Седьмое небо

      — Ну, что, Джуни-и, готов сдаться?       Соперник открыто насмехается, маня к себе парня рукой в боксерской перчатке. Он дразнит, пытается сбить с толку, хочет запутать и запугать. Ему хочется, чтобы Джун потерял бдительность и поддался, сдался, отдал ему победу. Как бы ни так. Намджун прыгает на ринге, сбрасывая напряжение, трясет руками, двигая внутри тяжелых перчаток пальцами, чтобы не затекали. Он готов ко всему, поэтому внимательно следить за мужчиной напротив. Его действия парень пытается просчитать, вспомнить все его бои и сделать первый удар или отбить его нападение.       Удар. Джун закрывает лицо перчатками и снова отпрыгивает в сторону. Почему он медлит? Ждет, когда парень выдохнется, но не тут-то было. Джун знает, как вести себя на ринге, как не проиграть, как не поддаться и как выстоять хотя бы первые несколько раундов, чтобы не задыхаться и не валиться с ног. Его тренер — отец его девушки. Невысокий, но мощный по телосложению, мужчина тренировал его до изнеможения, пока он не свалится от жажды, пока он не выбьется полностью из сил, продолжая повторять названия ударов и сопровождать их действиями. Кан Дживун целиком и полностью вырастил Намджуна, как боксера, его выносливости могли позавидовать многие, на что парень лишь хмыкал и с горькой улыбкой вспоминал сто кругов вокруг ринга без воды и отдыха.       Но все эти издевательства не прошли даром. Сейчас Ким стоит на главном чемпионате против неповторимого и непобедимого боксера последних пяти лет (надолго ли?). Парень и сам был не маленьких размеров на фоне соперника: широкие плечи, массивная спина и такая же грудь, пресс, что был выточен потом и слезами в прямом смысле, высокий и красивый. Последнее было в пользу Джуна, так как его спарринг-партнер оказался не особо приятной внешности, да еще и сморщенный, как чернослив. Староват для ринга, как казалось Киму, но тот видимо решил, что пока не упадет — будет стоять и отстаивать титул лучшего. Шестой год подряд.       Ким несколько лет шел к тому, чтобы оказаться здесь, в большом зале, заполненном тысячами людей. К счастью, ему было важно лишь присутствие одного человека, не считая тренера. Его малышка Кан Тэра. Маленькая, хрупкая, нежная — так мог описать её Джун. Конечно, ее отец не дал спуску, тренируя ее не так жестко, как ее парня, но с огромным желанием того, чтобы дочь сумела постоять за себя. Вышло. Джун всегда восхищался сочетанием скромности и уверенности в своей миниатюрной принцессе.       — Сонвон идет в атаку, но Намджун тут же блокирует удар и наступает на соперника! Каков красавец! Он загоняет его в угол и наносит удар за ударом! Тренер Кан явно доволен своим подопечным, — смеется в микрофон ведущий, обращаясь к своему коллеге.       — Да! Он хорош, видимо, мистер Кан хорошо попотел, чтобы воспитать в нем такую силу воли!       Намджун в это время уже перестал добивать своего соперника, он видит, что тот не сдается. Нельзя терять хватку и уставать, передышка. Он снова танцует вокруг него, не дает возможности поймать себя, блокирует удары, уходит из захватов, не остается долго в углу. Всё как учил Дживун.       — Сонвон стал таким разъяренным?! — кричит ведущий.       — Ему явно не по вкусу, что его так хорошо обводит вокруг пальца какой-то мальчишка, недавно взобравшийся на вершину, — хмыкает коллега, — Он зубами вцепился в свой титул и так просто его не отдаст.       — Ого-го!!! — еще громче восклицает мужчина, — Сонвон взял его в захват, не позволяя вырваться. Что же будет дальше? Это третий раунд и пока еще никто не упал!       Джун ловко проворачивает очередной трюк, как на тренировках, и выходит из захвата, нанося удар по лицу соперника. Тот отшатывается, но не падает. Ким наступает и уже не собирается плясать рядом с ним. Тренер кричит, чтобы добивал, что парень и делает. Пара мощных ударов в корпус и контрольный в челюсть. Соперник лежит в нокауте и все считают до одного, ожидая чуда. Его не происходит.       — Ким Намджун! Новый победитель чемпионата страны по боксу! — динамики разрываются от громкого голоса, а Джун ищет взглядом свою принцессу. Она плачет — счастлива, что он не пострадал.

***

      — Джун, я тебя сейчас расцелую!       Орет мистер Кан так радостно, влетает в раздевалку, смеется и хлопает парня по спине, утягивая в крепкие мужские объятия. Джун устало улыбается, хотя и не выдохся до конца. Ему не тяжело далась победа, но этот старик помотал ему нервы, гоняя по рингу. Или наоборот.       — Я так счастлив, что мой подопечный теперь в главной лиге! — он треплет его волосы и отстраняется, позволяя миловидной брюнетке пройти к своему мужчине.       — Ты был прекрасен, — шепчет она, целуя в щеку и трепетно обнимая, — Я рада, что ты не пострадал.       Теперь Намджун чувствует себя на седьмом небе. Он в нежных руках своей возлюбленной, что дарит ему тепло, заботу и любовь. Вот чего он хотел. Карьерного роста и любящую девушку, а после и жену. Почему нет? Они с Кан вместе больше трех лет, чувства никогда не переставали угасать, а мелкие ссоры тут же разрешались и переставали быть значимыми для обоих, забываясь в громких стонах и ласковых прикосновениях.       — Намджун! — в раздевалку бесцеремонно влетает женщина лет тридцати, — Поздравляю!       Она отталкивает Тэру и заключает парня в объятия. Ким Сора. Старшая сестра и просто бестолочь. Он пытается ее отогнать, но все тщетно. Тэра морщится, вспоминая их с Наму ссору в родительском доме о том, что Ким ничего и никогда не добьется без помощи отца, связей и денег. Как бы ни так. Намджун стал известен, успешен и красив, у него есть прелестная девушка и мистер Кан, который заменил отца, выгнавшего его из дома.       — Отвали, Сора, я не собираюсь устраивать счастливое возвращение в семью, после того как вы меня выперли из дома с голой задницей.       Тренер Кан напрягся и нахмурился. Ему тоже не нравились родственники парня, которые так подло с ним поступили. Теперь же сестрица заявляется прямо после его победы и кричит во все рупоры от радости за него. Да пошла бы она вместе со всей семейкой. Намджуну не хочется вспоминать как плакала Тэра и жалела, что вообще заявилась в его дом для знакомства с родителями, считая во всем виноватой себя. Конечно, это было не так.       Намджун молча отталкивает вновь прилипшую сестру и быстро собирается, не переодеваясь. Под ее визги о том, что они обдумали свое поведение и готовы принять Тэру и его занятие боксом. Ким показал фак на прощание и вышел из раздевалки, а затем и из здания с семейством Кан.

***

      Весь вечер у парня было настроение ни к черту. Заявившаяся родственница вывела его из себя. Какого черта они все решили, что он — бесхарактерное дерьмо, которое с распростёртыми объятиями вернется к ним. Он метался по их с Тэрой спальне после освежающего душа, бурчал под нос проклятия и злился на себя, что не предупредил охрану о возможном приходе незваных гостей.       — Наму, иди ко мне.       Девушка, сидевшая на мягкой кровати, похлопала по месту рядом с собой. Намджун и не думал садиться рядом, он подошел к ней почти в плотную и сел на колени, укладывая, кажется, такую тяжелую от мыслей голову на её ножки, перед этим невесомо целуя в каждую коленку. Её пальцы тут же зарылись в его влажные волосы, от чего парень облегченно выдохнул.       — Прекрати уже думать о них. Никто не исправится из твоей семьи, просто прости и отпусти. Живи без обиды, не бери груз на свои прекрасные плечи, — она говорила тихо и успокаивающе, а он внимал каждому слову, поглаживая пальцами обе тоненькие лодыжки.       — Я просто расстроен, что они так относятся ко мне. К тебе, — так же тихо, но она слышит. Он знает это.       — Ты просто устал, и тебе нужен отдых.       Она всегда меняет тему, чтобы Намджун не загружал себя дурными мыслями. Становилось легче, когда она рядом, когда она помогает справиться с тяжестью на душе. Парень кивает и приподнимается, всё еще сидя на коленях. Она тянется к нему и нежно целует, стараясь подарить всё свое тепло и принести в его душу спокойствие, дать понять, что он дома и ему ничего не угрожает.       Джун расслабляется, аккуратно кладет ее на спину, целует лицо, шею, спускается ниже, слегка прикусывая ключицу. Ему нравится, что дома она ходит без белья, когда они вдвоем. Он тоже. Стягивает уже надетую ею пижаму и шорты с себя, оказывается вновь сверху, когда расправляется с одеждой. Вновь попадает в плен ее сладких губ с привкусом апельсина. Они всегда отдают все свои переживания друг другу через первый поцелуй, а после дарят один за другим успокаивающие, нежные, за ними следуют страстные, полные желания. Как сейчас. Его руки накрывают небольшие обнаженные груди, сжимая. Он оттягивает пальцами заостренные соски и ловит губами ее очередной стон. Всё как в сказке, но только наоборот: он был прекрасным принцем, заточенным в башне, а она была той, кто высвободил его из лап страшного монстра.       — Наму, — рваный выдох, сопровождаемый его первым толчком.       Пара наслаждается друг другом, соединяя свои эмоции и чувства, позволяя друг другу обострить ощущения, стать ближе, стать единым целым. Им неважно, что кто-то может слышать звуки любви в их спальне, им важны только они сами. Здесь и сейчас. Нежный секс заканчивается тогда, когда Джун шлепает девушку по ягодице, вырывая ее крик с его именем. Теперь уже оба отдаются в плен страсти, что с головой погружает их в свой мир, полный похоти и желания. Джун вжимает хрупкое тело в кровать, бедрами вколачиваясь в кричащую от удовольствия Тэру.       А после выплеска эмоций они будут сидеть на кухне в компании друг друга, болтая обо всём, что придет в голову, под чашечку вкусного, ароматного чая с чабрецом.

И где-то на фоне, в маленькой гостиной, будет играть их любимая музыка.