Дивный Новый Рассвет

      Кастор нейтрально смотрел на экран поражения и медленно дышал, пока зрители заполоняли чат различными стикерами, в частности лицом главного героя фильма «Американский психопат». И его тоже — среди модерации нашлись умельцы, которые смогли ужать изображения до необходимого размера. Был ли Бринель недоволен этим фактом? Отнюдь. Он получал странное удовольствие от осознания простого факта: зрителям нравится смотреть его стримы и общаться с ним. И, удивительно, темы общения зачастую или интересные, или философские. Иногда даже тяжёлые с точки зрения морали. Обсуждение смертной казни, государственной системы, различных прав и решений политических лидеров — это было даже отчасти захватывающе. Много мнений порождает обсуждение, которое лично Кастор держит в рамках приличия. Они люди. А не животные, привыкшие орать и перекрикивать своего оппонента. Как выражаются некоторые коллеги по цеху: «Уголок цивилизации в мире Лиги». Лестно, но это больше заслуга зрителей. — Игра за поддержку — довольно странная вещь, даже если ты выигрываешь линию, то это не даёт никаких гарантий на победу в игре. Это не роль, созданная для вытягивания игры из болота, в которое её поместила команда.       Это была большая ошибка: сменить роль, чтобы попробовать свои силы. Особенно на роль поддержки. Наутилус неспособен в одиночку выиграть банально из-за низкого урона и огромного числа типов контроля у вражеской команды. Его собственная? Очередная упаковка замороженных овощей за несколько центов, которые не купит даже беднейший человек на всей планете. Сгнившие и утратившие любую полезность, которых просто жалко выбросить. Жалко тех бездомных животных, которые решат съесть эту пачку, ведь смерть от такого яда хуже, чем от бубонной чумы. Да даже пластиковую упаковку жаль: она для природы намного полезнее, чем содержимое. Извечный страж жизни на планете. — На этой забавной ноте, — да, Кастор произнёс весь этот монолог вслух, в очередной раз всполошив весь чат. — Сегодняшний восьмичасовой стрим заканчивается. Спасибо вам за приятное общение, присутствие и поддержку.       Бринель выдохнул, когда стрим остановился. Говорить несколько часов подряд, конечно, тяжело, но это трудности, которые доставляли удовольствие. Странно, конечно: необщительному человеку нравится общаться с большой толпой, но скорее всего дело в проведённом времени. А также ненавязчивости зрителей, в отличие от некоторых личностей, что пытались добраться до границ его терпения. В частности, несколько людей, а также демонов. Некоторые личности считают, что могут заманить его в свою секту, а другие — что он не против завести множество детей. Маг развалился в кресле и закрыл глаза. Мир полон психов, даже ещё худших, чем он сам. — Я хочу создать галерею ледяных скульптур, состоящую из кучи выводящих из равновесия людей, чтобы остальным это стало наглядным примером, — Бринель выдохнул пар изо рта, демонстрируя недовольство, когда в дверь снова позвонили. Он чувствовал, что это снова владельцы Механизмов, которые хотят о чём-то с ним поговорить. О чём — неизвестно, но предчувствие говорит, что информация не понравится Кастору. Вот только желание всё-таки высказать им всё в лицо, а не игнорировать, как всю эту неделю, практически достигло пика. — Ладно… — маг поднялся со стула и помассировал переносицу, когда на грани чувствительности появилась знакомая аура. — Да за что мне это? — Я могу прогнать их, — Офис оторвала взгляд от своей книги, чьё название удивило и одновременно напрягло мага, поэтому тот старался не смотреть на эту макулатуру. Божество в его глазах становилось всё более непредсказуемым. — Да, было бы замечательно, — устало произнёс Бринель. Его мозг отказывался от общения с какими-то героями, что являются частью организации. Террористической организации. Бригада Хаоса занимается распространением оного под эгидой Офис, как объяснила она сама. Но ей просто нужны были сильные существа, чтобы победить Великого Красного. А теперь не нужны. Почему? Подозрения имеются… И они магу не нравились. — Если бы мне сказали раньше, что я увижу нечто подобное, то рассмеялся… — Кастор нейтрально смотрел через окно на то, как троица героев отступала к границе двора, а на них наступала Офис с метлой наперевес. И да — ему несмешно, а неспокойно. Дракон Бесконечности начала быстро очеловечиваться. Интересоваться культурой, поведением, похабщиной… Камасутра, к примеру. Её девушка и читала. Изменения во внешности ещё большие, чем раньше. Теперь Офис выглядела на все двадцать пять. И это не очень хорошо. Боги достаточно консервативные существа, нежелающие менять себя или свои догматы под новые реалии. Им намного проще испарить сотню-другую последователей, чтобы запугать других.       Изменения же божества сулят нечто грандиозное. Такое, отчего его последователи обычно сидят в прострации неделями. Бог войны неожиданно стал ратовать за мир? Повелитель кузнецов стал покровителем морей? Кастор прикрыл глаза и вздохнул. Этот мир сотрясётся до основания, узнав об изменениях в поведении Офис. Все привыкли к её безразличию и лёгкому любопытству, а не беготне с метлой, чтобы прогнать назойливых героев и демоницу. — Зачем ты оставил дырку? — Бринель повернул голову к появившийся на своём месте Офис, которая открыла книгу и продолжила читать. Да, ту книгу. — Как доказательство их беспомощности. Как предупреждение, — Кастор поднял руку и загнул два пальца. — Чтобы готовились. — К чему? — девушка прервала чтение и посмотрела прямо в глаза Бринелю. И не как это было раньше — нейтрально и безучастно, а с проблеском живого интереса и любопытства. — К появлению других гостей из моего или других миров.       Его расчёты приводили к тому, что в течение века мир вновь окажется под угрозой извне. Великий Красный, как выяснил Кастор, защищает местных от угроз вторжения, но проблема, что лишь под тканью реальности. Где-то в Межмирье, где нет ничего, там да — Красный сумеет защитить мир. Но цивилизации в космосе возможны, как и путешествия с необходимостью плыть через агрессивную среду между обитаемыми мирами и вселенными. В теории, конец этого мира может наступить в любой момент. Со скачущей вероятностью. Создали сильный ритуал или устроили большую войну — шансы возросли, успокоились и снизили фон магических выбросов — меньше. — А, хорошо. Я с тобой, — кивнула Офис и вновь уставилась в книгу. Кастор покачал головой и в очередной раз вздохнул. Да… Никогда он не подумал бы, что это действие станет привычной частью жизни. Вздыхать от творящегося вокруг хаоса и откровенного дома сумасшедших и пытаться не называть всех вокруг мартышками, которые от мартышек отличаются интеллектом в обратную сторону. «Всяко лучше, чем в моём родном мире», — мысленно чуть улыбнулся Бринель. Идиотов можно вытерпеть и жить дальше, но не эфирный шторм или очередной разрыв хаоса, что сожрал бы кусок земли…

***

— А потом она говорит: «кыш». И гонит меня метлой! Метлой!       Акено понимающе улыбалась, как и Риас, вот только внутри у Гремори сердце торжествующе ликовало. Никаких детей от Кастора, Зеновия! Твои попытки прямого штурма окончатся лишь капитуляцией и отступлением. Бринеля не взять, как обычного парня, тут нужен особый подход. Как и подход в свиданиях. Демоница еле сдерживала мечтательное выражение лица, чтобы никто ничего не заподозрил. Ну, или хотя бы не видел её таким ребёнком.       Свидания с Кастором были… Своеобразными. Она не была против чего-то банального, но вот Бринель считал, что вместо похода в кино, которое можно и дома посмотреть, стоит посетить нечто более запоминающееся. Океанариум, концерт знаменитой группы в другой стране (Кастор — засранец! Пока он путешествовал, успел понаставить меток для своих телепортаций! И никому не сказал!), культурный фестиваль, посетить специализированный ресторан или вообще выбраться в живописное место.       И каждый раз что-то новое. Нет, конечно, всего неделя прошла, но за это время Риас посетила больше мест, чем за всю свою жизнь. Положение принцессы накладывает некоторые ограничения на передвижения. Но сейчас? Сейчас у неё куда больше свободы, чем раньше. Да, некоторые привилегии остались в прошлом, но они были не очень полезными.       И, оказывается, её парень тоже аристократ! Его семья владела графством и участвовала в жизни крупнейшей империи в Каирне. Его отец был министром финансов, что приводит к математике. Именно Кристофер (так звали папу Кастора) привил ребёнку любовь к точности, математике и моделированию. Ведь если рассчитать всё правильно, то это сэкономит кучу времени и сил других людей. — Блин, нечестно! Эта баба дала мне по заднице метлой! — Да? Как интересно…       Акено вцепилась в свою жертву, на что Гремори лишь покачала головой. Жаль ли ей Зеновию? Может чуть-чуть. Своих слуг она любит, но любовь — штука серьёзная. Ну, симпатия. Да, она. Риас прокашлялась. Честно, хотела бы она познакомиться с семьёй своего парня. Отец — умный и рассудительный человек, всегда находящий время на своих детей, а мать — добрая и заботливая женщина, что как раз привила сыну любовь к культуре в целом, а также терпению. Маг давно мог бы заморозить всех надоедливых, но держится. А вот брат и сестра… Риас убрала улыбку и чуть нахмурилась. Их упоминание пошатнуло вечное спокойствие Кастора. Она впервые увидела сожаление и боль в его глазах, отчего стало дурно.       Когда человек, который всегда сосредоточен и, кажется, вечно спокоен, вдруг резко меняет настроение, это настораживает и беспокоит. Что могло случиться, чтобы такой стойкий человек мгновенно терял свой холод? Что за история скрывалась там? Что заставляет Кастора в ней жалеть? Жалеть кого-то или о чём-то? И дурно от тех мыслей и предположений, которые она делала. Одно хуже другого. — Надо прекращать это. Не хочет говорить — его дело, — прошептала девушка и вздохнула, нейтрально посмотрев на то, как Конеко гналась за Гаспером, который панически перепрыгивал диван. Да, чеснок пугал паренька до самой души. — Итак, когда ты вгрызёшься в запретный плод? — М? — Риас перевела взгляд на Акено, которая улыбалась, как кошка, что добралась до мышей. Зеновия с красным лицом быстро вышла из комнаты, а её ладья выгнала бедного полувампира на улицу. Через окно. Киба? Тренируется. Снова. Один. Нужно напомнить ему об их узах. — Плод? Ты о чём? — осторожно переспросила Гремори, чуя, что её ферзь решила выбрать другую жертву. — Сладкий, как арбуз, но холодный как мороженное, — медленно протянула девушка и облизнулась. Риас застонала и закрыла лицо руками. Духи, за что?! И откуда?! — Акено… — Да, Риас? — ехидно спросила Химедзива и подмигнула. — Твой секретик никому не выдам, если ты хочешь об этом попросить. — Откуда? — единственное, что спросила Гремори уставшим голосом. Её теперь будет ждать настоящий ад в виде ехидной и колкой полупадшей, которая живьём её не отпустит. — Кое-кто стал чаще ходить к кое-кому, улыбаться ярче и почти не прекращая, — с намёком произнесла Акено и улыбнулась уже нормально. — И хорошо. Давно нужно было тебе парня найти. — Ну спасибо за поддержку, — саркастично ответила на укол Гремори и недовольно посмотрела на подругу. Та только прикрыла рот ладонью и захихикала. Мерзковато. — Но цветы-конфеты это хорошо, но когда ты, как там… — черноволосая ударила пальцем по подбородку и задумчиво посмотрела вверх. — Как там младшеклассники говорят? Трахнешь его? — Акено! — Гремори вскочила со своего места и ударила ладонями по столу, отчего Акено только рассмеялась. Лицо высшего демона стало похожим цветом на волосы. — Какого ангела?! — Ну-ну, это нормальное развитие отношений… — Им только неделя! — Некоторым и одного свидания хватает… — Химедзива закрыла глаза и открыла один, хитро улыбнувшись. — Ты засранка, — Риас обратно упала в кресло и злобно начала пилить ферзя недовольным и злобным взглядом. Та на это только заулыбалась шире. — Знаю. И ты это знаешь.       Но это не мешало Гремори напоминать об этом каждый раз… Во имя всего на свете! Как так можно?!