оказывается, на скамье были приготовлены шинели, шапки, а на полу — большие валеные сапоги, две пары.       — Так, идите сюда, — деловито распорядился капитан, — разуваться на надо, в эти боты прям в обуви можно… На адепта, конечно, шинель великовата… Но ничего…       Лиам облачался в тяжелые грубые вещи, но почему-то не мог сдержать улыбку. Одевшись, увидел, что из амбразуры открывается вид на огромную снежную даль. Такую снежную, что даже не было видно горизонта.       — Мы на смотровой вышке, — сказал Нариз, увидев любопытство Лиама, — солдаты-немаги отсюда стреляли бы из арбалетов. А мы вышку используем просто поглядеть. Вон, присмотритесь, тоже вышка торчит. Там вражеский лагерь.       Лиама эта картина волновала до глубины души. Неужели там люди? Неужели их нужно убить?       — Ну что, — Нариз обратился к Дарайну, — пойдемте?       Только сейчас Лиам увидел, что профессор стоит, застыв, и смотрит в никуда.       — Минуту, — проговорил он с трудом.       Лиам не понимал, что происходит, и посмотрел на Нариза. Капитан тоже насторожился. Они стали ждать.       Наконец Дарайн открыл глаза и улыбнулся словно через силу:       — Пойдемте.       Они медленно спустились по длинной вертикальной лестнице. Лиам не мог перестать переживать. Он предчувствовал что-то плохое.       Когда башня закончилась, начался спуск в окоп.       Здесь была вырыта маленькая деревенька под белым маскировочным тентом.       — Вот там койки, там кубрик и столовая… там, налево, кухня… направо мой, так сказать, штаб… — рассказывал Нариз.       — П..профессор… Дарайн? — раздался голос справа.       В дверях одного из домиков стоял парнишка лет восемнадцати. Он смотрел на Дарайна как на привидение, как на внезапное воспоминание об утраченном счастье. О столовой, о Парке, о вечно пиликающих часах, о балах… об уютной комнате, о красивой мантии…       — Это правда… вы?       Лиам видел, как тяжело сглотнул профессор перед тем, как широко улыбнуться.       — Марко, — ласково сказал Дарайн и раскрыл объятия.       Марко рванул к нему, крепко, жадно обнял и разрыдался, будто весь его мир разом рухнул.       — Про…фессор, — он задыхался, — профес-сор… Дарайн…       Лиам смотрел, и у него разрывалось сердце.       — Эй, бойцы! — Нариз уже был у кубрика и кликнул ребят. — К вам гости! Ну-ка сюда!       Из кубрика в шинелях нараспашку вышли еще шестеро. Кто-то младше, кто-то старше.       — Добрый день, адепты, — поздоровался Дарайн точно так же, как здоровался на своих лекциях.       У фуэров на глазах выступили слезы, они тоже, после секундной заминки, побежали к профессору.       Дарайн бесконечно обнимал, бесконечно гладил по красным от мороза щекам и улыбался светло, ясно.       — Мои хорошие, — повторял он, — мои хорошие…       Лиам понял, что слезы текут ручьем и у него самого. Как профессор может так улыбаться? Какую силу надо иметь, чтобы так тепло, так светло улыбаться сейчас?       — Я вытащу вас отсюда, — сказал Дарайн, — скоро я вас всех верну в Академию, даю слово. Потерпите ещё несколько месяцев, хорошо?       Фуэры притихли и стали вытирать слезы. Они были насторожены, но обнадежены. Переглядывались.       — Как? — спросил один из них, самый взрослый, лет двадцати.       Дарайн отошел на самый большой пятачок, расстегнул шинель, достал из внутреннего кармана мантии перстень с алмазом и надел.       — Так, расступитесь, — скомандовал профессор и выставил руку вперед, прикрывая глаза. Медленно очертив круг, он открыл глаза и стал ждать. Пару секунд ничего не происходило, а потом распахнулся ярко сияющий синий портал.       Марвин посмотрел на Лиама и вдруг улыбнулся по-настоящему.       Ожидание длилось несколько долгих минут, но в портале наконец появились очертания. Вперед на пятачок медленно выехала черная карета — на колесах, но без окон и дверей. Вслед за каретой появился профессор Леви, уже тепло одетый и задорно улыбающийся.       — Салют, адепты! — сказал он бодро. Ему захлопали, будто он исполнил какой-то номер.       Леви посмотрел на Лиама и подмигнул.       — Приступим, — серьезно сказал Дарайн. — Перед вами, адепты, «Карета Академии». Это новое оружие, которое изменит всё. Которое заменит вас.       Профессор сделал паузу и обвел всех глазами. Он прошел к карете и коснулся ее перстнем. Та стала бело-золотой с гербами Академии. Лиам узнал эту карету. Рядом с такой он и увидел Дарайна впервые.       — Каждый из вас, пожалуйста, прикоснитесь к ближайшему к вам колесу, — попросил Дарайн. — Абсолютно каждый, это жизненно важно.       Все стали подтягиваться к карете и трогать гладкие, блестящие, но будто бы деревянные колеса. Дотронулся и Нариз. Последним был Лиам.       Дарайн продолжил.       — В этой Карете находится артефакт, питающий десять инферналов, которых мы называем «Стражи Империи». Это боевые фантомы. Они расценивают «своими» тех, кто заранее тронул колесо белой кареты. Остальные — враги.       Профессор снова тронул карету перстнем, и вокруг возникли Стражи. Все ахнули. Стражи и сама Карета были под аэрическим барьером. Фантомы были в черных шлемах с забралами и частично в броне. Наплечники, налокотники, нагрудники, сабатоны — все выполнено красиво, детально, искусно. Даже кольчуга была черной. Латы скрывали худобу инферналов и приближали их фигуру к человеческой.       Профессор пояснял:       — По части боевой и барьерной магии их возможности сопоставимы с беспредельной силой фантомов в нашем замке. Мы с профессором Леви и профессором Фаером считаем, что одна такая карета заменяет не просто целое подразделение, а десять подразделений разом. Фантомы неуязвимы, как и карета, которая, друзья, летает над полем боя и требует Возничего — владельца перстня.       Дарайн посмотрел на Нариза.       — Завтра мы идем в бой.