Сожги меня...

Вэй Миншенг отнял флейту от своих губ, удовлетворенно выдыхая, когда госпожа Мо, находящаяся за барьером-ловушкой, бессильно завалилась на бок, а неродная для нее рука прекратила дергаться, затихая. Он больше не чувствовал того давления, которое некоторое время назад испускала конечность бывшего главы Не. Ну, или, по крайней мере, пока что не чувствовал. Он убрал флейту в рукав ханьфу, поворачиваясь в сторону стоящего рядом Лань Ванцзи, и наклонил голову набок, осматривая его. Кажется, оригинальный Вэй Усянь описывал его как-то вроде «как был ледышкой, так и остался», но теперь отчётливо было видно, насколько эмоциональным он стал. Вэй Миншенг подметил почти профессиональное сокрытие радости в его глазах, хотя внешне Ванцзи был до жути непроницаем. Мужчина перед ним опустил гуцинь, пристраивая его за спиной, и продолжил смотреть. Молча, почти гипнотически. «Я бы на месте кончился, если бы на меня так в прошлой жизни смотрели. С другой стороны, он не может не быть удивлен тем, как лицо Мо Сюаньюя теперь похоже на моё собственное в прошлом теле. Ребёнок ведь и сам по себе красивый был, если судить по тому, что я видел из описания оригинального сценария, и того, что изобразили в дунхуа». Адепты клана Лань, стоявшие позади них, тихо зашептались. — Почему Ханьгуан-цзюн ничего не делает? — Что происходит? — Они знакомы? — Нет, определенно нет. Вэй Миншенг вытянул руку вперёд, согнув пальцы единожды, и слегка улыбнулся, суживая глаза. Было сложновато без должной подготовки снова взять в руки флейту и играть на ней такое продолжительное время. С другой стороны, не то, чтобы он раньше часто играл. Помниться, в первой своей жизни он был очень плох в запоминании различных октав, но сейчас с лёгкостью мог исполнить даже партию для скрипки или фортепиано на обычной флейте. — Лань Ванцзи, — он перевел взгляд со своей руки на лицо мужчины перед ним. — Ты, случайно, ну так вдруг, может быть есть небольшой шанс этого, не должен запечатать это нечто, пока мы его усмирили? — Мгм, — Ванцзи был непроницаем, на первый взгляд, но на самом деле едва заставил себя двигаться. Вэй Миншенг так спокойно читал его сейчас, что невольно улыбнулся снова. Верно, кто ещё, кроме Второго нефрита, настолько искренне рад его возвращению? Удивительно, что даже в этом он следовал основному сценарию. Даже если перед ним был не оригинальный Вэй Усянь. Вэй Лэй развернулся на пятках, оборачиваясь в сторону адептов Гусу Лань, складывая руки за спиной. Юноши все ещё продолжали перешептываться, но были готовы внимать любому слову. — В таком случае, позаботься о теле госпожи Мо. Я бы хотел осмотреть Западный двор на всякий случай, раз уж эта штука появилась именно там, — он слегка прищурился, разглядывая толпу юношей перед собой. — Молодые господа, на вашем месте я бы пополнил запасы всего, что вы истратили на сегодняшней ночной охоте. Я полагаю, это дело с неизвестной рукой слишком запутанно, чтобы решить его быстро. — Прошу простить, — один из адептов вышел вперёд толпы и слегка поклонился. Миншенг узнал в нем Лань Цзинъи, хотя по сути своей он мало отличался от остальных адептов, но некоторое превосходство в его глазах позволяло четко определить, что за персонаж перед ним. — Вы сказали, что это дело связано с рукой? Вэй Лэй приложил одну из рук к шее, поглаживая ее и стараясь унять набирающую силы мигрень. Плохо, когда под рукой нет полезных таблеток из прошлой жизни, или, на худой конец, расчудесной травы, которую он выращивал в Илине. — Верно, с рукой. — То есть это не призрак или дух, который взял под контроль погибших? Сычжуй еле слышно вздохнул, выходя из строя адептов вперёд и равняясь с Цзинъи. — Цзинъи, приглядись внимательнее. У каждого из погибших отсутствовала рука. У госпожи Мо даже сейчас невооружённым взглядом видно различие. — Верно, молодой господин Лань, рука, которая сейчас была у госпожи Мо, намного темнее по цвету кожи, больше, так как она мужская, и выглядит так, будто является неподходящей частичкой пазла, — Миншенг принялся тереть шею чуть сильнее, но старался сохранять нераздраженный и спокойный тон голоса. Лань Ванцзи закончил упаковывать конечность главы Не в мешочек цянькунь, отряхнул свои одежды, убрал гуцинь и поравнялся с Вэй Лэем, становясь рядом. — Ох, на самом деле, я могу попросить вас разобраться с телами? Кто-то из вас определенно превосходно играет на гуцине. Я бы хотел перекинуться парочкой слов с Ханьгуан-цзюнем, — почти привычным движением он перекинул волосы за спину, сложив руки в замок, и выжидающе уставился на Сычжуя. Лань Юань улыбнулся ему и поклонился, принимаясь распределять работу между адептами. «Славный ребенок, самый лучший ребенок, очень надеюсь, что хоть что-то из моих уроков и рассказов он ещё помнит. Иначе с телом Не Минцзюэ придется туго в последующем. План, конечно, все ещё не внушает мне никакого доверия, но раз уж меня успешно воскресили, то и действовать нужно соответствующе». — Лань Ванцзи? Пойдем? — он обернулся к мужчине, стоящему рядом, и наклонил голову. — Веди, — Лань Чжань коротко кивнул, едва не светясь каким-то внутренним светом. «Если бы у него был хвост, то он определённо сейчас исполнял бы функцию пропеллера… Погодите, то есть собак Вэй Усянь не любит, но если это Ванцзи, то все нормально?» Он задумчиво кивнул, вспоминая примерную карту Восточного двора, где был небольшой сад. Идти было недолго, так что вскоре Вэй Миншенг прислонился спиной к одному из деревьев и посмотрел на своего спутника. — Итак… Я бы наверное сказал, что у меня много вопросов, учитывая ситуацию, в которой нахожусь, но… Кое-что я должен сказать прямо сейчас. Я рад тебя видеть. Зрачки Лань Ванцзи мгновенно расширились, его лицо стало выглядеть удивлённым, хотя поражённым подошло бы больше. — Мгм. Рад. «Боже мой, кто вообще учил оригинального Вэй Усяня жизни? Кого он боялся? Ванцзи же сейчас даже дыхнуть лишний раз боится, какое там убить или заключить под стражу». — Ха-ха, все же мне не хватало твоей краткости и прямолинейности, знаешь? — Вэй Миншенг слегка прищурился, улыбаясь. — Полагаю, нет смысла спрашивать: как ты узнал меня, верно? Лицо Лань Чжаня слегка смягчилось, он кивнул чуть живее, чем обычно. «Угораздило же меня напевать ему «Ромео и Джульетту», право слово. Хотя, это даже иронично, в какой-то степени. «Забыть о сожалениях», знаменитые ВанСяни, сменились любовной классической трагедией». — В любом случае, эти адепты сейчас на ночной охоте? И ты их сопровождаешь? — Мгм. Поступил запрос на истребление нечисти. Брат отправил. — Что же, хорошо. Я смогу поговорить с главой Лань, если ты объяснишь ему ситуацию с этой рукой? Глаза Лань Ванцзи слегка затуманились, словно он размышлял о чем-то далёком. — Вэй Лэй уверен? Миншенг слегка непонимающе захлопал глазами, когда услышал обращение к себе. «Вот уж не думал, что мы каким-то образом с этим правильным человеком перейдем на первые имена. А самое главное, когда успели вообще? Я к нему по первому имени обратился всего один раз, когда спрыгивал со скалы…» — Я уверен, что мое возвращение и эта рука связаны, Лань Ванцзи. — Нет, — лицо Второго нефрита снова сделалось холодным и он слегка напряженно сжал ладонь. «Что? В каком смысле? Почему ты так смотришь на меня? Что я не так сказал?» Миншенг удивлённо уставился на своего собеседника, принимаясь незаметно поглаживать флейту в рукаве ханьфу. — Лань Ванцзи? — Нет. «Какого черта?» — ... Лань Чжань? — Мгм. Глаза Вэй Миншенга неверяще расширились. Он нервно сложил руки за спиной, быстро перебирая пальцы, прокручивая в голове несколько десятков мыслей одновременно. В его голове события основного сценария и рассуждений здравого смысла крупно конфликтовали, заставляя шестерёнки его мозга почти дымиться. Он решил просто проверить еще раз. — Ханьгуан-цзюнь? Второй нефрит сделал вид, что не услышал обращения к себе, переведя взгляд на пролетающую мимо ворону. — Лань Ванцзи? Он все ещё продолжал смотреть за птицей, никак не реагируя на зов, стоя ровно в своей привычной манере недосягаемого божества. — Ладно, хорошо. Я понял. Но ты уверен? Лань Чжань? — Мгм. Темный заклинатель закрыл лицо руками, подавляя приступ смеха.

** ₪₪ ** ₪₪ ** ₪₪ **

Понадобились сутки, чтобы разобраться с деревней Мо. Многие жители, что не удивительно, даже радовались тому, что избавились от таких скверных хозяев. Сложно было, однако, объяснить то, что Второй нефрит практически постоянно ходил за местным «сумасшедшим». Однако свой вклад внесли адепты клана Лань, развеяв определенную долю слухов. Особенно сильно постарался Сычжуй. Мальчик почти уверился в том, что учитель Мо и Старейшина Илина были как минимум знакомы, если вообще не являются тайными родственниками. — Молодой господин Лань! — Вэй Миншенг вышел из старого жилища своего нового тела, неся в руках достаточно увесистую стопку чистых талисманов в одной руке, и расписанную странными символами в другой. — Не поможешь мне? — Учитель Мо? Что это такое? — мальчик почти автоматически принял протянутые ему расписанные талисманы, рассматривая их. — Это же… — Это такие же талисманы, при помощи которых вы обычно ставите защиту. Только я их немного доработал, теперь площадь захвата стала больше, также я поставил небольшую отдачу для входящих заклинаний. Вот здесь, смотри, — заклинатель придвинулся ближе, тыкая в некоторые части талисмана, отмечая разницу с обычным способом рисования. — Ханьгуан-цзюн сказал мне, что это не конечный ваш пункт охоты, вы должны отправиться ещё в какое-то место. Так что я подумал, что мог бы помочь. Лань Сычжуй поражённо замер. Он знал этот почерк. Он знал эти непонятные иероглифы на бумаге. Он даже мог представить, каким именно образом эти талисманы были нарисованы. В его горле собрался тугой ком, заставляя его напрячься и сдерживать подступающие слёзы. — Учитель… Вэй? — он понизил голос до шёпота, неверяще смотря на человека перед собой. Ему внезапно захотелось выбросить все, что он держал в руках и коснуться его. Убедиться в том, что это не галлюцинация. Что это не сон. Что это не очередной кошмар. Вэй Миншенг улыбнулся. Своей прошлой теплой и любящей улыбкой, сужая уголки глаз. И мягко расставил руки перед собой в приглашающем жесте. — Привет, а-Юань. Я, кажется, вернулся.