My Little Versailles / Мой маленький Версаль

Гермиона была на волосок от того, чтобы лично столкнуться с Амбридж по поводу текущего состояния «расследования» её участия, особенно после событий прошлой ночи. Но потом Драко сообщил ей, что днём будут проходить интервью с чемпионами, и оказалось, что она уже так далеко зашла за черту, что почти вернулась обратно. Завтрак прошёл под нескончаемые заверения друзей, что ей вовсе не нужна подсказкадля прохождения задания, что, хотя и было трогательно, начинало её немного раздражать. Конечно, ей нужна была подсказка! Насколько хороша она по их мнению? А затем Драко сообщил ей новость про интервью, из-за чего урок ЗОТИ превратился в сплошное напряжение — особенно учитывая, что Блэк испепеляла её взглядом. В данный момент Гермиона сидела, прижав щёку к предплечью, опираясь на стол перед собой. Водя пальцем по многочисленным инициалам, вырезанным на дереве за долгие годы, она размышляла, вместе ли ещё «TиA» или же их юношеская любовь закончилась болезненным разрывом. Скорее всего, второе. Драко уже несколько раз пытался её подбодрить, подталкивал её, чтобы та хоть немного слушала или участвовала, но всё, о чём могла думать Гермиона, — как поскорее добраться до библиотеки и найти письменный греческий алфавит (если только остальные чемпионы не додумались до этого первыми). Но она продолжала думать об интервью. О том, как публичность приведёт к популярности, а та — к той самой «Помощи», на которую намекал Крауч. Тот факт, что Драко и Виктор получили разные подсказки, скорее всего, означал, что на данный момент задания будут выполняться индивидуально. Это её одновременно пугало и облегчало: пугало, потому что она не сможет напрямую защитить Драко, и облегчало, потому что теперь ей нужно было сосредоточиться только на себе. Индивидуальное задание также означало, что пропустить возможность лебезить перед публикой — не конец света. Но пугало её не это. Её пугало, с какой скоростью всё происходило. Арена готовилась, подсказки были даны, интервью проводились, а значит, первое задание могло начаться в любой момент. За исключением того, что не могло — ведь Гермиона всё ещё была отстранена, а если она не примет участие, её дисквалифицируют. А это означало бы только одно — наблюдать, как Драко размажет Риддл. Сделав решительный вдох, она сказала себе, что поговорит с Амбридж или, по крайней мере, с Дамблдором во время следующего свободного урока. И тут почувствовала резкий толчок в бок и повернулась к Драко, собираясь на него наорать, но он лишь дёрнул головой в сторону передней части класса. Она медленно повернула голову, уже зная, кого именно увидит. Разумеется, профессор Блэк смотрела прямо на неё, губы её скривились в брезгливой усмешке. — Ну что, Грейнджер? Не хочешь выйти сюда и продемонстрировать? Чёрт. Она медленно поднялась, пытаясь понять, слушала ли её голова хоть что-то подсознательно. Ничего. Поморщившись, она обошла парту, бросив последний быстрый взгляд на Драко. Он что-то бормотал? Да! Гермиона сосредоточилась на его губах, пытаясь разобрать… «Хо… хомо…» Что? О!Homorphus! Чары обратного превращения ликантропа. Хорошо, она справится. Она вновь сосредоточилась на Блэк, которая наблюдала за ней с прищуром, наверняка заметив их обмен репликами. Её губы теперь были полностью изогнуты в злобном оскале. Глубоко вдохнув, Гермиона вышла к доске, развернулась на каблуках, лицом к классу, радуясь возможности избежать осуждающего взгляда профессора. — Homorphus! — громко и чётко произнесла она, сопровождая команду сложным движением палочки, которое помнила по книгам. Из кончика палочки вырвался свет, но тут же был погашен профессором позади неё, прежде чем достиг какой-либо цели. Несколько секунд Блэк ничего не говорила, и Гермионе не хватило смелости развернуться. По крайней мере, до того момента, когда она почувствовала горячее дыхание у самого уха. — Сосредоточься, — велела Блэк. Гермиона невольно вздрогнула, закрыв глаза. Она ощущала жар, исходящий от тела позади неё, и почти наслаждалась близостью, но затем холодный воздух сменился уколом в позвоночник кривоватой палочкой. — Садись, — приказала Блэк, слегка толкнув её вперёд палочкой. — Ты в поряд… — Да, — перебила Гермиона, садясь обратно. — Ты уверена? Ты выглядишь слегка… — Я в порядке, — резко повторила она, достаточно раздражённо, чтобы Драко отступил. Но она всё же тихо пробормотала «спасибо» за его быструю сообразительность. Размышлять над реакцией своего тела на близость профессора у неё не было времени — Гермиона пулей устремилась в библиотеку.

***

Тихо ругаясь себе под нос, Гермиона пробежала взглядом по книжным полкам в разделе языков, а затем осмотрела угол, посвящённый Древней Греции, и разочарованно вздохнула, когда не нашла ничего нужного. Оставив пергамент, она сползла по стеллажу вниз и вытащила из заднего кармана шариковую ручку — на экстренный случай. Гермиона начала записывать слова, которые помнила с пергаментов Виктора и Драко:ΚέρβεροςиΝεμέος λέων. Хорошо, начнём с Виктора. К Е _ B Е _ _ _. Если бы она вспомнила, как звучит ρ, это были бы ещё две буквы. Символ похож на латинскую «p», значит…ро? А в английском звучании это r? Или rh? Если принять, что ρ читается какr, то слово будет K E R B E R _ _ вместо K E RH B E RH. Осталось две буквы. Букву О можно взять в её привычном значении —о, тогда останется только ς. Гермиона нахмурилась, чувствуя, что зашла в тупик, и переключилась на Драко, надеясь на большее прояснение. С тем, что она уже знала, слово выглядело так: N E _ E O _ _ E _ _. Она готова была разрыдаться. Нет, конечно, Гермиона не была полиглотом, но она изучала множество языков. В детстве она зачитывалась рассказами о Гомере и Еврипиде — отец часто пересказывал ей перед сном истории про Геракла и Одиссея. Она, конечно, не ожидала, что вдруг вспомнит все слова и фразы, знакомые с юности, но хотя бы распознавать буквы должно было быть легче! Она же обожала астрономию, ради Мерлина! Астрономия… Гермиона вскочила на ноги и бросилась к нужному разделу, пробегая пальцами по корешкам книг. Это был выстрел в темноту, или даже в чёрную дыру, учитывая, что маггловская астрономия значительно отличалась, но греческие символы иногда появлялись в формулах. Она даже вскрикнула от радости, когда увидела книгу, сравнивающую маггловскую и волшебную астрономию. Выхватив её, она тут же развернула предисловие, где перечислялись символы и уравнения, используемые в обоих мирах. Её взгляд остановился на термине «Собственное движение», обозначенном буквой «μ». Гермиона замерла. Мю? N E M E O… О боже. Эти загадки связаны между собой! Геракл. Чёртов Геракл. Нет… не может быть, правда? Эти существа же не настоящие, как они собираются это провернуть? Цербер — это трёхголовый пёс, ради Мерлина! Ох. Чёрт. Они существуют. Они действительно существуют, и Министерство классифицирует их как XXXXX-опасность. Они известны как убийцы волшебников! Что вообще думало Министерство, отправляя подростков сражаться с такими тварями? А Немейский лев? Насколько знала Гермиона, такого зверя не существовало, но её плечи невольно поникли, когда мозг выдал близкую альтернативу. Они правда заставят Драко сражаться с химерами? Не успела она осознать, что делает, как уже мчалась в комнату за Большим залом, где, по словам Драко, проходили интервью. Не обращая внимания на удивлённые взгляды, сопровождавшие её стремительный марш, Гермиона ворвалась внутрь. Рита Скитер, облачённая в свою вызывающую шёлковую блузу, говорила своим скрипучим голосом, как раз интервьюируя бывшую ученицу Шармбатона. Миранда Виктория, вспомнила Гермиона. Леди Димитреску стояла в стороне, злобно глядя на неё за прерванное интервью — но этот взгляд был даже тёплым по сравнению с тем,каким взглядом одарила ее Амбридж. Если ненависть могла воплотиться в паре глаз, то это были её. — Мисс Грейнджер, у вас нет никаких оснований здесь находиться. Убирайтесь немедленно, — холодно предупредила Амбридж. — Мне просто нужно… — Вон! — Это важно… — Сейчас же! —Ты дашь мне договорить?! — закричала Гермиона, доведённая до крайности. — Как ты смеешь так со мной говорить, ты, грязн… — начала было Амбридж, но на этот раз её прервали. — Если вы не хотите, чтобы я рассказала чемпионам, какие нелепо невозможные испытания вы для них приготовили, советую вам меня выслушать. Теперь и Миранда, и Леди Димитреску внимательно за ней наблюдали, в то время как выражение Амбридж стало ещё более злым и недоверчивым. — Ты правда думаешь, что я тебе поверю? — хмыкнула она. Гермиона почувствовала, что та попытается её уличить, и, кивнув Миранде и директрисе, принялась выполнять свою угрозу. — Знаете, кто мой любимый греческий герой? — начала она с язвительной ухмылкой, наслаждаясь страхом, проступающим на лице Амбридж. — Ге… Она не успела договорить, потому что женщина в розовом рванулась вперёд, вцепившись в рукав Гермионы, и буквально выволокла её за дверь. — Пойдём со мной, — процедила она сквозь зубы, сжимая ткань её мантии. Когда они добрались до лестницы неподалёку от класса прорицаний, Гермиона попыталась заговорить снова, но тут же была резко осажена. Амбридж грубо втолкнула её в комнату, которую та могла описать только как…приторно-розовую. Стены были уставлены миленькими фарфоровыми тарелками с зачарованными котятами. Это было настольков стиле Амбридж, что Гермионе захотелось блевать. Впрочем, её постоянные розовые наряды уже давно должны были намекнуть ей на такую обстановку. — Вы не можете… — Falsa memoria, — чётко произнесла Амбридж. Гермиона отреагировала мгновенно, зная, что у неё есть всего несколько секунд, прежде чем заклинание закрепится в сознании. Заведя руки за спину, она нащупаларучкуи быстро начала писать, надеясь, что её почерк будет разборчивым. Но не успела она закончить, как ручка выпала из пальцев, и её разум внезапно опустел. — Теперь, — с довольной улыбкой объявила Амбридж, — ты ничего не знаешь о предстоящем задании. Ты здесь, потому что списала на тесте, и должна быть наказана. — Я… списала? — прошептала Гермиона, не веря своимушам. Она бы никогда… разве могла бы? — Да, — подтвердила Амбридж. — И теперь ты будешь писать строки, после чего всё забудется. — Я списала… и мне нужно писать строки? — переспросила Гермиона, всё ещё ошеломлённая. Это совсем на неё не похоже. — Да. Или мне нужно повторить ещё раз? — раздражённо спросила Амбридж. Гермиона молча кивнула, не желая подвергаться дальнейшему унижению. Её подвели к столу в центре комнаты, на котором уже ждали пергамент и перо. — Ты напишешь: «Я не буду списывать». Гермиона нахмурилась, но промолчала, взяла перо и обмакнула в чернильницу. Она успела вывести всего несколько строк, когда на внутренней стороне её предплечья появилось болезненное жжение. Решив проверить это позже, Гермиона продолжила писать и осторожно поинтересовалась, когда сможет закончить. Ответ был пугающе расплывчатым. — Когда это усвоится, — пропела Амбридж, грациозно потягивая чай. Еще через пару минут ощущение на внутренней стороне предплечья вернулось, только на этот раз оно было почти болезненным. Нет, это было больно. Ее лицо на мгновение скривилось от дискомфорта, но Амбридж увидела это, и ее черты лица расплылись в полном ликовании. Усвоиться… Ох. Вот почему казалось, будто кто-то вонзает в её кожу нож. Но, несмотря на боль, Гермиона не собиралась доставлять этой ужасной женщине удовольствие от того, что она страдает. Она стиснула зубы, крепче сжимая перо, напрягла ноги, уперев их в пол, и терпела, пока царапание по коже продолжалось. — Жжёт? — пропела Амбридж. Гермиона знала, чего та ждёт, и на мгновение задумалась, не врать ли ей назло, но в итоге решила, что если подыграет, то всё закончится быстрее. — Да, — процедила она сквозь зубы, ненавидя самодовольную улыбку, расползшуюся по лицу Амбридж. — Прекрасно.Осталось недолго. И правда, через тридцать секунд жжение утихло, и Амбридж отставила чашку. — Усвоила? — с неискренней невинностью спросила она. Гермиона сжала губы в горькой усмешке и кивнула. — Отлично. Можешь идти. Она вылетела из комнаты, стремительно сбежала по лестнице, завернула за угол и тут же закатала рукав. Гермиона тихо выругалась. Это что,навсегда?! Чёрт, она даже не помнила, на каком тесте списала! Резко натянув рукав обратно, она в панике попыталась осмыслить ситуацию. Что-то здесь не так. Её не покидало ощущение, что всё это связано с памятью. Последнее, что она помнила, — урок ЗОТИ. Она мгновенно почувствовала, как её бросило в жар при воспоминании о том, что произошло на занятии, и застонала от досады. Но, возможно, профессор Блэк могла бы помочь? Может, её достоинство стоило пожертвовать ради того, чтобы выяснить, что за туман окутал её воспоминания? Когда Гермиона добралась до кабинета ЗОТИ, оттуда доносились голоса, но она быстро узнала их. Распахнув дверь, она сразу привлекла внимание Блэк и Драко, которые резко замолчали и уставились на неё странными взглядами. Гермиона не стала задумываться, почему они оказались тут вместе, а просто воспользовалась случаем задать вопрос. — Я списывала на тесте? — спокойно спросила она, глядя на Драко. — Ты серьёзно? — нахмурился он, явно озадаченный её неуверенностью. Когда она кивнула, его лицо исказилось в замешательстве. — Почему ты спрашиваешь, Грейнджер? — вмешалась Блэк, в голосе которой послышалась нотка тревоги. — Я… эм… Амбридж сказала, что я списала и должна быть наказана, — осторожно объяснила Гермиона, наблюдая, как тревога в глазах профессора сменилась яростью. — Она наказала тебя? — голос Блэк сорвался на шёпот. — Гермиона, у неё нет никакой власти над студентами. Почему ты позволила ей это сделать?! — Я… я не знаю, — прошептала она, и вдруг почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Драко мгновенно оказался рядом, крепко её обнял, а она закусила губу, пытаясь не разрыдаться. Когда он отпустил её, Гермиона осознала, что Блэк нежно гладила её по руке. Как только её пальцы случайно коснулись изуродованной кожи, Гермиона болезненно зашипела. Блэк тут же отдёрнула руку. — Что она сделала? Гермиона молчала, не желая показывать след. — Гермиона, ответь мне. Что она с тобой сделала? — теперь её голос звучал почти умоляюще. Первая слеза скатилась по её щеке. Блэк осторожно потянулась к её рукаву, и Гермиона неуверенно кивнула, давая согласие. Профессор мягко стянула ткань и, подхватив её свитер, небрежно швырнула на стол. Теперь они оба могли видеть. Кровавые надписи покрывали почти всю поверхность её предплечья. Гермиона заметила, как Блэк напряглась, сжав губы в тонкую линию, и лишь сила воли удерживала её от яростного всплеска. Драко, не теряя времени, схватил влажную ткань и принялся осторожно промакивать рану, пока на её коже не проступил злой, красный шрам. Гермиона вздрогнула, когда Блэк сдавленно зашипела сквозь стиснутые зубы и с силой пнула ножку стола. — Она это сделала?! — выдохнул Драко, не веря своим глазам. — Да… но я же списала… Блэк внезапно громко рассмеялась — так резко и неожиданно, что они оба подскочили. — Гермиона, да ты бы никогда не стала списывать! — твёрдо сказала она, возвращаясь к осмотру её руки. — Она ещё что-то сделала? — Я… не уверена. Вы знаете, где я была после урока? — Почему ты спрашиваешь? — подозрительно уточнил Драко. — Я… Но прежде чем Гермиона успела ответить, Блэк перевернула её руку. Несколько секунд она изучала её молча. Потом выругалась. Это было плохим знаком. — Почему на твоей руке греческие буквы, Гермиона? — Я не знаю! Блэк тяжело вздохнула, а Драко посмотрел на неё с явным непониманием. — Ты разгадала подсказки, которые дали Виктору и Драко, — начала профессор, прищурившись. — Ты пошла к Амбридж, Мерлин знает зачем, и она вложила в тебя ложную память. Хотя, судя по всему, не особо удачно, потому что у тебя, похоже, просто стёрлись воспоминания с моего урока. Гермиона ошарашенно уставилась на неё. Драко выглядел не менее потрясённым. — Откуда вы знаете, что это именно ложная память, а не Obliviate? — спросила Гермиона, моргая от неожиданности. Блэк ухмыльнулась и медленно перевернула её руку, демонстрируя не только греческие буквы, но и кое-что ещё. Незавершённая латинская фраза. Заклинание? На её коже было выведено:Falsam memoria cont… Гермиона ахнула. — Чёрт… Это же… — она замерла, потом резко посмотрела на Блэк. — Да, — профессор ухмыльнулась шире. — Какая-то весьма сообразительная ведьма поняла, что происходит, и успела среагировать. Гермиона всмотрелась в надпись, её губы медленно раздвинулись в ликующей улыбке. — Охренеть, я себя люблю! Драко фыркнул, но не смог сдержать смех, а Блэк только усмехнулась, покачав головой. — Мне можно использовать это «крайне разборчивое» контрзаклинание на твоей руке, чтобы всё вернуть? — спросила она. Гермиона кивнула. Блэк подняла палочку, слегка коснулась её предплечья и негромко произнесла: — Finite incantatem. Как только туман в голове рассеялся, память обрушилась на Гермиону с такой силой, что ей захотелось застонать. Её первые слова прозвучали почти автоматически: — Вот же стерва! Потом она тут же вспомнила свою находку в библиотеке, резко схватила Драко за плечо и выпалила: — Немейский лев. Вот с чем тебе придётся сражаться. Или, возможно, химера, если министерство решило заменить его на что-то реальное. — Что, чёрт возьми, я тебе вчера сказала, Грейнджер?! — застонала Блэк, потирая виски. — Слушайте, если я могу ему помочь, я помогу, — твёрдо ответила Гермиона. — Мне придётся сражаться с чем? — выдавил Драко, выглядя так, будто его вот-вот стошнит. — Первое из двенадцати подвигов Геракла, — мрачно напомнила Гермиона. — Я похож на Геракла, по-твоему?! — Ну, по крайней мере, это не Цербер… — пробормотала она, осознав, насколько ужасно это звучит. Драко замер. — Цербер достался Виктору? — прошептал он, его лицо стало бледнее, чем у призрака. Гермиона кивнула, закусив губу. Позади них Блэк тяжело вздохнула. — Вы вообще способны слушать мои указания? — простонала она. Прежде чем кто-то успел ответить, в кабинет вальяжно вошёл знакомый силуэт. — О, привет, Эйб, — машинально поздоровалась Гермиона. Тот резко дёрнулся от неожиданности. — Да не пугай ты меня так, — пробормотал он, моргнув. — Я не… — начала она, но он уже снова заговорил: — Эй, а что за подсказку выдали вам? Лев у вас или собачка? Мне, кажется, один достался, а Лин — другой. — Да чтоб меня… — простонала Блэк, уткнувшись лицом в ладони. — О, блондинчик! — радостно воскликнул Эйб, наконец заметив Драко, который смотрел на него с явной неприязнью. — Ты его знаешь? — недоверчиво спросил Драко у Гермионы. — Ага, — кивнула он. — Она меня с лестницы скинула. —Что?.. — Да ничего страшного, дорогая, я тебя прощаю, — махнул рукой Эйб. — Я не… — Ах, отрицание, нездоровая штука, дорогая, — заявил он, наклоняясь к Драко так, будто делился каким-то личным секретом. Тот немедленно отступил на шаг. — Что тебе нужно, Эйб? — устало спросила Блэк. — Да ничего, просто скучно, — пожал он плечами, оглядывая кабинет. — Тогда вали отсюда. — Но я… — Вон! Эйб надул губы, но, поняв, что спорить бесполезно, развернулся к ним спиной. — Отстойная у вас тусовка, — объявил он, грозно указывая на всех троих, а затем попытался с размаху хлопнуть дверью. Та не закрылась до конца. Это идеально его описывало. — Вы двое тоже, — резко сказала Блэк, выталкивая Драко и Гермиону из кабинета. —мне нужно кое с кем поговорить.

***

Оказавшись в коридоре, Драко повернулся к Гермионе, всё ещё выглядя так, будто его только что раздавило троллем. — Гермиона, что мне теперь делать? Она глубоко вдохнула. — Дай мне минуту, я схожу в спальню, а потом встречаемся в библиотекечерез десять минут, ладно? Он кивнул, выглядя слегка облегчённым. — Увидимся через десять минут. Гермиона поспешила в свою комнату, чувствуя, как кровь снова сочится из-под бинта. Рывком вытащив из-под кровати сундук, она придирчиво изучила последнюю бутылочку зелья восполнения крови, что ей дала Леди Димитреску. Её гордость не позволит попросить ещё? Если да, тогда придётся либо варить самой, либо… красть. Но на это у неё нет времени. С тяжёлым вздохом она схватила пузырёк и сделала большой глоток, содрогаясь от металлического привкуса. Она надеялась, что это поможет от головокружения. Затем быстро стянула испачканную одежду, бросила её в ванну и тщательно смыла с руки следы крови. Гермиона поморщилась, глядя на слова, которые Амбридж врезала в её кожу, и поспешно наложила новый заколдованный бинт. Оставив вещи валяться, она схватила свободный свитер, пергамент и ещё одну ручку— на всякий случай. Когда она добралась до библиотеки, Драко сидел за пустым столом, мрачно уставившись на пламя свечи. — В этой чёртовой библиотеке нет ничего про Немейского льва, — пробормотал он. — Ты успел проверить всю библиотеку за десять минут? — Ну, нет. Но я просмотрел секцию про Древнюю Грецию! — Думаешь, там будет книга«Как убить Немейского льва»? Придётся открыть хотя бы одну, — фыркнула она. Драко только застонал. — Я устал. — Устать лучше, чем умереть. — Допустим… — он с натугой поднялся. — Пойду проверю раздел магических существ. Если ты мне не веришь, можешь дважды перепроверить Древнюю Грецию. — Так и сделаю. К сожалению (и, возможно, совершенно случайно), Драко оказался прав. Любые книги, в которых упоминались двенадцать подвигов Геракла, были либо убраны, либо разобраны другими студентами. Но, копаясь в текстах, Гермиона наткнулась на любопытный факт: химера, как оказалось, была сестрой Цербера, Немейского льва и Лернейской гидры — трёх существ, которые фигурировали в трудах Геракла. Это только подтверждало её догадку: скорее всего, вместо вымышленного Немейского льва на арене появится химера. Когда Гермиона снова нашла Драко, тот мрачно сидел за столом, хотя теперь перед ним были разложены какие-то пергаменты. Но его внимание было приковано не к ним, а к небольшому клочку бумаги, который он держал в руках. — Это почерк моей тёти, — сказал он, встретившись с её взглядом. Гермиона вопросительно приподняла бровь. Драко передал ей записку. В ней было написано: “Соедини multicorfers с flamma rigentem, чтобы использовать на одежде. Отработай заклинание и наложи его перед входом в арену. НЕ ЛЮБИТ ЛЁД.” Гермиона нахмурилась. — Твоя тётя немного лицемерка, — пробормотала она, вспомнив, как та настаивала, что обсуждать задания запрещено. — Я не жалуюсь, — пожал плечами Драко. — Поможешь мне освоить заклинание? — Конечно. К тому же, это окончательно подтверждает, что тебе предстоит сражаться с химерой. Заклинание Freeze Flame защитит тебя от её огненного дыхания, а этого у Немейского льва в мифах не было. Она задумчиво провела пальцем по пергаменту. — А ещё я всё думаю, — медленно произнесла она. — Что именно от вас потребуют? Гераклу велели содрать шкуру льва, но это вряд ли твоя задача. И я почти уверена, что убить её тебе тоже не дадут, потому что, насколько я понимаю, как минимум ещё один человек должен сражаться с таким же существом. Разве что у них есть больше одной химеры… но это вряд ли, они ведь невероятно редкие… — Что? — Драко смотрел на неё с легким изумлением. Гермиона замерла, осознав, что вслух вывалила поток мыслей. — Прости, я… Но Драко только покачал головой, сжав её руку в благодарном жесте. — Спасибо, Еврипид, — сказал он с тёплой улыбкой. Она ухмыльнулась. — Всегда пожалуйста, Геракл. Но, несмотря на игривый тон, тревога, гнездившаяся у неё в груди, только усилилась. Это не должно пойти не так. Тем временем Блэк только что покинула кабинет Амбридж после… весьма дружеского шантажа. Если у этой мерзкой женщины было хоть немного здравого смысла, она больше не сунется к её студентам.