Дивный Новый Рассвет

      Приём пищи для аристократов никогда не был чем-то простым, как привык сам Кастор: приготовил, съел, помыл посуду. Никакого особенного ритуала в этом маг не видел, хотя и сам являлся потомком королевского рода. По крайней мере их генеалогическое древо говорило именно об этом. Дальние родственники королевского рода, что был ещё до возникновения Империи как таковой. Бринель не любил учить, кто и где встретился, чтобы создать наследника, за что ему, откровенно говоря, приходилось страдать. Отношение к «чистоте крови» у аристократов всегда было серьёзным, чего сам маг не понимал и понимать не хотел. Его отношения не разделял никто, даже родители, привыкшие меряться с другими своим генеалогическим древом.       Отличался ли чем-то род Гремори? Может, не было трепетного отношения к древу? Или приём пищи был проще?... Кастор нейтрально посмотрел на то, как слуги заносили множество блюд по какому-то ритму, а также на несколько портретов предков рода, что висели на стенах… Ответ очевиден. И его тошнило от этого, как и от обилия еды, которую слуги ставили на длинный стол. В бытность сыном аристократов, Кастор также воротил нос от такого. Непомерные затраты ради того, чтобы накормить пару человек, которые не факт, что всё съедят…       Неприятно, конечно, но опыт терпеливости у него имелся, поэтому маг молча наблюдал за окружающей обстановкой краем глаза. Она была… Мягко говоря, мрачной. Не до уровня Рассвета, конечно, но к положительным эмоциям не располагала. Риас смотрела на мать, как на предателя, а та взглядом просила прощения. Отец семейства старался не отсвечивать, понимая, что обязательно попадёт под горячую руку, если уже не попал. Самому же Бринелю было по большей части всё равно, ему куда важнее донести до демонов тот факт, что фигуры должны исчезнуть. Или исчезнут сами демоны. — Я не ощущаю никаких странных примесей в запахе пищи. Думаю, в этот раз обошлось без эксцессов и неожиданных подарков с третьей стороны, — ему всё равно, но не съехидничать Кастор никак не мог. Его же всё-таки называют токсиком, так почему бы и не последовать этому паттерну поведения? Тем более, это небольшая месть за то, что ему пришлось пережить этой ночью. Наличие некоторых препаратов в еде его жертвы — это всего лишь небольшое совпадение, как и возможная неожиданность в виде дневного сна с одновременным походом в туалет. Мелочно? Естественно, этого отрицать нельзя. Приятно? Конечно, этого отрицать тоже нельзя. — Спасибо большое, Кастор. Теперь я могу не бояться, что накинусь на тебя, как животное, — приторно-сладкий тон Риас демонстрировал её скверное настроение, а потерянное выражение Венеланы лишь дополняло картину. Картину семейного конфликта. — Я рад. Иначе бы мне пришлось применить летальную силу, чтобы защититься от дикого и опасного демона, — с небольшой повседневной улыбкой ответил Кастор, решив подыграть девушке. Мелочно? Конечно. Но убивать Венелану за то, что та решила своим путём дать дочери счастья… Было бы неправильно. Да, ему пришлось пережить неприятные воспоминания, но когда-нибудь это всё равно случилось бы. — Это было бы крайне неприятно, не так ли, мама? — Риас медленно повернула голову к собственной матери с настолько натянутой улыбкой, что та чуть ли не трещала от напряжения. — Риас, прости ещё раз, пожалуйста, — Венелана выглядела так, что ещё немного и в ней что-то надломится. Отчаянный взгляд и выражение лица. — Я хотела как лучше. Чтобы вы с Кастором стали ближе. — Ага, и для этого использовала это! Как так можно?! — девушка нахмурилась и отвернулась от матери. — Это же практически насильственное принуждение!       Бринель выдохнул. Этот конфликт продолжался до сих пор, с этой ночи, когда Риас убежала, чтобы разобраться в ситуации. Правильно ли это? Возможно, но при этом понять женщину тоже можно. Счастье детей зачастую ставится превыше собственного счастья. И даже если ребёнок этого не понимает, родитель всегда старается сделать всё, чтобы дитя было счастливо. По крайней мере хороший родитель. И Венелана именно такая. Отец, скорее, не хотел попадать под руку и ещё сильнее раздуть этот пожар. — Даже если это ради блага ребёнка, это всё ещё неправильно, — Бринель посмотрел на Венелану и покачал головой, а затем чуть улыбнулся. — Но я могу понять ваше желание сделать свою дочь счастливой в обществе, где браки по расчёту являются нормой. — И я понимаю твоё негодование, потому что тоже его ощущаю, — Кастор перевёл взгляд на Риас, которая удивлённо на него посмотрела в ответ. — Но это не повод ругать родителя, который хотел тебе блага. Советую вообще научиться ценить мгновения рядом с ними, — маг прикрыл глаза и отломал кусочек мяса от большого куска. — Жизнь — такая сущность, что способна уничтожить всё в мгновение ока. — А вам бы больше смелости и яиц. Как отдавать дочь замуж, так самый первый, а как решать конфликт, так я в стороне, — Бринель хмуро посмотрел на Зеотикуса, который удивлённо взглянул на мага. — Понимаю, нежелание попасть под руку, но это твоя семья. А ради близких стоило бы и пострадать немного.       Кастор перевёл всё внимание и взгляд на еду. Он подавил внутри себя ревность к Риас, у которой имелась семья. Со своими проблемами и жуками в головах, но имелась. Которая, как могла, заботилась о ней и любила её. У него такого уже давно как нет. Да и никогда не будет. Родители сгинули одними из первых, брат сошёл с ума, а сестра… — Цените то, что имеете. Очень легко научиться перестать ценить то, что у тебя есть. То, что попадается на глаза каждый день. И то, что кажется твоим по праву.       Аппетит напрочь пропал. Организм был занят тем, что останавливал его внутреннее желание накричать на всех вокруг и обвинить в мелочности и малодушии, но разум понимал, что такова природа интеллектуальных существ. Мозг не любит тратить ресурсы на то, что по его мнению, бесполезно, поэтому многое уходит или в сторону, или в шаблоны. И любовь к семье — одно из этого. Мозгу куда проще обработать факт, что так и должно быть, чем каждый раз напоминать себе, что тебе повезло иметь всё это. — Аппетита нет. Я пойду. Но спасибо за прекрасную еду вашим поварам, а также слугам за то, что принесли её.       Бринель поднялся из-за стола и быстро покинул обеденный зал. У него не имелось никакого желания слушать кого-либо или видеть. Хотелось одного — побыть одному и просто подумать. А также добавить в копилку знаний о демонах то, что в плане семьи у них всё как у людей. Не ценится, пока имеется, плачется, когда теряется. Классическое человеческое поведение в обёртке демонической расы. «Всё больше думаю, что местные демоны это искусственно созданные организмы каким-то богом в качестве насмешки или попытки превзойти людей. Или как в случае радио: имеет место быть параллельная разработка…»

***

      Офис было сложно понять чувства. Для неё они были чем-то необъятным, непонятным и далёким. Что это? Как это? Почему это? По крайней мере раньше. Теперь же, пообщавшись с людьми больше, она начала медленно понимать всё это. Весь спектр. А также то, почему их ощущают и зачем. Дракон не могла поместить своё понимание в слова, но зато могла прочувствовать. Понять с этой стороны. И когда девушка (правильно ли себя так называть? Технически, у неё нет пола, но… Офис привыкла к такому образу, а значит она есть она) научилась небольшой толики ощущений, то всё осознала.       А также осознала, что эмоции также способны приносить боль и неприятные ощущения. Тот самый эмоциональный и психологический ущерб, о котором рассказывал Кастор. Радость и счастье соседствуют рядом с отчаянием и печалью, прямо как сладкое и солёное. И даже имелись те, кому нравилось ощущать неприятные чувства. Потерянные и побитые жизнью, как говорил Ддрайг. И вот сейчас Офис смотрела на Кастора и понимала, что большую часть времени внутри он был тем самым потерянным. Один посреди океана тех, кого он не понимает. Как и она. Тогда выходит уже два. А два должны быть рядом. — Ты не в порядке, — это первое, что произнесла девушка, встав рядом с Кастором. Тот стоял на границе территории Гремори и смотрел в сторону большого демонического города. Его лицо было нейтральным, как всегда, но не хватало той самой улыбки, за которой скрывались знания и многолетняя усталость. Прямо как у неё. — В который раз осознаю тот факт, что отличаюсь от большей части разумных существ. Мой мозг не работает нормально и не способен работать по паттернам, как это обычно бывает, — спокойным голосом сказал Бринель, а затем перевёл взгляд на неё. — И тебе доброго времени суток, Офис. — Как и я. Мы с тобой отличны от жителей этого мира. Возможно, и остальных, — без капли печали заявила Офис. Такова их природа и происхождение. Быть отличными от всех из-за своей роли, отданной им вселенной. — И тебя не беспокоит этот факт? — нейтральным тоном поинтересовался Кастор, на что девушка чуть улыбнулась. — Я научилась относиться к этому безо всякого интереса. Да, я отличаюсь. Плохо ли это? Вряд ли. Ни мне, ни другим.       Если она просто существует и не мешает другим, то какая разница, что творится у неё в голове? Это не мешает никому жить и существовать. Как и ей не мешают чьи-то мысли где-то на грани видимого мира. Они просто разные, но это не значит плохо. Возможно это и приведёт к конфликтам, но это если у них имеется недостаток серого вещества в голове. Чем, к сожалению, страдает большинство. — Не так просто жить в таком обществе. Не существовать, а именно жить, — с ноткой печали произнёс Бринель. — Наружу сразу выплывают все подводные камни, мешающие всем и тебе в том числе, особенно тебе. — Я провела много времени рядом со смертными и тобой, чтобы понять одну вещь, — Офис посмотрела прямо в глаза Кастору. — Что без трудностей, ваша жизнь станет серой и безвкусной. — И что в жизни всё должно иметь начало и конец, — Бринель вновь посмотрел на город и печально вздохнул. — Со временем любые занятия наскучивают, и бессмертные начинают играть по-крупному. И при этом страдают исключительно те, кто не может противостоять им из-за банальной разницы в возрасте. — Я рада, что могу просто умереть. Умереть, как простая смертная. В один день с тобой, — странно. Книги говорили, что сказать такие слова очень сложно, но оказалось это не сложнее, чем попросить у Кастора ещё одну пачку печенья. Снова наврали? — Я надеюсь, ты понимаешь значение последнего предложения. Иначе мне придётся провести небольшую лекцию, — Кастор скосил на неё взгляд, на что Офис лишь положительно покачала головой. Она знала значение. И понимала, что означает сказать эти слова вслух. Странно, что дракон бесконечности признаётся в нечто подобном человеку, но Кастор не обычный человек. И может даже не человек.       Удивительная вещь. Она смогла не только понять чувства, но и поддаться их влиянию. Маг… Занимателен. Удивителен. Уникален. Он способен на прямолинейное общение с ней, без страха. Он понимал её и её желание быть в тишине, а также старался лишний раз рассказать о мире людей, чтобы Офис ненароком не уничтожила всех вокруг. Как губка, девушка поглощала знания и внимание, что давал ей Кастор. Маг заботился о ней больше, чем вообще любое существо в мире. Никому не было дело до неё. Даже миньоны хотели силы, а сама она им не нужна.       Кастор? Он видит в ней личность. Полноценную личность, которой необходимо всё то же, что и другим. И он давал это, по мере своих собственных сил. В какой-то момент их общения Офис поняла одно — её душа просит быть рядом с ним. Ощущать это тепло и заботу с его стороны. Всё это. Попробовав при этом дать такое же взамен. Сложно, она попробует. Много раз, если потребуется. — Жизнь стала лишь сложнее после твоих слов, — Кастор мрачно хмыкнул. — Вернее, я окончательно удостоверился, что будет сложно. — Я могу убить Гремори. — А? — маг всем телом развернулся к Офис и серьёзно посмотрел на неё. — Нет. Причина не в ней. — В чём тогда? Я могу уничтожить это, — уверено заявила девушка, зная о собственных лимитах. Если это касается этого мира, то никто не способен её одолеть. Красный — дурак и читер, он не считается. — Это… — Бринель покачал головой и нахмурился. — Я объясню, когда закончу одно дело. Возможно, тогда эта проблема исчезнет сама собой. — Буду ждать.